...Сэр Амори де Монфор откинул полог своего шелкового шатра и вышел на залитую полуденным солнцем поляну и его тут же окружил шум полевого лагеря - переливчатый звон кольчуг, бряцанье шпор и ржание боевых коней. Благородные сыны Бретоннии готовились к битве, но в этот раз их противниками были не орды зеленокожих, не отродья Хаоса, а такие же люди, более того, те, кто чаще других были союзниками - имперцы. Де Монфор прикрыл глаза... Сколько же благородных рыцарей не увидят завтрашний рассвет? Сколько крови обагрит эту землю?
Схожие вопросы терзали и графа Фридриха фон Шварцбаха, который наблюдал за тем как его солдаты причащались перед битвой.
...И все из-за одного несчастного яблока...
Ярмарки в пограничном замке Дефлёве, что охраняет перевал Гизоро, всегда были шумными, но в этом году мероприятие было омрачено пролитой кровью...
- Грязная свинья, вчера ты продал мне гнилое яблоко, - кричал пестро одетый имперец бретонскому крестьянину.
- Помилуйте, благородный господин, яблоки из моего сада подают даже в замке к столу барона, и сам сенешаль Жиль хвалил их сочность и сладость..
- Да плевать я хотел на твоего сенешаля! - глаза имперца горели огнем, рука уже взлетела в замахе. Бретонец зажмурился, ожидая удара... но его не последовало.
- Какие-то неприятности, Жак? - раздался знакомый голос. Крестьянин приоткрыл один глаз. Руку имперца сжимал огромный кулак Турпина - местного кузнеца. Сам же имперец побледнел от боли...
- Уже никаких, Турпин! - Жак необыкновенно обрадовался им до конца никак не мог поверить в свое избавление...
- Иди отсюда с миром, имперец, - кузнец ослабил хватку - жаль, что по законам гостеприимства я не могу сломать тебе руку или разбить нос...
Бледное лицо чужеземца стало пунцовым от пролитой крови.
- Клянусь Сигмаром, я затолкаю все твои яблоки в тебя, бретонец! - зло прошипел имперец и исчез в толпе. Через час он вернулся. И не один - с ним были еще пара человек. Перевернув корзины с яблоками, они добрались до несчастного Жака и принялись со всей яростью избивать его. В потасовку ввязались и окружающие: в ход пошло все, что было под рукой - дубины, обрывки цепей. Потасовка переросла в драку. Кто-то выкрикнул "За Империю и императора!" на этот клич начали подтягиваться охранники имперских купцов. Бретонцы тоже в долгу не оставались: "За герцога!", "За короля!" раздавалось среди них. Сверкнула сталь, раздались стоны и крики боли. Драка превратилась в бойню...
"Именем Короля! Остановитесь!" - громкий голос раздался края площади и между группами дерущихся, расталкивая их своими большими щитами, начали продвигаться сержанты замковой стражи. В середине площади они неожиданно обнаружили себя стоящими нос к носу с имперскими солдатами. Оба маленьких отряда приготовились напасть друг на друга.
"Стойте!" - из имперских рядов выехал закованный в латы всадник. Доспехи его были богато украшены леопардовыми шкурами, а на щите красовались золотые пантеры. Бретонские сержанты расступились, пропуская рыцаря:
- Кто ты? И по какому здесь праву?! - бретонец был в гневе.
- Зигфрид фон Нейгаузен, рыцарь ордена Пантеры! - имперец поднял забрало - А ты?
- Жиль де Виллье, сенешаль замка Дефлёве. - рыцарь снял шлем и отбросил его назад.
Оба всадника оценивающе смотрели друг на друга, готовые в любой момент обнажить оружие. Напряжение нарастало и тут из толпы раздалось:
- Кровь Сигмара! Дитера убили!!!
Рыцари обернулись на крик - среди толпы, поддерживаемый окружающими лежал зачинщик драки, в его правом боку торчала рукоять ножа, а на камнях мостовой растекалась лужа крови.
- Вот и поделом ему. Сама Верена все рассудила - послышался ропот одного из бретонцев.
- Сам напросился, - ответил ему кто-то.
Зигфрид обернулся к сенешалю:
- Вы совершили нападение на одного из подданных Империи и Императора, а значит и на все Империю!!! - в его глазах сверкнул огонь гнева.
- Это всего лишь безродный крестьянин, убитый в уличной драке, - ответил Жиль спокойно.
- Но это еще и один из моих слуг! - не унимался Рыцарь Пантеры. - И кто-то должен ответить за это!!!
- Мы выясним кто это сделал и виновный понесет заслуженную кару.
- Нет! Этого недостаточно. Его должны судить по имперским законам, а затем содрать с живого кожу, а тело вывесить на воротах приграничного замка, чтобы ни у одного бретонца впредь не возникало желания пальцем тронуть имперского гражданина!
- Ты забываешься, Пантера! Ты на нашей земле! И ты смеешь говорить такое? Как сенешаль я требую, чтобы ты и твои люди покинули Дефлёве. Я передам твои слова своему сюзерену. Он вынесет свое решение. До этого ты будешь ждать за стенами замка.
- А теперь, когда я требую возмездия за преступление, ты выгоняешь нас?! Ты боишься? Да! Ты боишься праведного гнева сынов Сигмара! Трус!!!
Де Виллье был разъярен как дикий вепрь:
- Ты посмел назвать меня трусом?! Меня, Жиля де Виллье, сенешаля Дефлёве, вассала герцога де Монфора! Ты потребовал выдать одного из моих подданных, жизнь которых я поклялся защищать мечом и копьем, конным и пешим! - бретонский рыцарь стянул с руки латную перчатку. - Я вызываю тебя на поединок! A outrance! Без барьера! Сегодня же! Перед замковыми воротами!
Перчатка упала перед конем имперца.
- Да будет так! Есть повод прикончить одного выскочку-бретонца, - с этими словами Зигфрид двинул своего скакуна сквозь толпу и имперцы потянулись вслед за ним...
На закате оба рыцаря были готовы к поединку. Не было ни турнирных фанфар, ни развивающихся пестрых знамен, хотя зевак собралось достаточно. Жиль с несколькими рыцарями выехал навстречу фон Нейгаузену, который ожидал его вместе с несколькими другими Пантерами. Противники встретились взглядами и разъехались в разные стороны. Потом без сигнала оба пустили коней в галоп. Столкновение их было жутким - копья разлетелись в щепки, щиты треснули, но уже через мгновенье скакуны вновь разошлись на приличное расстояние и развернулись. Все смотрели затаив дыхание. Казалось сейчас всадники обнажат клинки и вновь бросятся друг на друга, но Зигфрид неожиданно начал заваливаться на бок и выпал из седла. Пантеры бросились к своему товарищу. Левый наплечник был сорван, вокруг торчавшего обломка копья начало расплываться кровавое пятно. Рыцари Пантеры что-то кричали на рейкшпиле, среди имперцев началась суета, с Зигфрида стянули золоченый шлем. В этот момент к нему подъехал сенешаль:
- Клянусь Граалем, это была достойный поединок, но ты проиграл имперец. Сама Леди Озера, да благословит она эти земли, рассудила нас. Теперь вы все должны покинуть Бретоннию.
- Пусть будет по-твоему... - Зигфрид корчился от боли, а силы явно покидали его - Но мы еще встретимся... Клянусь Сигмаром. И тогда я буду смотреть на тебя сверху вниз...
К раненому уже прибежали с носилками и принялись грузить его на них. Что было дальше де Виллье не видел, он направил своего коня обратно в замок. Его долг был выполнен. Однако спокойствия так и не наступило... Среди ночи в его покои ворвался один из слуг.
- Милорд! Милорд! Просыпайтесь! Деревня горит! Проклятые имперцы уходя сожгли деревню...
Этого сенешаль никак не ожидал.
- Отправить гонцов во все ближайшие замки! Немедленно сообщить герцогу де Монфору. Мы идем за ними! Доспехи и коня мне! Быстро!!!
Уже на рассвете небольшой отряд бросился в погоню. К полудню его нагнали рыцари бретонские рыцари, получившие весть о нападении на Дефлёве. Еще через день они преодолели перевал Гизоро и оказались на равнинах Империи, по которой уже ползли слухи о вторжении многочисленной бретонской армии.
Пожар войны разгорался. Навстречу бретонцам со своими войсками выдвинулся граф-протектор приграничных земель Фридрих фон Шварцбах. Его отряд не был многочисленным да многие до сих пор не понимали что происходит и не верили в то, что их врагами будут недавние союзники. Личная гвардия графа вооруженная двуручными боевыми молотами, роты рыцарей, шеренги аркебузиров и мечников двигались к перевалу Гизоро. Среди мечников шагал и Михель. Он жевал травинку, и высокая трава лугов предгорий шуршала под ногами. Рядом были товарищи, светило солнце, и жизнь казалась вся лежит пред ним, и он будет жить вечно, ведь он уже встречался и с орками, и с богомерзкими зверолюдьми, и даже не разу не побежал, а теперь против них были обычные люди. Задумавшись, он споткнулся, и пряжка слетела с его солдатского ботинка. "Придется подобрать на обратном пути, - подумал он, - а может мне повезет и после победы я смогу снять ботинки с какого-нибудь бретонского вельможи" Последняя мысль очень понравилась Михелю, даже придала новых сил, и он с улыбкой продолжал маршировать по дороге... На пути за их колонной пристроились бедняки, которые только и делали, что стегали себя хлыстами, а на коротких привалах рассказывали о конце света...
И вот, наконец, две небольших армии встретились... На исходе третьего дня Фридрих фон Шварцбах преградил путь бретонцам на север и восток, и чтобы продолжить движение тем пришлось бы немедленно вступить в бой. Но оба отряда были измотаны столь стремительным маршем. Даже неутомимые бретонские кони были в мыле. Людям был необходим отдых и оба войска принялись расставлять шатры и палатки... Но жизнь не замерла, обе стороны готовились к решающему бою... Под покровом ночи со стороны Серых Гор на лагерь бретонцев опустились большие крылатые тени. Увидев, кто явился к ним, сенешаль де Виллье возликовал, ибо это были рыцари на самых быстрых скакунах - пегасах. Но и это были не все вести, благородный сэр Раймонд сообщил, что младший сын герцога де Монфора - Амори на рассвете тоже будет здесь и лично поведет рыцарей в бой...
В лагерь графа-протектора тоже прибыло подкрепление, которое стало неожиданность для самого графа. Из Нульна прибыли артиллеристы со своими орудиями, но самое главное - гильдия инженеров прислала свое новейшее изобретение, которое так хотела опробовать в новых условиях - танк.
- Теперь мы покажем им, как может воевать имперская армия. Мы раздавим их и сметем их хваленую кавалерию силой наших пушек и храбростью наших людей - произнес своим капитанам Фридрих фон Шварцбах.
С первыми лучами солнца прибыли последние подкрепления. Бретонские рыцари с ликованием приветствовали молодого де Монфора и тех, кто пришел с ним - лучших из лучших, благороднейших из благородных - Рыцарей Грааля. Де Виллье подошел к сюзерену:
- Милорд, благодарю за помощь, которую вы оказали, но я должен о многом вам рассказать...
...Картина прошлых дней пронеслась перед сэром Амори и исчезла без следа. Теперь он стоял во главе бретонского отряда. Вокруг него рыцари облачались в доспехи, пажи подводили им благородных скакунов в шелковых попонах, лучники натягивали тетивы на свои длинные луки. Бретонцы были готовы к битве.
Имперцы тоже закончили приготовления. После напряженной ночи ожидания они занимали свои места в баталиях и колоннах.
- Эй, Михель! Держи! - сказал один из аркебузиров, протягивая товарищу талисман в виде молота. - Он намолен самим великим Теогонистом! Никогда меня не подводил!
- Спасибо, Дольф! Храни тебя Сигмар! Задай им!
- и ты тоже всыпь им хорошенько!
Графу подвели его лучшего скакуна - грифона. Вокруг него капитаны получали последние приказы:
- Тиль Вульфхерц, - обратился Фридрих к своему знаменосцу, - тебе предстоит возглавить мечников. Занимайте место между двумя небольшими лесами - вы будете нашим центром и краеугольным камнем. Вас прикрывают с флангов аркебузиры. Остановите их продвижение любой ценой!
Затем он обернулся к всадникам:
- Прецептор, ваши Рыцари Пантеры на флангах. Вы уже видели, на что способны их всадники, постарайтесь ударить их с фланга или обойти с тыла. Вам в помощь - небольшой отряд рейтар. Пусть они проредят бретонский строй перед вашей атакой.
- Мастер Курт, вы со своим экипажем и "Айзенсайтом" нанесете им удар в центр. Ваши артиллеристы пусть тоже укрепят центр, а митральеза останется на правом фланге и поддержит огнем мою личную гвардию.
- А мне разрешите остаться с паствой, герр Фридрих. - раздался голос отца Вальтера
- Как вам будет угодно, святой отец. А что флагелланты, где эти сумасшедшие?
- Они не сумасшедшие, а истинно верующие, герр граф. Всю ночь провели в молитвах и теперь готовы в любой момент вступить в бой. Они вон в том лесу на правом фланге.
- Замечательно! Тогда выдвигаемся! И да поможет нам Сигмар!
- Chevaliers, - обратился Амори де Монфор к свои рыцарям, - сегодня мы сойдемся к лицу с вероломным врагом, что пришел к нам под личной друга, с тем, что сжег нашу деревню, а теперь, боясь нашего праведного возмездия - принес на поле столько подлого оружия. В них нет храбрости даже сойтись с нами в честном поединке. Теперь же мы принесем им свой гнев на остриях наших копий. Сыны Бретоннии, мы сражаемся за нашу честь, за нашу владычицу - Леди Озера и за нашего короля! Правда на нашей стороне. A lґordre de combat!
- Мессир, позвольте мне с отрядом быть на правом фланге, - Жилю де Виллье не терпелось вновь сойтись в бою с рыцарями Пантеры.
- Извольте, сенешаль. Сэр Раймон, покажите этим грязным крестьянам с их грохочущими ружьями, что такое благородный натиск.
Затем он повернулся к рыцарям, чьи доспехи были похожи на часовни, а шлемы превращены в походные алтари:
- Благородный сэр Танкред, быть может, вы поддержите мою атаку. Достойных целей много. Что вам больше по душе?
- Хочу смести вот этот отряд, что жмется к их командующему.
- Прошу, сэр Танкред! Сэр Гильом, держи гонфанон высоко и сражайся храбро! Ты поведешь своих рыцарей в самое сердце их построения - в центр, где виднеется знамя. - Последние слова были обращены к знаменосцу, этому рыцарю оказали честь нести хоругвь с вышитым Граалем.
- Да, сэр Амори!
- Ах да! Крестьяне с луками пусть займут этот холм и не мешают. А теперь попросим нашу защитницу о помощи...A la priere!
Все рыцари как один преклонили колено и начали шептать слова молитвы Владычице Озера:
-...от нечестивого оружия оберегай меня...
-...и направь копье мое в сердце врага твоего...
-...пусть меч пусть не знает устали...
И стоило рыцарям закончить молитву, как от Серых Гор налетел порыв прохладного ветра, принесшего запах лилий, а под ногами рыцарей начал струиться туман, словно они стояли на берегу озера. Молодой герцог воскликнул:
- Наши молитвы услышаны! Владычица Озера защищает нас! Сэр Гильом, поднять Орифламму!!! Chevalier, en avant! За Леди и Короля!!!
И рыцари в один голос повторили боевой клич, наводивший ужас на всех врагов Бретоннии:
- ЗА ЛЕДИ И КОРОЛЯ!!!
+++ПРИМЕЧАНИЕ: это собственно говоря пролог и деплоймент игры на 2500 очков. Опус является коллективным трудом моим и камрада Хелота. Прошу прощение за качество фотографий - под рукой был только 3,2 МП камера телефона и отсутствие покраса моей армии. Продолжение следует.+++
