В голове Вагнера все окончательно перемешалось. Он, вытянувшись "смирно", отдал честь "уроду", стараясь не встречаться с ним взглядом, затем повернулся к сержанту с выражением полной готовности к чему бы то ни было на лице. На предложение сменить оружие Виктор ничего не ответил, лишь крепче вцепился в лазган - единственное, к чему он успел более-менее привыкнуть на коротких сборочных курсах. Затем они двинулись к громаде здания.
Вагнер шел чуть сзади. Когда они, двигаясь короткими рывками, отошли подальше от "Саламандры", Вагнер отважился спросить:
- Сэр, а что с _ним_ было?
Штурмовик через плечо поглядел на Вагнера. В его глазах читалось: "салага", "деревенщина" и еще что-то, столь же обидное. Но мгновение спустя их выражение смягчилось, и штурмовик ответил:
- С ним все в порядке. Транс это. Он силой своего "дара" проверяет, есть ли рядом враги.
В это время они добрались до груды бетонных плит, вероятно, бывших не так давно частью стены ныне назваленного в хлам дома, где и остановились перевести дыхание.
Штурмовик снова глянул на ополченца.
- И парень, не все псайкеры - еретеки и открытые врата для демонов. Так что ты последи за своим языком, ладно? И за мыслями заодно. А то среди них есть горячие головы... Мигом в жабу превратят.
Увидев, как округлились глаза Вагнера, солдат усмехнулся.
- Да не бойся, салага, шучу я. Такого даже грязные колдуны не могут. Ладно, передохнули - и хватит. Мы на месте.
Над ними темнела пустыми провалами окон громада разрушенного здания...