Здравствуйте, это один из моих первых опытов в написании фанфиков большого масштаба. Просьба попинать (если надо), и высказать мнение о написании остального.
Итак, апдейт. Исправил первую часть и начал вторую.
Номер
Часть 1
-Добро пожаловать на военный аэродром Имперской Гвардии «Миро-17». Пожалуйста, проследуйте за мной в каземат №5 к начальнику аэродрома, главному лексмеханику Гафну для получения соответствующих бумаг. --произнёс стандартное приветствие гид по аэродрому, если, конечно, слово «гид» применимо к существу на гусеничном ходу и состоящему наполовину из металла. Однако человек, к которому обратился сервитор, не уделил ему никакого внимания. Его внимание было обращено к двум дюжинам солдат в изношенных красных мундирах и трём бронетранспортёрам, выкатывающимся из чрева военного транспортника, доставившего их на эту базу.
-Давай, давай! Раз орков рядом нет то и пошалберничать можно?
-Добро пожа..
- Нэд, ты что там интересного увидал? Стройся!
-…каземат №5 к …
- Живей, живей!-дождавшись, когда бесформенная куча людей примет хоть какое-то подобие строя, офицер обернулся к сервитору. Тот всё так же, как и десять минут назад, гнусавил своё. Дотронувшись до кнопки с надписью «Активировать путевую функцию», вделанной прямо в грудь сервитора, офицер последовал за ним в сторону унылых построек, сделанных из бетона, как и весь аэродром.
-Ишь, злющий какой, чтоб его сквиги съели--прошептал один из солдат
-Братцы, а кто-нить тута бывал, а? Жратва, главое, вкусная? А?
-Плохо дело. Бетон один. Ни травы, ни деревьев. Тошно мне после этого, как там, ЕН 132-14-88. Ну, главное, чтоб, оружие поцелее выдали… А то, лазган-то мой после того удара чоппой искрить начал…
-Искрить начал!—поддразнил солдата сержант Хедрик—Да если бы ты поумнее был, да порасторопнее, то давно бы уже новый достал, а этот бы «щитку» отдал, как реликвию, которой Император от орков отмахивался, да ненароком об твою башку и сломал…
Офицер, тем временем, стоял перед начальником аэродрома, копавшемся в ворохе бумаг, занимавшем весь его стол. Надо сказать, что подобно сервитору, тело лексмеханика состояло больше из металла, чем из плоти.
-Лейтенант-ветеран Орвин Моос. Прибыл для перегруппировки в составе 152 полка «Сайкианские Гарпунеры».--эту фразу Гафн произнёс не как вопрос, а как утверждение. И прежде чем лейтенант успел что-либо ответить, из-под балахона лексмеханика у большой скоростью выскочила многосуставчатая металлическая рука, выхватила из груды бумаг папку, всунула её Моосу и снова втянулась под балахон.
-Это вся нужная вам информация. Вы свободны.
Все эти действия отняли у лексмеханика не более дюжины секунд, и он снова продолжил копаться в бумагах, не обращая внимания на офицера.
-Лексмеханик Гафт?
-Вы свободны.
Похоже, отвлечь лексмеханика от работы мог только вой молодого сквигота, но никак не вопрос какого-то лейтенанта, стоящего перед ним. Поняв это, офицер удалился, оставив «паршивую железку» дальше копаться в своих бумагах.
-Господин старший лейтенант! Взвод построен и ожидает дальнейших приказаний!—сержант первого взвода Хедрик, а по совместительству и заместитель командира, вытянулся по стойке «смирно» перед Моосом. Все видели мрачность лейтенанта и стремились показать особую чёткость при выполнении воинского приветствия . Даже мультилазеры на «Химерах» смотрели точно параллельно земле, как и положено по уставу.
-Сержант, получил карту этого региона перед посадкой?
- Да, сэр!
-Тогда приказ: погрузить взвод в транспорты и выдвигаться вот в этот квадрат. Там находится база «Миро-2» - наше конечное место расположения.
-Император! Это же двухстах километрах! Да у нас горючки не хватит. Да и кроме этого, мы просто не подготовлены. Солдаты не получали довольствия более четырёх суток! Мы просто физически не сможем этого выдержать!
-Это приказ командования, сержант. А потому мы сдохнем, но доедем до этой паршивой базы! Мы прибыли на два часа раньше. Хедрик, постарайся воспользоваться этой форой в наших интересах.
-Есть, сэр!—глаза сержанта радостно сверкнули после последней фразы.
+++
Внезапный порыв ветра заставил Номера поёжится и посильнее натянуть на себя остатки тряпья, бывшего когда-то шинелью для снайпера.
-Хватит спать, всё равно Варп тебя не оставит в покое даже во сне… Надо снова пробовать. Вставай. Ну, давай, Номер, давай!
-Зачем? К чему это?
-Не спрашивай, Номер. Я тебе приказываю, и всё.
-Я не солдат. Уже.
-А помнишь, что сказано в скрижалях, впечатанных в стены храмов на Персефоне? «Все мы—солдаты Императора», вот что там сказано.
-Ну и что?
-Как что?! Номер, ты противишься приказу, желающему тебе добра и, соответственно, несущего волю Императора?
+++
Спустя два часа к месту дислокации небольшими группками стали подтягиваться бойцы. Их карманы, куртки и «разгрузки» заметно оттопыривались, делая их похожими на Адепта Сороритас в гвардейском камуфляже. Даже если какой-либо придирчивый арбитр и просил их расстегнуть мундир, то он увидел бы там всего лишь бутыли и фляги, кои в огромных количествах и нёс подозреваемый. На грозный вопрос о содержимом ёмкостей солдаты отвечали, хлопая удивлённо глазами, что там вода. Её очень мало, нехватка, понимаете, сэр? Вот наш командир и приказал нам добыть её как можно больше, во избежание, сэр. Тут обычно с важным видом поднимался палец, что должно было свидетельствовать о большом уме и строгости командира. Этого хватало. Никто из арбитров и не прикоснулся к замызганным флягам и мятым бутылкам за время всех рейдов. Но во флягах была не вода, а горючее, без которого «химеры» просто заглохли бы на половине дороги.
-Хёд, всё на месте?—спрсил у сержанта второго взвода Орвин.
-Нет. Горючего нам хватит с лихвой, а вот «детей» для Весёлого Вилли нет совсем. Скорее всего, перепутали сопроводительные в штабе.
Весёлый Вилли был ракетомётом и единственным дальнобойным борцом с вражескими трукками. Он получил своё имя в честь погибшего оператора Валлентайна, которого ничего не интересовало, кроме своего оружия и его «детишек». А «детьми» его были ракеты различного назначения. «Девочки» - осколочные, «мальчики» – бронебойные. На Валлентайна и Весёлого Вили молился весь взвод, и они оба не подводили. Но иногда Император отворачивается от своих солдат… Валлентайн погиб и был навечно включён в список взвода. А Вили перешёл к новому солдату – смуглому Эль Кину, который без устали о нём заботился.
-Так, значит, ни одного? А где Хедрик?
-Ещё не вернулся. Как и Эль Кин.
В этот самый момент на глазах у всех появились, тащившие вязанку поленьев, запыхавшиеся Хедрик с Кином. С превеликой осторожностью положив её возле аппарели «химеры», Хедрик побежал к командиру, ошарашено наблюдавшему за этой парочкой, оставив Кина охранять столь «ценный» груз.
-Хедрик, ты что, от жары уже рехнулся?
-Да! То есть нет, пока ещё не рехнулся.—глаза Хедрика светились от радости—Это «дети»!
-А ну, развязывай верёвки!
Быстро выхватив нож, Хедрик разрезал верёвку, и глазам лейтенанта предстало по паре бронебойных и осколочных ракет, уютно лежащих среди поленьев.
-Нет, твоя башка точно перегрелась! Ты думаешь, никто не хватится? Ладно, слить по фляге горючего из грузовых «Стражей», грузовиков и сервиторов-грузчиков. Но ракеты! Это не притворится пьяным и посмотреть «мальчик или девочка этот Страж», попутно слив топливо из нижней форсунки! Это, твою мать, ракеты! Я немедленно требую объяснения!
-Да не крал я их! Просто помог одному неопытному технику посчитать дефектные ракеты. Он очень удивился, узнав, что их на 4 больше. Ну а дальше я позвал Эль Кина и вместе мы и донесли их. Заодно и дрова будут!
-Какие, к варпу, дрова! Сейчас весь аэродром будет стоять на ушах из-за ракет!
-Никак нет, сэр! Техник настолько боялся их взрыва, что мы сошлись на том, что я их потихоньку отвезу подальше, а он их не впишет в рапорт.
-Ну смотри, сержант! Если всё вскроется, сдам тебя первому же арбитру!
-Есть, сэр! Так точно, сэр!—радостно ответил Хедрик.
-Теперь все в сборе.—отрапортовал Хед, взиравший на Хелрика с нескрываемым весельем и завистью.
-По машинам! И молитесь, чтобы идиотская идея Хедрика не вышла нам боком.—скомандовал Моос, пытаясь скрыть довольную улыбку на лице.
+++
Дорога вилась по степи, как змея-водяница в речном иле. Три «химеры» поднимали шлейф пыли, полностью окутывающий их подобно толстому одеялу. Слева, в нескольких десятках километров возвышались отвесные горы, потрескавшиеся от постоянно дующего здесь ветра. За долгие столетия в них образовалась колодцы, в которых гудел ветер на разные лады. Горы назывались «органом планеты». А справа степь уходила за горизонт, унылая и тусклая, как и вся природа Аида 4.
Дорога обещала быть долгой и скучной, поэтому лейтенант решил скоротать время за более подробным чтением информационных планшетов и бумаг. Планета, на которую прибыл взвод Орвина, называлась Аид 4 и входила в систему из всего лишь двух планет, находящихся на близком расстоянии. Доступ к ним был затруднён астероидным поясом, образовавшемся на месте третьей планеты, но открытие стабильной варп-аномалии внутри «кольца» позволило колонизовать систему. На Аиде 4 располагался мощный промышленный и горнодобывающий комплекс, за что его иногда называли «малый Армагеддон». А вторая планета—Персефона, была отдана Экклезиархии, устроившей здесь один из миров-«поклонений». Основной объем информации был бесполезен. Он сообщал о залежах ресурсов, планах и нормах, действующих заводах. Из всего этого моря бредятины, лейтенант уловил лишь смешное название города, возле которого находилась «Миро-2». Город так и назывался—Город. Никаких Сибилла Праймов и т.д. Просто Город. Объяснений этому загадочному названию министорум не дал. Зато на глаза лейтенанту попался листок, прикреплённый к одному из документов о «культурной жизни верноподданных Императора». Он был не очень большой, плохого качества и содержал следующую информацию:
+++ПРАЗДНОВАНИЕ ДНЯ СВЯТОЙ КАТРИНЫ+++
<><><><><><><><><><><><><><><><><><><><><>
СЕГОДНЯ, В ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ОСЕНИ, МЫ ВОСХВАЛЯЕМ НАШУ СВЯТУЮ. ТУ, КОТОРАЯ ПРИНЕСЛА НАМ СВЕТ ИСТИННОЙ ВЕРЫ И ЛЮБВИ К БОГУ-ИМПЕРАТОРУ!
ВСЕ ВЕРУЮЩИЕ! БЕРИТЕ С СОБОЙ ВСЮ СВОЮ СЕМЬЮ И ВЫХОДИТЕ НА УЛИЦЫ! ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ К ТОРЖЕСТВЕННОМУ МИТИНГУ И ШЕСТВИЯМ ПО ВСЕМУ ГОРОДУ! В ЧЕСТЬ ЭТОГО ПРАЗДНИКА В НАШЕЙ ГОРЯЧЕЙ МОЛИТВЕ НАС ПОВЕДЁТ КАРДИНАЛ СЕПТИЙ ВТОРОЙ, ПРИЛЕТЕВШИЙ ВО ГЛАВЕ БОЛЬШОЙ ДЕЛЕГАЦИИ С ПЕРСЕФОНЫ.
+++___+++
-Нед, установи связь с сержантом Хедриком в головной «Химере».—шустрый радист уже щёлкал переключателями на рации. Пробормотав: «Ну вроде всё готово», он передал свой шлем Моосу.
-Сержант, слышишь меня? Мы должны ехать через этот город.—прокричал в микрофон Орвин.
-Да, это сильно облегчит нам путь. Если будем объезжать, то горючего не хватит.—голос сержанта еле пробивался сквозь шум моторов и помехи.
-А ты знаешь, какой сегодня день? Почему все аэродромы забиты, а в штабах царит путаница?
-Какой? Хотя… Сегодня же день святой Катрины. Но причём здесь штабы?
-А дело в том, что с Персефоны прилетает большая делегация экклезиархии во главе с кардиналом Септием Вторым. Представь, что творится в Городе!
-Нда. Там же все с ума сойдут. Вместо двух часов, мы будем двигаться через него весь день.
-Именно! У тебя есть карта Города?
-Да. Она правда, старая, но…
-Хедрик, ты с Армагеддона и всё детство провёл в улье . Нам остался час до въезда в город.Давай, включай свою башку и придумай КАК нам проехать побыстрее.
-Попробую.
-Нет, сержант, не попробуешь, а сделаешь. И чем скорее, тем лучше!—Моос выключил связь и передал шлем Неду. Переспектива ехать через весь город, забитый демонстрантами и верующими, его явно не прельщала. Но это было лучше, чем остаться без горючего посреди безжизненных степей, всё также тянувшихся в своей тоскливой желтизне.
+++
Номер потрогал массивный ошейник со взрывчаткой у себя на шее. Холодный металл леденил кожу и стирал её до кровавых ссадин.
-Я готов, но эта штука…
-Не бойся Номер. Я в тебя верю, ты обязательно что-нибудь придумаешь.
-Ничего я не придумаю! Зачем ты меня будил?
-Затем, чтобы ты посмотрел в окуляр и начал думать быстрее.
-Да что я там не видел? Император! Что это?!
-Вот видишь, а ты не хотел вставать.
Часть 2
+++
- Господин лейтенант, это вас. - проговорил Нед по встроенному переговорнику.- Из головной «Химеры».
- Давай скорее! До проклятого города менее получаса! – Моос выхватил у радиста шлем и быстро напялил его на голову. – Да, Хедрик, слушаю!
-Я придумал. Сначала придётся ехать по Проспекту Св. Катарины. Тут уже ничего не поделаешь. Знаю, там будет полно демонстрантов. Но нам надо проехать по нему менее километра, а потом свернём на 102-ю улицу. Она как раз нас выведет к…
-Меня не интересует, куда она выводит! Меня интересует, КАК мы пройдём по Проспекту. Ты вообще представляешь себе, что это такое?! Толпы народа, все орут, молятся и размазывают по щекам слёзы и сопли! Массовая истерика, вот это что! Да там камню негде упасть, а ты предлагаешь там три «Химеры» провести!
-Но это единственный вариант. На других Проспектах то же самое. К тому же есть шанс, что основная процессия пойдёт по другой улице, а на сам проспект выйдет только к вечеру! Да и 700 метров пройти…
-Другого варианта, судя по всему, не предвидится. Ладно, сержант, веди…
Вдали уже обретали всё более чёткие очертания высоченные шпили, трубы и фабрики Города. По сравнению с ними БТРы выглядели как клопы возле великана. Вид колоссальных сооружений, нависающих над дорогой, действовал угнетающе, и даже Хедрик в головной «Химере», привыкший к подобным сооружениям, поёжился. Ревя моторами, машины, которым не был знаком страх, везли свой груз прямо туда, где уже бесновалась и вопила толпа, где ежеминутно кто-нибудь погибал от удушья или был затоптан ногами верующих, смертью своей принося жертву Императору, сидящему за миллиарды километров на Золотом Троне…
+++
Хедрик просчитался. Основная процессия пошла именно по Проспекту Св. Катарины. Ситуацию усугубило ещё и то, что один из трёх главных проспектов был перекрыт в связи прорывом трубопроводов по всей длине, и вся масса живых людей с двух улиц собралась именно здесь. Сержант уже приготовился вылезти из люка «Химеры», чтобы своими криками попробовать расчистить путь, не догадываясь, что его голос просто потонет в общем крике. Где-то в шлеме связиста уже орал и ругался Моос, но Хедрика это не волновало. Главная цель – провести каким-то образом три «Химеры», становилась недосягаемой.
К счастью, орать не потребовалось. Один из проповедников увидел выворачивающую из-за поворота боевую машину, и при помощи усиленного горла прокричал на весь Проспект: « Братья и сёстры! Гвардия! Ура!!». Последний возглас потонул в общем вое «Ырааа!!!!». Сотни вытаращенных глаз, разверстых ртов и багровых лиц обернулось в сторону «Химеры». А проповедник уже надсаживался дальше: « Воздадим! Хвалу! Слугам! Его!!!». Множество голосов тут же затянули молитву во славу верных сынов Императора. «Но я вижу! Что мы мешем слугам его!! Освободите дорогу, ибо те, кто мешает слуге, мешает и господину – Императору! Да постигнет кара того безумца!!» Мигом в толпе было найдено несколько человек, недостаточно быстро убежавших с пути «Химер». С криками «Еретики!» толпа забила их насмерть.
Таким образом, ценою нескольких жизней, путь был открыт.
-Хедрик, нам повезло. – проговорил в шлеме голос лейтенанта. – Но не расслабляйся. Максимально точно и аккуратно пройди эти проклятые метры! Давай, да хранит нас Император!
А опасаться и впрямь было много чего. Экзальтированный проповедник всё не останавливался в своём восхвалении «Сынов! И Слуг! Его! Ура!!». Теперь множество людей выскакивали из толпы, чтобы положить цветок или иконку на лобовые бронелисты транспротника. Водитель старался как мог, чтобы не задавить ни одного из этих безумцев.
В конце концов, после того, как под гусеницы чуть не попала какая-то девчушка в смешном платьице, Хедрик выдернул водилу из кресла и сам уселся за рычаги. Осталось всего 150 метров до желанного поворота. Словно чувствуя, что их сейчас покинут, люди начали кидаться на броню с удвоенным рвением. Хедрик до боли сжал рычаги и, сомкнув зубы, считал про себя: «120.. 100.. 80.. 70. Куда тебя несёт?! 60..» За пятьдесят метров до спасения, сам проповедник решил возложить реликвию на «Химеру». Кое-как подъехав к ней на механических приводах, он прикрепил ковчежец прямо к смотровой щели. Хедрик ударил по тормозам, но «Химера» всё – таки здоровый кусок металла и быстро не останавливается. Внезапно толпа замерла. Выбив паршивый ковчежец из щели, сержант понял, в чём дело, и облился холодным потом. Проповедник зацепился за трак и теперь притихшая площадь слышала, как ломаются его кости, как скрипит гнущийся металл аугметики, как нечеловечески вопит жертва. «Еретики!» - последний крик священника словно взорвал толпу. С диким рёвом, как разъярённый зверь, она набросилась на колонну. В своём гневе люди как могли, старались причинить вред железным коробкам.
-Мы таки влопались, сержант! Ты, главное, не стреляй, слышишь? Не стреляй! – Орвин орал в микрофон, одновременно соображая, что можно сделать дальше. Но его размышления были прерваны чудовищным взрывом. Посмотрев через амбразуру, он увидел, как горит последняя «Химера». Похоже, люди умудрились как-то добраться до топливного бака или как-то по другому повредили машину, но результат был один – транспортёр горел, а толпа убивала выбирающихся из стального гроба гвардейцев. Внезапно передняя «Химера» рванула вперёд, давя всех и вся, и оставляя за собой только искалеченных и умирающих людей.
- Быстро за ними! – крикнул Моос водителю. Вдруг раздался хлопок, и, лязгнув траками по мостовой, «Химера» проломила стену одного из здании и затихла.
