Adeptus Gagauzean

Как бы за столько лет пора и принять, что литературу ГВ пишут люди не то что без боевого опыта, даже без опыта службы в вооруженных силах. Пишут, как умеют. Иногда получается интересно и увлекательно, иногда нет. Был же вроде какой-то писатель с опытом БД, написал про Кровавых Горгон несколько рассказов, их даже переводили тут на форуме. Генри Зу, кажется. Так себе чтиво.

Знаю, что вы все ждали ровно пересказа вот этой самой главы. Получилось очень много, уже поздно, поэтому выкладываю примерно половину. Остальное завтра. Наверное. "Смерти. Много смертей"Часть третья. Глава третья. Зоны боевых действий. Транспорт Термит вырвался на открытый воздух. Он пронзил участок пола и западной стены, разорвал камни и разбросал кирпичи. Момент тишины. Лишь пыль дрейфует в воздухе. Затем створки транспорта раскрылись. Выскакивают темные фигуры – Хтонийские налётчики, тактическая элита 18 роты. Тибальт Марр и его штурмовой капитан Ксан Икоза ведут их. Бойцы тут же разошлись, взяли под контроль периметр, изучили обстановку. Марр, капитан-ветеран, один из лучших воинов Луперкаля, неоднократно доказывал своё мастерство ещё с тех пор, как легион носил старое имя. Он просканировал обстановку и сравнил её с данными ауспекса, где были загружены старые архивные карты Дворца. - Подвальные помещения, Дом Канасо, округ Сатурнин. - Подтверждаю. Правда, планировка не очень совпадает с нашими схемами, капитан, - говорит Икоза. Сыны Гора соглашаются, что у Дорна были годы на перестройку, так что мог и застроиться. Икоза обращает внимание, что кирпичная кладка в некоторых местах – свежая. Дорн что, каждый подвал укрепил? - Он чрезвычайно тщательный, - отвечает Марр и отряд строится в штурмовой порядок. Какое-то время его одолевают сомнения по поводу кирпичной кладки, что-то с этим местом неправильно. Но им нужно торопиться на поверхность. Отряд готов выступать, Икоза рычит: «Луперкаль!» и они делают шаг. Первый болт попал Ксану Икозе в забрало и взорвал его голову. Тело ещё продолжало шагать, когда начался полноценный обстрел. Болтерный и лазерный огонь из трех разных направлений. Тибальт Марр открыл ответный огонь из болтера, автоматический, хоть и не знает, во что он стреляет. Бойцы вокруг него тоже стреляют, кричат. Помещение освещается вспышками дульных компенсаторов. Тела разваливаются, кровь покрывает стены и пол. Осколки разбитой брони рассыпаны, словно брошенные монеты. Хтонийские налетчики, гордость 18 роты, уничтожены менее, чем за 14 секунд. Истребительная команда выступает из темноты. Локен приказывает сделать каждому убитому контрольный в голову, а транспортник зачистить огнеметами и подорвать системы управления. Локен оглядывает павших. Хтонийцы, 18-ая. Так вот где заканчивается это гордое наследие. Он [ну уж нет]одит Марра. За его спиной звуки выстрелов. У Марра оторвано правое бедро, отрублена правая рука у локтя. Болт-заряд взорвался у шеи и содрал с него шлем. Вместе со значительной частью головы. Марр захлебывается собственной кровью. Своим единственным глазом он видит Лунного Волка, стоящего над ним. Смертное видение, однозначно, последнее, что он увидит. Это он хотел увидеть. - Гарвель? - До самой смерти, Тибальт, - ответил Локен. Он загнал Марру в рот болтер и нажал на спусковой крючок. --- - Найсмит докладывает о полном уничтожении противника, боевая зона Гамма. Убийства подтверждены. Техника уничтожена. Потерь нет, - передает в передовом командном пункте Элга. Диамантис уточняет у Локена, кого именно они уничтожили. «XVI, Хтонийские налётчики и капитан роты» - шипит вокс. Зиндерманн смотрит на хускарла. Дорн был прав, Шестнадцатый, сами Сыны Гора. Диамантис бесстрастен. Поступают новые сигналы. Первый стремится в зону Дельта. Еще один уходит в зону Альфа, другой в зону Бета. Диамантис распределяет истребительные команды соответственно: Черного Пса в Дельту, Раздор – в Альфу, Седьмой – Бета. Зиндерманн удивляется тому, с каким ледяным спокойствием всё происходит. Элг стоит у экрана, где отображена вся зона той породы под стеной, которую могут преодолеть бурильные установки. Перемещаются точки целей. Над ними изображены надстройки – подвальные и цокольные помещения чуть ли не всего квартала были перестроены, чтобы получить доступ ко всем уязвимым участкам. Боевые зоны с Альфы по Сигму распределены прямо над проблемной породой. Они укреплены. Над ними сборные залы, а также арсеналы, палаты поддержки, место, куда отволакивать раненых, ещё выше командный пункт и мануфакторий Лэнда. Ещё два сигнала, в зоны Тета и Ро. Обманщик отправляет Ярчайшего в Тету, а Найсмита в Ро. --- Гул генераторов нарастал и внезапно оборвался. - Попробуй снова! – прорычал Абаддон. Элита первой роты во главе с Первым капитаном никак не может телепортироваться. Плотность минерального слоя блокирует безопасное соединение телепортом. Уже было шесть попыток, всё безуспешно. Надо охладить оборудование, репозиционировать технику, снова попробовать. Абаддон готов убить механикума. Гаук советует техножрецу попробовать снова отправить их в бой. --- Оружие группы Раздор поприветствовало штурмовиков 25-ой роты Сынов Гора и разорвало их на куски. У бедолаг даже не было возможности найти укрытие. Гарро приказывает бойцам перегруппироваться, - ожидается ещё один Термит. Заместитель, Имперский Кулак Гирколт посылает бойцов произвести контрольные выстрелы, пока Гарро на связи с Обманщиком. Штаб напоминает, что совсем рядом будет вторая цель. Гарро и сам чувствует нарастающую вибрацию в полу. Бойцы разбегаются по огневым позициям. Второй Термит, крупнее первого, подтипа Плутона, вылез наружу в самом углу помещения. Транспорт с такой мощью вырывался из земли, что наполовину перелез в соседнюю зону – Эта. Едва створки открылись, как Кулаки открыли по [ну уж нет]одившимся внутри огонь. Посыпались тела, но некоторые легионеры укрылись в корпусе. Первые ответные выстрелы врага. Гарро с двумя взводами помчался к передней части Термита, которая оказалась в Эте. Сзади Гирколт уничтожает врагов в задней секции транспортника. Гарро сталкивается с бойцами 18 роты, взводы Разрушителей Федра. Завязывается уже настоящая перестрелка, с убитыми и ранеными с обеих сторон. Тяжелая лазерная установка лоялистов открывает огонь по разрушителям, добавляет жара автопушка – пробивая дыры даже в корпусе Термита. Взводы Гирколта дочистили и подорвали ту часть Плутоны, что была на Альфе – сила взрыва выбрасывает Разрушителей Федра наружу. Оронтий из автопушки перемалывает их к варповой матери. - Сгруппироваться, - приказывает Гарро. --- В зоне Дельта Эндрид Хаар прекратил месить своим силовым кулаком Сына Гора. Подумал, добавил ещё раз, на удачу. Предатель скончался пару ударов назад, так что это больше было нужно самому Хаару, чтобы выпустить пар. Его взвод из Черных Щитов встретили Термит типа Плутона и открыли по нему огонь ещё до того, как он открыл свои створки. Они разорвали транспортник как консерву, чтобы добраться до его мясного содержимаого. Черный Пёс доложил об успешной зачистке Дельты. Обманщик направляет их в Эпсилон. - Двигайтесь, братцы-счастливчики, нужно проявить больше гостеприимства, - говорит Хаар своим бойцам. --- Мантолит остановился. Фальк Кибре даёт команду подъём. Техномаги включают аппараты для телепортации. - Включить маяки, - приказывает Кибре и все терминаторы активируют устройства. Кибре, вдоводел, возглавлял отряды элитных юстаэринцев на протяжении долгих лет ВКП. Сейчас их взял под свою команду первый капитан Абаддон, так что Кибре возглавил известных Катуланских налётчиков. Это вторая часть элитного корпуса Первой роты Сынов Гора. Оба подразделения конкурировали между собой и сражались всегда поэтому на пределе своих возможностей. Это была идея Абаддона, создать два таких конкурирующих подразделения. «Пусть они будут как два враждующих брата. Как Дорн и Пертурабо», - говорил Абаддон. - Император должен умереть, катуланцы, - объявил Кибре, - пусть мы станем несущими отчаяние. Луперкаль! - Луперкаль! Их унесло телепортом. --- В передовом командном пункте замечают ещё три сигнала, быстро приближающихся. В это же время истребительная команда Найсмит доложила о полном уничтожении врага в зоне Ро. Сорок убитых, техника обездвижена, потерь нет. Седьмая группа сообщает о полном уничтожении противника в зоне Бета, 25 убийств, два небольших ранения. Ярчайший в зоне Тета, всё ещё ждёт контакта. - Госпожа, сигнал телепорта! - Всем истребительным командам, всем командам, это Обманщик, обнаружен сигнал телепорта, будьте наготове. Операторы выследили конечную точку, это альфа. - Раздор, – крикнул Диамантис, - в зоне Альфа сигнал телепорта, они ваши! --- Катуланские налётчики появились в зоне Альфа и тут же начали стрелять во все стороны. Кибре толком не понял, что произошло, но видел Имперских Кулаков прямо перед собой и мертвые корпуса двух осадных буров неподалёку. Команда Раздор попалась под удар врасплох, в момент передвижения, сдвоенные болтеры и лазерные пушки разорвали их строй. Гирколт даже обернуться не успел – Кибре расстрелял его голову, горло и грудь. Командир катуланцев ДеРалл возмущен, что Кулаки ждали их, но Кибре приказывает ему заткнуться и убивать. Он понимает, что ДеРалл прав, они не должны были выскочить лицом к лицу с ударной группой Седьмого легиона. Палата кишела дерьмо-грязью Имперскими Кулаками! Пятьдесят или шестьдесят. Но многие из них уже убиты. Кибре уже решил, что они смогут зачистить помещение и убить Кулаков, распотрошивших два Термита, когда в них начали стрелять с фланга. --- Гарро вывел свои взводы из Эты, когда услышал предупреждение Обманщика. Когда он подоспел к месту схватки, там уже катуланцы по полной вырезали его людей. Воинов в тактических дредноутских броне-костюмах и боевой броне катафрактов убить тяжело. Как только один из катуланцев пал, подстреленный из автопушки и лазерной пушки, как остальные терминаторы развернулись и начали обстреливать позицию Гарро. Бойца с лазерной пушкой разорвало на куски. Осколок его доспеха впился в забрало Гарро. Раздор пытались отстреливаться, но монстров-катуланцев было больше, и они тяжелее бронированы. Гарро начал отступать с остатками Раздора, примерно третью группы, обратно в Эту. --- В штабе разбирают сообщение Гарро - он отступает в эту, 48 бойцов потеряно. Все в штабе прекрасно понимают, что такое катуланцы. Это имя внушало ужас ещё со времен создания Шестнадцатого легиона. Диамантис ровным голосом командует Найсмиту, Седьмому, Черному Псу немедленно двигаться на Альфу и помочь с терминаторами. --- Локен разворачивает свою группу, шедшую на Йоту, и мчится к Альфе. Балдуин его отговаривает, что у них был другой приказ, но Локен отрезает: Катуланцы на Альфе! Катуланские налётчиики. Людей Гарро сейчас вырезают. Локен чувствует легкое движение воздуха и резко останавливается. Едва успевает предупредить своих бойцов о телепорте, как в них бьёт воздушная волна и перед ними возникает полное отделение Винкор, тактическое, первая рота Сынов Гора. Локен в шести метрах от их лидера – здоровенного гиганта. Он смотрит на Гарвеля так, словно узнал. - Локен – зовёт он голосом Тарика Торгаддона. У него в левой руке цепной кулак, а в правой – цепной меч. Оба взведены. Локен запустил свой цепной меч и вынул клинок Рубио. --- Тем временем Плутона Гора Аксиманда застряла в пустоте, в воздушном кармане. До цели в полу им осталось 40 метров. Они снова пытаются двинуться, проехали ещё чуть-чуть и снова встали. Затем на них посыпались камни. Транспортник покатился. В общем, Плутона вылезла в пещеру под Мрачной стеной и там и застряла, под тоннами камней. Аксиманд угрюмо смотрит на стенку Термита – все их системы управления отключились, и эта металлическая коробка теперь будет его могилой. --- В штабе замечают сдвиг части горной породы. Обширные осадные работы Сынов Гора привели к разрушению структуры и когда вся она обвалится теперь лишь вопрос времени. Госпожа Элга советует Диамантису немедленно поручить Лэнду начать заливку пустот его смесью. Диамантис поначалу не согласен, он хочет удостовериться в как можно большем количестве убийств. Однако есть риск, что сдвиг породы может навредить фундаменту Последней стены. Хускарл приказывает Лэнду начать залив. --- Катуланцы загоняют истребительную команду Гарро. Боеприпасы у лоялистов на исходе. Группа Раздор оставила всю Эту и собирается занять оборону в бутылочном горлышке у выходов на следующий уровень. Внезапно катуланцы прекращают стрелять по его людям. - Гарро, ты живой ещё? - Галлор? - Седьмая с тобой, - ответил Галлор. У истребительной команды Седьмого есть тяжелый взвод – Имперские Кулаки в доспехах катафрактов. Они ворвались в ряды катуланцев с тыла. Кибре попытался собрать свой растянутый отряд, но налётчиков уже сбивали с ног или разрывали стрельбой из плазменного оружия. Хаар прокричал приказы и его отряд Чёрный Пёс, смесь Черных щитов и Имперских Кулаков обрушили на отряд Кибре перекрестный огонь. Слава и история катуланских налётчиков закончилась в считанные секунды. Двое терминаторов попытались прорваться в проходы второй арки, но заместитель Хаар уложил одного силовым топором, а Рваная Гончая размозжил голову второго силовым кулаком об стену. Гарро и ошметки его группы отступали по Эте, Оронт с автопушкой и последним магазином снарядов остался прикрывать их отход. Галлор предупреждает Гарро, что к ним прорываются враги. Кибре, ДеРалл и последний катуланский терминатор бегут к разрушенной арке Эты. Оронтис разорвал ДеРалла напополам огнем из автопушки в упор, но следовавший катуланец пронзил его силовым мечом. Кибре прошёл мимо обоих, с ионной булавой. Боеприпасы у терминаторов тоже закончились. Гарро обнажил свой меч, Либертас. Он легче и ловчее Кибре, ему удаётся рассечь тому бронепластину на животе. Кибре бьёт своей булавой. Его доспех сам по себе превосходит по силе Гарро, так еще и тело ужасно усилено варпом. Гарро попытался заблокировать руку Кибре, чтобы избежать удара булавой, который явно будет смертельным. В этот момент на них наскочил второй терминатор, убивший Оронта. Гарро вовремя отскочил, вернулся от меча катуланца и ударил его своим. Меч не замедлился и не застрял. Он мягко рассек терминаторскую броню от правого плеча до левого бедра одним ударом. Половины катуланца упали на пол. Булава Кибре опрокинула Гарро с ног. Рыцарь упал, его наплечник раскололся. Меч выскользнул из хвата и воткнулся в камень в двух метрах от него – на треть своей длины. Меч заинтересовал Кибре, он видел, на что тот способен. Кибре потянулся за ним. Потянул одной рукой, но он не поддался. Потянул сильнее, добавив всю мощь своего усиленного и увеличенного тела и всей своей усиленной брони. Либертас не поддался. Бронированный каблук ударил Кибре в лицо и тот отшатнулся. Гарро с легкостью достал меч и воткнул в грудь Фалька. Он рассёк морнивальца, от подбородка до паха. Кибре упал на колени, черные блестящие органы выпали наружу, покрытые темной жидкостью, словно прометиумом. Он не был в органическом смысле больше Фальком Кибре, причем довольно долгое время. - Трон Терры. Бедный ты ублюдок, - пробормотал Гарро и отсёк задыхающуюся голову Фалька Кибре. --- Аксиманд и его разрушители вырезали кусок обшивки термита и вылезли наружу. Они оказались в большой пещере. Стены и пол содрогаются от постоянных взрывов и сдвигов. Вокс не работает. Десантники начинают взбираться по пещере вверх, им ещё 200 метров до точки, куда их должны были доставить механикумы. Сыны гора обнаруживают дыру в «потолке» пещеры. Из-за сдвига породы образовался своеобразный тоннель в подвальные помещения. Лукаш, заместитель Аксиманда, выстраивает отряд. Все ветераны, быстро лезут на свет. --- Бел Сепат во главе группы Ярчайший стоит уже полчаса у разлома в полу, открывшегося после тектонического сдвига. Его истребительная команда состоит из его паладинов из отряда Катечон в тяжелой терминаторской броне, Имперских Кулаков и взвода Черных Щитов. Сепат закол[лобзал]ся ждать. По воксу он слышит сообщения, сколько врагов уничтожили и в какие переделки попали другие истребительные команды. Они же всё это время ждут своей первой цели – у дырки в полу. Но сейчас там наконец-то появилось движение. Бел Сепат видит на ауспексе, что приближаются цели. Это видят и остальные бойцы – они готовят оружие. У Сепата счетчик убийств показывает 179. Он включил его во время боёв на Горгоновом Рубеже. Он подумал об этом участке и взмолился в душе, чтобы он удержался. Сепат выставил счётчик на ноль. В дыре показался шлем – черный, с волосяным плюмажем. Сепат опустил кулак. Истребительная команда открыла огонь. Лазерные всполохи, болтерные разрывы, удары плазмы, два мощных заряда из огнемета. Первым погиб Лукаш, ведущий взвод Геморрийских разрушителей исчез в огне. Тела посыпались на поднимавшихся товарищей, сбивая их, делая их легкими целями. 10 смертей, 16, 27, 31… Аксиманд укрылся за одним из выступов и с отчаянием наблюдал, как групп а Геморрийских разрушителей встретилась с уничтожением воочию. - Отставить! – скомандовал Сепат. Он заглянул в проём. Большинство врагов были убиты, но несколько остались в живых, оглушенные. Сепат влетел туда на своём прыжковом ранце и уничтожил их. - Чисто, повелитель? – спрашивает заместитель. - Одного не хватает, - отвечает Сепат, - 50 бойцов и один командир. Где лидер? Он сообщает Обманщику о намерении преследовать выжившего, но получает отказ. Они нужны в других зо[ну уж нет]. Пустоты под стенами начинают заполнять локритом, если они станутся в нижних помещениях, то могут быть заблокированы. -*-- Аксиманд один в пустоте. Весь отряд погиб. Связи нет. Термит разбит, и он убил своими руками обоих механикумов за их некомпетентность. Куда ещё хуже? Тут он слышит чавкающие звуки – целая река какой-то серой смеси вливается в пустоту, словно магма. Какой-то синтетический полимер, жидкий скалобетон. Нет, как муха в смоле умирать он не собирается. Аксиманд торопливо взбирается всё выше. --- Водители штурмового бура сказали Льву Гошену, что они в двух минутах от точки назначения. Однако внезапно транспортник начало болтать, как будто они оказались в брюхе рыбы. Их отбросило назад, а буры начали запинаться, не в силах за что-то зацепиться. Магосы пытаются понять, куда они попали, это не магма и не грязь. Они не в состоянии дальше ехать – транспортник застрял в каком-то композитном материале. Системы управления и наконечники дрелей не могут двинуться. Открыть корпус тоже нельзя. Лев Гошен почувствовал, как на него давят стенки Плутоны. С ними тут 50 десантников и команда Механикумов. Еле пройдёшь. Связаться не с кем, да и кто знает об операции? Магос говорит, что электроэнергии им хватит на 196 дней. Воздуха, учитывая системы рециркуляции и биологию десантников – бесконечно. - Как долго ваш вид живёт? – спросил магос. - А что такое? - Вот на это время вы тут и застряли.

Часть Третья, глава вторая. Как Фафнир Ранн оказался один против семерых в совершенно не Честной Войне, Локен и Балдуин страдают от скуки, а Белые Шрамы раздали демонам горячих пригласительных. Тысяча сынов от приглашения на тусовку отважно отказалась. "Часть третья, глава вторая" Часть третья. Глава вторая. Раненая башня. Журавль или синица. Малая стихия. Горгонов Рубеж, башня Катиллон начинает складываться сам в себя. Её сильно повредили во время вчерашнего штурма, мощно обстреливают сейчас. Ранн ожидает, что она падт через десять или пятнадцать минут и потащит за собой часть четвертой окружной стены. Железные Воины идут двумя колоннами, прячась за щитами и осадными сооружениями, и вклиниваются по бокам башни. Из-за их тыла бьют камнеметы, а бесчисленная орда нелюдей нападает по всей стене, чтобы защитники не могли перебросить резервов. Ранн, как сын Дорна и Имперский Кулак, с осадными доктринами в крови, восхищается чёткостью и решительностью плана Железных Воинов. Он ненавидит врагов, но высоко оценивает их боевое мастерство. Ранн выделил двух вражеских лидеров, ведущих наступление: Ормона Гундара и Богдана Мортеля. Оба заслуженные ещё со времен ВКП вожди, оба кузнецы войны. Ранн решил убить обоих. Гарнизон Горгонова Рубежа не может себе позволить размениваться с наступающими один к одному, а если убить мозг наступающих, то получится обратить наступление вспять. Если же нет, то даже Великий Ангел не поможет им удержать стену. Тем более, что его не видно нигде. Ранн понимает, что теория отличная, а вот реализовать этот план куда сложнее. Он не до конца ещё восстановился после ранений в космопорте Львиных Врат. Бой вокруг него такой яростный, что ему сложно оторваться от врагов и повести бойцов на вражеских вождей. Гален и его взводы прижаты к своим участкам так же, как и Ранн. Сепата нет. Сангвиния не видать. Остаются Фурио, Эймирай или Люкс. Ранн выбивает Железного Воина со стены и опрокидывает осадную лестницу. Его взводы с поднятыми щитами наступают за ним. Эмгон Люкс со своей ротой удерживает баллюстраду с южной стороны Катиллона. - Люкс! - Ранн, братишка! - Я рядом! - Я вижу тебя! - Мне нужен твой клинок рядом со мной, брат! Мы убьём их вождей! - Прямо сейчас? Фафнир, да ты сбрендил, - Люкс смеётся в вокс, - И с кого мы начнём? Ранн загнал оба топора в грудь терминатора-катафрактия, вынул их один за другим и сделал следующий шаг. - Северная сторона Катиллона. Где их башни приблизились. Мы используем их собственные рампы, чтобы… Гранитная глыба размером с Ленд-Рейдер, запущенная требушетом Стор-Безашк, ударила по верхней части Катиллона. Башня с грохотом посыпалась вниз, увлекая за собой соседние участки укрепления. Камень несется вниз со стены со скоростью клинка гильотины, погребая под собой разбегающихся Железных Воинов и их осадные сооружения. Гигантское облако пыли поднялось и медленно поплыло на юг. Камни, щебень, обломки повсюду. Ранн пробирается по руинам. Наткнулся на Железного Воина, который стоял на четвереньках под каменной плитой. Ранн взял его за руку, вытащил и поднял. А затем загнал в него топор. В Честной Войне ты не убиваешь врага, словно собаку, когда он упал. Ты позволяешь ему встать, неважно, каким человеком он стал. Он [ну уж нет]одит Эмгона Люкса – его погребла под собой базальтовая глыба, разрушившая Катиллон. Люкс ещё жив, лежит на спине, ноги под скалой. Он до сих пор удивлен случившимся. Говорить нет времени. Ранн не может сдвинуть скалу сам. Воины Четвертого уже лезут обратно, на стену и он бросается на них, чтобы не пустить к беспомощному Люксу. Их трое против него одного. Четверо. Семеро. - Эмгон, скажи мне! Где Великий Ангел? Он нам нужен прямо сейчас. В ответ он слышит только бульканье крови в глотке Люкса. -- Дорн отозвал истребительные команды Гелиос и Преданность. Сообщил о своём плане. Тейн выслушал спокойно, Сигизмунд отреагировал именно так, как Дорн и ожидал. Дорн приказывает собрать свои истребительные команды и подниматься с ним на валванг стены. Сигизмунд возражает, ведь тогда получается, что враг вынуждает их отказаться от своей стратегии и играть в соответствии с его правилами. - Мы можем оставаться тут, в ожидании возможного появления врага или двигаться и отражать уже происходящую атаку. Стену штурмуют. Им нужны срочные подкрепления. - Вы полагаете, это и есть план врагов? Полномасштабная атака по поверхности? - Нет. Здесь ни капли мастерства Пертурабо. Это нападение не использует ничего из тайной слабости Мрачной стены; - Значит, настоящий удар ещё последует? - Скорее всего. - Тогда надо остаться ждать, - отрезает Сигизмунд, - это тот самый успех, на который мы… - Смени тон, Сигизмунд. Я отдал тебе приказ. Или мы ждём здесь возможный приз, или отправляемся за тем, что уже себя открыл. Не тот, что мы ждали или на который надеялись, но все равно важный трофей. - Но… - Никаких но, - говорит Дорн, - магистр стены Мадий доложил, что Фулгрим привёл всё своё воинство. Если их не остановить, они могут пробить Последнюю стену. Этого ты хочешь? - Нет. - Возможно ли, что Фулгрим – отвлечение, повелитель, - спросил Тейн, - вы ведь говорили нам, что ожидали наступления на стену в качестве отвлечения. - Если так, то он отвлечение куда большее и опасное, чем всё, что мы могли себе представить. Мы делаем наилучшие предположения. Когда мы видим, как разворачиваются события, мы должны приспосабливаться наилучшим образом. - Если ваши предположения верны, а вы должны так полагать, раз провели все эти приготовления… Если вы правы и Луперкаль или сопоставимая угроза ударит здесь, то что тогда? - Да, - говорит Сигизмунд, - что тогда? - Остаются пять истребительных команд. Пять сотен бойцов. Пять сотен хороших бойцов. - Хороших, - кивает Сигизмунд, - но достаточно ли хороших? - Они вооружены неожиданностью, Сигизмунд. Если они не смогут остановить Луперкаля при помощи этого мощного оружия, тогда твое пребывание здесь вряд ли на что-то повлияет. - Но ваше повлияет, Преторианец, - отмечает Тейн. Дорн вздыхает. - У меня выбор, Максимус, возможная цель или реальная. Мы должны отвечать на реальные угрозы, а не воображаемые. Если Луперкаль или кто бы то ни было появится тут, мы перераспределим наши силы соответственно и этот разговор повторится. - Без сомнений очень скоро, - говорит Сигизмунд. - Без сомнений, - отвечает Дорн, - На посты. -- Диамантис заступает на передовой командный пост. В отсутствие Дорна он принимает оперативное командование на себя. Лэнд, который крутится тут же, уточняет, неужели весь план развалился? Диамантис спрашивает у него, готовы ли его системы. Тот отвечает, что они конечно же в порядке. Диамантис отправляет его на свой пост, ждать дальнейших приказаний. Зиндерманн видит, как сильно Лэнд выводит Диамантиса из себя. - Ожидание сводит меня с ума, - говорит техноархеолог. - Скажи спасибо, что это единственное, что сводит тебя с ума, - отвечает хускарл. - Джентльмены, Ликлон пишет, что спокойный разум это клюк к достижению… - Засунь себе свои книги в задницу, историк, - Лэнд оттолкнул Зиндреманна и ушел к себе. Зиндерманн смотрит на Диамантиса: «Теперь я тебя понимаю». -- Абаддон и Урран Гаук, линейный капитан юстаэринцев обсуждают, сколько времени осталось их штурмовому Мантолету. Еще три минуты. Абаддон и остальный воины одевают скалящиеся шлемы своих терминаторских доспехов. --- Локен ждёт и со скуки практикуется с мечом Рубио. Его воины во главе с заместителем, Имперским Кулаком Болдуином, ждут тут же. - Думаешь, они нашли кое-что поинтереснее? – Локен указывает на пустые палаты сигизмундовой команды. - А что-то может быть лучше этого? -- Ариман и семеро посвященных Ордена Руин встали на одно колено в полукруге, когда приблизился Магнус. С равнинны перед Колоссовыми Вратами клубится туман, смешанный с пороховым дымом. Магнус говорит, что демоны уже подкрепились силами, а души врагов ослабли от страха и сомнений. Давайте, мол, сыновья, завершим ритуал и дадим возможность Бледному Коню Королю пойти в атаку. Ариман встаёт и говорит: «Колоссовы падают». Остальные тоже встают и смотрят на врата. Их глаза светятся белым звёздным светом. Из-за их спин выступили колдуны-воины Тысячи Сынов, сотня, пятьсот, тысяча, повторяют эту же мантру. Начинается дождь, который тут же обращается в мокрый снег. Грязь перед ними начинает шевелиться и кипеть, словно живая. Демоны поднялись, - готовы к новой атаке. --- Наранбаатар кашляет кровью. Говорит Ралдорону, что враги приступили. Маршал Агата зачарованно наблюдает, как бетонные стены начинают размягчаться, растекаться. В некоторых местах в стене видно, как корчатся личинки мух. Наранбаатар объясняет ей, что сыны Магнуса через демонов ретранслируют варпову энергию на ворота. Они заставляют укрепления растекаться, как глина в руках мастера. Агата проводит Провидцев бури на самый верх. Она чувствует прикосновения мух, пробравшихся под одежду, кусающих её. Они все вместе поднимаются на верхушку башни Артемиды. Агата уговорила разрешить ей остаться и Ралдорон возражать не стал. Голову Бурра смыло дождём куда-то. Внизу слышен рёв демонов. Провидцы бури начали петь, затем подняли свои посохи наверх. Они ритмично стучали посохами и в тех местах, где они ударялись оземь, оставались отверстия – камень превращался в желе. Агата ничего не знала и не понимала в магии. Она и не хотела знать. Но она поклялась в верности Императору и Терре и пообещала отдать свою жизнь, или свою смерть, если понадобится. Её семья не нарушает клятв. Если эта фантасмагория – часть этой службы, так и быть. Наранбаатар, оказавшийся удивительно внимательным и деликатным, как для космического десантника, объяснил ей необходимые принципы ритуала. «Провидцы бури призывают природную аниму самых сильных стихий на помощь. Но тут нет широкого неба, нет открытого пространства – их любимого поля боя» - сказал он ей. Кроме того, провидцев всего три сейчас здесь, на этом месте. Они слабы. А сынов Магнуса Одноглазого много, и они в силах тяжких. Они поднимают темную аниму и пьют прямиком из Неморя, так что их силы не ограничены ничем. Наранбаатар говорит, что у них есть план, но для этого нужно унюхать воздух. Здесь нет широкого неба, здесь стихия маленькая, она заперта в пустотных щитах. Эгидой. И она так заперта уже многие месяцы. Однако это всё же стихия и погода. Она создана системами микроклимата, она отравлена, ядовита, испачкана. Маленькая погода. - Зажата так тесно, что сила её ярости не может найти выхода. Это не та стихийная анима, к которой они привыкли, но и она имеет свою аниму. Ты отведешь нас туда, где мы унюхаем воздух, познаем её, назовём её имя и боль. Это мы сделаем сейчас. В то же время сыны Магнуса Одноглазого взламывают щиты, которые её сдерживают. - Чтобы добраться до нас. - Чтобы добраться до нас они попутно освобождают малую погоду. Агата нетерпеливо переминается с ноги на ногу рядом с Ралдороном. Ничего не происходит. Издевательство ждать, что что-то случится … Маленькая искра проскакивает с наконечника посоха Наранбаатара. Не больше светлячка, она улетела в закрытое тучами небо. Пение остановилось. Началась гроза. Колонны сине-белого света, слишком яркие, пробиваются сквозь облака. Четыре, пять, шесть, исчезли. Одна, две. Каждая издаёт такой грохот, словно разрывает небо. Все они бьют прямиком перед Колоссовыми вратами. От силы их ударов сотрясается мир. Это словно прямые попадания из гаубиц. Агата смотрит со стены вниз, а Ралдорон придерживает её, чтобы не упала. Молнии, мощные, словно бастионы, бьют вниз. Провидцы бури использовали клочья эгиды как линзу, для увеличения силы и нацеливания своих ударов. Они выпустили на демонов ярость «маленькой погоды». У самых Колоссовых Врат демоны корчатся и извиваются. Некоторые падают, распадаются в спазмах, в искрах электрических разрядов. Другие загорелись, третьи застряли в грязи, словно пригвожденные молниями. Их воля сломалась. Они лишь недавно родились в реальности Терры, со всеми невероятными ароматами и ощущениями, а теперь испытали неожиданную боль. - Как только щиты пропадут, провидцы не смогут повторить этот трюк. Так что дай нам доделать работу. Агата кивает и приказывает открыть вспомогательные врата. Из множества открытых ворот вылетают яркие, красно-золотые ракеты. Они ускоряются. Впереди Константин Вальдор, за ним на пустотных байках Катафрактой Эскадрона Агаматус. Байки ревут на этой скорости, словно гончие у ног охотящегося господина. Хан не усидел, наблюдая за этим, и вывел своих всадников тоже, смертоносной волной, вслед за ударом Вальдора. Вальдор и его кустодии убивают с сёдел, нарезают своими копьями стражей, держа их в одной руке, пронзают насквозь ноги бегущих монстров, спины, подсекая поджилки и обрубая хребты. Агата была права, кустодии более, чем кто бы то ни было способны нанести реальный вред Нерожденным. Вальдор наносит удар за ударом и с каждым понимает всё больше Первородного Уничтожителя. Золотое копье, подаренное Императором, сделало его лучшим воином, но его уроки тяжело вынести. Теперь он постигает сырых Нерожденных. Демоны падают, кричат, захлебываются в грязи. Всадники переезжают их, некоторые спрыгивают с байков и безжалостно добивают монстров. Демоны умереть не могут, но их смертные оболочки повреждены магией провидцев бури, а удары кустодиев, наполненные силой Императора, режут их плоть на куски и ломают их кости. Они буквально тычут снизу вверху копьями в гигантских демонов и те валятся. Это победа, мрачная, полная. Но не такая, какой хотел Джагатай. Это слишком похоже на ритуальное уничтожение, недостойное полубогов-кустодиианцев, словно они безразлично нашинковали мясо для какого-то священного подношения. Хан поднялся в седле. Это победа. Он поднял своё гуань-дао и отдал приказ. Всадники Хана помчались дальше, мимо Вальдора, их орудия начали стрелять, едва они приблизились к врагу. Линия Тысячи Сынов исчезла в воздухе, не оставив ничего, кроме кислотного тумана. --- - Странный ход, - бормочет Ариман, восстанавливая дыхание, - Колоссовы врата стоят. Магнус не отвечает. Ариман напоминает, что Мортарион будет недоволен, но Магнус только проклинает своего брата и его душу. Пусть поучится терпению у Пертурабо. И вообще, время играет на нашей стороне, мы победим в этой осаде. Но от повторных попыток опрокинуть оборону Магнус отказывается. Пусть, мол, Бледный Король покажет, на что он сгодится. - Но мы были так близки и проиграли, - возражает Ариман, - Дорн расценит это как свою победу. - Дорн может продолжать обманывать себя. Пусть Джагатай и Константин празднуют. Это их последний шанс. Это не поражение, сын. Я получил то, за чем пришёл. Магнус уходит. Ариман следует за ним. --- Катарина Элг фиксирует новые подземные сигналы. У одного из них сильное эхо, хоть и плохо различимое за вибрациями от обстрела стены. Диамантис включает вокс. - Это Обманщик. Внимание, истребительная команда Найсмит. Эхо приближающейся цели подтверждено. Ожидается в боевой зоне Гамма. Отправляйтесь! --- Мантолит сотрясается, он проел дорогу из пустоты и дальше слишком плотная порода, не может пробиться. Абаддон командует полную остановку. Магосы включают в задней секции транспорта системы переноса. - Включить маяки, - командует Абаддон и каждый из терминаторов активировал голосом устройства в нагрудной пластине. - Я скажу это однажды, - прорычал Абаддон, - Давайте просветим их. Луперкаль! - Луперкаль, - ответили воины. Адепт механикумов кивнул Абаддону. «Держитесь, телепортируемся» - сказал Абаддон.

Отрицалы! Вот оно, самое подходящее определение!

Ух ты! А почему сам термин найсмит не перевели на русский? Получается тогда, что это как стольник или как по-русски? Пока на найсмита заменю.

Ну раз вы так активно обсуждаете, то вот: "Часть третья. Глава первая"Часть третья. Четыре Победы. До самой смерти. Глава первая. Дедлайны. Обманщик. Разногласие. Шибан-хан контролирует рабочих, которые на одной из платформ занимаются переделкой двух тяжелых буксиров на гравитационной подушке (модель Сизиф, всем понятная отсылка). Ему помогает контролировать рабочих Аль-Нид Назира, капитан Аукзилии. Капитан зовёт десантника посмотреть что-то. Они на высоте 150 метров, под ними мега-структура космопорта расстилается, как ковёр или карта. За их спиной ещё более высокие постройки. Назира указывает Шибану на несколько новых задымлений внизу, дальше основного участка боестолкновения у барьерной стены. Пока основная орда толпится и отвлекает артиллерию у ворот, на всём протяжении южной оборонительной линии полномасштабный прорыв. Назира предлагает спуститься и присоединиться к сражению, во имя чести хотя бы. Шибан запрещает, куда больше чести и пользы делу даст завершить порученную им работу. Хотя бы несколько тяжелых гравитационных орудий могут помочь защитникам задержать прорыв. Однако они не успевают сделать несколько – времени катастрофически не хватает. Назира бежит подгонять работников. Шибан пытается связаться с командованием, но бастион Монсалвант молчит. Он проверяет связь с бригадами подчиненных – и её тоже нет. --- Госпожа-тактик Катарина Элг заступает на командный пост Мрачной стены. Проверяет связь по узкополосному каналу с истребительными командами. Все на связи, все на месте. Все ждут. Обманщик связывается со стражем – командиром гарнизона на стене, капитаном Мадиусом. Все норм, связь есть, врагов не слышно и не видно. Обманщик проводит контрольный сеанс связи с Гран-Бореалисом. Связь есть. Магистр хускарлов Архам и госпожа-тактик Икаро приинимают сигнал (втайне от остальных штабных) и занимаются анализом поступающих акустических, сейсмических и других сигналов с постов прослушки в ожидаемой зоне вторжения. В Гран-Бореалисе больше тысячи персонала, офицеров, операторов, связных, тактиков, маршалов и лордов-командующих – они все активно занимаются наблюдением за тысячами боёв и переводят подкрепления, авторизуют выдачу снаряжения и боеприпасов, проверяют состояние эгиды. Никто из них не знают, что делают Архам и Икаро. Никто не знает ничего о событиях, разворачивающихся на юге, у Мрачного квартала. Архам нервничает и слегка барабанит пальцами по столу. Ловит любопытный взгляд Икаро. Она улыбается. - Я прекращу. - Не надо, пожалуйста, повелитель. Хорошо знать, что я не единственная, кто ощущает это напряжение. Они пересылают Обманщику первые трекинговые данные. Элг сообщает Дорну о сейсмическом пульсе в 40 километрах. Анализируют данные – это скорее всего возвратная вибрация от бомбардировки на соседних участках: Европейской стены и Западной защитной стены – отвлекающие действия предателей. - Они достаточно интенсивны, чтобы скрыть наземное или подземное перемещение в ближайшей зоне, - сообщает оператор. - Мы слепы? – уточняет Дорн. - Просеиваем данные через различные фильтры – отвечает Элг, - Но может быть, никакого сигнала ещё и нет. Если они и собираются приходить сегодня. И вообще когда бы то ни было. Дорн не отвечает. Элг передаёт в Гран-Бореалис, что первый сигнал ложный. Архам и Икаро проведут повторную проверку сигналов через пять минут. - Подождём, - говорит Дорн стоящему в дверях хускарлу Диамантису. - 99,9% жизни солдата, повелитель, - спокойно отвечает Диамантис. Дорн едва не улыбается. Диамантис докладывает, что магос Лэнд наткнулся на какие-то проблемы в системе подачи локрита. Но, добавляет Диамантис, хускарл верит магосу и верит в него. Лэнд один остался на посту управления своими установками по закачке заполнителя в пустоты под стеной. Весь его персонал, кроме самых нужных команд эвакуирован. Сигиллита выпроводили в Верхний Палатин, как Дорн и поручил, хотя Малкадор и выглядел сильно огорченным – он хотел лично посмотреть на происходящее тут. - Для этого у нас тут и есть летописцы, - сказал Дорн. - Следователи, - уточняет Диамантис. - Серьезно? – у Дорна бровь задралась от удивления, - Ты хочешь поправить меня? - Мы можем называть их как угодно вам нравится, Преторианец. - Ладно, зови их сюда, - ворчит Дорн, - Передовой командный пункт, наверное, лучшее для них место. - Чтобы они не видели ничего из происходящего? - Чтобы они не путались под ногами. Диамантис идёт за летописцами, но [ну уж нет]одит только одного, молодого. Зиндерманн куда-то запропастился. --- - Давно не виделись, Гарвель, - говорит Зиндерманн. Он и Локен в шестом сборном зале, рядом с линией пустоты. Это некогда была кирпичная цистерна, которую расширили сервиторы. С Локеном его истребительная команда, сотня легионеров, большинство – Имперские Кулаки. Они заканчивают последние приготовления к бою. В соседнем, седьмом зале Сигизмунд и его Храмовники готовятся к бою. Их тоже всего сто бойцов. У каждой истребительной команды свой позывной. У Сигизмунда – «Преданность», Гарро – «Раздор», Хаара – «Чёрный Пёс», Сепата – «Ярчайший», Галлора – «Седьмой», Тейна- «Гелиос». У Локена - «Найсмит - Naysmith» в честь игрока национальной сборной Шотландии по футболу в М2. Зиндерманн и Локен обсуждают решение последнего покраситься в цвета Лунных Волков. Локен признаётся, что не просто считает их своими настоящими цветами, но и надеется спровоцировать определенный психологический эффект. - А позывной, который ты выбрал? - Этому слову меня научил ты. Я стремлюсь к разногласиям и вызовам. Равновесие ушло, Кирил. Нам нужны найсмиты больше, чем когда-либо. Локен считает высокой вероятность, что прибудет и сам Гор. И он почти уверен, что прибудут самые лучшие из Легионов, Морниваль, Первая рота, Абаддон. - Что ты сделаешь, Гарвель, если твой некогда любимый командир… - Убью его. Я убью его. - История учит, что культура в полном развале, когда сыновья обращаются против своих отцов… - Мой отец обратился против меня. Мне не нужна история, чтобы обсуждать это. Зиндерманна [ну уж нет]одит капитан Альборн и конвоирует на передовой командный пункт. На прощание старый летописец желает Локену найти то, что тот ищет в темных местах. --- Сигизмунд видит мечи Локена и говорит, что зря тот не обратился к нему – Кулак мог бы одолжить клинки и получше. Локен говорит, что для намеченного и эти сойдут. Сигизмунд замечает, что гладий собеседника – психосиловое оружие. - Воин вроде тебя не сможет извлечь из него всю пользу. - Это всё ещё клинок. И у него наточенная кромка. Они осматривают обе сборные палаты, где в тишине собрались воины, готовые раздавать горячих пирогов гостям. Сигизмунд признаётся, что ему понравилась клятва Локена. - Самая короткая изо всех. - Да. Но хорошая. Я бы хотел, чтобы она была моей. --- Гран-Бореалис, Икаро и Архам проводят уже девятую проверку. Параллельно проверяют положение дел у Колоссовых Врат и на Горгоновом Рубеже. Там события сильно ускоряются, разведка докладывает об ухудшении ситуации в обоих зо[ну уж нет]. Архам говорит, что именно потому, что это ключевые участки, Дорн разместил на них Хана и Ангела. За боями следят также и сам Архам, и Военный Совет – на дюжине столов. Готовы планы реагирования на любой случай, если даже объекты станут non-vi - на жаргоне Кулаков это значит больше непригодны. - Там становится чертовски горячо, Архам. - Становится. Но у нас есть работа, которую мы должны сделать. Сосредоточься. - Результаты наблюдения готовы. - Обманщик, это Гран-Бореалис. Передаем вам данные. --- - Сейсмический скачок, сорок один километр, движется. Как и ранее, под прикрытием шумов Европейской и Западной защитной, - слышит, входя на передовой пункт, Зиндерманн. Элг и операторы зачищают и фильтруют сигнал от всевозможных помех. Поступает новый сигнал, движущийся. - Восемь километров от Мрачной стены, зона 1-7-2. Приближается. Значительный сигнал, громкое эхо. - Подземный? Как глубоко? – спрашивает Дорн. - Нет, повелитель, на поверхности. - Подтверждено? - Подтверждаем сейчас. Дорн говорит, что ждал наземный штурм, чтобы отвлечь защитников от происходящего внизу. Связывается со Стражем, командиром гарнизона стены. --- Мрачная стена – значительная, смотрящая на юг секция великой Последней стены. 1100 метров высоты, 400 метров толщины. Она выступает как морской волнолом на 30 километров между Европейской и Западной Защитной секциями. На главном бастионе стены, Оанис, тишина. Температура воздуха околоноля, становится прохладнее. На стволах орудий, ступенях, бронированных казематах образуется иней. Пустотные щиты работают спокойно, на максимальном уровне. Командир гарнизона капитан Мадий – из новорождённых, легионеров, созданных по технике ускоренного отбора, чтобы пополнить ряды на Терре. Его назначили магистром стражи на стене 8 дней назад. Под его началом 500 Иимперских Кулаков, 2 тысячи солдат аукзилии, без счёта обслуги орудий, заряжающих, технического персонала. Мадий отдаёт команду всем приготовиться, а сам заступает на станцию огневого контроля на перекрестке главной стены и башни Оанис. Он проверяют у своих подопечных офицеров, нет ни визуального, ни акустического подтверждения наличия контакта. Ауспекс тоже ничего не даёт. Мадиий приказывает повторно проверить. Ауспекс показывает размытый сигнал, в семи километрах, 1-7-2. Мадий докладывает Обманщику, что есть лишь эхо сигнала, визуальное сканирование показало отрицательный результат. Дорн поручает прийти в боевую готовность. - Уже, повелитель - Полная готовность к отражению - Полная готовность к отражению, подтверждаю, Обманщик. Гарнизон, полная готовность к отражению, готовь орудия! Комната наполнилась шумом, зажглись гололитические экраны, визжат когитаторы, гудят реакторы главных орудий. Мадий немного растерян, потому что на нынешнем расстоянии 6,5 км уже должно быть видно цель, а её всё ещё не видно. Он прослушивает акустический профиль цели, - звук как у бьющегося сердца, тумб-тумб-тумб. Непонятно, это техника, пехота или осадные устройства. Он поручает оценить примерную массу объекта от данных акустического эхо. В это время дикий вопль разрывает комнату. Консоли замыкают, экраны разлетаются на куски. Системы шумоподавления в шлемах включились автоматически, но у рядового персонала без шлемов такой защиты не было. Их просто разбросало по консолям и столам, с кровью из ушей, носов, слезотоков и ртов. Вопль длился шесть секунд, пока вся штабная палата не взорвалась искрами и всполохами испорченного оборудования. --- - Страж, ответь. Страж, это Обманщик, ответь. - Связь прервана, - докладывает Дорну оператор. Передовой командный пункт спешит наладить связь. Контакт с Гран-Бореалис и истребительными командами сохранён, а вот с гарнизоном его нет. Срочно отправляют команды связистов на ремонт канала. --- - Всем к станциям, одеть головную защиту, включить шумоподавление, - командует Мадий на стене. Медики оттаскивают погибших и раненных штабных, вместо них на посты заступает резервный персонал. Один из офицеров сообщает, это был звуковой сигнал на уровне 262 децибел. Докладывают о визуальном контакте, но вывести на экраны не могут – экранов просто больше нет. Мадий выходит наружу. Десантники уже на постах, за орудиями или с болтерами наперевес. Сержант Каск указывает на приближающегося монстра. --- Осадная башня класса Донжон – не очень распространённая машина. Их изготавливали на Марсе в ранние годы ВКП, но не очень много. Они служили на ряде театров военных действий, но постепенно донжоны задвинули на полку. Были разработаны лучшие доктрины, раскрывающие гибкие возможности легионес астартес, активно производились титаны. Система донжон передвигается на четырех ногах, а её передвижение обеспечивает та же мотиваторная система, что и в титанах класса Полководец. На плоской платформе достаточно места для эскадрильи самолётов или полной механизированной роты. Обводы платформы заняты портами тяжелых орудий, элеваторами, способными поднимать осадные башни и выдвижные мосты до самых высоких укреплений. Но Донжон очень медленный, им тяжело маневрировать, а пустотные щиты едва охватывают всю его структуру. Все три донжона, что Абаддон выпросил у Темных Механикумов, он передал Фулгриму. Три монстра двигаются в ряд к Мрачной стене, а у их ног несется бронетехника: пехотные транспортеры, подвижные минометы, стенопробиватели, подъёмники осадных башен. Гиганты открыли огонь по стене из мегаболтеров, инферно-пушек, плазма-уничтожителей. Стреляют также и специальными ракетами, предназначенными пробивать пустотные щиты. Артиллерия стены тут же открыла ответный огонь, разрывающий пустотные щиты приближающихся донжонов. Для Мадия это первый бой за всю жизнь. Он смотрит на донжоны, которые вживую вообще мало кто из бывалых даже видел в бою. Но он учился и хорошо знал их уязвимые места и проблемы применения. Они выглядели очень впечатляюще, но он уверен, что орудийные системы стены пробьют щиты и разорвут донжоны на куски. Однако Фениксиец сделал на донжонах некоторые улучшения. Его звуко-строители, вдохновленные акустическими кошмарами, наш[оппа!]нными демонами, замаскировали приближающиеся махины звуковыми полями. Они скрывали их также и от визуального контакта. На донжонах какафонии установили звуковые орудия, которые уже выпускали кричащую ауру на ультрах, искаженный звук, который заставлял сам воздух звенеть, а приданные ноты заставляли кровь слушателей холодеть и их самих съеживаться от страха. Какафонии назвали эту мелодию Сонанцией. Она уже уничтожила акустические системы бастиона Оанис, разорвала вокс. От неё завибрировала эгида над стеной, словно хрустальное стекло, по которому проводят пальцем. В мелодию также вложено было рычание хищников, на частоте меньше 20 Герц. Эта последовательность вызывала парализующий ужас. Мадий поёжился. Он новорождённый и непроверенный ещё, но он решительно настроен. А смертным людям тяжко – они опрокидываются на ноги, рыдают, бросают оружие. Он приказывает навести порядок, но уже и пустотный щит не выдерживает и лопается. Огонь мегаболтеров и тяжелых лазерных орудий бьёт по стрелковым секциям. Подойдя к стене, донжоны сами опустили свои пустотные щиты. Менее чем в километре от стены установленные на платформах пусковые установки начали стрелять в воздух дроп-подами. Некоторые отскочили от слабых участков пустотного щита. Попавшие в более крепкие участки просто сгорели. Но многие перелетают прямо на стену, вцепляясь в валганг. Некоторые бьются об стену и скатываются вниз. Упав, они выпускают когтистые лапы и ловко, словно пауки, взбираются вверх. На стене оказываются Дети Императора, в пурпуре, золоте, розовом, черном, визжащие свои смертные гимны. Их встречают Имперские Кулаки – начинается перестрелка. Мадий пытается связаться с Дорном, но связи по-прежнему нет. Из варп-разрывов над стеной падают чемпионы Третьего легиона. Одна фигура, крупнее прочих, приземлилась прямо посередине валганга. Фулгрим медленно поднялся, осмотрел развернувшееся разрушение и улыбнулся. -- Гор Аксиманд едет в Термите вместе с отрядом Сынов Гора. Он снова слышит за спиной тяжелое дыхание, но убеждает себя, что это дыхание его товарищей. Связи нет – каменная толща слишком непроницаема. Его заместитель – Серак Лукаш, из новорожденных, недавно ставших Сынами Гора. Черты лица выдают его генетическое наследие безо всякого сомнения, хоть и не так, как у Аксиманда. До прибытия на место 16 минут. -- Дорн слышит и понимает, что оборонительные системы Оаниса и всей Мрачной стены ведут полный огонь изо всех сил. Они отражают масштабную атаку. Гран-Бореалис продолжает присылать сигналы, но это всё наземные – от осадных сооружений. Подземные сигналы пока вычислить не получается. Наконец удаётся наладить связь с гарнизоном стены. - Мадий, что там у тебя? - Полномасштабный штурм, повелитель. Третий легион. Щиты разорваны. Они на стене. - Страж, каковы их силы? Доложи о силах Третьего легиона. - Весь легион, повелитель. Дорн приказывает немедленно связаться с Гран-Бореалис и перегруппировать всю оборонительную сферу. В легионе Детей Императора, по слухам, более 100 тысяч легионеров. Дорн прикидывает, сколько можно вытащить резервов и откуда, чтобы отбить этот удар. С Колоссовых Врат и Горгонова Рубежа – не получится вытащить никого без фатальных последствий. Остальная часть Внешнего Барбакана тоже под напором. Он и так уже пожертвовал космопортом Стены Вечности, чтобы сделать операцию на Мрачной стене возможной. Вокс в его руках снова трещит. - Обманщик, ты меня слышишь? - Обманщик слышит, Мадий. - Обманщик, он здесь. - Повтори, страж. - Он здесь, повелитель. Фениксиец. Значит, смотрите, как переводил Naysmith - позывной Локена. Это слово в английском является вторым описанием ножовщика, но связано со всей деятельностью по производству, подготовке и применению столовых приборов. Восходит ещё к одному из поздне-латинских названий ножа, так что я посчитал вариант Ножовщика наиболее подходящим. Кол[лобзал]ся между просто Ножом и Точильщиком. Но по смыслу Ножовщик, как человек который делает и точит ножи, подходит как нельзя лучше, имхо. Буду рад замечаниям. З.Ы. Спасибо камраду Luminor-у, просветил в полном соответствии с никнеймом о классе найсмитов. Внёс поправку. ... Добить уже книгу-то, что ли, раз график изменился...

Справедливости ради на стене уже был и сражался двухтысячный гарнизон ИК с подкреплением из бог-весть-сколько Армии, а высадившиеся на стену Дети Императора не занимались непосредственно боевыми действиями: разбегались за добычей полегче и повеселее. В результате их группки и одиночных бойцов и зачистили кулаки Тейна, пока Дорн с Сигизмундом убивали ылиту Третьего легиона. Ладно, похоже что без следующей главы тут не разобраться

Дальше по тексту станет понятно, что именно атака всего Третьего легиона чуть не развалила план Дорна к чертям. Он-то рассчитывал, что операцию со стороны противника будет планировать Пертурабо, а тот явно не стал бы швыряться избыточной силой на отвлекающий манёвр. А по ходу событий отвлекающий манёвр превратится в основную опасность, вотэтоповорот, и Дорн с двумя истребительными отрядами отправится на перехват. Что касается поединка Дорна с Фулгримом (кстати, сошлись единственные имеющие опыт братоубийства примархи), то лично у меня сложилось впечатление, что Фулгрим больше сражался со скукой, чем с Дорном. А когда он понял, что Дорн не врёт и Фулю с легионом подставили под удар, в то время как сами организаторы операции со стороны предателей жутко лоханулись, то и примарх Третьего свалил в закат. Скушнааааа.

При этом надо отметить, что до конца книги самым крупным успехом предателей остаётся захват космопорта Львиных Врат (где засел со штабом Пертурабо) и прорыв Внешнего Барбакана. Да, предатели сровняли с землей Магнификан, каждый день их атак на Горгонов Рубеж и Колоссовы Врата выглядит как последний. Но это всё ещё вторая стена. Правда, за ней следует уже сам Внутренний Дворец, т.н. Санктум. Чтобы не допустить прорыва в Санктум, Дорну и пришлось сдать космопорт Стены Вечности и провести операцию в Сатурнине. Кстати, может её Сатурнином называть или Сатурновой стеной, или Свинцовой стеной, раз уж в тексте так много отсылок к Сатурну-Императору и свинцовым пробкам? Так что по итогу этой книги предателям удаётся захватить космопорт Врат Вечности, но прорваться сквозь Вторую стену не получается. Более того, как вы увидите сами дальше, лоялисты отобьют часть кружных позиций под стенами параллельно с операцией в Мрачной стене. А потом уже и Хан выдвинется отбивать космопорт Львиных Врат. А потом ещё и подкрепление от Темных Ангелов. Так что раздражение Фулгрима более чем понятно - вместо веселого похода на Терру получилось затянувшееся бодание под её стенами, с неясным и всё более сомнительным исходом. А со стены ещё и Сигизмунд разные некрасивые жесты показывает.

В этой главе один ангел смотрит на мир глазами другого и вместе с читателем безрезультатно пытается понять, зачем вот это вот всё. Дорн раздает последние указания, а Локен подготовил своим старым знакомым из легиона таблетку для памяти. "Часть вторая, Глава шестая"Часть вторая. Глава шестая. Всё. Неизбежное оружие. Из ямы. Абаддон, Гор Аксиманд, Фальк Кибре и Тормагеддон встречаются с делегацией Детей Императора. Тех возглавляет Эйдолон. Лорд-командующий настолько доволен собой, что при ходьбе воздушные мешки на его шее надуваются, как у какой-то амфибии. - Вы готовы, братья? – спрашивает Эйдолон. - Попробуй угадать с одного раза, - отвечает Абаддон. Встреча проходит в каньоне, в шестидесяти километрах от боевого лагеря Темных Механикумов Эпта, на склоне гималазийского плато. Магосы полным ходом готовят штурмовые бурильные установки Терракс и Плутона-моделей, а также более крупные Мантолиты. Проверяют сверлильные насадки, мельта-резаки и т.д. Три полные роты Сынов Гора, Первая, 18 и 25, все в полной броне, выстроены и готовы к посадке. Офицеры ждут и собираются отдавать клятвы момента. Капитаны Лев Гошен и Тибаль Марр, в окружении почетной стражи из Юстаэринцев и Катуланцев стоят поблизости. Эйдолон соглашается, что они готовы и приносит извинения, что заставил их так долго ждать. Его эскорт состоит из, как нетрудно догадаться, отъявленных эскортниц элиты Третьего легиона, прирождённых убийц, хотя и выглядят они как разряженные павлины. Среди них Фон Кальда, с детским лицом и бронёй слоновой кости, денщик Эйдолона, Лекус Фодион, вексиларий, который теперь называет себя оркестратором, Квин Милоссар, некогда крутой мечник и тактик, а теперь разукрашенный, с павлиньими перьями из головы и двумя са[эх жаль]ми из локтей и др. Абаддон и Аксиманд спрашивают, готов ли Эйдолон, был ли он убедителен. Тот отвечает, что был чрезвычайно убедителен. - И какие силы ты привёл? Что Фениксиец позволил тебе взять? Я говорил, нужно пять боевых рот, минимум. - Ага, ты был предельно понятен. - И какие силы? - Все. - Все пять? - Нет, Эзекиль, все. - Ты шутишь? - Я люблю шутки, как ты знаешь. Но это не шутка. Ты просил нашу силу. Ты её получиил. У тебя все Дети Императора. - Весь Третий легион? - Весь Третий легион. Я надеюсь, этого будет достаточно. Морниваль в шоке. На такое они даже не рассчитывали. Абаддон обещает Эйдолону как свою благодарность, так и респекты от Пертурабо и Гора Луперкаля. То, что они собираются сделать, может изменить всё, перевернуть игру. Абаддон признается, что сильно недооценивал серьезность намерений коллеги. - Прости меня за это, Эйдолон и прими мои благодарности. Они пожимают руки и у лорда-командующего лицо буквально разваливается в улыбке. Видны тысячи полированных зубов. - Да не за что. Это именно то, что делают братья. - А как твой повелитель Фениксиец воспринял эту идею? Он должно быть очень тебе доверяет, раз позволил вести целый легион в такой бой. - Он вообще мне не доверяет. Ни капельки. Но я был очень убедителен. - Я не понимаю. - Он уболтал меня принять в этом участие, - доносится до них голос из эскорта Эйдолона. Один из воинов выступает вперёд и с каждым шагом его броня, плащ и оружие рассыпаются в угли. На мгновение легионер обнажен, а затем он растёт и приобретает очертания фигуры атлетического совершенства. Его тело светится и из этого света облекается в самую роскошную и сложную броню изо всех возможных. Абаддон и весь Морниваль, все Сыны Гора преклонили колено. Фулгрим позволил им встать: затея Первого капитана СГ прозвучала весело и обозначает возможность покончить с этой затянувшейся и увязшей в ничьей схваткой. Ему план Абаддона понравился с первой минуты, и он решил приложить максимум усилий, чтобы штурм был удачен. Поэтому направил весь свой легион. А куда его дети, туда и он. --- Малкадор и Зиндерманн изучают геологические снимки плато под Мрачной стеной. Платформа сильно повреждена, как перед стеной, так и за ней. Там была природная неустойчивость, о ней знали и укрепили. Заполнили пустоты в породе. Но из-за невероятно интенсивной бомбардировки Дворца произошел тектонический сдвиг, и старая рана снова открылась. Малкадор благодарит Зиндерманна за открытие и настаивает, чтобы его заслуга в этом была записана. Если Рогал прав, то Пертурабо попытается воспользоваться возможностью, чтобы как можно скорее прорвать оборону. При этом они придумали, как заполнить образовавшиеся пустоты в породе. Хускарл Диамантис проводит Зиндерманна в другие покои, где среди сложной системы машин, насосов и миксерных устройств [ну уж нет]одится и этот самый техноархеолог. - Что это? Спрашивает Зиндерманн - Только он знает. Это раздражающий маленький ублюдок, но он умён. За пару часов всего он изобрёл смесь, которая течет как вода, но очень быстро застывает. А застыв становится твёрже камня. Мы сломали свёрла во время проверок. Зиндерманн просит разрешить ему поговорить с Лендом. Диамантис отговаривает его, тем более, что Ленд занят. Малкадор добавляет, что враг не знает, что они знают о имеющейся проблеме. Они ждут, чтобы попался такой трофей, который изменит всё. Надеются, что им попадётся Гор. Рогал рассматривает этот изъян как приглашение для Пертурабо. Он неминуемо должен привлечь его внимание. Дорн решил не просто заделать пустоты, а использовать как ловушку, потому что научился у Хана превращать недостатки своего положения в преимущества, предполагает Малкадор. И это то, чего от Дорна не может ожидать Пертурабо, который годами изучал его тактику. Опираясь на Хана, Дорн старается разработать такие ходы, которые Перту не прочтёт. Они [ну уж нет]одят Дорна в одном из подготовительных залов, вырезанных в скале под улицами в Мрачном квартале. По словам Диамантиса, это сборный пункт у самой границы пустоты. С Дорном стоят дредноут Богемунд, несколько хускарлов, группа тактиков из Военных Советов, фаланга Хорт-Палатинов. Дорн кивнул Зиндерманну и Малкадору, помог последнему пройти по ступеням. Командир палатинов Альборн сообщает, что все контр-штурмовые офицеры собраны. Их приводят в зал. Это Максимус Тейн, Имперский Кулак, капитан 25 Образцовой Роты, боевой молот на длинной рукояти отдыхает на его плече. Хелиг Галлор, некогда из Гвардии Смерти, теперь в сером Странствующих Рыцарей. Бел Сепат, капитан-паладин Херувимова воинства, в багровой катафрактовой броне, с длинным мечом Парузией. Массивный Эндрид Хаар, Рваная Гончая, бывший Пожиратель Миров, ставший Черным Щитом, его силовой кулак так же чёрен, как и его броня. Натаниель Гарро, некогда боевой капитан 7 Великой Роты Гвардии Смерти, теперь Странствующий Рыцарь. Сигизмунд, Имперский Кулак, первый лорд-капитан Братства Храмовников. Гарвель Локен, Странствующий Рыцарь, меч Рубио прикован к его запястью, а в другой – цепной меч. Его броня не серая, он покрасил её в цвета капитана Лунных Волков. - Братья-сыновья, - обратился к ним Дорн, - В условиях абсолютной секретности мы приготовили это поле боя и привели наши силы. Когда час пробьёт, и он приближается быстро, вы семеро будете военачальниками в бою. Каждый из вас более чем проявил себя в схватках. Каждый из вас верен Терре. Каждый из вас, каждый по-своему, горит огнем личного желания уничтожить врага. Ему ответило молчание. Хаар слегка кивнул. Сигизмунд качнул головой и сжал челюсти. - Но никто из вас не желает этого больше, чем я – сказал Дорн, - Вы пойдете в бой вслед за мной. - Вы поведёте нас в бой, повелитель? – спросил Сигизмунд. - Лично, - ответил Дорн, - Диамантис провел брифинг, инструктировал и объяснил. Госпожа Элг займется тактической частью операции из командного пункта. Её позывной Обманщик. Вокс и другая связь запрещена. Только передача по узкополосной линии связи. Штаб в Бхабе обеспечит их дополнительными тактическими мощностями, если понадобится. В том числе акустические данные прослушивающих постов Внутреннего Дворца. О проходящей операции знают только магистр хускарлов Архам и госпожа Икаро – они и будут на связи. Дорн говорит офицерам, что не любит секреты. Они нестабильны и ненадежны. Когда они вскрываются, сам факт их существования может навредить друзьям и братьям вокруг нас. Дорн на мгновение задумывается о тех горьких выборах, что он был вынужден сделать. Порт Стены Вечности уже погибает, скорее всего. Он скрыл эту тайну ото всех, в первую очередь от братьев Сангвиния и Джагатая. Но он был должен так поступить, чтобы обеспечить победу на этом участке. Он вспомнил также о Вулкане, его тайну он тоже хранил ото всех и, когда Малкадор её раскрыл, вынужден был разыграть удивление. Дорн понимает, что манипулировал Сангвинием и Джагатаем, а также удивляется, почему они не раскрыли его неумелый обман. Лгать становится слишком легко. Обман превратился в необходимый инструмент его арсенала, а он презирал его так же, как и тех, кто вынудил его прибегнуть к таким методам. - Честная война. Я всегда вёл честные войны. Я выбирал честь. Но это не Честная Война. Это падение. Сам факт, что братья обратились против друг друга говорит, что мы не можем доверять сами себе. В эту темную эпоху или мы превзойдем врага, или будем уничтожены. Мы должны расширить свой арсенал чести, отваги и надёжности менее честными орудиями. Неизбежное оружие обмана, приманок, бесчестия. И мы должны, мне жаль это говорить, оставить в стороне милосердие и стать безжалостными. Локен спрашивает, какое имеет значение, как они победят, если они сумеют разгромить врага. - В обычных условиях, капитан? Абсолютно да. Сегодня ночью, нет. Но я вижу, ты сегодня сам решил отбросить всю ложь или это ещё одна ловушка? - Я всегда был Лунным Волком, повелитель. Верным, до самой смерти. Я хочу видеть, как они умирают. Бел Сепат уточняет, а кто будет командовать обороной, пока Дорн вместе с ними здесь сражается. Дорн говорит, что командует он. Как и примарх, магистр Архам многозадачен, тактики Гран-Бореалиса подготовлены, а Сангвиния пока не надо информировать об этой операции. - Но, если вы погибнете, - уточняет Бел. - Я не погибну, - отвечает Дорн. Другие капитаны соглашаются с сомнениями Сепата и Дорн отвечает им, что возводил эту крепость чрезвычайно тщательно. Но невозможно создать крепость без слабых мест и уязвимостей. Всегда будут трещины и изъяны. Так что я должен встать в место этих трещин и закрыть их своей плотью и яростью. - Я теперь крепость. А теперь, каждый по очереди, принесите мне клятву момента. --- - Пожаловали, голубчики, - говорит Ранн. Колонны Железных Воинов, закрывшись щитами, выступают из третьей окружной стены. В эскорте ган-траки и мобильная артиллерия. Они стреляют на ходу бетонобойными снарядами в стену перед орудийной башней Катиллон. Из тыла подтягиваются более мощные камнеметные машины, тяжелые осадные башни и т.д. Ранн уточняет приказы у Сангвиния, но тот не совсем в этой реальности. Вернулась боль и голову заливают видения, а окружающая реальность кажется ненастоящей. Он заставляет себя выпрямиться и отдаёт приказы. Ранн и Эймирай должны вести силы в отражение атаки и заблокировать удар по Катиллону, а Люкс – быть наготове поддержать. Сам он пока к бою не присоединится. Ему чертовски плохо, он чувствует Гвозди Мясника так, словно они в его собственной голове. Его брат стоит в километре от Монсалвант Гард, он выходит к стенам. --- Ниборран и Брон наблюдают, как Ангрон заходит в зону действия артиллерии космопорта. Ниборран приказывает навести на него батареи. Ангрон подходит под самые стены и поднимает топор. - Услышьте меня. Я делаю своё предложение лишь единожды. Согласно ритуалам этой арены. - Арены? -переспрашивает Ниборран, - Что он там себе думает? - Ваше дело безнадежно. Вы встретились с врагом, победить которого невозможно. Вы отрезаны, вас меньше, и вы защищаете правителя слишком слабого, чтобы быть достойным вашей верности. - Клем? – спрашивает Ниборран и Брон кивает. - Моё предложение – сдавайтесь. Каков ваш ответ? - Вот каков, - ответил Ниборран. --- Сангвиний завизжал, когда вся южная линия Монсалвант открыла по нему огонь. Он почувствовал, что рассыпался на атомы. Боли не было. Вообще. Момент свободной от боли чистоты охватил его. Сангвиний обнаружил свои руки на стене Горгонова Рубежа. Увидел наступающих на Катиллон Железных Воинов. И он знал, что почувствовал смерть своего брата от орудий Монсалванта. А ещё он пытается понять, почему к нему приходят именно эти видения. Он видел глазами Ангрона и понял, как Ангрон воспринимает реальность. Ангрон по-прежнему сражается с высокими наездниками на Нуцерии. Он воспринимал защитников Монсалванта – защитниками Дешеа. Он стоял у себя дома, чтобы умереть. Ангел задумывается, при чем здесь Нуцерия. И он видит разгромленные здания, полное уничтожение. А затем увидел, как Ангрон из чистой ярости возрождается снова. Жилы, плоть, элементы скелета, всё это воссоздалось и Сангвиний наблюдал за этим. Кулак Ангрона выхватил из дыма воссозданный топор. Сангвиний посмотрел ему в глаза и тот посмотрел обратно. Ангрон медленно поднял левую руку, где еще не появилась кожа и облизал с неё кровь. - Кровь Кровавому Богу. --- На Монсалванте у защитников тяжелая фрустрация от увиденного. Ангрон полностью восстановился и расправил гигантские крылья. За ним вся масса Пожирателей Миров взревела и побежала в атаку. Ангрон взревел. Дикий, бессловесный вопль, смысл которого был очевиден. Сегодня и пару дней дальше, камрады, новых спойлеров может не быть, вы уж извиняйте. Как я и говорил с самого начала, спойлерить буду нерегулярно. Хотя...

Часть вторая, глава пятая. Прочитавший сие узнает, что и у примархов бывают критические дни, а кетанова в тридцатое тысячелетие не завезли. Ниборран догадывается, наконец, привлечь к обороне порта гражданских, Гари записывает ту самую главную историю и узнаёт настоящее имя Олли Пирса, а Дженетия Крол собирается поставить точку в своей истории. И, вы знаете, она готова это принять. "Грустная глава с намеком на грядущий адЪ и Израиль"Часть Вторая, глава пятая. Другой ангел, Надежда -не ошибка, Олимпос. Сангвиний заступает на стрелковую ступень четвертой кружной стены Горгонова Рубежа и чувствует, как нарастает давление в его голове. Он все сильнее чувствует разумы своих братьев. Особенно одного. Сангвиний боится, что подчиненные заметят слабость, а у них и так боевой дух на уровне плинтуса. Он решил пройтись среди рядов, вдохновить бойцов. Он понимает, что в войне нынешних масштабов даже его боевая значимость меньше символической, живого знамени. А его повторяющиеся самоволки с линии фронта стали замечать, как он догадывается, стали распространяться слухи, что его ранили или он заболел. На посадочной зоне за парапетом Сангвиний встречается с Бел Сепатом и Галеном. Они ждут его. Враги накапливаются и готовятся повторить атаку, как Ангел и предсказывал. Пока пристреливаются и выбирают участок обороны послабее. Сангвиний отдаёт рутинные приказы, вроде отправить Беренгарских Фузилёров на отдых со стены (они отказываются покидать позиции, пока там Ангел), заменить их Прусшскими Кирасирами и т.д. Ангел отправляет Галена с поручением, а сам приказывает командиру Паладинов Белу Сепату перейти в распоряжение Рогала Дорна – вместе с лучшим взводом бойцов. Сепат отказывается – он не хочет ни на какое спецзадание, он хочет сражаться рядом с примархом. И вообще, у Дорна есть свои люди. Сангвинию тяжело объяснить сыну, что от него требуется, потому что и сам он ничего не знает. Но упрямство Сепата его начинает раздражать. - Если мой брат нуждается в лучших ангелах, я не задаю ему вопросов. Преторианец командует нами. Мы следуем его стратегиям, или оборона развалится. Его понимание этой войны гораздо шире и глубже, чем моё… - Я передам командование Сателю Эймирай. Я возьму второй взвод, Катичон, - вздыхает Сепат. - Бел? - Я упущу славу этого дня - Слава, Бел, ждёт тебя повсюду, куда бы ты ни шел. --- Сангвиний присоединяется к Галену на стене. Их обстреливают, артиллерия лоялистов стреляет в ответ. Слева, в полукилометре передовые отряды предателей пытались пробиться к одному из участков, но их отогнали артогнем. Справа, в полутора километрах, вернулись Гончие Войны предателей, с друзьями и Квесторами-Рыцарями в придачу. Одну удалось опрокинуть огнём артиллерии стен. Сангвиний проводит совещание с Ранном, Хорадалом Фурио и тремя лордами-командующими Имперской Армии. Ангел уверен, что не будет массивной атаки по всему фронту, потому что враг должен был устать после вчерашнего. Тем более, что и потери понёс массивные. Поэтому Сангвиний ждёт два-три концентрированных одновременных удара, осталось только разобраться с их направлением. Ангел вглядывается во вражеские порядки, вслушивается в бой их боевых барабанов и рёв «Император должен умереть!». Тут же нарастает давление на ум и его разум буквально захватывает разум его брата. Он чувствует связь, которую никогда не разорвать, чувствует горячую ненависть, которой ему никогда не понять, ярость, которую никогда не унять. Это Ангрон, другой, ещё более красный ангел. Сангвиний чувствует необходимость рассказать об этих видениях Малкадору. Как ему научиться удерживать разум, как отгонять видения, как защитить свой разум от вторжения братских мыслей. Что всё это значит. Но у него нет ни времени, ни возможности об этом рассказать. И еще он боится в глубине души, что Малкадор, Рогал, кто-либо сочтут его сломавшимся. Но дело лоялистов не может позволить себе потерять примарха. А Горгонов Рубеж – сломанного примарха. Сангвииниий пытается отогнать разум Ангрона, но тот лишь окончательно опрокидывает его. Он видит глазами Ангрона – бастион Монсалвант Кард, дождь непрерывного огня, башни, шпили и пики космопорта Стены Вечности. Ангрон считает Монсалвант своей новой гладиаторской ареной. Дитя Горы, несмотря на все свои попытки, так и не сумело вырваться из рабской ямы. --- Мост Понс Солар пал. Восточная артерия потеряна. Западная Вахта захвачена. Гарнизон отступил за барьерную стену и только она и огонь тяжелых орудий заставили Пожирателей Миров временно остановиться. Пожиратели притащили тараны – гигантские колонны, которые несли голыми руками. Пехота лоялистов перезаряжается и готовится сражаться за каждый перекресток. Ниборран, с лазвинтовкой на плече, проводит совещание оставшихся офицеров в Седьмой Башне. Боеприпасов у артиллерии осталось всего на 6 часов стрельбы. Дважды за последний час, докладывает Брон, запросили подкрепления и боеприпасы у штаба, но ни ответа, ни сигнала. На всякий случай он приказал очистить посадочные зоны – если помощь всё же придёт. Шибан уточняет, что энергетическое оружие и лаз-платформы продержатся дольше. Он уже отправил рабочих из стаффа космопорта укрепить кабели и сети. В порту осталось 29 тысяч нон-комбатантов, о которых Брон и Ниборран забыли. Ниборран решает вооружить их всех. Треть бронированной техники потеряли на обороне Понс Солар. - Если мост потерян, то лорд Диаз… - уточняет Кадвальдер - Потерян, - отвечает Цутому. - Потерян или убит, уточни, пожалуйста. - Убит, - отвечает кустодий, посмотрев слева от себя, - со всеми, кто сражался там вместе с ним. - Мы уверены? - Она лично видела его тело, во время отступления. Оно было всё ещё на мосту, окруженное павшими. Он не отступил ни на шаг. Ниборран приказывает приготовиться к эшелонированной обороне. Если ворота прорвут, надо отступать к ключевым точкам, перекресткам, бутылочным горлышкам и держать оборону там. Поскольку вокс накрылся известным органом, связь приходиться держать по кабелю. Ниборран отзывает Шибана поговорить, и случайно проговаривается, что он знал, что помощи не будет. Он просит у Шибана поделиться точкой зрения и советами по обороне. Они проверили опись складов – у них залежались неотправленные на Внешний Барбакан тысяч лаз-винтовок, полторы тысячи автоматических, два комплекта окопных минометов – так что как минимум часть персонала удастся вооружить. Что касается остальных, то они могут даже системы космопорта использовать в оборонительных целях. Например, грузовые транспорты на гравитационной подушке. Их можно использовать как гравитационное оружие. Ниборран поручает Шибану заняться организацией гражданских в поддержку обороне космопорта. Затем Ниборран поворачивается к Кадвальдеру. - Ты нужен мне на передовой, хускарл. - Согласно клятве Преторианцу, я иду туда, куда идёте вы. - Ну что же, тогда ты будешь на передовой. --- Выжившие на Понс Солар приходят в себя за стеной. Медики, еда, вода, какие-то samovars. Гари удалось немного поспать в каменном углу, несмотря на грохот артобстрела. Он подумал о Кириле Зиндерманне и уроках, которые ему старик преподавал. О долге историка опровергать ложных богов. Гари чувствует, что его история выглядит по-другому. Он пытался записывать историю так, как учил Зиндерман, но теперь осознал, что историю Последней Войны нужно записывать так, чтобы читатели прониклись духом тех, кто сражается. Поэтому Гарии записал историю нападения на конвой так, как ему рассказал Джозеф. Он заменил слово демоны сначала «Великий Предатель», потом на «Силы Гора». Записи стали выглядеть как детские байки. В этом же стиле он описал свежие событие на Понс Солар. Затем он нашел Джозефа Баако Мандэя на соседней площадке. Джо признался, что рыдал во время боя, потому что видел, как погиб его ангел. Своим ангелом он считал лорда Диаза. «Он был на мосту, последний живой там. Он сражал всё, что нападало на него. Он сражался, пока они его не убили, чтобы он прекратил драться. Он сражался, пока они кромсали его. Я видел, что они сделали с ним, до того, как он умер и после» - говорит Джо, - «Я рыдал, потому что дух Императора не пришел к нему на помощь. Я привело к меня к мысли, что никакого духа и нет, а моя вера в Трон всего лишь пустая трата времени. А потом был флаг и мы все вокруг знамени. И дух снова пришёл, как когда-то к солдату у конвоя. Он сразил мясника, что собирался убить нас». Они рассуждают о природе чудес. Гари сбрасывает ему на планшет копию Лектицио Дивинитатус и просит раздать всем, кому сможет. Гари [ну уж нет]одит Пирса в одной из площадок для техники. Тот развернул полотно знамени на полу и старательно чистил его от грязи. Двое других солдат зашивали дырки. - Как тебя зовут? - Ты помочь бы мог. - Олли – короткая форма какого имени? - Чего тебе, парень? - Я записываю твою историю и хочу записать имя правильно. - У меня нет истории. Есть много историй, разных, хороших. Но нет истории. Я сложный человек. Солдаты интересуются у Гари, что за истории он записывает. Тот говорит, что о подвигах гренадёра Пирса. Много разных частей, которые он рассказывает всем вокруг. Они с интересом подхватывают – они эти истории слышали. Они называют свои имена и просят записать также и подразделения, к которым они приписаны. Гари записывает. - Я записываю свидетельства от всех. Например, что случилось с этим, - он поднимает часть полотна знамени носком ноги. - Не стой на Его лице, мальчишка, - рычит Пирс. Солдаты признаются, что были там, когда все столпились у знамени и Император сразил чудовище в награду за их веру. – Да вы просто влезаете в мою историю! – обиделся Пирс. Гари продолжает пытать его на тему полной формы имени. Пирс сдаётся – это Олланий. Камрады прыскают со смеху. «Это имя старого пердуна. Это прадедушкино имя!» - ржут бойцы. - Это и было имя моего прадедушки. Старое семейное имя. Хорошее горское имя. Хватит [ну уж нет]рен смеяться. Не записывай его, парень! - Почему? - Напиши любое другое, героическое! Мне оно никогда не нравилось. Никакого героя не зовут [ну уж нет]рен Олланием. Поставь получше что-то. - Например? - Олимпос. Но Гари отказывается и записывает Оллания. Мол, среди всего этого вранья и придумок должно быть немного правды. Но ведь дама смерти Митра не была ложью, возражает Пирс. Остальные соглашаются, ведь они видели, что она сделала, а Пирс видел её саму. - Я видел что-то, что я не могу объяснить. Но теперь я понимаю идею, говорит Гари. Отлично, говорит Пирс. Но тогда расскажи, мол, историю правильно. - Пусть это будет не знамя, а сам Император. Лично. Я стоял перед Императором на полях Терры и защищал Его. Я готовы был пожертвовать собой за Него. И это был не долбанный Пожиратель Миров, нет. Пусть это будет Архипредатель собственной персоной, большой плохой Луперкаль. - Я не напишу такого. - Чего это? - Да никто в это никогда не поверит. --- - А им и не нужно верить. История должна вдохновлять, говорит старый гренадер. Молодой человек немного размышляет над этим, затем начинает записывать на планшете. Дженетия Крол наблюдает за ними, - они её не видят, даже старый гренадёр. Она думает, что возможно, он может видеть её только тогда, когда это нужно. Она считает, что усилия юноши достойны и это правильная работа. Она ценна. Акт записывания истории придаёт смысл будущему. Мы всегда должны знать, откуда мы пришли. Дженетия думает, что хотела бы поговорить с парнем – у неё очень много историй. Но он даже не догадывается о её присутствии, а кустодия нет рядом, чтобы перевести ему мыслежесты. Она подумала использовать гренадёра в качестве переводчика, но он не знает её языка. Дженетия сидит в углу площадки и смотрит за бойцами ещё несколько минут. Цутому ушел на стену, и она должна присоединиться к нему. Ярость врагов нарастает. Она восстановилась, привела свои эмоции в порядок и готова к тому, что должно последовать. «Изо всех историй моей длинной жизни, я думаю, эта будет последней. Я встаю и ухожу. Они не заметили моего ухода. Также как они не заметили моего прибытия». Следующую главу запилить, что ли..

В том-то и дело, что убили его просто по глупости. Офицера такого уровня, который командовал самым большим флотом ИК в Солнечной системе, одновременно отражал атаки и предателей и темных механикумов с марса, назначили командовать толпой смертных на мостике, как рядового десантника. ВТФ. Его разжаловали и понизили после Солярной войны? Такое впечатление, что от него просто избавились. З.Ы. Ладно, пойду ещё спойлер следующей главы запилю.

Что-что, а воскрешение в том или ином виде, в т.ч. полудемоническом Фалька Кибре в какой-то из последующих книг меня совершенно не удивит. Что удивляет, это как по-тупому Аббнет слил Камба-Диаза. Лорд-кастеллян Седьмого легиона, командующий группкой смертных на последнем рубеже атаки Пожирателей Миров... вот честно, его талантам явно могли найти получше применение. Почему его не эвакуировали сразу же? Ведь кроме Диаза, Реуса и Блумеля (выбрались в космопорт из Магнификана), Кадвальдера (приехал с Ниборраном) и Шибана (командовал портом до НИборрана) в космопорту вообще не было десантников. Это потом и Пожиралки с огорчением отметят, что надеялись на славный махач, а оказалось, что достаточно катком по смертным прокатиться и порт наш. Бродили по порту с фрустрацией в печени. Таким образом, вопрос в следующем: почему так не было десантников среди смертных (имею в виду организованных и более-менее солидной численности подразделений). По "Сатурнину" пока получается, что все десантники, что там оказались, прибыли в силу тех или иных обстоятельств. Но разве уцелевший в бою и отбившийся от своих не должен сообщить командованию о своём место[ну уж нет]ождении? Или там было что-то вроде: Камба-Диаз (КД) Штабу (Ш): Я Камба-Диаз, лорд-кастеллян Четвертой сферы, оторвался от противника в районе Магнификана, соединился с братьями Реусом и Блумелем, каковы дальнейшие приказы? Ш: Ну хз, вы где сейчас? КД: Находимся в космопорту Врат Вечности. Ш: Ну посидите там, займитесь чем-нибудь. Не до вас сейчас. Сложно представить, чтобы Камба-Диаз не доложился в штаб о своём место[ну уж нет]ождении. Не запросил новые приказы, как и остальные космодесантники. ВТФ, Аббнет? И да, буржуйские форумы и наш вконтактик вслед за спойлерами называет смерть КД героической. Хз, я считаю её одной из самых глупых смертей в книге. Глупее только смерть Льва Гошена, застрявшего в локрите со всей своей элитной ротой. Если же десантников там не было изначально, то я хз, как Дорн обороной этого порта собирался убедить врагов, что он за него цепляется и не хочет потерять.

Часть Вторая, глава четвертая. Прочитавший ознакомится с размером эго и размахом амбиций Императора, а также одним из способов его уничтожить. Тем временем у Провидцев бури Пятого легиона назрел хитрый план и они решили его придерживаться. "Часть вторая. Глава четвертая"Часть Вторая. Глава Третья. Запертые. Впусти меня обратно. Нежеланные подарки Генный инженер Базилио Фо и Киилер беседуют в Чернокаменной тюрьме. При разговоре присутствует кустодий Амон Тавромахиан. Она пытается убедить Фо, что они в безопасности в тюрьме (которая содрогается от постоянных взрывов и артогня за стенами), тот в ответ смеётся. Мы, мол, нигде не в безопасности от Гора или его отца. Она напоминает Фо, что тот в прошлый раз говорил о создании оружия, триггера. - Ну, Эуфрати, чтобы создать оружие, надо определиться с целью. - Гор? - Да. Чтобы понять его, мы должны разобраться с его происхождением. Его семьей. Его кровной роднёй. Его повелителем. - Император? - Да. Я знал Его, как ты видишь. Я знал о Нём. Во времена Раздора. Невозможно было не знать о Нём. Позволь рассказать о нём. Я был там, когда Он превратился в создание ужаса… --- Колоссовы Врата. Демоны одним махом разгромили северную и восточную оборонительные линии, зачистив траншеи и укрепления, отбивавшие атаки Гвардии Смерти все последние дни. Среди погибших Конас Бурр, один из двух высших армейских офицеров на этом участке. Демоны ужасны, самых разнообразных форм, дымные тени и пламя. Они похожи на попытки ребенка нарисовать кошмар. Ужаснее всего издаваемый ими шум. Пока они раздирали на куски оборонительные укрепления, по ним по приказу Хана ударила вся артиллерия Колоссовых Врат. Склады боеприпасов опустели на четверть, но защитники выиграли время, чтобы спасти как можно больше лоялистов, и укрепиться на новых позициях. Защитники перенастроили пустотные щиты и телефизическую ограду, останавливавшие демонов. Однако от звука ничего не спасало – скрежет железных ногтей по стеклу, зубов по камню, постоянный грохот, царапанье, тяжелое дыхание и т.д. ИИ за всем этим постоянные голоса демонов и мириады долбанных мух. Мухи везде, покрывают тела живыми черными массами, пролезают в перчаткии, рукава, ботинки, в ноздри. Защитники оделись в костюмы от газовой атаки, маски и респираторы. Есть подозрения, что вместе с мухами на укрепления распылены бактериологические облака. Командующая Агата заходит в командный центр. Мухи и тут кругом. На Джагатае и его офицерах мухи тоже сидят – это зрелище странным образом её успокаивает. Хан единственный, кто без шлема и зеленые с черными точки ползают по его лицу, бороде, обводам брони. Примарх что-то обсуждает с библиариями своего легиона. Неподалеку капитан-генерал кустодес Константин Вальдор держит совет со своими людьми. Гораздо меньше мух летает вокруг них, а у ног кустодиев ковёр из мертвых насекомых. Агата догадывается, что выраженная в плоти кустодиев мощь и величие Императора – анафема для этого заражения. Маршала Агату перехватывает первый капитан Девятого легиона Ралдорон. Она передает ему последние обновления о состоянии оборонительных линий, численности войск, обеспечения боеприпасами и т.д. Щиты в полной мере восстановить не удаётся, механикумы говорят о перепадах напряжения. Агата делится с Ралдороном наблюдением, что библиарии выглядят уставшими. Ралдорон говорит, что его вид не умеет уставать. Также он предостерегает её называть Белых Шрамов варварами. Шрамы в курсе, конечно, что такая-культурная Терра полагает их дикарями, но на самом деле они совсем не такие . Шрамы составляют треть легионеров, удерживающих Осаду, пришли на Терру по своей воле и сражаются в войне, далекой от их обычных методов ведения боевых действий. Без них, говорит Ралдорон, мы бы давно уже проиграли. Библириям Шрамов нелегко применять свои умения в нынешних условиях. Они привыкли опираться на стихийную мощь, но в закрытом пространстве эгиды небо закрыто и его не видно. А Четырнадцатому легиону Бледного Короля помогают проклятые сыны Магнуса, лучшие в псайкане. Разведка доложила о нескольких капитанах-чародеях, в том числе Аримане, дирижирующих демоническим нашествием. - Тогда мы прокляты, - Это они прокляты, Агата. А мы почти уничтожены. --- Киилер и Фо разговаривают в его келье. Фо обвиняет её в вере в Императора, чьи злодейские планы он разоблачил ещё во времена Эры Раздора. Мол, было много разных тиранов в те годы, многие из них были безумны. Но Император был не просто одним ииз них. Он принял это имя ещё задолго до того, как создал Империю. Он был гением и силу его разума ничто не могло удержать. Он вознесся со скоростью метеора, вопреки всем обстоятельствам. И он всегда считал, что он прав. Ни тени сомнения. Его самоуверенность просто невообразима. Как только Император приступил к реализации своих планов, Фо бежал с Терры. - Ты бежал, потому что знал, что будешь наказан за свои преступления, - вставляет Амон - Да, определенно, если говорить Его терминами. Единственный закон – Его… Меня называют монстром за тех существ, что я создавал. Но посмотри, что сделал Он. - Империум, - сказала Киилер. - Построенный на плечах генетически выведенных сверхлюдей. Привёл к Согласию чудовищами, которые куда хуже созданных мной. Сверхчеловеческие чудовища, способные сжечь галактику. Не веришь мне – посмотри наружу. Фо говорит, что и Амон, и Киилер – близки друг к другу. Амон – часть Его. Она – наполнена Его силой и верой в него, как в бога. Фо полагает, Император с самого начала собирался стать богом. Поэтому он сначала устранил веру во всех других богов. Потом отрицал свою божественность. Он невероятно силён, поэтому будет провозглашен богом, нравится ему это или нет. Обожествление – апофеоз тирании. Киилер напоминает Фо, что он говорил о создании оружия, способного остановить всё это. - Что это за оружие?- спросил Амон. - Биомеханическое. - Какое именно конкретно? – прорычал кустодий. - Ох, такое, что вам оно точно не понравится. --- Демоны внезапно замолчали, все одновременно. И это молчание нервирует солдат ещё сильнее, чем издававшиеся прежде звуки. Маршал Агата проводит библиариев Шрамов и Ралдорона на самый верх Колоссовых Врат, поближе к небу. У них есть теория, как использовать ту небольшую мощь, что доступна им на Терре, а в это время по земле Хан проведет контратаку во главе кустодианцев. Все остальные, включая космодесант, должны остаться на позициях, - они не годятся для такой войны. - Ну что же, я скажу своим не стрелять, если демоны проделают брешь, а дожидаться появления кустодианцев, тогда. - У него тоже было хорошее чувство юмора, - смеется Ралдорон. - У кого? - Бурр, твой предшественник. - Мой друг. - Мой тоже, маршал. Он мне очень нравился. - Как человек? - Я не делаю таких различий, маршал Агата. Хорошая душа это хорошая душа. - Я думаю, это роскошь, доступная только Легионес Астартес, повелитель. Мы видим различия очень ясно, каждый раз, когда вы заходите в помещение. Вы напоминаете нам, какие мы маленькие. Вы напоминаете нам, что мы куда менее важны. И очень смертны. - Мне жаль такое слышать. - А мне жаль… что я это сказала. - Моё присутствие здесь, как и других легионеров, должно вдохновлять и поднимать боевой дух, а не опускать его. - Я сказала, что мне жаль. - Поймите, маршал, мы сражаемся за вас. Мы рождены сражаться за вас. - Надеюсь, что так. - Душа человечества… - Капитан, повелитель.. мне очень понятно, что вы рождены сражаться за что-то. Я надеюсь, что за нас. Я надеюсь, что существование человечества и есть тот ценный дар, что даёт цель вашему существованию. Но я устала, я испугана, и я раздавлена. Я не вижу в этом противогазе, я еле дышу. Я думаю о своей семье, которая очень далеко отсюда, чтобы укрепить надежду и силу, но мысли о них разрушают эту надежду, потому что я боюсь, они уже все мертвы. Я не знаю, что ещё думать, что понимать. Я знаю, что вы рождены сражаться за что-то. Мы уже пришли, вам сюда. Ралдорон пытается пожать ей руку, но она не подаёт ему руки. На посту, в артиллерийской обслуге один из солдат сотрясается в рыданиях – погибший четыре недели назад брат зовёт его вниз со стен. Астартес и Агата пробираются, в одну из обозревательных платформ наверху. Они смотрят вниз через обзорные трубы. Внизу, у ворот, роятся Нерожденные, 11 из них размером с Гончую Войны примерно. Демоны уселись у стен и ждут чего-то. Наранбаатар говорит, что они собираются с силами. Агата начинает слышать голос «Впусти меня обратно». Она сначала переспрашивает Наранбаатара, но тот понял в чем дело и запрещает ей смотреть вниз. Она узнала голос. Ралдорон тоже – он тоже его слышит. Но это демоны пытаются свести их с ума, предупреждает он Агату. - Ты тоже его слышал? Есть ли малейший шанс, что он жив… - Я видел Бурра, который смотрел на меня прямо сквозь обозревательную трубу. Смотрел и умолял. Мы в трёхстах метрах над ними, маршал. Вот почему я уверен, что он точно мертв. --- Амон Тавромахиан запирает камеру Фо. Киилер просит его сообщить об этом оружии, этой возможности Преторианцу. Он отказывается, поначалу. Это оружие уничтожит все виды сверхлюдей. Да, уничтожит, соглашается Эуфрати, но какая цена слишком велика за победу над Первородным Уничтожителем? Амон, в конце концов, соглашается, что Преторианец должен знать хотя бы о такой возможности. --- Провидцы Бури Белых Шрамов вышли на открытую платформу. Ралдорон запрещает маршалу Агате подниматься туда, однако она прорывается наверх. Она видит, что Ралдорон пытался укрыть от её взгляда – на стрелковой ступени в двадцати метрах валяется бледная безглазая голова Конаса Бурра.

купить примариса - купил, а краски до карантина и закрытия границ не успел. так и валяется в столе одинокий сержант с болтером без краски и опознавательных знаков. можно из него Лииту законверсить))

Отмечу, что Олли Пирс может не быть Олланием Персоном, но при этом вполне быть Вечным. Или ну очень старым солдатом, насмотревшимся ну очень дерьмовой жизни.

Немного свежего чтива. Герой-авантюрист Иоанн Грамматик ищет старого друга, чтобы найти другого старого друга и вместе пойти и покончить с третьим их старым знакомым. Но всё идёт не по плану. "Часть Вторая. Глава Третья"Джон приходит к месту, которое искал. Некоторые говорят, что оно напоминает глаз - уставившийся в небо. Он бывал здесь неоднократно, но очень много лет назад. Это место очень древнее и приютило ещё первых прямоходящих людей. Сейчас здесь обитает она. Джон кричит: Привет! - Привет, - отвечает голос из-за его спины – десантник без опознавательных знаков на доспехе приставил к его голове допотопный болт-пистолет. - Я вооружен, но неопасен, - говорит Джон, - можешь взять мой пистолет. - Уже забрал. Десантник говорит, что прекрасно знает, кто перед ним (или кем он пытается казаться). - В самом деле? - Джон Грамматикус - Ээ - Джон Грамматикус. Наёмник. Изгой. Негодяй. Отверженный. Провокатор. Агент ксеносов. Вечный, в какой-то степени. Опасен во всех смыслах. Джон говорит, что ушел от ксеносов и больше не балуется псайкерской мерзость. А также уже давно не занимается всем тем, чем занимался в прошлом. - И кто же ты теперь? - Просто я, друг Императора. - Ну, разве это не самое опасное нынче? - В эти дни? Не думаю. - А ты, спрашивает Джон, - один из Его? Десантник покачал головой. Джон перепугался, что уже опоздал и его словили предатели. - Я не Его, - отвечает легионер - Тогда… Магистра Войны? - И не его. - Я не понимаю. - Ты никогда не понимал. Так она говорит. - Ты работаешь на неё? - До последнего вздоха. Джон замечает у десантника на броне, ниже нагрудника неприметную метку LE2. Он думает, что же она может означать. - Я пришел увидеть её. Поговорить с ней. - Нет, она не хочет видеть тебя. Уходи. - Извини, но я должен увидеть её. Я прошел очень долгий путь. Они какое-то время препираются. Джон утверждает, что Гор Луперкаль приблииижается к победе и уже почти готов уничтожить наш вид. Джон пришёл, чтобы остановить всё это. Но не Гора Луперкаля (его уже никто не сможет остановить, по словам Джона,) а Императора. Он единственный, кто может покончить с этим чудовищем. Легионер проводит Джона в конце концов в ущелье. Скромное жилище, украшенное свечами и фигурками богинь-матерей из разных пантеонов. Оно напоминает Джону о старой, неформальной солдатской религии – культе Митры, в храме которой он побывал когда-то. К нему его пытались приобщить товарищи по службе в Caucasian Levies тысячу лет назад, но он отказался. Джон рассматривает фигурки богинь, самой новой не меньше 25 тысяч лет. К нему подходит Эрда. Она высокая, по всем возможным человеческим стандартам. Одета в простую одежду из индиговой шерсти, до самого пола, так что фигуры не видно, кроме щиколоток. На голове обернута вместо капюшона ткань с пурпурной каймой. Где-то на теле должны быть пси-отражатели, потому что он не чувствовал её знаменитого разума до сих пор. У неё светло-голубые глаза, а кожа цвета полированного розового дерева. Даже в скромном одеянии она прекрасна. Её красота исходит от неё, словно аура и Джон не может долго смотреть на неё. Она говорит, что впустила Джона только из-за древнего закона гостеприимства в пустыне. Любому путнику должно предложить воду, еду и краткое время для отдыха. Завязывается разговор, и Джон признаётся, что больше не Вечный и любая его следующая смерть станет последней. Слуги ставят на стол питьё и скромное угощение, но Джон очень благодарен. Он с готовностью ест и пьёт, и осознает в этот момент, что не помнит – когда в последний раз делал и то и другое. Уже очень долго он шёл на одних лишь адреналине и внутренней пустоте. Осознание почти болезненное и Джон плачет. - Он странный человек – говорит из-за его спины легионер на боевом диалекте времен Объединения. - Да, уж таков я, - отвечает Джон с набитым ртом. Эрда рассказывает Лииту, что Джон – логокинетик. Он знает все языки и говорит на них. Это единственный дар, с которым он родился. - И единственный, что у меня остался. Как я и сказал, я больше не Вечный. - Ты никогда им не был. - Ну, нет. Технически я был. Воскрешающий бессмертный. Я был одним из вашей породы, определенно, - Благодаря манипуляциям ксеносов эльдари, но ты никогда не был одним из нас. Ты толком не звучал с нами в одном тоне. - Если я и не звучали с вами в одной тональности, то только потому, что вы сами никогда друг с другом не были созвучны. Задай мне ритм, Эрда, и я запою. Но я не думаю, что он вообще существует. Эрда частично соглашается. Джон говорит, что пришёл, чтобы остановить ужас, который сейчас творится на планете. Эрда обвиняет его, что он приложил руку к тому, чтобы всё к этому пришло. Джон признается, что за его душой немало грешков на службе Кабала, когда им манипулировали Альфарии и т.д., но это всё уже в прошлом. Он пытается спасти вид. Когда Эрда пытается уколоть его сильнее, Джон укоряет её, что он, «ненастоящий вечный» пытается помочь человечеству, а настоящие Вечные не делают этого. «Вечные должны были остановить это всё задолго до того, когда это началось, задолго до моего рождения» - говорит Грамматикус. Эрда говорит, что пыталась. Этого Джон отрицать не может. Он говорит, что его мотивирует чувство вины и он надеется, что она испытывает то же самое. Она отрицает – она испытывает безмерное чувство любви к своим сыновьям, ко всем, даже сейчас. Говорит, что, когда предвидела, как повернутся дела, пыталась вразумить Его, но это было бесполезно. - Это оговорка, ты действовала слишком поздно. - Раз уж говорим об оговорках, то ты солгал, когда сказал, что освободился. Ты работаешь на Эльдрада Ультрана, далековидящего Ультве. Ты всё ещё раб ксеносущества. Джон утверждает, что он работает с Эльдрадом, а не на него. И он сумел убедить примкнуть к своему делу Олла. Эрда не верит поначалу. Джон признаётся, что убедить Оллания Пия ему помогло то, что сделал Лоргар с Калтом. Грамматикус перемещается между мирами с помощью подаренных Эльдрадом костяных ножниц. У Олла есть атам. Они договорились встретиться в убежище Эрды и уговорить её присоединиться к ним. Проблема в том, что Джон сделал несколько ошибок в маршруте и в первый раз на Терру попал спустя 8 месяцев после сегодняшней даты. К этому времени уже всё кончилось. У него осталось очень мало времени для действий. Ножницы, подаренные Эльдрадом, говорит Джон, должны были убедить Эрду, как эльдары серьезно относятся к этой проблеме. И вот, если она уже убедилась, что он не демон в человеческом обличье, может выводить Олла. Однако Оллания здесь нет. Эрда его не видела тысячу лет уже. Джон в шоке, весь его план трещит по швам. Он предлагает Эрде пойти с ним и попытаться остановить Императора. Она отказывается. - Зачем мне идти куда-то, я живу в удаленном месте, без власти, вдалеке от людских дел. Он оставил меня в покое - Может Он и оставил, но конец грядет. Даже в таком отдаленном месте ты не в безопасности. - Он не навредит мне. - Эрда, Он не победит. Его дети уничтожат Его. Сыновья, созданные тобой и Им, сожгут мир. Как только они покончат с Ним, они придут за тобой. - Мои сыновья… - Они не такие, какими ты их помнишь. Варп забрал почти всех, даже самых лучших. У них не осталось ни милосердия, ни эмпатии, ни чувств, ни сыновнего долга. Они наверное даже не узнают тебя, а если и узнают, то возненавидят, как ненавидят Его. Тебе надо идти со мной. - И что же ты собираешься делать, Джон? - Прямо сейчас? У меня нет ни малейшей идеи. ---- Ночь, Джон стоит в ущелье, уставившись в небо. К нему присоединяется Эрда. Они обсуждают дальнейшие действия. Эрда рассказывает, что Император всегда был изгоем среди Вечных, фриком, по их даже меркам. Все вместе они не могли никогда сравниться с его силой. Он же пытался привлечь их к себе на службу – и на службу человечеству. Со временем, все они покинули его. Эрда и Астарта задержались дольше прочих и приложили руку к проектам примархов и астартес. Эрда знала Его под именем Неот. Некоторые Вечные пытались ему противостоять, иногда у них даже почти получалось. Они обсуждают природу Вечных. По её теории – они все мутанты, отклонения от нормы. Но они появляются все последние 45 тысяч лет и, возможно, когда-то станут нормой. Примархи – искусственные вечные из генома Императора и Эрды. Он хотел превратить их в импульс для развития человечества и объединить все человеческиие миры как можно скорее, хотя цивилизация до ВКП разваливалась несколько тысяч лет. У Императора не было терпения ждать и выжидать. Она сравнивает Его с Сатурном, с Кроносом. Он – бог-отец, создатель, первоматерия. Недаром его металл - свинец. Он тяжелый, используется для цепей и запечатывания. Однако его можно переплавлять, придавать ему форму. Эрда подводит Грамматикуса к мысли, что Императора необязательно останавливать, его можно переубедить. Он просит её помощи в том, чтобы пробраться во дворец. Но Эрда отказывается идти. Джон отправляется в путь сам. К нему присоединяется Лииту – помочь найти Олла Персона. Они обсуждают болт-пистолет десантника. Это антикварная модель 70 калибра (сейчас десантники используют 75-ый, говорит Джон), созданная ещё до Соглашения с Марсом. Лииту получил этот пистолет ещё новым-новым. Джон пытается выяснить, из какого он Легиона или хотя бы кто его примарх. - Мой отец Неот, моя мать Эрда. Я один из первых. До того, как они срастили гено-фонд. - Так ты прототип? - Шаблон. - И твое имя? Это просто серийный номер? У Лииту нет имени и его действительно называют по серийнику. Десантник говорит, что по поручению Эрды поможет Джону. Они вместе гадают, в какой временной отрезок мог угодить Олл Персон и думают, где и когда его искать.

Вау, вот в чём дело! То-то у него болт-пистолет ещё модели до-Объединения Терры. Крутая пасхалка.

За две минуты до полуночи, ловите хорошую главу. В этой главе читатель узнает о том, что Пожиратели Миров стали выше, сильнее, быстрее и увидит - всё благодаря модным напиткам. Старые знакомые погибнут, Император сотворит чудо, но спасёт далеко не всех. Рыцарь Зефон обзаводится дамой сердца (посмертно), а Джагатай Хан делает то, чего, как он думает, от него враги ждут меньше всего - идёт прямиком в их ловушку. Штука в том, что именно этого от него и ждали. З.Ы. Анф не при чём, - во всём вините Баннерлорд. "Часть Вторая, глава вторая"Часть Вторая. Глава Вторая. Пожиратели. Убеждая мертвого. Другой грохот копыт. Дженетия Кроул мчится на мост Понс Солар – западная артерия космопорта Стены Вечности, связывающая его с Внешним Барбаканом. Пехота и обслуга орудий не замечает проносящуюся мимо Джен. Все смотрят на растущий столб дыма со стороны развязки моста. Кроул пытается связаться с Цутому, но связи нет. Она пытается связаться с лордом-кастелляном Камба Диазом и другими командирами с передовой. Получает доступ к стримам с визора Камба Диаза и понимает, что нужно бежать быстрее. Она думает, что Камба Диаз хороший воин, один из лучших. У него невероятно острый ум, эхо гения его примарха Рогала Дорна. При этом, судя по стриму, Диаз проявляет неожиданную для Кроул свирепость. Она считает, что защитники порта счастливчики, что на этом участке именно Диаз командует ими. С этими вымотанными силами и крайне недостаточными ресурсами он явно сможет удержать оборону. По крайней мере пять минут. Она видит «глазами» кастелляна и узнаёт многих из Пожирателей: визоры, лица, элементы доспехов. Экелот из Поглотителей, Кхадаг Айди из VII Rampager. Центурионы, разрушители, триарии, кэдере. Кхарн. Их всех едва узнать. Варп и демоны превратили десантников в существа, один вид которых разрывает Дженетии сердце и замораживает её кровоток. Очень много когитаторы брони просто не распознают – настолько они изменились. В некоторых существах можно распознать Пожирателей лишь по забралам шлемов типа Сарум или мантиям кэдере. Это мера наших врагов. Взять Легион, и без того известный ужасными берсерками и иих яростью и сделать эти качества глубже. За пределами человеческих, за пределами животных. За пределами любой смертной культуры. Дженетия бежит по ступенькам, мимо потных людей, перенацеливающих в спешке орудия. Её никто не замечает. Она обнажает меч. ---- Плазменный огонь гоплитов Реуса не останавливает атаку. Плазменные пушки и волкитные ружья солярной аукзилии попадают точно в цели, но не останавливают атаку. Камба Диаз из-за выставленного щита оглядывает ситуацию и смиряется с ней. Тяжелые плазменные орудия, волкитные ружья, роторные пушки Гехеннед, болтеры космодесантников – способны разрывать полки на кусочки. Атака Пожирателей даже не замедлилась. Они несутся с рёвом быков на скотобойне. В каждом вопле слышна нота невыносимой боли, словно агония одновременно с яростью. Пожиратели массивны, больше легионеров. Многие бегут на всех четверых, как обезьяны. Многие и на легионеров уже не похожи – гигантские огры на невероятной скорости. Изо ртов у них течет кровь, капает слюна, стекает пена. Вместе с ними в атаку мчатся ведьмо-псы и другие существа, похожие на козлов или наполовину оперенные. Защитники продолжают стрелять. Передняя волна Пожирателей сгорает, взрывается, падает, её тут же затаптывают свои же. Многие не замечают ранений и бегут без руки, без половины головы. Волна берсерков захлестнула развязку моста. Диаз обнажил меч. Обычно в рукопашном бою время замедляется, однако на Понс Солар время словно заразилось безумием от Пожирателей Миров. Оно ускоряется, поглощая секунды, жрёт само себя. Последовала резня. Диаз силён – как и любой Имперский Кулак. Но он полагает, что любой мчащийся на него Пожиратель Миров гораздо сильнее, благодаря ярости и варпу, любых человеческих пределов. Единственным ценным оружием Камба Диаза становится его склад ума – наследие Легиона – не сдаваться и не отступать. Он стоит как скала. Дисциплина, преторианская готовность сражаться вопреки всему подавили любые сомнения и колебания. Вместе с ним стоят Блумель и Реус, и вокруг них проносится безумное время. Диаз стоит во имя лорда Дорна. Он бьёт щитом, разбивая ревущее лицо. Разрубает выпадом меча грудную клетку Пожирателю. Рассекает лицо и плечо другому. Опрокинул козло-тварь с копыт. Снова ударил щитом, сломав шею Пожирателю. Проткнул мечом голову. Фалкс рубанул его по предплечью. Клинок порезал рёбра. Диаз отрубил голову владельцу клинка. Разбивает челюсть другому – щитом. Во имя Повелителя Дорна. Аукзилия погибает или бежит. Островом обороны остались Диаз с мечом, оглушенный булавой, Блумель с силовым молотом, Реус с трофейным фалксом (другой фалкс проткнул его насквозь и торчит из его груди). У их ног ковёр из мертвых. Реус упал на колени – добивает кого-то. Рядом роторное орудие стреляет в упор. У Блумеля содрали наплечник. Он вгоняет молот в монстра, который в два раза больше десантника. Диаз бьёт мечом, снова, снова и ещё. Меч ломается. Он вгоняет сломанный клинок в горло Пожирателя, по самую рукоять. Бьёт кулаком. Добивает своим разбитым щитом. Вырывает вражеский цепной топор, бьёт им. Реус убит – ему отсекли голову. Диаз рассекает грудной доспех Пожирателя топором. Фонтан крови. Гром. Резня. Время скачет. Во имя лорда. Кровь летит. Кости трещат. Плоть рвётся. Удары. Столкновения. Взмахи. Удары. Зажат. Во имя Дорна. Ярость. Слава. Диаз. Ослеп от дыма. Ослеп от крови. Бьёт. Снова. Камба Диаз. Вонзает. Режет. Режет. Бьёт. Убивает. Во имя повелителя. Зажат. Не может пошевелиться. Недвижим. Линия, начерченная им на скалобетоне моста, по-прежнему за его спиной. --- Пирс тянет за руку Гарра с такой силой, словно собирается её оторвать. Они бегут изо всех сил. - Двигай ногами! - Мы не можем… - Именно, мальчишка, именно. Теперь ты уловил. По сравнению с происходящим вокруг, думает Гарр, случившееся с конвоем – анекдот, отдалённое воспоминание, незначительное. Он бежит, а на ходу в голове проматывается вся его предыдущая жизнь. Пирс дёргает за руку: Двигай, двигай! Гари моргает. Он понимает, наконец, почему солдаты лгут. Война – это вопль большими буквами. Это шум. Это даже не слова. Нет синтакса, подлежащих и сказуемых, нет контекста. Поэтому солдаты и лгут – это единственный способ, каким можно поговорить о том, что им довелось пережить. Ложь не от высокомерия или желания выпендриться. Ложь от того, что иными словами не описать перенесенное, не перенести сумасшествие. Ложь делает войну лучше для тех несчастных, кто выжил. Какие же ужасные вещи ты должен был пережить, Пирс, чтобы стать таким чудовищным лжецом? Гари оглядывается. Небо в огне. Баррикада в огне. Несокрушимая колонна танков исчезла в дыму. Мимо них движутся люди совершенно без понятия, куда и зачем они идут. Постоянный рёв орудий и гром взрывов. Это словно Война лично кричит Гари единственное бессловесное слово, что она знает. Гари вырывает свою руку из руки Пирса. - Я должен вытащить тебя отсюда, парень. Тут нельзя оставаться. - Ты снова лжешь. Ты хочешь выбраться и помогаешь идиоту-некомбатанту, потому что это хорошая отговорка. - Ты маленький кусок дерьма.. Все умрут. Пожиратели Миров, парень, они… - Я знаю. Иди. Беги. Не надо лжи. Беги. Гарр отвернулся и пошёл к окопу перед ними. Знамя упало. Трое знаменосцев погибли. Двое других пытаются удержать знамя, но не могут. - Или мы можем сделать что-то. - Вроде? - Рассказать ложь. Он хватает флагшток и помогает поднять знамя. Флагшток скользкий от крови. Пирс присоединяется к ним: Это не ложь, мальчик. Гари не уверен, что это, но у этого есть цель. Попытка выхватить немного смысла из бессмысленного, неохватываемого сознанием происходящего. Вчетвером они поднимают знамя. Оно разворачивается в дыму. Ещё двое солдат присоединяются к ним, среди них Джозеф Баако Мандэй. Он цел, но рыдает так сильно, что не может говорить. - Ровнее! Вот так! – кричит Пирс – За Императора! Горный Третий, ху! К ним присоединяются ещё и ещё. - Мы всё умрем, кричит кто-то. - Заткнись, мы не умрём. Он защитит нас! Он защитит нас! Достаньте вашу -ову веру, парни, и соберитесь вокруг него! Терра! Трон Терры! – прикрикивает Пирс. Бойцы поют. Их всё больше и знамя всё легче. Их уже больше сорока, присоединяются ещё и ещё – единственный островок посреди моря огня. Вокруг знамени уже оборонительная линия, они могут сражаться здесь, раз уж мост потерян. Они поют и на целую жизнь, на целые пять минут флагшток и кусок ткани отрицает бессмысленность ревущей войны и даёт ошмёткам их жизней видимость цели. Пение спотыкается и замолкает. Из дыма выходит настоящий монстр. Пожиратель Миров, раздвигая танки и баррикаду, вышел на них. Он ревёт громче, чем цепные топоры в его руках. Он улыбается и обнажает зубы. Он наклоняет голову и бежит на них. - Он защитит нас! Он защитит нас, парни, если мы защитим Его! – кричит Пирс и солдаты начинают стрелять. ----- Надежды нет. Мост потерян. Силы Архиврага гораздо хуже, чем предсказывалось. Они усилены ядовитым огнем Изначального Уничтожителя и затопили всю восточную артерию и Западную Фрахту. Мы будем счастливчиками, думает Кроул, если они остановятся у бастиона Монсалвант. Связи нет. Цутому не прибыл. Но присутствие Дженетии оказывает хоть какой-то эффект, отгоняя Нерожденных. Козлоголовые твари сильнее прочих, отказываются убегать и она их убивает. За массой горящих танков она видит флаг. В дыму она видит Его лицо и на мгновение поверила, что Он наконец-то присоединился к защитникам на поле боя и сейчас всё повернётся. Словно вернутся дни Великого Крестового похода, когда победа следовала за победой и Он, сияющий как звезда, вёл нас на передовой. Но это всего лишь флаг, в свете солнца видны прострелы в изображении лика. Вокруг флага несколько дюжин бойцов – едиинственная организованная сила на мосту. Они могут пригодиться в другом месте, если выживут. Она узнаёт предателя, который мчится на них. Кхадаг Айди, забиратель черепов, берсерк, мчащийся на скорости 60 километров в час. Он убьёт их и сожрёт, и необязательно в такой последовательности. Она ускоряется. Кхадаг Айди в 50 раз сильнее, в 6 раз больше, 10 раз быстрее. У неё есть только одно преимущество – он её не видит. Она перехватывает его в пяти метрах от знамени. Он чувствует её в последний момент – демоническая сущность в его крови вздрагивает от её присутствия. С верой в Императора она бьёт его мечом в лицо. Удар почти ломает ей локоть и плечо. Кхадаг встаёт. Белая броня раскроена, талисманы сыплются, падают потроха и кровь, его собственная и литры поглощённой из желудка. Он падает на спину, в конвульсиях, умирает. Люди вокруг знамени кричат. Они не видят её и ей кажется, что Пожиратель пал из-за божественного вмешательства. Она снова поют, со слепой надеждой на триумф. Кроме одного – старый гренадёр видит её и смотрит на неё широко раскрытыми глазами. Она показывает ему жестами, чтобы они отступили за стену. --- Гари в шоке смотрит на убитого Пожирателя. Пирс кричит солдатам, что Император с ними и защищает их. - Дух Митры с нами, парни! А теперь идём за мной, поднимайте флаг и за мной – к стене, парни! --- Мёртвых на Горгоновом Рубеже укладывают в складские помещения. Раненых относят в медицинские бункеры. Врачи проводят последние проверки, затем дела отделяют. Легионеров вскроют потом апотекарии, заберут геносемя и пригодные органы, снимут броню и всё, что может потом пригодиться. Хирургеоны выкачают из людских тел кровь, вырежут органы в больницы. Черис, ослепшая от взрыва, просит провести её к телу Зефона. Её проводят к его телу – она хочет отблагодарить его, отдав последний долг. У тела с ней разговаривает некто – поясняет, кем был Зефон, что у него была долгая и полная боли жизнь. Черис сожалеет, что он погиб из-за неё, это неравноценный обмен. «Легионес Астартес щит человечества. Зефон сделал то, что он был создан делать» - говорит голос. Она рассказывает, что работает летописцем и прибыла на стену записывать историю. А теперь осталась без зрения и, по словам врачей, оно вернётся само, но не раньше, чем через месяц. Так что толку от неё теперь на передовой нет. Она просит разрешения сопровождать тело Зефона в его пути в Санктум, где его положат в Стазис. Позже его телом займутся апотекарии – из-за аугметики в полевых условиях не вскрыть. Сангвиний, а это был он, разрешает ей отправиться. --- Конас Бурр из Киммерийцев, Джагатай Хан, Ралдорон и Константин Вальдор следят за приближающимся к оборонительным рубежам туманом. Гвардейцы Смерти явно собираются выманить защитников из оборонительных укреплений. Хан решает двинуться им навстречу, но не так, как они ждут, резким наскоком, а просто выйдя навстречу. Это не традиционный метод Хана и, он надеется, этого от него Мортарион не ждёт. Белые Шрамы, Имперские Кулаки и Кровавые Ангелы, кустодии под общим командованием Хана и Вальдора выходят из укрытий и спокойным ровным шагом ступают в туман. - Представляю, как это всё тебе не нравится, Константин, - говорит Джагатай. - Я выбрал сражаться на твоей стороне, Великий Хан. Какие могут быть у меня замечания? - Ха, у тебя, кто выбрал служение месту и функции? - Ты упрощаешь доктрину моего ордена так же, как другие упрощают тактику Белых Шрамов. - Мои извинения. Но я знаю, что ты тут лишь затем, чтобы держать меня в поле зрения. - Я здесь… - Скажи мне, что Рогал не присылал тебя, дружище Константин. Скажи, что он не отправил тебя на Колоссовы Врата приглядывать за неуправляемым братом и его капризами. - Я прожил жизнь среди тайн, но никогда не любил ложь. Конечно же, он так и сделал. Хан кивает, неудивленный. - Я верну порт. Я поклялся сделать это. Но сначала нужно кое-что сделать. Колоссовы Врата должны удержаться. Когда здесь борьба завершится к нашей пользе, я возьму порт. Облака дыма и тумана начали расступаться. Воинство Гвардии Смерти, идущее врассыпную уже стало видно. Первой, конечно же, стала заметна их вонь. ГС в 7 раз больше, чем воинов у Хана, и они просто игнорируют вышедших из тумана врагов. Джагатай побежал на зомбодесантников, астартес и кустодии вслед за ним. Завязывается мясорубка, строй ГС проломлен, они лезут за скальпом Хана и гибнут во множестве. Джагатай, Вальдор и Ралдорон сражаются рядом, ведут клин лоялистов. Под натиском лоялистов Гвардия Смерти отступает всё дальше, всё сильнее. И расступается. Офицер Шрамов советует Хану отступить, Вальдор - продолжать наступление: Мы их опрокинули! - Они сами опрокинулись, Константин- говорит Джагатай. Хан чувствует привкус желчи – и зовёт главного библиария Наранбаатара. Окрестности покрываются грязным льдом, в небе сгущаются чумные тучи. Хан слышит грохот копыт – настоящих копыт – множество демонов, призванных Тысячей Сынов несутся на них в атаку. Восемь из демонов – размером с титана Гончая войны. Хан чувствует лёд настоящего ужаса в своём сердце. --- Ариман наблюдает за тем, как выпущенные им демоны несутся на укрепления Колоссовых Врат. - Они понеслись, - тоном капитана очевидность говорит Мортарион. - Они понеслись, - соглашается Ариман, - Они призваны во плоти и шагают по лицу Терры. Твои воины выманили врага на открытое пространство. Призванные моими – выжгут поле боя целиком и возьмут Колоссовы Врата.

Часть вторая, глава первая. Прочитавший сие узнает, как офицер Железных Воинов с греко-турецким именем Ызар Хрониат пришёл к успеху и стал героем, как на стенах Имперского Дворца куют котлы, а также куют их под стенами и даже в самих стенах. Пирс расскажет, зачем на солдатском знамени волосатая задница и гигантский кролик, а Камба Диаз проводит черту между прошлым и будущим, оказавшись на передовой. "Часть вторая. Я и есть крепость отныне"Часть вторая. Глава первая. 25 Квинтуса, Большая хитрость и Понс Солар. Ызар Хрониат из Третьего гранд-батальона Железных Воинов, лорд-капитан Второй бронированной центурии первым ворвался в брешь на четвертой кольцевой стене Горгонова Рубежа. В своём массивном катафрактовом доспехе он возвышается над окружающими и кричит от ярости и ощущения триумфа. Так его и запомнят, правда, ненадолго. В следующую секунду его напополам разрубает Сангвиний своим мечом. Сангвиний убивает направо и налево. Весь Горгонов рубеж покрыт трупами людей и сверхлюдей, вся восьмикилометровая линия высокой стены. Бронированные транспорты и эскаладные лестницы изрыгают осаждающих на стены. Их встречают батареи стен и башен, опустившиеся на максимальный угол. Крики боли, смерти, ненависти, надежды, потери, разочарования, долга. Клинки сражающихся ломаются, стволы перегреваются от интенсивного огня. Кровавые Ангелы покрыты кровью и сражаются как настоящие чудовища – миф об их благородстве отброшен. Они существа настоящего ужаса. Имперские Кулаки покрыты кровью так, что их желтого уже почти не видно. Они не отступают ни на шаг, сражаются у самого обрыва в пекло. Щиты расколоты, копья разбиты, мечи раздроблены до острых обломков, зажатых в имперских кулаках. Фафниру Ранну разбили щит, и он дерется с топором в каждой руке. Война словно деградирует: закончились боеприпасы и стороны сошлись врукопашную. Когда клинки ломаются, хватаются за опустевшие стволы. Когда приклады и задники оружия разбивают, дерутся бронированными кулаками. Голыми кулаками, когда броня раскалывается. В мясорубке сверхлюдей обычных смертных просто размазывает в кровавую пасту и дым. Железные Воины несутся неостановимым потоком серо-черной ярости, готовым смести и разнести всё на своем пути, пока не откроется дорога в Санктум. Это утро 25 Квинтуса, когда в последние три часа пали предстенные укрепления Горгонова Рубежа. Десантники лоялистов умирают, рядовые смертные мрут без числа. Лишь на четвертой окружной стене удалось остановить поток осаждавших. Сангвиний запретил отступать дальше, здесь сошлись стоическая дисциплина Имперских Кулаков, вымуштрованная решительность Железных Воинов и элегантная смертоносность Кровавых Ангелов. Всё это мгновенно растворилось в моментах слепого убийства. Бой за Горгонов Рубеж будет считаться самой интенсивной, концентрированной и беспорядочной битвой во время осады Терры до жестокой резни последних дней. Фиск Гален на 48 минуте штурма ударил, при поддержке терминаторских взводов и огня Аукзилии, в южный фланг наступавших . Удар был такой силы, что многие Железные Воины посыпались со стены – кто наружу, на своих, кто внутрь, где армейские алебардщики и гоплиты-скитарии мгновенно разделывали переживших падение. Сангвиний видит возможность остановить штурм, но не может туда прорваться – увяз в резне с катафрактами. Фафнир Ранн и его помятые воины первыми ударили навстречу Галену, словно у них не было ничего важнее в жизни, чем встретиться с Галеном лицом к лицу и пожать руки. К Ранну присоединились Сепат и Паладины КА, со всей мощью катафрактов. Волна предателей остановилась. А затем метнулась назад, к осадным лестницам и транспортам. Со стены пошёл дождь из легионеров. Троих ЖВ Ранн вышвырнул лично. Тем не менее, пока шёл бой за четвертую стену, Железные Воины успели окопаться на третьей и в руках защитников осталась всего одна, последняя линия обороны на Горгоновом Рубеже. Сангвиния атакуют видения. Он подозревает, это потому, что так много крови пролито вокруг. Он видит Пертурабо, стоящего с болтерными гильзами над картой. Видит карту и названия на ней. В руке у Перту гильза, данная кем-то другим. Он крутит её в руках. Сангвиний отчаянно старается опознать, куда же он её поставит и не может. Он понимает, что эту гильзу Пертурабо дал Абаддон. Видение обрывается и Сангвиний пробует кровь из забившейся в его волосы, чтобы восстановить видение. Но вместо этого оказывается в голове Ангрона. ---- Зиндерманна и Ферайомаса, его нового молодого помощника, доставляют в Четверть Мрачной стены. Солдаты из Аукзилии, Хорт-Палатины. По приказу Дорна Зиндерманна как следователя и летописца доставили на командный пункт Мрачной стены – записывать и наблюдать воочию происходящие события. Они проходят по многочисленным пристенным участкам. Зинд обращает внимание на многочисленные гидропонные фермы – с начала Осады целые кварталы города у Имперского Дворца, особняки богатеев и т.д. превратили в гидропонные плантации, чтобы выращивать еду для осаждённых. Однако в залах Мрачной стены фермы пустые, нет никого из обслуживающего персонала. Зиндерманна и Ферайомаса встречают Дорн и Малкадор. Они объясняют летописцам, что это за место и почему так важно запечатлеть то, что будет здесь происходить. Они надеются, что в ловушку попадётся сам Луперкаль и можно будет покончить с войной одним махом. ------ Гари Гарр записывает солдатские истории в космопорте Стены Вечности. Джозеф Мандэй, наш знакомый из предыдущих глав, предлагает Гарру записать одну историю. Это история о некоем солдате, Пирсе, который ехал в конвое в космопорт. На них напали, но он дрался как дьявол и ни на минуту не терял веры. В конце концов Император прислал своего ангела спасти солдата, потому что он верил. Гарр отвечает, что слышал уже несколько раз в разных вариантах эту историю. А вообще, он пришёл сюда записывать правду, а не версии легенды. Он предлагает Джозефу поделиться своей историей, но тот отказывается. Их спор доходит до выяснения божественности Императора. Джо говорит, что до него доходили слухи, что у кого-то в порту есть некая книга. Но ему не нужно читать её, чтобы знать правду. А правда в том, что будь Император обычным человеком, то ни эта война, ни все эти убийства не имели бы никакого смысла. «Мы сражаемся за Него, мой друг, потому что верим, Он спасёт нас. Мы верим в Него. Абсолютная вера. Потому что если бы мы не верили, мы бы просто легли и умерли» - говорит Джозеф Мандэй. Тем временем порт Стены Вечности фактически заблокирован. Враги наступают с юга, через разгромленные равнины Небесного града. Ниборран командует обороной. На юго-востоке спешно перестраивают и укрепляют фортификациии. Главный бастион Монсалвант Гард выглядит непокоримым. Контакт ожидается в течение ближайших часов. ----- На одном из редутов командующие обороной порта спорят между собой. Шибан-хан предлагает распределить силы для обороны порта по всем участкам. Клемент Брон говорит, что сил у них нет для этого. Шибан отмечает, что и разведданных у них нет для того, чтобы предугадать куда именно будет нападать противник. Ниборран с трудом заставляет их заткнуться и прекратить спорить. Он отправляет Брона проконтролировать ситуацию с боеприпасами в арсеналах. А затем советуется с Шибаном. Шибан и ему советует распределить войска по всему периметру, однако Ниб отвечает, что у них всего девять тысяч человек и распределив их по всей гигантской территории можно быть слабыми везде. Ниборран оставил внутренние транзитные пути открытыми и не минировал их, хотя Брон и советовал – чтобы можно было быстро перемещать подкрепления. Как это и подходит под стратагему мобильной войны Белых Шрамов. Шибану эта идея всё равно не очень нравится. Но командует тут не он. Ниборран спрашивает, чего же он хочет. - Победить, не меньше. - А если победы нет в перечне вариантов? - ??? - Ты должен подумать над тем, что не каждую битву можно выиграть. Мы не знаем, что грядёт, но можешь устроить пари, что будет плохо. Нас едва 9 тысяч и мы заперты, без поддержки и не можем бежать, если они прорвутся. Что тогда случится? - Мы умрём. - Да? - И заставим их оплатить наши жизни как можно дороже. - Правильный ответ. Они возвращаются к обсуждению обороны и Ниборран просит у Шибана советов. Тот рекомендует оставить западные подходы к космопорту, а также Западную Фрахту сейчас, отступить и заминировать. Слишком большая площадь, если их сожмут, сил не хватит. Но уже поздно – приходит сигнал надвигающегося штурма. --- На западном направлении грядет атака. Враги наступают с запада, по мосту, из Квартала Дхавалагири района Магнификан (который накануне с землей сровняли Стор-Безашк). Гари Гарр бежит с остальной пехотой на позиции -свидетельствовать и записывать. --- Камба Диаз встал перед бойцамии на мосту. Около тысячи человек, смешанные подразделения Аукзилии. Этот участок обороны называется Понс Солар. Поначалу его раздражает медлительность людей, но потом он вспоминает, что командует не Астартес, с их ультра-реакцией и потому смиряется с недостатками своих нынешних бойцов. Диаз попытался связаться с командованием на Монсалвант Гард, сообщить о приближении врагов и запросить поддержку. Хотя бы дополнительную бронетехнику. Шибан предлагал подорвать мост (и Диаз с ним был согласен), однако Ниборран прислушался к аргументам Брона, что удержать мост в живучем виде критически важно для перевода подкреплений на Внешний Барбакан. На восточной стороне Понс Солар защищен окопами пехоты, полевой артиллерией и дивизионом танков. Еще и часть орудий космопорта прикрывает – уже сейчас тяжелые орудия ведут огонь по скоплению вражеской пехоты в Дхавалагири. По окопавшейся пехоте на нашем конце моста тоже прилетают чемоданы. Диаз пытается связаться с командованием, но связи нет. Похоже, их вокс подавлен. К Диазу присоединяются те двое Кулаков, что вместе с ним отступили в космопорт. Это Блумель и Фижес Реус. Они привели тяжелую пехоту – взвод штурмовиков Бригады Гехеннед и двадцать гоплитов Солярной Аукзилии в пустотной броне. - Они нам пригодятся. Батареи не будут стрелять вечно, а враг рвётся к нашим баррикадам. - Мы могли бы быстро это желание унять, - говорит Блумель. Диаз понимает, о чем он говорит и это то, что и сам он бы сделал. Но приказ есть приказ. Камба Диаз прошёлся среди бойцов, воодушевляя их. Отдаёт последние приказы перед боем. Если им повезет, они даже удержат мост. Вражеский обстрел прекращается. Значит, скоро придёт пехота. Диаз проводит мечом черту перед баррикадой. – Видите? Вот на столько и не дальше. Мы остановим их тут! ---+ Пирс пытается выгнать Гарра с боевой линии. Они в траншее у западного моста. Пирс говорит летописцу бежать до самого командного бастиона. Гарр пытается выяснить, зачем Пирс рассказывает всем байки о том, как его спас ангел Императора. - Я и не говорил, что он спас меня. Кроме того, она ведь пришла, не так ли? Она пришла и спасла меня? - Митра? - Да, маленький ты говнюк, - Я не знаю, что это было. Я знаю, что это было не чудо. - Скажи это моей заднице. И твоей. Там были демоны, помнишь? Ты видел их своими долбанными глазами. - Я не знаю, что это было. Вражеское био-оружие. Точно не доказательство божественного вмешательства. - Ох, заткнись. Пирс предлагает Гарру осмотреться и увидеть всех этиъ людей вокруг, которые так отчаянно держатся за свою жизнь. Ложь, байки, солдатские легенды – способ облегчить им всем выживание. И вообще, вместо того, чтобы тереть тут с ним в окопе за ложь и правду, Гарру следовало бы раздать Лектицио как можно большему числу людей – чтобы укрепить их веру и мораль. - Видишь, что это? - Знамя, - Гари видит штандарт Императора Возносящегося. - Смотри, мальчишка, четверо, нет пятеро солдат заняты тем, чтобы держать его ровно. Они могли бы стрелять из винтовок по врагам. Но идея значит больше. Она вдохновляет нас. Напоминает нам, зачем мы здесь. Там могло бы быть что угодно. Изображение гигантского кролика или моей мохнатой задницы. Не важно. Оно напоминает нам, коротко и ясно, что у всего, что мы делаем сейчас есть цель, есть причина продолжать делать. Без этого мы всего лишь кучка проклятых идиотов, обгадивших портки. А теперь подумай об этом и убирай свою треклятую задницу отсюда. Впрочем, впереди уже начали крики – враг рядом. Бежать поздно.

За Стовера не скажу, ибо не читал, а Уоттс слишком фундаментален для вахи - коммерчески прибыльной вселенной, обслуживающей продажи миниатюр и проч. "Кризис" Уоттса или как там называлась его книга для одной из частей этой игры - такое себе простенькое чтиво, не лучше того, что пишет АДБ или Френч. Если же дать ему развернуться, то потом вселенную придётся по кусочкам собирать.

Вот тоже жду, а его всё нет. Может у Френча дальше появится, всё-таки это его персонаж. Пока есть послушный Тейн, сварливый Сигизмунд, неунывающий Ранн, несгибаемый Гален, отважный Диаз, осторожный Кадвальдер и т.д. Что касается Олли Пирса, то его настоящее имя - Олланий, в чём он признается Гари Гарру. Присутствовавшие солдаты смеются над ним за это имя, мол, оно старое, как его прадедушка. Пирс просит записать его в истории Гарра как Олимпуса, но тот записывает под настоящим именем. Если кому интересно, Пожиратели Миров уже так унюхались варп-пыли, что стали гораздо здоровее и могучее нормального, немутировавшего Астартес. Некоторые из Пожиралок уже и на ногах стоять не могут - несутся в атаку на всех четверых. Абнетт прямо подводит к тому, что нынешнее поколение космодесанта просто не сравнится по силе один на один с десантниками хаоса, ужравшимися варпа. Те тупо сильнее и быстрее, серьезно за пределами возможностей Астартес. Правда, за эту мощь приходится платить чужими черепами здравым рассудком и душой, но лоялистам от того не легче. С Железными Воинами, которые меньше прочих упоролись по варп-дасту, Кулаки и Кровавые Ангелы справляются относительно просто и быстро. Это верно и в обратную сторону, они примерно равны и побеждает тот, у кого больше умения. Тысяча Сынов и вовсе испарились в воздухе, едва завидели несущихся на них Белых Шрамов, предоставив дальнейшее ведение боя демонам (почти убитым) и Гвардии Смерти.

"Олли Пирс"Есть несколько деталей (я на середине книги примерно, только штурм Мрачной стены начался), которые подкрепляют мнение, что Олли Пирс - вечный. Или не Вечный - если Абнетт троллит читателей. Во-первых, он упоминает службу в Upland tercio, и при стрельбе выкрикивает их клич. Полк с похожим названием был сформирован в Швеции в XVII веке. Несколько позже - в Шотландии. Однако само название можно перевести как Горный, и вполне допустимо, что таких практика формирования особых горных полков сохранилась и в далеком будущем. Во-вторых, как уже было отмечено выше, он молится Митре. Культ Митры и воинских братств распространился во II-III веке среди восточных римских легионов и облегчил расширение христианства среди римских военных. Дальше в одной из глав Джон Грамматикус вспомнит, как тысячу лет назад его пытались сослуживцы в Кавказском ополчении обратить в культ Митры, но он отказался. В общем, читаем и ждём новых подсказок и пасхалок от автора

И Шестая глава, в которой Митра является старому солдату собственной персоной. "Глава Шестая. Диалоги и Прибытие"Глава Шестая. Диалоги и прибытия Гарвель Локен во главе пехотного отряда Имперской Армиии сражается с отрядами предателей. В руках у него гладий Рубио и собственный цепной меч. В голове у него звучит голос Малкадора. Сигиллит троллит воина за его комбат-стиль и зовёт на поговорить. Да мы и так неплохо разговариваем, троллит в ответ Локен, а свой пост я не оставлю - они с рассвета прорваться пытаются. Малкадор уточняет, что надо поговорить по очень личному вопросу, решением которого надлежит заняться Гарвелю. "Я больше не твоя рука, так что ..." - отвечает десантник. Завязывается спор, почему Локен отказался идти в Серые Рыцари. Он признаётся, что боялся пробуждения своего псайкерского таланта. "Тут нечего бояться, Гарвель" - говорит Сигиллит. В конце концов он говорит, что Гарвель нужен ему и Дорну, потому что предстоит схватка с одним конкретным персонажем. - Объясни. - Нет необходимости. Я чувствую, как подскочило твоё сердцебиение. Я чувствую, что ты уже понимаешь, о чем я. Это то, чего ты хочешь. Гарвель с мечами наголо прыгает на отряд вражеской пехоты: Я слушаю. ----- Морниваль прибывает в военный лагерь Темных Механикумов. Абаддон собирается обсудить техническое обеспечение для грядущего наступления на Мрачную стену, а также артподдержку в виде налётов на соседние участки обороны. Эта часть лагеря хаоситов называется Ëпта - Эпта. Туда же прибывает денщик Гора - Кинор Аргонис. Он увидел подозрительные переводы войск, снаряжения и боеприпасов и приехал лично увидеть, что происходит. Они с Абаддоном говорят по душам. Первый капитан просит Аргониса повременить с сообщением Гору об этой информации. Аргонис требует поделиться инфой с ним - он хочет понимать, что именно не следует Гору знать. Абаддону нравится Аргонис, настоящий сын Хтониии, верный, эффективный, преданный. И еще один из лучших пилотов. Он признаётся, что возникла возможность быстро и легко победить. Но он не хочет вовлекать Гора, мол - тот начнёт усовершенствовать их план и в процессе сама возможность исчезнет. Аргонис говорит, что Гор в последнее время ведёт себя очень странно. Подолгу сидит в своих покоях, читает разные бумажки и пергаменты, не пойми кем принесённые, иногда называет денщика Малогарстом, просит принести ему что-то и тут же о своей просьбе забывает, подолгу рассматривает трофеи былых побед. И вообще, сам на себя не похож. К слову, о планируемой сверхсекретной атаке Абаддона слухами полон уже весь лагерь хаоситов. Вот и Аргонис, услышав о приказах о передвижении войск направился искать Морниваль. Они рассматривают план атаки, механикумы перечисляют снаряжение под атаку: осадные башни, 23 штуки, 1 800 орудийных батарей, тяжелые орудия, боеприпасы, обслуга. Обстрел будет идти на бастионы Европа и Западная Проекция - самые сильные участки - чтобы отвлечь лоялистов. К проведению операции всё готово, она может начаться в любой момент, говорит Абаддон. В следующую секунду начинается артобстрел. --- Генерал Ниборран прибывает в космопорт Врат Вечности. Его встречает почетный караул, включая знакомых нам уже солдат Виллема Корди и Джо Мандэя, во главе с Камба Диазом и Шибан-ханом из Белых Шрамов. Вместе с Ниборраном в порт прибывают подкрепления, незначительные, но хоть что-то. Генерал здоровается за руку с бойцами почётного караула, уточняет, в каких подразделениях они служат. Виллем не может пожать руку генерала, так как тогда уронит знамя, которое он держит обеими руками. Следует трогательная сцена - Ниборран помогает ему удержать знамя и они жмут руки. В обороне порта 8 тысяч бойцов, полевая пехота, Аукзилия, ополчение. Ну и оборонительные системы порта. До сих пор командование осуществлял Шибан-хан, теперь командование перенял Ниборран. Кадвальдер и Диаз тайком переговариваются. Диаз рад его видеть, но Кад предупреждает его о возможных разногласиях между новыми командующими и Шибан-ханом - его примарх снял их с должности. Кад предупреждает Диаза, что этот участок фронта превратится в настоящий ад уже в ближайшее время. - Ты знаешь, что говорят про ад, Кад? - Что? - Что он глубиной всего лишь с цепной меч. --- Эуфрати Киилер собирается зайти в следующую камеру для опроса, но Амон её останавливает. Они спорят, она требует дать всего лишь поговорить. В конце концов Амон сдаётся и они заходят в камеру. Это камера Базилио Фо. Киилер спрашивает, что это наверное ошибка ,в его досье указан возраст 5 тысяч лет. Тот отвечает, что всё верно, он генетик и поддерживал себя в форме, пока не посадили. Но, говорит, я в курсе, зачем вы припёрлись. - Он уже здесь? Пришёл уже? Последние недели я слышу страшные звуки снаружи. - Кто? - Когда я встретил его, он называл себя Луперкалем. - Ты имеешь в виду Гора? - Да, его. - Вы встречались. - Он меня захватил. А вы встречались? Правда, он невероятно ужасное существо? - спрашивает Фо, а потом указывает на Амона - Они тоже ужасны, не так ли? - И как ты думаешь, что мы хотим у тебя спросить? - Вам нужен мой экспертный совет. - И насчёт чего? - Как убить его. - Убить Гора? Фот подшучивает, что они теперь только об этом и могут думать, в связи с инстинктом самовыживания. Так что у него есть парочка рекомендаций. - На чём же они основываются? - На том факте, что 15 лет назад я был очень близок к тому, чтобы убить его самостоятельно. ----- В колонну, в которой ехала пехота в космопорт Врат Вечности бьют ракеты. Техника горит, горят люди, крики, смерти. Гари Гарр и Олли Пирс вылетели из своей машины, но уцелели. Пирс поднимает Гарра - им надо бежать. Это засада, по колонне продолжают прилетать ракеты. Гарр видит, куда его тянет Пирс - к космопорту. Они уже почти добрались, как им кажется, когда колонну разбомбили. К ним присоединяются другие беглецы. Внезапно Олли останавливается - он видит спускающиеся на колонну точки. Вражеская пехота добивает выживших и стремительно приближается к нашим героям. Враги оказываются даже не людьми. Они похожи на гигантских не то собак, не то обезьян. Когда-то они были людьми, наверное, но некая сила их изменила. - Что они такое? Что это? - спрашивает Гари. - Не знаю. Плевать. Но я думаю, это демоны - отвечает Пирс, - Демоны. Огнежопые настоящие демоны. Пирс начинает вслух молиться Митре, богине покровительнице воинов. Враги приближаются. - Демонов не бывает - заявляет Гари. - Ну что же, значит мы в полном порядке, - отвечает гренадер. Ему удалось выстроить группку выживших в относительном порядке и приготовить к стрельбе. - Мы [ну уж нет]ер мертвы, Олли - Ты будешь [ну уж нет]ер мертв, если скажешь это снова. На десяти метрах, последняя готовность, раз-два! Пирс стреляет из плазменной кулеврины, остальные солдаты присоединяются из лазерного и автоматического оружия. Им удаётся убить первых ведьмо-псов, но остальные набрасываются на них. Пирс стреляет по ним из подствольника, почти в упор по некоторым. Собаки рвут солдат на части. Пирсу и Гарру удаётся увернуться, но они понимают, что это конец. Внезапно что-то громоподобное обрушивается на землю среди них. Словно тысячи молний обрушиваются на ведьмо-псов - зависший над ними воздушный транспорт обстреливает землю изо всех орудий. Передний шлюз транспорта открывается и оттуда на землю спрыгивает нечто золотое. ---- Дженетия Крол наблюдает из кабины, как префект Цутому выпрыгивает на землю. Они прибыли слишком поздно, колонна с подкреплениями почти полностью уничтожена. Псы, на самом деле, конечно никакие не псы. Это бывшие солдаты армии предателей, которых превратили в оболочки для демонов (отличная карьерная лестница в армии Гора, похоже) и те уже переделали человеческие тела на свой вкус. Кустодии называют их ведьмо-псами, но Крол считает это название оскорбительным для ведьм. Цутому убивает множество их. Однако ведьмо-псов слишком много. Крол переводит системы на автоогонь и автопилот и присоединяется к драке. ----- - Что это, спрашивает Гари - Кустодий, парень, - Пирс смеётся, - Коготь Императора собственной персоной! Яйца счастья, глянь как он их убивает! Пирс уселся на корточки и начинает улюлюкать и аплодировать кустодию, подбадривая его. Но Гари имеет в виду вовсе не кустодия, а внезапное ощущение холода и тени. - Вот дерьмо, - гренадёр вскочил на ноги, уставившись на нечто, чего Гари не видит. Тем временем ведьмо-псы не просто остановились, они замерли. Несколько взвыли и заскулили. Они начали отступать, опустив голову. А затем все они побежали прочь. Кустодий остановился перевести дух. - Вы живы? Сколько вас осталось в живых? - Во имя Его я благодарю тебя! Все эти годы я оставлял тебе маленькие жертвы, всё, чем я мог поделиться, прости меня, но это всё, что у меня есть и прими это маленькое приношение в благодарность за твоё заступничество, - говорит Пирс и протягивает свой кивер. Протягивает не кустодию, на него даже не смотрит. Он обращается к пустому воздуху слева от кустодия, со слезами на глазах. Кустодий спрашивает, этот человек вообще в порядке? Понятия не имею, отвечает Гарр. - Пирс, Пирс, Повелитель кустодий пытается с тобой поговорить - Что, он должен видеть, что я немного занят. Я должен вознести благодарности! - Кому? - Я не с тобой разговариваю, парень! А с ней! - С кем? - С Митрой, ты тупой идиот. Есть у тебя манеры или нет, парень! Кустодий посмотрел слева от себя: Согласен, это необычно. Пирс упал на колени. - Да, - говорит кустодий, - похоже, что он может видеть тебя. ---- В этот самый момент на другой половине мира, посреди ПанАфриканской пустыни некий человек пришёл к месту своего назначения. Ему предстоит встреча, которой он не искал, ему предстоит попросить одолжения у людей, которым он не нравится. Ему придется принести извинения. Много извинений. Он много нагадил разным людям за эти годы. Многим людям. За долгие годы. - Ладно, - вздохнул Джон Грамматикус и двинулся на запад, к ближайшему оазису.

Не нравится, не читай, не? А насчет непонимания войны... что-то подсказывает мне, что один из создателей литературной серии Ереси Гора про войну в 30 несколько лучше разбирается в том, как работает война в выдуманной им и его коллегами вселенной, нежели форумный тролль. Более того, у Абнетта даже получается создать налёт достоверности происходящего. Во многом за счёт тех самых маленьких людей. Ладно, иду читать дальше.