Магазин
WARFORGE

Здравствуйте, гость ( Авторизация | Регистрация )

Форумы работают на сервере
 Правила форума ЛОКАЛЬНЫЕ ПРАВИЛА ФОРУМА "ЛИТЕРАТУРА, ПЕРЕВОДЫ И ФАН-ФИКШН"
 
Ответить на темуЗапустить новую тему
[ивент]Рассвет войны, Ягеллонский Крестовый Поход - фаза №3
Мамкин нонконфор...
сообщение 08.09.2017, 19:36
Сообщение #1


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Мысль дня:
В пламя битвы!
На наковальню войны!


Ивент Ягеллонского Крестового Похода №3


"Рассвет войны"


Тема: Начало боевых действий.

Бэкграунд:

— Я готова, господа.
Разъяренные матросы и не подумали удивляться тому, что женщина готова была встретить смерть как нечто долгожданное. Теперь рядом с ними стоял Ангел Смерти, и они не боялись никого и ничего. Болты и пули изрешетили ее нагое тело. И в то же мгновение весь корабль, от дюз до тарана, начал едва заметно дрожать.
Мусорный код, обманувший защитные системы ”Патриция”, рос и размножался подобно живому организму. Он вплелся в ткань кода, оберегающего гнездо навигатора, и проник в его собственные мысли, и без того пропитанные паникой от психических криков о предательском нападении.
Мутант сложил руки в молитвенном жесте и раскрыл третий глаз, в котором начинало разгораться пламя безумия.
”Патриций” начал уходить обратно в бурлящее Море Душ.

— Тогда позаботимся о том, чтобы на этот раз пепла от них не осталось! — в гневе воскликнул Виктор Цефар. Палуба под его ногами пошатнулась, заставив проглотить последнее слово. Библиарий Железных Драконов вздрогнул, глядя на Неуловимого Мстителя.
— Ты чувствуешь? Корабль пытается войти в варп, — прошептал он.
— Внутри системы? Но… — Виктор осекся. Оба Астартес знали, что это означает. Точка Мандевилля, место, где судно может беспрепятственно проникнуть в имматериум, всегда находится на удалении от звезд и планет. Гравитационные искажения и иные, более тонкие и таинственные факторы, приводили к тому, что любая попытка открыть окно в варп внутри звездных систем была рискованна, если не сказать обречена.
— Это происходит быстро. Слишком быстро. Нам нужно эвакуироваться, — библиарий, имени которого Виктор так и не успел спросить, решительно двинулся по коридору, заполненному тревожным красным светом. — Оповести своих, брат Мститель.

Разрозненный и потрепанный флот Квинктилия Публивара Младшего плыл на фоне сверкающего Бризингуллова Ожерелья. Капитаны кораблей еще не пришли в себя после выхода из варп-бури, которая чудовищно исказила или вовсе уничтожила часть эскадры. Пытаясь восстановить порядок, они не сразу поняли, что происходит с ”Патрицием”.
Громадный величественный корабль как будто падал — не во тьму космоса, но в гигантскую пасть варпа, черную как сама смерть, как ничто, как мир перед глазами слепого. По краям разрыва сверкали клыки и щупальца, сотканные из переливчатого света. Они сдирали с ”Патриция” пласты брони, обнажая целые отсеки, и воздух внутри корабля сменился вакуумом, в котором мелькали хищные тени. Коридоры и каюты наполнились криками ужаса. Привлеченные к системе Ягеллон запахом колдовства и смутными обещаниями резни, демоны принялись за преподнесенное им яство.

Квинктилий... Генерал... Эхо его разума было отвратительным! Маргарита Лезе... Обворожительная адъютант. Эхо ее разума было более туманным. Патриарх пытался сохранить в своей памяти эту иллюзию, но она рассыпалась в прах и сгинула в водовороте чистого Хаоса.
Зверь Челмруды открыл глаза.
— Что случилось, мой повелитель? — спросил магус, подобострастно преклонившись перед отвратительным раздутым чудовищем. Патриарх присмотрелся к своим видениям.
Он видел бесчисленное множество линий будущего, перепутанных и закрученных словно старая паутина. Он видел варп-разлом, вспыхнувший на краю Ягеллонской системы. Одна из линий оборвалась, повисла в пустоте и растворилась.
”Отзывай наших посланцев”, — прохрипел в голове магуса нечеловеческий голос патриарха. — ”Квинктилий Публивар не сможет стать одним из нас”.
”Я направлю их к иной цели, повелитель”, — мысленно ответил магус.
Зверь Челмруды не ответил, и его слуга вышел из покоев владыки генокрадов.

— Да даруют удачу нам Тёмные Боги! Пусть начнётся Кровавый Потоп!
Словно отозвавшись на призыв к силам варпа, в голове конунга Кхарла раздались вопли ликующих демонов, где-то вдалеке разрывающих на части экипаж ”Патриция”. Владыка Полночных Львов оскалил зубы в ухмылке, расценив это как одобрение со стороны богов.
— Позволь возразить, — осторожно произнес Арвид Берг. Даже его собственные воины в недоумении покосились на него, не понимая, как можно перечить Кхарлу, столь ясно выразившему свое мнение. Но конунг лишь кивнул.
— К чему нам Челмруда? — продолжил командующий Вечного Возмездия. — Там живут лишь жалкие, слабые шахтеры, не больше ста тысяч душ. Другое дело — Веллен, планета дикарей, которых больше миллиона. Они известны своей кровожадностью и могут пополнить ряды наших воинов-рабов, или же пасть во славу Кровавого Бога.
— Но Челмруда — источник силы врагов! — прорычал Берхарт Мертвая Голова. — Лишим их ресурсов — вырвем сердце! Или ты сомневаешься в мудрости конунга?...
— Разреши, я закончу, — ледяным тоном перебил Арвид. — На Веллене находится идол Чернобога, излучающий невообразимую силу реликт, стоящий там с незапамятных времен. Я уверен, что это — дар Хаоса, который поможет нам справиться с Гусарами и уничтожить всех остальных имперских глупцов.
Долгое молчание повисло над собранием. Эттель Галиндий еле заметно кивнул Арвиду. Несколько Богоубийц, обменявшись многозначительными взглядами, переместилось чуть ближе к нему.
Конунг раздумывал, прислушиваясь к отзвукам смерти в варпе. Казалось, наконец он расслышал ответ в криках умирающих и хохоте демонов.
— Да будет так. Мы отправляемся в паломничество к Чернобогу, — прогрохотал Кхарл.

Края разрыва сомкнулись, навсегда поглотив ”Патриций” и всех, кто оставался на его борту. Неуловимые Мстители молчали, сидя в спасательной капсуле, которая едва успела вырваться из пасти ада и остаться в материуме.
На полу капсулы лежало распростертое тело Железного Дракона. Даже сверхчеловеческая воля не смогла спасти библиария, когда, привлеченные его пси-даром, в его голову проникли твари варпа. Он пытался удержаться, но его руки уже начали превращаться в ядовитые когти, а рот — изрыгать богохульные проклятья. Виктор Цефар убил несчастного безумца, спасая себя и своих братьев, и все же не мог не чувствовать сожаления, что их путешествие закончилось именно так. Он выглянул в узкий иллюминатор и увидел тусклые огни флотилии, разбросанной на фоне Бризингуллового Ожерелья. Несмотря на то, что после гибели ”Патриция” к ней присоединились гордые корабли рыцарского дома Ареос, она выглядела меньше, чем во время отправления. Часть кораблей так и не появилась из имматериума. Еще часть была повреждена бурей, а некоторые и вовсе обратились в мертвые глыбы и облака разбитых фрагментов.
У Виктора появилось смутное ощущение, что поход, который начался такой катастрофой, вряд ли продолжится хорошо.

Много позже, за сотни световых лет от Ягеллона, хронист запишет:
”Но истинной загадкой того проклятого перехода было исчезновение «Патриция», флагмана флота Квинктилия Публивара Младшего. Из варпа корабль не вышел и ничего после себя не оставил. Что же стало с наследником благородных родов, знает только Император”.
Такова официальная версия событий. Что же на самом деле произошло с великолепным флагманом лорда Публивара, знали немногие, а вслух говорило еще меньше. Быть может, его останки найдут в сердце очередного космического скитальца. Быть может, его вышвырнет через тысячу лет на неведомые берега вселенского океана или подберет, чтобы вставить в свою коллекцию, неведомый владыка демонов, царящий в глубинах варпа. А может быть, судьба его — полное и окончательное забвение. Никто не знает этого сейчас, как не знал и тогда, когда разрозненная и обезглавленная флотилия начала снова стягиваться воедино, чтобы продолжить Ягеллонский Крестовый поход.


Когда весть о флоте имперских карателей достигла ушей Ядвиги, Великого Герцога Литуаны, эта влиятельная женщина решила не сидеть, сложа руки. Она посовещалась с доверенными лицами, и те сделали нелёгкий выбор. Знать обратилась к древним знаниям, которыми предки литуанцев пользовались ещё до пришествия Императора во время Темнейшёй Ночи. Служащие архивов сбили ржавые замки с дверей тех областей государственной библиотеки, где уже тысячелетия не появлялись люди. Они сдули пыль со старинных томов, и вскоре первые граждане Литуаны испустили дух на окровавленных алтарях. Позабытое зло вновь появилось в звёздной системе. Особенно сильным оказалось мрачное эхо с Веллена.
Аура могущества привлекла хищных зверей Варпа в лице банды еретиков под названием "Полуночные Львы". Крейсер "Царица Резни" вышел из Имматериума неподалёку от горячей Сауле.
Буря, бушевавшая в Море Душ вот уже несколько недель, зашла за грань и полностью отсекла вотчину Гусарии от остальной галактики. Огромная флотилия Империума, способная обломать зубы кораблям-ульям Великого Пожирателя, вышла из Варпа побитая и изрядно сократившаяся в количестве. Особенно чувствительной потерей стало исчезновение линейного крейсера "Патриций" с лордом-генералом Квинктилием Публиваром Младшим на борту.
Карателей разбросало по космосу. Они оказались сбиты с толку и подавлены неожиданной неудачей. В отчаянии офицеры армий всё же собрались с силами и решили привести приговор Высших Владык Терры в исполнение.
Нет худа без добра. Кроме горя буря принесла и хорошую новость: корабли Дома Ареос попали во временной парадокс. Имперские Рыцари готовились появиться уже на пепелище Ягеллона, но покинули Имматериум чуть ли не раньше союзников.
В то время как колоссы собирались сцепиться друг с другом в смертельной битве, ещё две стороны противостояния проявили себя. Пара неизвестных крейсеров воспользовалась хаосом безвластья и царящим беспорядком. Они без боя обогнали рассеянную флотилию Империума. Гусария получила сообщение, что капитул Возрождённых Из Пепла спешит на помощь, что Крылатых Гусар очернили и выставили еретиками.
Последней силой, которая боролась за существование во время тотальной войны, стал культ генокрадов, притаившийся на Челмруде. Патриарх повелел расширить влияние семьи и отправил чистокровных к губернатору добывающего мира. Предстояло сделать множество вещей, непривычных скрытной общине. Развязать войну, чтобы развеять Бурю в Варпе и испустить пронзительный крик, призывающий флот-улей.
В Ягеллонской системе наступал кровавый рассвет. Рассвет войны, которая навсегда изменит жизни всех её участников.

Индивидуальная задача участника ивента:
До 16.10.2017 написать рассказ (не менее 3000 знаков без пробелов), в котором выбранная участником армия выполнит действие согласно голосованию всех авторов литературного конкурса. В произведении можно задействовать и больше сторон противостояния, если участник не против поработать в паре с кем-то ещё. Внимание! В случае работы в команде, стиль конечного произведения должен отличаться от отрывка к отрывку, чтобы избежать заявления о нескольких участниках, а написания одним. От числа авторов увеличивается и минимальный объём произведения. Два соавтора - 6000 знаков, 3 - 9000 и так далее.

Командная задача участника ивента:
До 16.10.2017 опубликовать не меньше пяти фанфиков.

Наградная система:
В случае выполнения командной задачи, каждый участник ивента, выполнивший задачу индивидуальную, получит орден (памятную медаль) за участие в Ягеллонском крестовом походе. Если таковая медаль участнику уже была выдана по итогам предыдущего ивента, то запись о новых свершениях будет добавлена в графу "За заслуги" ранее выданной медали.

Правила и условия участия в мероприятии:
- рассказы о том, как война из малой искры переросла в адское пекло следует публиковать здесь. Для обсуждения открыта отдельная тема;
- одна армия - одно действие. Однако в случае нападения на какую-либо из сторон конфликта, она может отвечать в выбранном автором(-ами) порядке на все действия;
- выбор из списка возможного развития событий стоит написать в теме обсуждения. Голосование о вариантах продлится до 15.09.2017, либо пока последний участник не заявит о решении. Голосовать за возможное развитие событий можно только "за". Против действий голосовать нельзя. Участники могут выбрать лишь один вариант для каждой из представленных армий. При неоднозначном итоге голосования, выбор остаётся за руководителем литературного конкурса.
- выбор необходимо подкрепить рассказом, иначе ваша армия окажется целиком и полностью в руках руководителя литературного конкурса;
- уважайте чужой труд. Ознакомьтесь с тем, что уже было написано в теме [текст] Ягеллонский Крестовый Поход. Если необходимой информации нет, свяжитесь с автором для уточнения. Только в случае, когда участник конкурса не отвечает, додумывайте сами;
- убивать или калечить именных персонажей без согласия создателей не разрешается;
- если о результатах сражений не удалось договориться, то происходит литературная дуэль. Участники делят армии на три равные части: атакующая, обороняющаяся и резервная. Оба участника пишут рассказ от лица атакующих. Обороняющиеся войска гибнут в процессе. Судьба резервной армии в руках читателей-участников. После голосования о выборе лучшего рассказа, в заключительной статье-сводки с фронта будет указана участь проигравших. За себя голосовать нельзя. Внимание! Фанфик должен быть написан о победе, но она может быть достигнута различными путями, а не только обязательно встречным боем. Задумайтесь о засадах, диверсии, шпионаже, бомбардировке, привлечении местного населения или же о колдовском обряде. В случае ничьи гибнут лишь войска "обороны".

Результаты голосования.
Крылатые Гусары:
а) Славная битва. Прямое противостояние кораблей Гусарии с флотом карателей.
б) Тысяча порезов. Гусары избегают прямого столкновения с захватчиками и прибегают к тактике беспокоящих атак. 2 Голоса.
в) Помутнение. Флот борется с другими неопознанными кораблями, оставляя Ягеллон неприкрытым. 1 Голос
г) Все средства хороши. Гусария наполнила Бризингуллово Ожерелье полями мин и скрытыми в недрах астероидов пусковыми ракетными комплексами. 4 Голоса.

Литуанская гвардия:
а) Гром Перуна. СПО Литуаны храбро противостоит захватчикам. 1 Голос.
б) Помощь извне. Аристократия Литуаны опускается до колдовства, чтобы защититься от карателей. 2 Голоса.
в) Рокировка. Спасённый с Цеппота Жигимонт, герцог в изгнании, повергает Литуану в пучину гражданской войны. 4 Голоса.
г) Да кому вы сдались?! Флот вторжения уничтожает зенитные батареи Литуаны и устанавливает блокаду.

Имперский флот:
а) На орбите Ягеллона без перемен. Эскадры потрёпаны, но продолжают сражаться. 5 Голосов.
б) Диверсия. Часть имперских кораблей теряет управление еще на подлете к Ягеллону. 1 Голос.
в) Пауки в банке. Эскадра сражается сама с собой. Капитаны судов спорят, кто первый вступит в бой с Гусарами. 1 Голос.

Кровавые Кости:
а) Я - смерть, разрушитель миров. Кровавые Кости выходят на орбиту планеты Гусарии, чтобы провести Экстерминатус. 4 Голоса.
б) Болото. Капитул вязнет в боях внутри звёздной системы Ягеллон. 3 Голоса.
в) Ядерное разоружение. При неудачном варп-переходе корабли космических десантников получили сильные повреждения. Они "встали на якорь" у Цеппота.

Железные Драконы:
а) Техника безопасности. Осада ремонтных доков "Клобук". 1 Голос.
б) Круговая оборона. Помощь имперскому флоту в сражении с кораблями Гусарии. 6 Голосов.
в) Спокойствие! Только спокойствие! Создание укрепленной точки в Бризингулловом Ожерелье.

Сыны Аэтоса:
а) То, что мы делаем лучше всего. Штурм космических крепостей "Блуждающие Огни". 7 Голосов.
б) Тяжёлая посадка. Десантная операция на Литуане.
в) Брат за брата. Поддержка союзного капитула космического десанта.

Неуловимые Мстители:
а) Старые враги. Абордаж "Исполнительницы Желаний". 1 Голос.
б) Новая угроза. Нападение на флот неизвестной третьей силы. 5 Голосов.
в) Выполнять приказ! Участвовать в сражении с Крылатыми Гусарами. 1 Голос.

1065-ый полк "Чёрные Гайдамаки"
а) На абордаж! Штурм боевой баржи Крылатых Гусар.
б) Чёрное золото. Разведка Цеппота в поисках топлива после потери корабля с припасами. 2 Голоса.
в) Рудники проклятые! Высадка на Челмруде с целью изъять необходимые материалы у местного населения для ремонта повреждённых кораблей. 5 Голосов.

Армия "Айзентод":
а) Всё для фронта! Всё для победы! Удар по промышленным объектам Литуаны.
б) Любопытные образцы. Захватить тяжёлую технику СПО Литуаны. 7 Голосов.
в) А не техника ли это часом? Проверить слухи о том, что идол Чернобога на Веллене - реликвия ТЭТ.

513-ый ОШБ 27-ого линейного корпуса Крига:
а) Опорный пункт. Захват Дворца Ядвиги, Великого Герцога Литуанского. 1 Голос.
б) Живьём брать демонов! Попытка взять руководителей герцогства живыми сталкивается с непредвиденными трудностями. 4 Голоса.
в) Необходимо подкрепление! Оказание помощи союзной армии "Айзентод". 2 Голоса.

Легио Статика:
а) Вызываю огонь на себя! Корабли-ковчеги участвуют в космическом сражении в качестве отвлекающего манёвра.
б) Оглушающая поступь богов. Титаны сотрясают Литуану, маленький спутник Ягеллона. 2 Голоса
в) Подъём! Гусары пытаются взять ковчеги на абордаж. Принцепсы пробуждают громадные машины для обороны. 5 Голосов.

Полуночные Львы:
а) Паломничество. Львы совершают обряд пробуждения Чернобога. 5 Голосов.
б) Великий Ом. Устрашающий памятник оказался просто статуей. 2 Голоса.
в) Ошибочное представление. На самом деле идол - скрытый высокотехнологичный аппарат неизвестного происхождения и назначения.

Возрождённые Из Пепла:
а) Две минуты до полуночи. Нападение на Кровавых Костей. 2 Голоса.
б) И пепла не останется! Возрождённые Из Пепла сталкиваются с Неуловимыми Мстителями. 5 Голосов.
в) Давид и Голиаф. Сражение с рыцарским Домом Ареос.

Сплетённые Клешни:
а) Кто не с нами, тот против нас. Генокрады захватывают столицу Челмруды Злата-сток. 5 Голосов.
б) Молитва Шестирукому Императору. Возведение укреплений в шахтах. 2 Голоса.
в) Внедрение. Агенты культа в составе группы беженцев появляются на судах имперского флота.
г) Нашествие. Высадка в Веллене.

Рыцарский дом "Ареос":
а) Цунами. Таран ближайшей крепости системы "Блуждающие Огни". 7 Голосов.
б) Троянский конь. Адсекулярисы проникают внутрь крепостей во время диверсионных операций.
в) Ахиллесова пята. Повреждение галеаса после единственного использования заставляет Рыцарский Дом приступить к тяжёлому ремонту.

Сообщение отредактировал Гений и злодей - 02.03.2020, 09:40


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 09.09.2017, 05:30
Сообщение #2


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Решения участников.

"HiveTyrant"
Крылатые Гусары:
г) Все средства хороши. Гусария наполнила Бризингуллово Ожерелье полями мин и скрытыми в недрах астероидов пусковыми ракетными комплексами.

Литуанская гвардия:
в) Рокировка. Спасённый с Цеппота Жигимонт, герцог в изгнании, повергает Литуану в пучину гражданской войны.

Имперский флот:
б) Диверсия. Часть имперских кораблей теряет управление еще на подлете к Ягеллону.

Кровавые Кости:
а) Я - смерть, разрушитель миров. Кровавые Кости выходят на орбиту планеты Гусарии, чтобы провести Экстерминатус.

Железные Драконы:
а) Техника безопасности. Осада ремонтных доков "Клобук".

Сыны Аэтоса:
а) То, что мы делаем лучше всего. Штурм космических крепостей "Блуждающие Огни".

Неуловимые Мстители:
а) Старые враги. Абордаж "Исполнительницы Желаний".

1065-ый полк "Чёрные Гайдамаки"
в) Рудники проклятые! Высадка на Челмруде с целью изъять необходимые материалы у местного населения для ремонта повреждённых кораблей.

Армия "Айзентод":
б) Любопытные образцы. Захватить тяжёлую технику СПО Литуаны.

513-ый ОШБ 27-ого линейного корпуса Крига:
б) Живьём брать демонов! Попытка взять руководителей герцогства живыми сталкивается с непредвиденными трудностями.

Легио Статика:
в) Подъём! Гусары пытаются взять ковчеги на абордаж. Принцепсы пробуждают громадные машины для обороны.

Полуночные Львы:
а) Паломничество. Львы совершают обряд пробуждения Чернобога.

Возрождённые Из Пепла:
б) И пепла не останется! Возрождённые Из Пепла сталкиваются с Неуловимыми Мстителями.

Сплетённые Клешни:
а) Кто не с нами, тот против нас. Генокрады захватывают столицу Челмруды Злата-сток.

Рыцарский дом "Ареос":
а) Цунами. Таран ближайшей крепости системы "Блуждающие Огни".

Экклезиархия:
б) Сквозь ад к раю. Представители экклезиархии появились в минном поле и угодили в засаду Крылатых Гусар. Сможет ли жертва стать охотником?


"Dammerung"
Крылатые Гусары:
г) Все средства хороши. Гусария наполнила Бризингуллово Ожерелье полями мин и скрытыми в недрах астероидов пусковыми ракетными комплексами.

Литуанская гвардия:
б) Помощь извне. Аристократия Литуаны опускается до колдовства, чтобы защититься от карателей.

Имперский флот:
а) На орбите Ягеллона без перемен. Эскадры потрёпаны, но продолжают сражаться.

Кровавые Кости:
б) Болото. Капитул вязнет в боях внутри звёздной системы Ягеллон.

Железные Драконы:
б) Круговая оборона. Помощь имперскому флоту в сражении с кораблями Гусарии.

Сыны Аэтоса:
а) То, что мы делаем лучше всего. Штурм космических крепостей "Блуждающие Огни".

Неуловимые Мстители:
в) Выполнять приказ! Участвовать в сражении с Крылатыми Гусарами.

1065-ый полк "Чёрные Гайдамаки"
б) Чёрное золото. Разведка Цеппота в поисках топлива после потери корабля с припасами.

Армия "Айзентод":
б) Любопытные образцы. Захватить тяжёлую технику СПО Литуаны.

513-ый ОШБ 27-ого линейного корпуса Крига:
б) Живьём брать демонов! Попытка взять руководителей герцогства живыми сталкивается с непредвиденными трудностями.

Легио Статика:
в) Подъём! Гусары пытаются взять ковчеги на абордаж. Принцепсы пробуждают громадные машины для обороны.

Полуночные Львы:
а) Паломничество. Львы совершают обряд пробуждения Чернобога.

Возрождённые Из Пепла:
а) Две минуты до полуночи. Нападение на Кровавых Костей.

Сплетённые Клешни:
а) Кто не с нами, тот против нас. Генокрады захватывают столицу Челмруды Злата-сток.

Рыцарский дом "Ареос":
а) Цунами. Таран ближайшей крепости системы "Блуждающие Огни".

Экклезиархия:
б) Сквозь ад к раю. Представители экклезиархии появились в минном поле и угодили в засаду Крылатых Гусар. Сможет ли жертва стать охотником?


"Locke"
Крылатые Гусары:
б) Тысяча порезов. Гусары избегают прямого столкновения с захватчиками и прибегают к тактике беспокоящих атак.
г) Все средства хороши. Гусария наполнила Бризингуллово Ожерелье полями мин и скрытыми в недрах астероидов пусковыми ракетными комплексами.
Ящитаю, эти варианты не противоречат друг другу. Но если нужно выбрать один, то пусть будет б)

Литуанская гвардия:
б) Помощь извне. Аристократия Литуаны опускается до колдовства, чтобы защититься от карателей.
в) Рокировка. Спасённый с Цеппота Жигимонт, герцог в изгнании, повергает Литуану в пучину гражданской войны.
Вновь не вижу противоречия: Ядвига скурвилась, но Жигимонт, не желавший ранее власти, пытается спасти свою родину проклятья Хаоса. Но если нужно выбирать, то в)

Имперский флот:
в) Пауки в банке. Эскадра сражается сама с собой. Капитаны судов спорят, кто первый вступит в бой с Гусарами.

Кровавые Кости:
а) Я - смерть, разрушитель миров. Кровавые Кости выходят на орбиту планеты Гусарии, чтобы провести Экстерминатус.
Только я все же за Экстерминатус Литуаны.

Железные Драконы:
б) Круговая оборона. Помощь имперскому флоту в сражении с кораблями Гусарии.
Вот вообще все равно, что с ними будет. Пусть побудут статистами.

Сыны Аэтоса:
а) То, что мы делаем лучше всего. Штурм космических крепостей "Блуждающие Огни".
См. выше.

Неуловимые Мстители:
б) Новая угроза. Нападение на флот неизвестной третьей силы.
У нас же третья сторона - это Восставшие из Пепла? Я за джентльменскую дуэль СТЕРХа и Йорика.

1065-ый полк "Чёрные Гайдамаки"
в) Рудники проклятые! Высадка на Челмруде с целью изъять необходимые материалы у местного населения для ремонта повреждённых кораблей.
Такой-то ремейк "Чужого" написать можно. И добавить генокульту мяса в виде укушенных востроянцев.

Армия "Айзентод":
б) Любопытные образцы. Захватить тяжёлую технику СПО Литуаны.
Они вроде за этим и летят.

513-ый ОШБ 27-ого линейного корпуса Крига:
в) Необходимо подкрепление! Оказание помощи союзной армии "Айзентод".
Зоманиус себя пока особо не проявил, так что его "Криг" выпиливать не хочется, но и давать ему победы за просто так - тоже.

Легио Статика:
б) Оглушающая поступь богов. Титаны сотрясают Литуану, маленький спутник Ягеллона.
Вижу простор для совместного творчества Даммерунг и Паттона.

Полуночные Львы:
б) Великий Ом. Устрашающий памятник оказался просто статуей.
Это было бы иронично.

Возрождённые Из Пепла:
б) И пепла не останется! Возрождённые Из Пепла сталкиваются с Неуловимыми Мстителями.
Ведь теперь это личное.

Сплетённые Клешни:
б) Молитва Шестирукому Императору. Возведение укреплений в шахтах.
Рано им палиться.

Рыцарский дом "Ареос":
а) Цунами. Таран ближайшей крепости системы "Блуждающие Огни".
П- пафос!

Экклезиархия:
б) Сквозь ад к раю. Представители экклезиархии появились в минном поле и угодили в засаду Крылатых Гусар. Сможет ли жертва стать охотником?


"Patton "
Крылатые Гусары
г) Все средства хороши. Гусария наполнила Бризингуллово Ожерелье полями мин и скрытыми в недрах астероидов пусковыми ракетными комплексами.
Еще проредим защитников. Пускай силы сравняются

Литуанская гвардия
б) Помощь извне. Аристократия Литуаны опускается до колдовства, чтобы защититься от карателей.
Гусары просмотрели культ у себя под носом. Есть за что карать

Имперский флот
а) На орбите Ягеллона без перемен. Эскадры потрёпаны, но продолжают сражаться.
Разбросаный, обескровленный флот наносит удар

Кровавые Кости:
б) Болото. Капитул вязнет в боях внутри звёздной системы Ягеллон.
Агрессивные Кровавые Кости вязнут в пустотных боях, как их примарх увяз в авангарде на Исстване V

Железные Драконы
б) Круговая оборона. Помощь имперскому флоту в сражении с кораблями Гусарии.
Мне достались Железные Драконы. Они будут сражатся в абордажных боях на орбите, а Статика на поверхности

Сыны Аэтоса
а) То, что мы делаем лучше всего. Штурм космических крепостей "Блуждающие Огни".
Эти классные ребята дожны отключить систему обороны Гусар

Неуловимые Мстители:
б) Новая угроза. Нападение на флот неизвестной третьей силы.
Согласен с Локе - пусть Йорик и Стерх устроят джентельменский бокс после сегодняшней истерики

1065-ый полк "Чёрные Гайдамаки"
в) Рудники проклятые! Высадка на Челмруде с целью изъять необходимые материалы у местного населения для ремонта повреждённых кораблей.
Кто-то же должен зарубиться с генокультом. Камерный конфликт, который можно описать отдельно. Мне бы понравилось

Армия "Айзентод"
б) Любопытные образцы. Захватить тяжёлую технику СПО Литуаны.
Из-за этого и прилетели ровнять Гусар по уровню

513-ый ОШБ 27-ого линейного корпуса Крига
б) Живьём брать демонов! Попытка взять руководителей герцогства живыми сталкивается с непредвиденными трудностями.
Именно 513-ый должен был взять еретиков-руководителей Литуаны

Легио Статика
б) Оглушающая поступь богов. Титаны сотрясают Литуану, маленький спутник Ягеллона.
Все титаны высадятся на Литуану, но все ли с нее эвакуируются?

Полуночные Львы
а) Паломничество. Львы совершают обряд пробуждения Чернобога.
Хаоситы получают тополнительные бафы и группу поддержки в виде демонов.

Возрождённые Из Пепла
б) И пепла не останется! Возрождённые Из Пепла сталкиваются с Неуловимыми Мстителями.
Стерх и Йорик в дуэли! [ушел за попкорном]

Сплетённые Клешни
б) Молитва Шестирукому Императору. Возведение укреплений в шахтах.
Черные Гайдамаки штурмуют подземные укрепления культа. Отличный спинн-офф будет, ребята!

Рыцарский дом "Ареос"
а) Цунами. Таран ближайшей крепости системы "Блуждающие Огни"
ПАФОС ЭПИК ВЕЛИЧИЕ! Этот момет должен быть описан Калигулой настолько круто, как седьмая глава "Теории выживания" Даммерунг или откровения Иоанна Богослова!


"Caligula"
Крылатые Гусары:
б) Тысяча порезов. Гусары избегают прямого столкновения с захватчиками и прибегают к тактике беспокоящих атак.

Литуанская гвардия:
а) Гром Перуна. СПО Литуаны храбро противостоит захватчикам.

Имперский флот:
а) На орбите Ягеллона без перемен. Эскадры потрёпаны, но продолжают сражаться.

Кровавые Кости:
б) Болото. Капитул вязнет в боях внутри звёздной системы Ягеллон.

Железные Драконы:
б) Круговая оборона. Помощь имперскому флоту в сражении с кораблями Гусарии.

Сыны Аэтоса:
а) То, что мы делаем лучше всего. Штурм космических крепостей "Блуждающие Огни".

Неуловимые Мстители:
б) Новая угроза. Нападение на флот неизвестной третьей силы.

1065-ый полк "Чёрные Гайдамаки"
в) Рудники проклятые! Высадка на Челмруде с целью изъять необходимые материалы у местного населения для ремонта повреждённых кораблей.

Армия "Айзентод":
б) Любопытные образцы. Захватить тяжёлую технику СПО Литуаны.

513-ый ОШБ 27-ого линейного корпуса Крига:
в) Необходимо подкрепление! Оказание помощи союзной армии "Айзентод".

Легио Статика:
в) Подъём! Гусары пытаются взять ковчеги на абордаж. Принцепсы пробуждают громадные машины для обороны.

Полуночные Львы:
а) Паломничество. Львы совершают обряд пробуждения Чернобога.

Возрождённые Из Пепла:
б) И пепла не останется! Возрождённые Из Пепла сталкиваются с Неуловимыми Мстителями.

Сплетённые Клешни:
а) Кто не с нами, тот против нас. Генокрады захватывают столицу Челмруды Злата-сток.

Рыцарский дом "Ареос":
а) Цунами. Таран ближайшей крепости системы "Блуждающие Огни".


"Ггиийорр Агирш Авгёрч"
Крылатые Гусары:
в) Помутнение. Флот борется с другими неопознанными кораблями, оставляя Ягеллон неприкрытым.

Литуанская гвардия:
в) Рокировка. Спасённый с Цеппота Жигимонт, герцог в изгнании, повергает Литуану в пучину гражданской войны.

Имперский флот:
а) На орбите Ягеллона без перемен. Эскадры потрёпаны, но продолжают сражаться.

Кровавые Кости:
а) Я - смерть, разрушитель миров. Кровавые Кости выходят на орбиту планеты Гусарии, чтобы провести Экстерминатус.

Железные Драконы:
б) Круговая оборона. Помощь имперскому флоту в сражении с кораблями Гусарии.

Сыны Аэтоса:
а) То, что мы делаем лучше всего. Штурм космических крепостей "Блуждающие Огни".

Неуловимые Мстители:
б) Новая угроза. Нападение на флот неизвестной третьей силы.

1065-ый полк "Чёрные Гайдамаки"
б) Чёрное золото. Разведка Цеппота в поисках топлива после потери корабля с припасами.

Армия "Айзентод":
б) Любопытные образцы. Захватить тяжёлую технику СПО Литуаны.

513-ый ОШБ 27-ого линейного корпуса Крига:
а) Опорный пункт. Захват Дворца Ядвиги, Великого Герцога Литуанского.

Легио Статика:
в) Подъём! Гусары пытаются взять ковчеги на абордаж. Принцепсы пробуждают громадные машины для обороны.

Полуночные Львы:
б) Великий Ом. Устрашающий памятник оказался просто статуей.

Возрождённые Из Пепла:
а) Две минуты до полуночи. Нападение на Кровавых Костей.

Сплетённые Клешни:
а) Кто не с нами, тот против нас. Генокрады захватывают столицу Челмруды Злата-сток.

Рыцарский дом "Ареос":
а) Цунами. Таран ближайшей крепости системы "Блуждающие Огни".


"CTEPX"

Крылатые Гусары:
г) Все средства хороши. Гусария наполнила Бризингуллово Ожерелье полями мин и скрытыми в недрах астероидов пусковыми ракетными комплексами.

Литуанская гвардия:
в) Рокировка. Спасённый с Цеппота Жигимонт, герцог в изгнании, повергает Литуану в пучину гражданской войны.

Имперский флот:
а) На орбите Ягеллона без перемен. Эскадры потрёпаны, но продолжают сражаться.

Кровавые Кости:
а) Я - смерть, разрушитель миров. Кровавые Кости выходят на орбиту планеты Гусарии, чтобы провести Экстерминатус.

Железные Драконы:
б) Круговая оборона. Помощь имперскому флоту в сражении с кораблями Гусарии.

Сыны Аэтоса:
а) То, что мы делаем лучше всего. Штурм космических крепостей "Блуждающие Огни".

Неуловимые Мстители:
б) Новая угроза. Нападение на флот неизвестной третьей силы.

1065-ый полк "Чёрные Гайдамаки"
в) Рудники проклятые! Высадка на Челмруде с целью изъять необходимые материалы у местного населения для ремонта повреждённых кораблей.

Армия "Айзентод":
б) Любопытные образцы. Захватить тяжёлую технику СПО Литуаны.

513-ый ОШБ 27-ого линейного корпуса Крига:
б) Живьём брать демонов! Попытка взять руководителей герцогства живыми сталкивается с непредвиденными трудностями.

Легио Статика:
в) Подъём! Гусары пытаются взять ковчеги на абордаж. Принцепсы пробуждают громадные машины для обороны.

Полуночные Львы:
а) Паломничество. Львы совершают обряд пробуждения Чернобога.

Возрождённые Из Пепла:
б) И пепла не останется! Возрождённые Из Пепла сталкиваются с Неуловимыми Мстителями.

Сплетённые Клешни:
а) Кто не с нами, тот против нас. Генокрады захватывают столицу Челмруды Злата-сток.

Рыцарский дом "Ареос":
а) Цунами. Таран ближайшей крепости системы "Блуждающие Огни".

Экклезиархия
б) Сквозь ад к раю. Представители экклезиархии появились в минном поле и угодили в засаду Крылатых Гусар. Сможет ли жертва стать охотником?


Сообщение отредактировал CTEPX - 14.09.2017, 20:30


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 10.09.2017, 06:23
Сообщение #3


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Армии, готовые к дуэлям.

"CTEPX"
Возрождённые Из Пепла.

Атакующие войска:
Джек Кочис, Вечный, Прокажённый Король, 2-ая боевая рота "Войско Золота", половина 5-ой боевой роты "Войско Ночи", два отделения штурмовиков 8-ой роты "Войско Железа", десять "Носорогов", десять "Громовых Ястребов", техника сосредоточена на десантных палубах "Сalumnia", тяжёлого крейсера класса "Ахерон", оснащённого посадочными модулями.

Обороняющиеся войска:
3-ая боевая рота "Войско Крови", отделение опустошителей 9-ой роты "Войско Неба", три отделения дозорных 10-ой роты "Войско Теней", "Хищник", "Вихрь", десять "Носорогов", десять "Громовых Ястребов", техника сосредоточена на десантных палубах "Межзвёздного Скитальца", крейсера класса "Амбиция", оснащённого посадочными модулями.

Резервные войска:
Вторая половина 5-ой боевой роты "Войско Ночи", отделение штурмовиков 8-ой роты "Войско Железа", отделение опустошителей "Войско Неба", два отделения дозорных 10-ой роты "Войско Теней", крейсер класса "Амбиция" под названием "Межзвёздный Скиталец", оснащённый посадочными модулями.


"Dammerung, Miralynx"
Армия "Айзентод".
Атакующая сторона
Четыре транспортных корабля, кодовые названия: "Железо", "Сталь", "Свинец", "Кобальт"
Десантные корабли "Поглотитель" в количестве, необходимом, чтобы высадить следующих лиц:

Полк тяжёлой пехоты, кодовое название "Прото"
Командир: генерал Ротбранд
Командный штаб
Комиссар Рейтина Веррокс
5 батальонов тяжёлой пехоты во главе с майорами 1121, 1122, 1123, 1124 и 1125
5 дирижаблей "Стимфалид"
1 эскадрилья истребителей "Молния" (воздушная поддержка дирижаблей)

Танковый полк, кодовое название "Дейтера"
Командир: полковник 7
Батальон тяжёлых танков "Малкадор-Разрушитель"
Батальон машин химического оружия "Гибельный волк"
Батальон тяжёлых танков "Ортрос"

Отдельный штурмовой батальон, кодовое название "Тритон"
Командир: майор 0085
Батальон панцирной пехоты (ветераны)
Эскадрон кавалерии

Осадный полк, кодовое название "Тетрат"
Командир: полковник 9
4 батареи самоходных мортир "Грифон"
1 батарея строенных бомбард "Доминус"
5 штук осадных пушек "Сотрясатель земли", каждая со своим именем
Осадные буры "Гадес" в количестве 32 единиц

Часть тылового обеспечения, кодовое название "Пентекост"
Командир: Главный Квартирмейстер барон фон Швальцкопф XII
Кухонно-перерабатывающие машины "Зихель"
Бригады по поиску и восстановлению пригодного к повторному использованию военного имущества
Ремонтно-эвакуационные подразделения

Обороняющиеся войска:
Три транспортных корабля, кодовые названия "Медь", "Никель", "Хром". Все в какой-то степени повреждены варп-бурей и активно ремонтируются экипажем, что объясняет их нахождение в обороне.
Здесь полностью нарративная численность - все, что пожелает уничтожить противник. Танки, артиллерия, авиация, посадочные модули, очень много пехотного мяса, да хоть кавалерия. Несколько техножрецов. Только осадных буров нет, все в атаку ушли.

Резервные войска:
Три транспортных корабля, кодовые названия "Вольфрам", "Орихалк", "Цинк".
На борту "Вольфрама" находится техножрец Ион Кси Глориоссис, с ним - большая часть "Малкадоров".
"Цинк" является госпитальным транспортом. В настоящий момент содержит много раненых, эвакуированных с поврежденных транспортов, и трупов, которые сортируют и перерабатывают.
Остальные корабли, опять же, содержат очень много пехотного мяса и разную технику (за списком техники обращаться к атакующей части - примерно то же самое). Уничтожение резервного войска сильно ударит по механизированной составляющей "Айзентода".


"Caligula"

Атакующие силы
Боевой галеас "Мирмикей":
- Басилей Антигон и его Фаланга
- 4 рыцаря модели "Эррант"
- 10 рыцарей модели "Доблестный"
- 500 адсеклярисов

Обороняющиеся силы
Пустотная галера "Гордость Отреры":
- Номарх Пентесилая
- 3 рыцаря модели "Паладин"
- 9 рыцарей модели "Доблестный"
- 500 адсекулярисов

Резервные силы
Литейный тендер Механикус "Абсолют":
- Архитект-магна Ишатр Камоши
- Клада сикарийцев-ржаволовчих
- 500 адсекулярисов
- Почетная стража из 10 рыцарей дома Ареос (1 рыцарь модели "Хранитель", 9 рыцарей модели "Доблестный")

Пустотная галера "Трезубец Нептикеи":
- Номарх Несторис
- 3 рыцаря модели "Паладин"
- 20 рыцарей модели "Доблестный"


"Ггиийорр Агирш Авгёрч"
Атакующие войска:
Иван Серво, Бабайота, 3-ая боевая рота "Ястребы", четыре отделения терминаторов 1-й боевой роты "Альфа", отделение центурионов "Колобки", два дредноута, половина 4-й боевой роты "Беркуты", десять "Громовых ястребов", боевая баржа "Незримый страж".
Из не участвующего в бою - шесть "Носорогов", три "Лэндрейдера".

Обороняющиеся войска:
Отделение терминаторов 1-й боевой роты "Альфа", половина пятой боевой роты "Соколы", половина восьмой резервной роты "Рыси", три отделения шестой резервной роты "Коршуны", два отделения седьмой резервной роты "Балобаны", два звена фрегатов типа "Гладий", пять перехватчиков "Ксифон", дредноут.
Из не участвующего в бою - шесть "Носорогов".

Резервные войска:
Половина 4-й боевой роты "Беркуты", половина пятой боевой роты "Соколы", половина восьмой резервной роты "Рыси", ударные крейсера "Вечное возмездие" и "Неусыпное око", дредноут, шесть "Громовых ястребов", пять перехватчиков "Ксифон".
Из не участвующего в бою - восемь "Носорогов", три звена "Лэндспидеров" по три машины каждое.


"Patton"
Атакующие войска: титан класса "Полководец" Дедушка Бедняка, титан класса "Гончая Войны" Шлюха Ветров.

Обороняющиеся войска: титан класса "Полководец" Дух Домашнего Уюта, титан класса "Разбойник" Цветочный Рыцарь.

Резервные войска: титан класса "Гончая Войны" Теяспа, белая и красивая, титан класса "Разбойник" Сют.


Сообщение отредактировал CTEPX - 19.09.2017, 22:01


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 14.09.2017, 21:07
Сообщение #4


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Задания для участников.

HiveTyrant
- Свободный фанфик на тему захвата столицы Челмруды Злата-Сток и одновременное противостояние подразделениям "Чёрных Гайдамаков". Арбитры, местное ополчение, востроянцы - все должны пасть или преобразиться!Сделано.

Dammerung, Miralynx
- Битва на поверхности Литуаны с ополченцами, двумя полками гвардии, танковым батальоном и эскадрильями истребителей.
Возможная дуэль - Locke. Необходимо договориться.
Сделано.

Dammerung
- Свободный фанфик на тему описания обряда пробуждения Чернобога.Сделано.

Locke
- Пекло космических боёв и абордажей кораблей Имперского Флота Крылатыми Гусарами.
Вацлав Погански ведёт 3-ью и 9-ую хоругвь Крылатых Гусар на самоубийственную операцию по уничтожению как можно большего числа судов вражеской эскадры.
Возможная дуэль - Patton. Необходимо договориться.
Сделано.

- Свободный фанфик на тему возвращение герцога Жигимонта на Родину. Поднятие народных масс против узурпатора во время инопланетной интервенции. Слава Революции!Сделано.

Patton
- На борту ковчегов незваные гости. Пора просыпаться!
Чезариуш Пшелсудский ведёт 2-ую и 4-ую хоругвь Крылатых Гусар на суда Легио Статики. Они высадились на ковчеге, перерезали слуг и охрану. Нужно срочно что-то делать!
Возможная дуэль - Locke, CTEPX, Вилоу Брауберг. Необходимо договориться.
Сделано.

- Поддержать союзников.
Капитул Железных Драконов должен отразить абордаж Вацлава Погански.
Возможная дуэль - Locke. Необходимо договориться.
Сделано.

Caligula
- Абордаж 7-ой крепости оборонительной системы "Блуждающие Огни" совместно с 2-ой ротой капитула Сыны Аэтоса.
Кошумир Булавский руководит 5-ой и 8-ой хоругвью Крылатых Гусар, десятками тысяч вооруженных матросов и мириадами боевых сервиторов.
Возможная дуэль - Locke, CTEPX, Вилоу Брауберг. Необходимо договориться.
Сделано.

Ггиийорр Агирш Авгёрч
- Сражение с Возрождёнными Из Пепла.
Войска указаны в "армиях, готовых к дуэлям".
Дуэль - CTEPX.
Сделано.

CTEPX
- Схватка с Неуловимыми Мстителями.
Войска указаны в "армиях, готовых к дуэлям".
Дуэль - Ггиийорр Агирш Авгёрч
Сделано.

- Возвышение Чёрной Королевы. 513-ый ОШБ 27-ого линейного корпуса Крига сталкивается с рождением грозного демона.Сделано.

- Противостояние захватчикам.
Возможная дуэль - Patton, Caligula, Shadow Duke. Необходимо договориться.
Сделано.

Вилоу Брауберг
- Свободный фанфик на тему приключений Анджея Кшиштовского.
- Противостояние захватчикам.
Возможная дуэль - Patton, Caligula, Shadow Duke. Необходимо договориться.

Сообщение отредактировал CTEPX - 24.01.2018, 21:10


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Dammerung
сообщение 15.09.2017, 05:44
Сообщение #5


Maniac!
************

Группа: Пользователь
Сообщений: 4 852
Регистрация: 23.11.2008
Пользователь №: 16 620

Переводчик годаСеребро литературного фестиваляВетеран Ягеллонского крестового похода



Репутация:   2381  


Almighty Lord, we have come to your hall
Do glatem live, creator of all
Open your heart and you will find a way
Paradise calling and enter you may

©


Тьма на Веллене


Никогда, никогда с тех пор, как люди Золотого Бога явились на Веллен, не знал его народ такого кровопролития. Трехкрыл знал это, как никто другой. Ведь это его избрало племя, чтобы удерживать страшные сказки о прошлом у себя в горле. На каждом зубе Трехкрыла был высечен знак Чернобога, призванный сковывать силу легенд. Пока ни один из них не выпал и не ослабил узы — хранитель был еще не стар И все равно он сидел в своем укрытии, зажимая рот обеими руками, ведь перед ним, наперекор всем защитным табу и обрядам племени, оживали сказания о давно минувших эпохах, полных зла и жестокости.
Тогда, в век завоевания, явились люди, которые служили Золотому Богу и охотились на велленцев, как на диких зверей. Эти новые пришельцы говорили, что служат Кровавому Богу, и преследовали людей леса с еще большим упоением. Люди Золотого Бога особенно ненавидели одаренных духами, таких, как Трехкрыл — заковывали их в цепи, а потом сжигали заживо или уводили, чтобы отдать на Небесные Каноэ. Люди Кровавого Бога тоже выискивали одаренных и надевали на них ошейники, от которых они падали без сил, точно в припадке священного транса. Лишь две вещи отличали Золотых от Кровавых. Первые, хоть и облаченные в странные одежды, непробиваемые для стрел и копий, ростом не превышали туземцев, а силой и вовсе уступали. Вторые же выглядели настоящими великанами, способными крушить камень голыми руками, и их не брало даже волшебное оружие, привезенное с Небес.
Но гораздо хуже было второе отличие, подумал Трехкрыл, услышав тяжелую поступь завоевателей. Зубы, покрытые рунами, начали стучать, грозя выдать его укрытие, и он изо всех сил стиснул челюсти, от спешки прикусив язык. Рот наполнился вкусом железа. Кровавые легенды рвались наружу, словно спеша встретиться с теми, кто воплощал их в жизнь.
В конце концов люди Золотого Бога поняли, что велленцы — их братья, и перестали их истреблять. Но Трехкрыл не знал, что должно произойти, чтобы слуги Кровавого Бога прекратили убийства. Они пришли три дня назад, и все это время кровь лилась, как льется по ночному небу молоко Звездной Реки…
Грохот и треск заполнили слух Трехкрыла. Удар огромной когтистой лапы, больше, чем у любого хищника джунглей, сорвал крышку с сундука из железного дерева, в котором он прятался. Увидев над собой жуткую зубастую морду, хранитель не выдержал и разомкнул зубы, чтобы закричать. Ничем больше не сдерживаемые сказания вырвались наружу, и чудовище с рыком отпрыгнуло. Оно замотало рогатой головой и вскинуло лапу, в которой гудела и жужжала та вещь, которой люди Кровавого Бога метали разрывающий гром. “Нет!” — хотел было воскликнуть Трехкрыл, но вместо человеческого голоса из глотки вырвался дух легенды о Великом Покорении. Он ворвался в его голову, точно вода в легкие тонущего человека, и заполнил ее танцами духов и масками силы. Из глаз, ноздрей и ушей хранителя брызнул свет ста тысяч слов, от которого чудище с когтями и клыками завыло и повалилось на колени. Трехкрыл засмеялся, осознав свою власть, и смех его обратился в фразы, сюжеты, обрывки речей, подвиги героев и лица злодеев. Они плясали и искрились, срываясь с языка, змеями заползали под облачения злобной твари и жгли ее плоть, наполняя воздух в хижине вонью горелого.
И тут слова застряли в горле хранителя. На его шее сомкнулся обруч, одновременно холодный, как труп, и горячий, как камень на солнце. Трехкрыл попытался выговорить еще хоть строчку, но онемевшие от силы легенд губы не могли вымолвить даже его собственное имя. Он ощутил, как обруч сжимается, лишая его воздуха, и, потеряв сознание, повалился на земляной пол.

За его спиной стояло громадное, сгорбленное, закованное в древние доспехи существо в шлеме, вытянутом словно вороний клюв. Сделав свое дело и замкнув бронзовый замок на ошейнике, покрытом рунами Бога Черепов, оно по-птичьи наклонило голову и всмотрелось в лицо хранителя сказаний. Наклонилось, протянуло руку — когти на ней, доселе полыхавшие ледяным пламенем, погасли — и с неожиданной для такого создания осторожностью раздвинуло его губы, чтобы всмотреться в черненые символы на зубах. Оно удовлетворенно кивнуло и резким движением повернуло голову к своему товарищу, который только что с трудом поднялся с пола.
Корпен Выжигатель хрипло каркнул на своего подчиненного, с презрением щурясь сквозь глазные щели клювастого шлема. Тот зашипел в ответ и склонил маску рогатого демона над лежащим без сознания пленником, примериваясь, как бы вцепиться в него когтями. Предостерегающий жест Корпена, похожий на прерванный бросок змеи, заставил его дернуться и отступить.
Молнии во Тьме были дикой стаей крылатых хищников, забывших о человеческих словах и обычаях, но даже они понимали, что приказ конунга Кхарла Львиная Кровь надо выполнять как следует. Владыка Полуночных Львов приказал доставить псайкера живьем. Пусть тот и оказался неожиданно силен, ошейник ограничивал его способности, и больше он не мог причинить боль воинам Хаоса. Раптору, которого звали Торн, предстояло усмирить свои инстинкты — тем более, что в окрестностях оставалось еще несколько деревень, где он мог бы утолить свою злобу. Однако Корпен, главарь Молний во Тьме, не собирался спускать ему с рук унизительную выволочку, которую тот получил от презренного колдуна.
Раптор-вожак издал череду визгливых пощелкивающих звуков, и издевательский тон заставил Торна подобраться и ощетиниться. Болт-пистолет в его руке снова загудел, чувствуя мысли хозяина и надеясь, что они обещают убийство. Узкие, черные и блестящие глазные линзы Корпена глядели на него, подначивая бросить вызов, а когти вновь окутались холодным голубым огнем. Не в силах выдержать этот взгляд, Торн передернул плечами, отчего нависшие над ними сопла прыжкового ранца, украшенные веерами кованых перьев из синеватой стали, откашлялись пламенем. С пронзительным воплем он рванулся вверх, прошел сквозь соломенную крышу хижины, как нож сквозь лист бумаги, и исчез в облаке сажи и трухи.
Корпен приосанился, гордый тем, что вновь подтвердил свою силу и власть, и каркнул. В его голосе слышался приказ. Не прошло и пяти секунд, как воздух в хижине как будто разорвало двумя ударами молний, и из ран, на мгновение раскроивших реальность, появились две фигуры, еще меньше похожие на людей, чем Корпен и его сбежавший собеседник. Их громоздкие сине-золотые доспехи, искаженные варпом, топорщились кривыми шипами, но поверхности, не покрытые наростами, выглядели еще страшнее. Каждая из них была подобна зеркалу, и в каждой отражались картины кровавой гибели людей, некогда попавшихся в лапы этим чудовищам. Отражения скакали и корчились на гладком металле, превращенном в нечто подобное обсидиану, и Корпен Выжигатель на пару мгновений залюбовался их мучительным танцем. Затем, встрепенувшись, он вырвался из созерцания и издал свистящий вопль. Варп-когти безмолвно повиновались. Они обмотали так и не пришедшего в себя хранителя легенд цепью и зажали ее концы в громадных, усеянных смертоносными лезвиями кулаках. Затем, взмахнув свободными руками, они крест-накрест рассекли пространство и нырнули в черный, истекающий ядом имматериума разрыв, который тут же сомкнулся за их спинами, оставив лишь слабый запах меди, озона и гнили.
Корпен Выжигатель проводил их, всплеснув когтистыми лапами. Все, что могло произойти с плененным псайкером в ближайшее время, его ничуть не интересовало. Идол Чернобога удастся пробудить лишь через восемь дней беспрестанных ритуалов, в которых ему, по счастью, придется принимать лишь опосредованное участие. Корпену куда как больше нравилось парить на свободе, разминая мышцы после длительного заточения в ограниченном пространстве космического корабля. Но приказы конунга все равно сковывали его незримыми узами, более крепкими, чем простые клятвы верности и службы. Он знал, что должен выполнить свою часть работы, прежде чем ему будет позволено летать где вздумается, охотиться и наводить ужас на выживших жителей Веллена.
Да, нужно выполнить свою часть. Корпен полоснул полыхающими когтями по стене хижины и вышел наружу. Поселение все еще горело, рапторы и варп-когти носились над останками изгородей и развалинами жилищ, сгоняя перепуганных жителей в загон для скота. Страх перед небесными охотниками лишал их сил и позволял управлять ими, как куклами. Корпен прищурился, пересчитал пленников и издал удовлетворенную трель. Их было больше сотни, как раз достаточно, чтобы обеспечить потребности конунга. Теперь Молнии во Тьме доставят их к лагерю, разбитому возле идола Чернобога, и смогут, наконец, как следует поразвлечься на воле.

— Что мы будем делать, если эта статуя окажется просто-напросто старым истуканом? Cколько в Галактике глупцов, что поклоняются ложным и бессмысленным божкам! И это не считая Трупа-на-троне!
Выпалив все это, Берхарт Мертвая Голова с вызовом уставился на нависшее в десяти метрах над ним каменное бородатое лицо, отвернулся и сплюнул. Громадное изваяние старца с молотом, стиснутым в мускулистых руках, никак не отреагировало на оскорбление.
— Ну, по крайней мере, мы здесь неплохо потрудились во славу Кровавого Бога, — утробно захохотал Эттель Галиндий. — Вот только что, если Чернобог, пробудившись, окажется не на нашей стороне? Хотя у нас, конечно, есть Богоубийцы...
Людоед пребывал в добродушном настроении, причиной которого была — впервые за несколько дней — сытость. Сразу после высадки ненасытные и бесплотные лимосы проявили свою власть над воинством Балтской Чумы. Позабыв о пирах на борту “Царицы резни”, воины Эттеля начали бросаться на любое живое существо, что попадалось им навстречу, разрывать его на части и пожирать, чтобы заполнить пустоту в своих желудках. Иные грызли землю и камни, пытаясь хоть как-то заглушить адский голод, но лишь одно могло по-настоящему его утолить: человеческая плоть. Отощавшие, с ввалившимися щеками, космические десантники по запаху отыскали ближайшие поселения велленцев и принялись кормиться. Но, даже измученные голодом до полубезумия, воины Балтской Чумы не забывали о верности Кхорну и подношениях к его трону. Дочиста обглоданные головы жертв кучами громоздились вокруг лагеря Полуночных Львов, молчаливо вознося хвалу их кровавому покровителю.
— Могу сказать, что кровь и плоть он любит ничуть не меньше твоего, — парировал Арвид Берг. Это он предложил отправиться в паломничество к древнему идолу, и кому, как не ему, было знать, на кого падет вина в случае, если ритуал обернется неудачей. — Но нужно больше, чем простое кровопролитие, чтобы пробудить Чернобога. Клянусь, на исходе восьмого дня он проснется, иначе… иначе я готов отдать свою голову Владыке Воинств.
— Уверен? — Берхарт уставился на него с тем же скептическим выражением, с каким минуту назад созерцал лик истукана. Лицом Арвид и впрямь напоминал статую, но не из темного гранита, какой пошел на идол Чернобога, а из бледного мрамора.
— Откуда ты вообще об этом узнал? — спросил Эттель, поудобнее устроив свое распухшее тело на импровизированном троне из обрубка железного дерева.
— Когда мы захватили “Исполнительницу желаний”, что носит теперь славное имя “Царицы резни”, я нашел в личной библиотеке капитана корабля очень старый манускрипт, — объяснил Арвид. — Свиток оберегало колдовство, но благословение Владыки помогло преодолеть его. В нем описывался ритуал, ради которого мы который уже день разоряем эту никчемную планетку. Если бы не эта рукопись, я бы и второго взгляда на нее не бросил.
— Из-за какой-то бумажки ты отправил нас гоняться за дикарями в джунглях? — недоверчиво произнес Берхарт, помолчал и внезапно расхохотался. — Ха! Ха! Надеюсь, ты сдержишь клятву? Я буду рад лично передать твою голову Кровавому Богу!
— Это право за мной, — прогремел голос, от которого даже у развеселившегося берсерка смех застрял в горле. Конунг Кхарл вышел из тени истукана, и лучи Сауле сверкнули, отражаясь от его золотой львиной маски. В одной руке он сжимал громадный цепной топор, чьи лезвия сочились неиссякающей кровью, а в другой держал пергаментный свиток, перетянутый черной, испещренной рунами лентой.
— Безусловно, повелитель, — Арвид слегка поклонился. — Но ритуал сработает. В этом можно не сомневаться.
— Сегодня мы должны принести в жертву сто одиннадцать смертных, — не обращая на него внимания, Кхарл широкими шагами прошел мимо и остановился, созерцая лагерь Полуночных Львов. — Я чувствую, что они уже близко.
Чуткий слух космических десантников уловил разноголосый плач и крик, доносящийся из леса. С вершины холма, увенчанного статуей Чернобога, они видели всю долину, заполненную шатрами и логовищами их воинства, и бесконечные просторы лесов и болот, окружающих ее. Долина эта была единственным сухим местом на тысячи миль вокруг, и то лишь потому, что ее расчистили огнем, способным испарять металл. Теперь на ее почерневшую землю вышла толпа людей разного пола и возраста, понукаемая птичьими воплями рапторов, что кружились высоко над их головами.
— За работу, — рыкнул конунг, и его лучшие воины нетерпеливо сорвались с места, на ходу вытаскивая ритуальные ножи.
Чернобог, как гласил древний манускрипт, любил получать в жертву головы, но только те, в которых хранилось колдовское знание. В простых смертных его интересовало нечто иное, но столь же легко доступное для Полуночных Львов. Сердца.
Пока Арвид Берг, Берхарт Мертвая Голова и Эттель Галиндий, позабыв обо всех своих различиях и неприязнях, увлеченно вскрывали грудные клетки и вырывали из них пульсирующие комки плоти, конунг Кхарл подошел к Корпену Выжигателю, который с видимым наслаждением вслушивался в хор наполненных отчаянием криков и стонов.
— Где колдун? — прорычал он сквозь львиную маску. Раптор вытянул шею и дернул головой назад, словно уклоняясь от удара. Видимо, этот жест означал приказ, потому что к нему тут же подошли двое варп-когтей, которые держали закованного в цепи хилого дикаря с вытаращенными в ужасе глазами. Маска зверя оскалилась, будто живая, и Кхарл с презрением плюнул на голую грудь пленника, украшенную татуировкой в виде трех крыльев. Ядовитая слюна поползла по коже, разъедая затейливый узор, и дикарь завопил от боли.
— Отдай его Кровопийцам. Они знают, что делать, — пророкотал Кхарл.
Варп-когти потащили пленного псайкера к кучке краснокожих мутантов, которые поджидали их возле большого шатра из содранной с трупов кожи, идиотски ухмыляясь и поигрывая мясницкими крючьями в опухших лапах. Корпен проводил их двусмысленно-игривым свистом, а потом склонил голову набок и выжидающе уставился на конунга. Тот махнул рукой. Рев прыжковых двигателей слился со счастливым криком раптора, когда тот взмыл в небеса, готовый снова приняться за охоту — но теперь на своих условиях. Вся стая Молний во Тьме ринулась следом за вожаком, каркая и вереща, и вскоре последний из них исчез под темным пологом дождевого леса.
Кхарл повернулся и обратил взгляд пылающих глаз на монументальное подножие языческой статуи. Оно представляло собой монолитную плиту из черного, как сама тьма, камня неведомого происхождения, но теперь ее траурный фон нарушали крупные багровые пятна. Их было три — воины, взявшие на себя роль священных жрецов-палачей Чернобога, предпочли складывать свои подношения в разные места, нежели сваливать одной кучей.
Конунг поднялся к основанию идола и осмотрел груды вырезанных сердец, окруженные медленно расплывающимися лужами крови. Затем развернул свиток и прочитал первую строку из восьми, призывающих ужасного бога вернуться в мир смертных. Когда он закончил, из-под клыков львиной маски просочилась струйка крови и стекла вниз, капая на нагрудник его древних доспехов.

Кхорн, бог воинов, ненавидит колдовство, ибо оно — бесчестное оружие, позволяющее слабым одолеть сильных. Но разве можно увидеть подлость в строках, которые призваны освободить одного из возлюбленных детей его? Разве можно назвать нечестивыми слова, которые всего лишь переворачивают задом наперед заклинания, некогда пленившие свободную и яростную сущность?
Если бы владыку Полуночных Львов занимали философские измышления, он бы ответил на этот вопрос. Но одним из преимуществ служения Кхорну являлось то, что подобные упражнения в бессмыслице его последователей нисколько не волновали. Они знали, что от них требуется: резня, разрушение и кровопролитие. Любая вещь, которая позволяла творить все это в больших масштабах, считалась приемлемой и похвальной.
Миновала неделя с тех пор, как космические десантники высадились на Веллене. В первое же утро после приземления они спустили с цепи Кровопийц, наказав им бродить по окрестностям и обращать в себе подобных людей, которых удастся догнать. С тех пор, что ни ночь, а распухших багровых мутантов в лагере все прибывало. Подобно болезни, пагубное влияние Хаоса расползалось от статуи Чернобога.
И каждый день одна из банд, находящихся под началом Кхарла Львиной Крови, уходила в топкие, густо заросшие болота, чтобы изловить живьем сто одиннадцать дикарей, а всеми остальными, кто попадался им навстречу, смазать жаждущие лезвия своих мечей и топоров. Так продолжалось три дня, пока окрестности не обезлюдели, а гончие плоти, следующие за Балтской Чумой, не вынюхали по следу страха последние укрытия. На четвертый день Отсекатели, кружившие над гнилыми долами Веллена, обнаружили большое пещерное убежище дикарей, и Львы, увлекшись облавой, едва успели пригнать многотысячное стадо рабов к идолу до заката. Сердце последней жертвы шлепнулось на алтарь за считанные секунды до того, как солнце кануло за горизонт. Еще немного, и ритуал пришлось бы начинать заново. Впрочем, Арвид Берг оставался невозмутим и потратил в тот день не меньше часу на то, чтоб отчистить запекшуюся кровь с доспехов.
На пятый день дикари Веллена собрались огромной ордой и посреди бела дня ринулись на лагерь Полуночных Львов, чтобы освободить оставшихся пленников. Дикарей вдохновляли шаманы и вожди, ревущие на сто разных голосов, и каждый из них повторял одно и то же. Даже когда они умирали среди своих изрубленных в мелкие куски сородичей, когда их заживо пожирали каннибалы Балтской Чумы, когда волокли к алтарю безумно рычащие берсерки, чтобы поднести их плоть в дар кровожадному богу — дикари кричали только одно: Чернобогу нельзя дать проснуться.
На шестой день Губители Святых придумали новую забаву. Расхаживая среди клеток из гибких прутьев, в которых сидели запуганные пленники, они нашептывали им о могуществе Кхорна, демонстрировали свои отвратительные мутации, даровавшие им, тем не менее, огромную силу, и ломали, как сухие травинки, отнятые у шаманов костяные амулеты — жалкие святыни дикарей. Некоторые смертные, слабые духом, сходили с ума от такой демонстрации и умирали, разодрав себе горло ногтями, лишь бы не видеть всех этих богохульств. Другие молчали, впав в безразличное отчаяние. Но были и такие, в глазах которых разгоралась надежда — и жажда крови.
Седьмой день прошел без перемен, если не считать того, что Берхарт Мертвая Голова объявил, что дарует свободу любому рабу, который возьмет на себя его долю ежедневных жертвоприношений. Посовещавшись, вожаки Полуночных Львов приняли его решение и были вознаграждены чудесным зрелищем того, как дикари вырывали сердца своим вчерашним друзьям и соплеменникам, поднимая их к небесам во славу Кхорна и Чернобога. Убийцам дали возможность уйти куда глаза глядят, но все до единого остались в лагере, чтобы проповедовать новую веру среди пленников. Ночью они причащали сородичей кровью и рассказывали, как наконец поняли, чего втайне жаждали все это время, прозябая в ядовитых болотах Веллена.
На восьмой день на лагерь, теперь больше напоминающий дьявольскую бойню, легла пелена благоговейной тишины. Рабы говорили затравленным шепотом, похрюкивание и рык Кровопийц превратились в глухое мычание. Сегодня предстояло пробудить Чернобога и по-настоящему узнать, что он такое.
Арвид Берг прошел через лагерь, от алтаря-подножия, заваленного толстым слоем разлагающихся сердец, до главных ворот, отмеченных двумя кучами черепов. Он подчеркнуто не обратил внимания на Берхарта, который сидел со своими берсерками у костра и, ухмыляясь, провел ребром ладони по шее, завидев своего давнего соперника. Командира Вечного Возмездия интересовало нечто другое. Нечто, что опускалось с орбиты, где дремала, созерцая кровавые сны, “Царица резни”.
Ни один “Коготь ужаса”, какие использовали космические десантники, не мог бы вместить в себя это порождение мрака. Ни один праведный жрец Омниссии не осмелился бы прикоснуться к нему, чтоб измерить его ужасающие масштабы и изготовить посадочный модуль, который мог бы его вместить. Темные Механикус, служащие Полуночным Львам, превзошли сами себя, решив эту задачу, настолько же инженерную, насколько и колдовскую.
Окутавшись пламенем, “Погибель Ультариэля” вошла в атмосферу Веллена, как кинжал в грудь жертвы. Разглядев в дневном небе ее огненный шар, Арвид удовлетворенно кивнул и начал приготовления к посадке. Каждый дюйм земли, на которую должна была опуститься “Погибель”, следовало полить свежей кровью. Вскоре на площадке, специально расчищенной Кровопийцами, образовался алый круг в кольце из бледных скорчившихся трупов. В центр Арвид швырнул живого связанного раба и поднялся к подножию идола Чернобога, чтобы получше разглядеть плод своего труда.
Прошло несколько минут, прежде чем “Погибель Ультариэля” врезалась в посадочную площадку, словно огромное, окованное сталью копье. Цепи из тайных сплавов, которые сдерживали и направляли ее падение, опали наземь. Зыбкая почва Веллена просела на добрых два метра, и все равно адская машина высоко вздымалась над землей. Демон, заточенный внутри башни из черепов и темного, усеянного шипами металла, взревел, почуяв свежую смерть.
— Вот моя подстраховка на случай, если Чернобог окажется не на нашей стороне. “Погибель” поможет расправиться с ним, — проговорил Арвид, многозначительно глянув на Эттеля. Вождь Балтской Чумы усмехнулся и одобрительно кивнул. Он поднял грузное, закованное в керамит тело, чтобы направиться к алтарю, но остановился, когда увидел, что место священного палача уже занял конунг Кхарл.
— Тот, кто приносит жертвы в последний день, обретает власть над идолом, — прошептал Арвид. — Мы не должны мешать ему.
Чемпионы Полуночных Львов застыли, словно сине-золотые статуи. Но каждый из них мог почувствовать на себе подозрительные взгляды других, выискивающие малейший намек на предательство, на внезапную вспышку зависти и злобы, которая может разрушить их союз ради шанса овладеть могуществом Чернобога.
Никто не двигался с места. Только рабы один за другим тащились из своего загона наверх, чтобы пасть под клинком Кхарла, с каждым ударом повторяющего восьмую строку манускрипта, и отдать свои сердца ненасытному алтарю. Груда трупов у подножия холма росла. Кровопийцам, которые вывели из большого шатра последнюю жертву, пришлось разгребать тела в стороны, чтобы пройти.
Хранитель легенд болотных племен, дикарь, пойманный Молниями во Тьме в первый день великой охоты, не мог стоять на ногах, и мутанты наполовину приволокли, наполовину дотолкали его до алтаря. Ожоги, рубцы и следы иных, более изощренных пыток пятнали все его тело. Татуировки в виде трех крыльев на груди больше не было, как и кожи, которую она когда-то покрывала. Бронзовый ошейник глубоко вгрызся в ненавистную плоть колдуна, но, стоило Кхарлу протянуть когтистую руку к замку, открылся и упал наземь.
Впервые за все эти дни пленник вздохнул полной грудью. На третьем вдохе его веки затрепетали, глаза и рот наполнились странным призрачным свечением, и загадочные символы начали проступать сквозь кожу. Тело, прежде безвольно висевшее в хватке Кровопийц, приподнялось, будто пытаясь взмыть в воздух. Хранитель облизнул пересохшие губы и открыл рот, чтобы позволить силе легенд снова вырваться наружу…
Но вместо слов его горло покинула лишь струя крови. Конунг вытащил нож и ударил еще раз, полностью отделив голову от тела. Кровопийцы швырнули тело вниз, где оно ударилось оземь и начало стремительно распадаться, обращаясь в дым и прах. Голову же Кхарл триумфально водрузил на кучу вырезанных сердец.
С минуту ничего не происходило. Глаза псайкера продолжали вращаться в орбитах, а губы — беззвучно шевелиться. Наконец, когда последние движения прекратились, раздался звучный удар, от которого вздрогнули даже видавшие виды космические десантники. Затем еще один. И еще.
Сердца пульсировали.
И свежие, и давно обратившиеся в комки гнили под жарким солнцем, они бились как одно. Их стук напоминал тамтамы дикарей, и вскоре на него отозвался еще один барабан, еще один мощный, неудержимый ритм. Забилось сердце в каменной груди.
Демон, скованный в глубине “Погибели Ультариэля”, взревел, почуяв сородича. Ответный рев расколол постамент под ногами идола. Впервые за много веков Чернобог высвободился из камня и взмахнул молотом, со свистом рассекая воздух. Порванная кольчуга на его могучей груди сменилась новой, черной как сам вакуум броней, а морщинистое лицо оскалилось в свирепой усмешке. Взгляд глаз, как будто наполненных расплавленным металлом, опустился на тех, кто дерзнул призвать это живое воплощение убийства. Даже космические десантники, считавшие себя Ангелами Смерти, не осмеливались встретить этот взор. Все, кроме одного.
— Великий Чернобог, — проговорил конунг, глядя в лицо ожившего идола. — Я, Кхарл Львиная Кровь, явился в твои земли, чтобы пробудить тебя от тысячелетнего сна.
— Я ждал тебя, — пророкотал Чернобог голосом, который глубоко вибрировал, словно отражаясь эхом внутри его груди. — Преклони передо мной колени!
Полуночные Львы затаили дыхание, глядя на своего властителя. Тот не дрогнул, подняв перед собой истекающий кровью топор.
— Конунг Кхарл ни перед кем не преклоняет колен, демон. Прими мою власть и сражайся рядом со мной, или отринь ее — и сгинешь в варпе.
Долгие секунды Чернобог молчал, сжимая в руках многотонный молот. Отзвуки древних заклинаний витали в воздухе. Наконец, живой идол опустил оружие, сложил руки на рукояти и опустил голову.
— Я слушаю, повелитель.
— Отныне ты следуешь за мной и моими Полуночными Львами, — прорычал Кхарл, — чтобы проливать кровь во имя Владыки Черепов.
— Кровь! Черепа! — взревел Чернобог, ударив навершием молота в груду плоти у своих ног. — Пусть начнется кровавая месть!
Рык пробужденного чудовища подхватил многоголосый хор, в котором сплелись голоса людей, существ, давно переставших быть людьми, и существ, которые ими никогда не были. Этому кличу предстояло еще долго витать по самым темным закоулкам Веллена.
— Кровь для Бога Крови! Черепа для Трона Черепов!


--------------------
Знание священно, и священна информация.
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 17.09.2017, 19:05
Сообщение #6


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Клятва
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Возрастные ограничения: 18+
Аннотация: Небо Литуаны потемнело от десантных челноков и транспортов с тяжёлой техникой. Гвардейцы Ядвиги из последних сил защищают Дворец Великого Герцога от безликих штурмовиков Империума. Сгорит ли спутник Ягеллона или произойдёт нечто куда страшнее?

1

– ...защищать Великого Герцога... ик... и любого гражданина... ик... Литуаны. И да поможет мне... ик... Император!.
Добрый друг Эустахиуша Сальварского, Модест Новак, закончил речь присяги. Солдат поставил подпись напротив своей фамилии в торжественной книге и, бледный от испытанного ужаса, вернулся в строй.
Чувства переполняли Эустахиуша. Лёгкие судороги били тело подобно электрическому току, а сердце стучало, как барабанщик какой-нибудь молодёжной группы: быстро и тяжело. Кровь прильнула к лицу, и Сальварский позабыл обо всём на свете.
– Рядовой Эустахиуш Сальварский! – прогремела Клотильда Каминская, полковник 1-ого пехотного полка Литуанской Гвардии. – Выйти к знамени!
На негнущихся ногах Эустахиуш покинул стройные ряды новобранцев. Моторизированная личная броня чуть шумела при движении, выхлопная труба за правым плечом выпускала чёрную тучу, красный огонёк на ствольной коробке тяжёлого лазерного ружья предупреждал о полном заряде наспинного ранца, питавшего и громоздкие доспехи, и оружие. Сальварский подошёл к знаменосцу и опустился на колени перед славным полотном, развивающимся на ветру. На нём золотой и серебряный грифоны в чёрном поле удерживали щит с изображением рыцаря, побивающего змея.
– Рядовой, в чём дело? – устало спросила полковник с трибуны. – Язык проглотил?
С самого утра ещё не нашлось ни одного новобранца, кто бы чётко и без запинки проговорил слова присяги. Впрочем, у Эустахиуша ещё оставалась возможность порадовать командира. Сальварский помедлил мгновение и начал говорить.
– Я, Эустахиуш Сальварский, рядовой гвардии, клянусь! Служить Литуане, отстаивать её независимость. Передать потомкам отечество не униженным и уменьшенным, но сохранившим границы и в положении улучшенном. Почитать веру и благородные обычаи предков. Быть честным, добросовестным, храбрым и верным отчизне. Не жалеть крови ради Родины, и даже жизни, чтобы защитить Великого Герцога и других граждан Литуаны. И да поможет мне Император!
Эустахиушу показалось, что даже госпожа полковник прониклась жаркой речью. Она кивнула рядовому с одобрением. Сальварский наклонился и поцеловал вьющееся знамя. Потом поднялся и узаконил данную присягу витиеватым росчерком. Обратно к однополчанам Эустахиуш вернулся окрылённым. Он смотрел на ряды высоких воинов в тяжёлых доспехах, превращавших людей в настоящие ходячие крепости, и не понимал, как кто-то может посметь противостоять им.
"Когда-нибудь с Литуанской Гвардией будут считаться даже Ангелы Смерти!" – подумал рядовой.
Эустахиуш Сальварский не подозревал, что всего-навсего через два года придётся ответить за подобное легкомысленное хвастовство.

2

Сержант Сальварский опустился на дно траншеи. Сверху промчалась чёрная "Химера" без всяких опознавательных знаков, лишь с имперским двуглавым орлом на башне. Эустахиуш поднял автоматический гранатомёт, закреплённый на левом предплечье, и прицелился. Орудие ухнуло и отправило смерть вслед за боевой машиной пехоты корпуса Криг. Сзади "Химеры" имели наименьшее бронирование, почти картонное, если сравнивать с моторизированной личной бронёй, поэтому Эустахиуш не удивился ещё одному появившемуся чадящему костру. В спину хлестнули лазерные лучи, и дух машины тут же доложил о повреждениях тревожным огнём визора.
Сальварский перемахнул через бруствер и поразил левым хуком имперского карателя, от чего голова последнего разорвалась брызгами крови, мозга и обломками костей. Следующий противник в маске, похожей на человеческий череп в противогазе, храбро набросился на Эустахиуша со штыком, который тут же сломался при ударе о толстую броню нагрудника. Сержант отбросил солдата прочь с переломанными костями.
Сальварский не вкладывал особой силы во взмахи. Мускульные усилители моторизированной личной брони даже поглаживания превращали в смертоносные движения. До остальных врагов, остервенело палящих из винтовок, было далёко, поэтому Эустахиуш выхватил тяжёлое лазерное ружьё из магнитного замка на пояснице и меткими выстрелами начал уничтожать атакующих, одновременно отступая к мраморной лестнице, ведущей к высоким вратам дворца.
Индикатор заряда начал зеленеть, предупреждая о разряде батареи, но Сальварский не беспокоился. Он уже давно сросся с бронёй и точно знал, насколько хватит её мощи.
"Отступить во дворец я успею", – подумал сержант.
Он одновременно стрелял и пятился, пытаясь не запнуться о дымящиеся трупы павших товарищей.
Воздух наполнился гулом пикирующих "Мародёров" карателей. Оставшихся "Перунов" оттянули к другим объектам, и вражеские бомбардировщики пользовались поблажкой. Однако безнаказанными они не остались: зенитные орудия дворца всё ещё действовали и посылали в небо сотни тысяч пуль, которые буквально разрезали фюзеляжи "Мародёров". После очередного налёта сразу две машины рухнули, охваченные пламенем. Первый бомбардировщик упал на наступающих солдат корпуса Криг, другой, вращаясь волчком, врезался в одну из башен дворца. Град осколков битого кирпича, раскалённого металлолома и горящей мебели осыпал отступающего сержанта. Эустахиуш оступился и упал, послав вверх луч лазерного ружья. На небосводе отражались огни орбитальной битвы за Ягеллон, и Сальварский пожелал карателям мучительной смерти за вероломное нападение на маленькую невинную Литуану.
– Подъём, Стах! Отдыхать на том свете будешь! – рявкнул и приподнял товарища капрал Модест Новак.
Моторизированная броня бойца при усилии завыла ещё громче, а из выхлопной трубы вылетела даже не туча, а целый циклон непроглядной тьмы.
– Беги во дворец! Я прикрою!
Сальварский начал взбираться по лестнице, с каждым шагом перепрыгивая сразу по десять ступеней. Он крошил драгоценный мрамор тяжёлой поступью, но уже не беспокоился о подобных мелочах.
"К концу дня и пыли не останется от этой лестницы!" – Эустахиуш навалился на увесистые створки и вошёл внутрь осаждённой крепости.
Он попытался сделать ещё шаг, но личная броня застыла пятисот килограммовой горой мёртвого железа. Сальварский нащупал внутри перчатки кнопку механизма открытия и покинул нутро стального зверя. Эустахиуш рухнул на искусную плитку пола, повернулся на спину, ощупал себя и поблагодарил Императора, что остался невредим.
На улице гремела канонада и свистели лазерные винтовки. Гул нарастал, и сержант в последний миг отскочил в сторону, будто бы предчувствуя следующие события. Капрал Новак влетел следом за Эустахиушем, сорвав одну из створок врат с петель. Когда пыль опустилась, Сальварский подскочил к Модесту.
– Брат?! Что с тобой?! Не молчи! – Однако капрал Новак не подавал никаких признаков жизни. – Проклятье!
Эустахиуш огляделся и схватил лазерное ружьё товарища. Он размахнулся и что есть мочи двинул прикладом по рычагу между крупным наплечником и шлемом. Нагрудник кирасы выстрелил как катапульта и приподнялся относительно распростёртого тела под прямым углом. Конечности и голова тоже освободились от крепких объятий экзоскелета. Сальварский осмотрел близкого друга. Кроме ожога, опалившего правый бок до мяса, он не заметил опасных ран.
– Очнись, Модест! – Эустахиуш осторожно прикоснулся к потерявшему сознание товарищу.
Одной рукой он придерживал голову, другую запустил к пояснице и попытался вытащить капрала Новака из плена застывшей брони. Однако что-то мешало передвижению, зацепившись за грани экзоскелета. Сальварский осторожно ощупал спину товарища и измазал руки кровью.
– Нет! Нет! Нет, Модест! – Эустахиуш схватился за голову и оставил красные отпечатки ещё и на лице.
Осколок ракеты рассёк капралу спину, и через широкое отверстие вывалились внутренние органы. Сальварский дрожал, но долго скорбеть он не имел ни права, ни возможности. Сержант наклонился к моторизированной броне и вытащил из бака у левого плеча колбу с "чернилами", концентрированным гелем, полученным путём сложнейших операций на перерабатывающих заводах Литуаны. Топливо с Челмруды – важнейший источник военной мощи гордого спутника Ягеллона, и без постоянных поставок личная броня так и осталась бы стоять в арсеналах. Эустахиуш впопыхах запитал собственного стального зверя.
Подразделение штурмовиков корпуса Крига как раз поднималось по лестнице и уже подобралось к покосившимся вратам, когда последняя створка вылетела прочь и раздавила самых рьяных.
– Сдохните, мрази! – проорал Эустахиуш и начал посылать один ослепляющий луч во врага за другим.
Заряды лазерного ружья прожигали по два-три тела одновременно. Показался "Часовой" корпуса Криг, чтобы прикрыть отступление изрядно сократившейся ударной группы.
Сальварский отпрыгнул в сторону и выстрел мелта-пушки оставил почерневшую борозду на мраморе лестнице. Эустахиуш подскочил ближе и что есть силы ударил по кабине боевого шагателя. "Часовой" едва не упал, но пилот всё-таки выровнял машину. Однако сержант Литуанской Гвардии ещё не закончил. Он убрал за спину лазерное ружьё и начал избивать, крушить и мять вражескую технику ударами увесистых кулаков. Эустахиуш выбил сустав "Часового", и шагатель рухнул к ногам победителя. В то же мгновение огненная преисподняя окутала обоих металлических борцов. Экипаж "Адской Гончей" карателей Империума в попытке избавиться от взбешенного противника в моторизированной броне не пощадил жизни пилота "Часового", сварив его заживо в кабине. Сальварский увидел тревожные огни визора и почувствовал, как плавится комбинезон. Он взвыл от боли, но не сдался. Сержант приподнял кабину боевого шагателя, пробил армированное стекло и нажал кнопку на штурвале. Луч мелта-пушки попал точно в баки "Адской Гончей". И машина, и люди вокруг утонули в огненном море, а Эустахиуш выпрыгнул из чрева раскалённой брони. Он подобрал плазменное ружьё одного из штурмовиков и побежал в тронный зал, чтобы погибнуть в самом сердце своей любимой родины.

3

– Вы зашли слишком далеко, Великий Герцог, – эти слова стали первыми, которые Эустахиуш услышал, когда вошёл внутрь самого роскошного помещения дворца.
Ядвига сидела на троне и рыдала, уронив голову на руки. Её окружали несколько ополченцев, поставленных под ружьё всего неделю назад. Их снаряжение и выучка не выдерживали никакого сравнения с Литуанской Гвардией. Никто даже не удивился, когда штурмовики корпуса Криг развеяли ряды ополчения, как ураган, сносящий недостроенную деревянную хибару. Вот только этих бойцов отличало от остальных добровольцев белая повязка на голове.
Но не банданы изменников ошеломили сержанта, а то, кто именно произносил предательские речи.
Полковник Клотильда Каминская направила ствол тяжёлого лазерного ружья в сторону Великого Герцога и продолжала речь.
– Возвращается с боем Императором избранный князь, возвращать себе венец. – продолжала командир 1-ого полка Литуанской Гвардии. – Мы передадим вас имперским войскам и сдадимся, ожидая смены власти. Нас строго осудят, да, но вас... вас казнят сразу же после того, как обнаружат залитое кровью капище в подземелье.
Ядвига подняла заплаканное лицо. Она достала шёлковый платок и попыталась привести себя в порядок. Она ответила, когда убедилась, что Эустахиуш занял лучшее укрытие и приготовился стрелять.
– Не обманываете себя, полковник. Вас казнят точно также. Имперцы не будут искать разницу. Они прилетели жечь. Так что в огне сгорю я, солдаты, – Ядвига указала рукой на вооружённых заговорщиков, – Жигимонт – как жаль, что я не разобралась с этим вашим Белым Королём ранее – Литуана, Ягеллон! Вся наша звёздная система перестанет существовать! Даже упоминания о ней будут уничтожены. И если уж вы клялись защищать Родину до последнего, то ваше место как раз на капище. Последняя жертва, способная изменить всё!
Полковник несколько потупилась и даже опустила ствол оружия после звонкой тирады, но потом одумалась и вновь взяла на прицел Великого Герцога.
– Вы недооцениваете своего дядю, Ядвига, – прошипела Клотильда. – Он даже демона перехитрит!
Ядвига расхохоталась:
– О если бы ты знала, о чём говоришь!
После Великий Герцог подмигнула своему последнему верному защитнику. Плазменный шар попал прямо в бак моторизованной личной брони полковника.
Клотильда Каменская вспыхнула и страшно заверещала, словно грокс, которого начали резать. Лазерное ружьё вспыхнуло и сожгло трон, но Ядвига уже отпрыгнула в сторону, перекувыркнулась и вонзила скрытый в рукаве кинжал в пах одному из заговорщиков. С остальными ополченцами Эустахиуш покончил меткими выстрелами. От революционеров остались лишь дымящиеся останки.
– Вставайте, Великий Герцог, – Сальварский подхватил женщину под локоть и оторвал её от убийства – она раз за разом вонзала зазубренный кинжал в лицо покойника – нужно спешить. Выберемся через чёрный ход!
Может быть когда-то, поступая в военную академию, Эустахиуш мечтал о дне, когда спасёт принцессу от злого дракона, и они будут жить долго и счастливо, но сейчас сержант руководствовался лишь тем, что быстро слабел от ожогов. Он не представлял как теперь снять защитный комбинезон без помощи хирурга.
Великий Герцог напоминала лишь тень от былой себя: осунувшееся лицо, опущенные плечи, дрожащие окровавленные руки. Но двигалась Ядвига всё также изящно. Она подошла к высокому стрельчатому окну тронного зала и посмотрела на то, как во внутренний двор проникают всё новые имперские каратели.
– Ты помнишь слова присяги, гвардеец? – спросила Великий Герцог.
Эустахиуш встал по стойке смирно и ответил:
– Да, моя госпожа.
– Ты готов отдать кровь и жизнь ради Отчизны?
– Всегда!
– Тогда за мной.
Ядвига спокойно, будто бы замок и не штурмовали страшные безликие твари с лазерными винтовками, повела своего защитника по вытянутым коридорам с портретами всех повелителей Литуаны, мимо коллекции холодного оружия её отца и сквозь библиотеку матери. Они спустились в подземелье и Эустахиуш похолодел от увиденных картин развернувшейся бойни: растянутые на дыбе тела, сожжённые и оскоплённые трупы, четвертованные и колесованные аристократы. Некоторых Сальварский видел и даже стоял с ними рядом во время парадов. Но осознать ужас содеянного Эустахиуш не успел. Сержант рухнул с рассечённым горлом в центре круга, образованного шестью восковыми свечами. Ядвига опустилась на колени рядом с поражённым страхом парнем и начала набирать в чашу ладоней алую жидкость. Великий Герцог умылась кровью и начала читать заклинание на неизвестном сержанту языке. На последнем издыхании Эустахиуш Сальварский увидел, как Ядвига растворилась во тьме.

4

И если гвардеец Литуаны увидел как Ядвига исчезла, то Никколо Беллизамо, командир 513-ого отдельного штурмового батальона 27-ого линейного корпуса Крига, заметил её появление.
Лицо Великого Герцога возникло на куполе пустотного щита. Никколо стоял рядом с поверженным "Леман Руссом" еретиков и смотрел, как чернеет раздувшийся шар, укрывший дворец. От взора командира не укрылись бесчисленные зловещие очертания с шипами, щупальцами и рогами, чьи тени метались внутри пустотного щита.
– Прочь, немощные! – прогрохотал голос Ядвиги. – У вас нет власти надо мной! Я – Ядвига, невеста Князя Наслаждений и правительница Литуаны! Владыка земли и воды этого спутника! Склонитесь предо мной или познаете ярость Чёрной Королевы!
Никколо Беллизамо за всю жизнь много раз слышал угрозы, а находился на грани гибели чуть ли не чаще, поэтому ответ его был прост:
– Огонь!
Боги войны, танки и солдаты начали вести беспорядочную стрельбу по чёрному куполу, на котором улыбалось громадное лицо прекраснейшей из женщин.
Ядвига надеялась на сопротивление, и к концу дня имперская армия поняла, что кампания на маленьком спутнике Ягеллона стала гораздо опаснее войны с Крылатыми Гусарами.

Сообщение отредактировал Гений и злодей - 20.02.2020, 19:13


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
kaligvla
сообщение 20.09.2017, 21:59
Сообщение #7


Champion
********

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Ultramarines
Группа: Пользователь
Сообщений: 403
Регистрация: 20.05.2013
Из: Москва
Пользователь №: 36 713

Ветеран Ягеллонского крестового походаУчастник Битвы за СкутумБеглец



Репутация:   114  


В качестве саундтрека настоятельно рекомендую James Horner - Achilles leads Myrmidons или саундтрек к игре Apotheon (тык)



Бессмертие


I

О прекрасный Ягеллон, сколь он древен, сколь он велик! Зелены поля его, высоки его горы! Славны деяния сынов его, сколь много песен о них слагают! Словно алмаз, обработанный рукой умелого ювелира, он украшает Гедиминов Предел!
Окружен он могучими небесными крепостями «Блуждающих Огней». Словно ожерелье, возложенное на шею прекраснейшей из дев, они стерегут пределы родины Крылатых Гусар. «Блуждающие Огни 7», так скромно назван величайших из пустотных бастионов во всем секторе. Блекнут перед его адамантиевыми стенами и ужасными орудиями даже линкоры Имперского Флота. Трилистником он кружит свой танец вокруг Ягеллона, не подпуская к нему ни одного врага.
Но времена меняются. Словно удавка, стягивающая горло беззащитной жертвы, надвигается на Ягеллон стальное кольцо блокады. Багряные носы кораблей крестоносцев хищно нацелились на «Блуждающе Огни». Монолитен их строй, льдом скованы сердца их капитанов. Погибель несут они родине астартес.
Словно копье, брошенное рукой мстительного бога, о котором Гусары в своем высокомерии позабыли, впереди строя блокады, нарушив строй, несется древнее чудовище. Имя ему «Мирмикей», это боевой галеас класса «Одиссей» и он несет в своем нутре своевольных и страшимых сынов Александрии-Арейи, рыцарей дома Ареос.

II

Командная рубка «Гонория», линейного крейсера класса «Марс», гордости Линейного Флота Магнезия, дрожит от яростных криков его капитана. С красным от гнева лицом вице-адмирал Теренций Варрон кричит:
- Кто посмел нарушить строй? Кто этот самоубийца? Под трибунал! Казнить! Вызовите капитана, немедленно!
- Это «Мирмикей», господин. Это рыцари дома Ареос. Они не отвечают, - тихо произносит первый помощник.

III

Бастион «Тржеца» полон суеты. Расчеты тяжелого вооружения занимают подготовленные позиции. Отделения астартес проверяют вооружение и шепчут последние предбоевые литании. Медленно выкатывается безжалостный убийца, «Пан Ягайло», танк модели «Сикариец-Венатор». Основное орудие, нейтронный лазер, готово пожинать жизни.
Почтенный брат Казимир, заточенный в саркофаге «Контемптора», с тревогой осматривает будущее поле боя. Брат-ротмистр Булавский слишком поздно разгадал замысел врага. Крепость не успеет изменить курс и теперь абордаж неминуем. Какая немыслимая дерзость! Гусария заставит любого смельчака заплатить кровью за столь безрассудную попытку.
- Товарищи! Гусары! Вы встретите любого, кто прорвется на борт, и вы убьете его! Не отступать! Не сдаваться! – кричит Казимир братьям.

IV

Брат-капитан 2-ой роты Сынов Аэтоса Махалес хмуро смотрит на дисплей. Варп бы побрал этих гордецов!
- Полный вперед! Нарушьте строй! Следуйте за «Мирмикеем», - спокойно обращается он к капитану «Илиона», своего ударного крейсера.
- Господин, но план блокады! Нам поступили однозначные приказы от вице-адмирала, - отвечает ему капитан.
Маска спокойствия слетает с лица Махалеса. Неуловимым движением он отбрасывает капитана и сам становится за управляющую панель.
- Пусть вице-адмирал катится в варп со своими приказами! Проклятый Антигон решил забрать всю славу себе! Выжимайте из двигателей все что можно!
«Илион» нарушает строй и устремляется вперед. Сервы спешно прокладывают новый курс. Вдруг мигает литокаст и на экране появляется женское лицо. Оно идеально. Глубокие синие глаза, скулы, словно выточенные из мрамора. Полные и чувственные губы изогнулись в игривой усмешке.
- Честь тебе, капитан Махалес! Вижу, ты решил отбросить притворную осторожность! Теперь я узнаю героя Мамафа!
- Твой господин бросился в пасть льва, Пентесилая. Не боишься ли ты, что он поглотит его?
Пентесилая заходится смехом и отключается. Ее корабль, «Гордость Отреры», становится третьим, кто разрывает строй. Тщательно выверенный, кропотливо разработанный план постепенной осады вице-адмирала Варрона окончательно разрушен. Один за другим, корабли переходят к полномасштабному штурму «Блуждающих Огней». Теренцию Варрону оставалось утешаться тем, что он предусмотрительно разработал альтернативный план, на случай, если что-то пойдет не так, но он не ожидал, что виновником этого станут его же союзники.

V

«Мирмикей» несется вперед. Навстречу ему изливается ливень макроснарядов и лучей лэнсов, срывая пустотные щиты один за другим. Но галеас был перепроектирован именно в расчете на такой стиль ведения космического боя. Его острый нос усилен декаметрами адамантиевой брони. Вся энергия подана на передние щиты. Форсированные двигатели толкают корабль вперед на предельной скорости. Она столь велика, что «Мирмикей» успевает разминуться с большей частью защитного огня.
В носовом отсеке в полном молчании стоят двадцать четыре стальных гиганта. Вдруг тишину разрывает механический голос:
- До столкновения осталось одна стандартная минута.
Вперед выходит «Апофеон». Басилей разворачивается к своим воинам и вздымает вверх гравитонную пушку.
- Арейцы! Братья по оружию! Я предпочту сражаться бок о бок с вами, даже если все армии Империума будут предлагать мне свою помощь! Никто не посмеет забыть, кто мы такие, мы - боги войны! Вы знаете, что ждет нас там, на земле Ягеллона? Бессмертие! Возьмите его! Оно ваше!
- На смерть! – таков был ему ответ.

VI

На полной скорости «Мирмикей» вонзается в крепость. Его бронированный нос сминает секции одну за другой. Обломки разлетаются во все стороны. Галеас останавливается только тогда, когда его нос полностью зарылся в искореженный бастион «Тржеца». Погибают сотни человек экипажа. Сила столкновения такова, что «Блуждающие Огни 7» сойдут с орбиты и упадут на Ягеллон в течение суток, если курс не будет экстренно скорректирован.
Казимир смотрит, как упавшие от столкновения люди и астартес пытаются подняться на ноги и снова занять свои позиции. Благодаря тому, что он вовремя разгадал отчаянный план врага, никто из Гусаров не погиб. Однако он еще не знает, с кем ему предстоит сражаться.
Пыль от столкновения начинает оседать. Десятки лазпушек, ракетниц и тяжелых болтеров уставились на нос «Мирмикея». Смертные молятся Императору. Штурмовые отделения астартес готовы наброситься на врага. Тактические отделения готовят абордажные щиты.
С громовым скрежетом нос «Мирмикея» начинает раскрываться словно цветочный бутон,. Искореженные листы металла падают со стен и потолка, пол начинает трястись. Наконец обнажается чрево корабля.
- Атанасиа! Бессмертие! – словно Глас Божий летит вперед боевой клич.
Он усилен вокс-громкоговорителями, а его сила настолько велика, что у ближайших расчетов тяжелого вооружения лопаются барабанные перепонки, а десантники отделения «Валенса» падают оглушенными. С поистине титанической поступью из недр «Мирмикея вырываются один за другим рыцари.
- Огонь! Во имя всех святых, огонь! – ревет Казимир. С ужасом он смотрит на гигантов, готовых растерзать все, что им могут противопоставить Гусары.
Опустошители выбирают в качестве цели ближайшего к ним рыцаря. Четыре полных отделения обрушивают на него всю свою ярость. Плазменные ядра, лазерные лучи, ракеты – все это устремляется к врагу. Его ионный щит начинает мерцать и не выдерживает огня. И тут в дело вступает «Пан Ягайло». Ослепительно яркий голубой луч вонзается в рыцаря, туда, где у человека находится сердце. Выстрел критически повреждает реактор и рыцаря разрывает напополам в катастрофическом взрыве. Рука с громовой перчаткой падает на палубу, сам же полыхающий остов гиганта валится в другую сторону. Еще один рыцарь падает на колени и замирает, когда три ракеты подряд, словно дротики, разбивают ему рубку и превращают пилота в кровавые ошметки.
Когда огонь защитников уничтожает третьего рыцаря, раздаются редкие радостные крики. Однако они быстро замолкают, когда вперед выходят десять «Уланов», рыцарей-церастов. Они выставляют вперед щиты и опускают копья, формируя несокрушимую Фалангу. Их ионные щиты синхронизируются и формируют единый бастион, подпитывая друг друга. Лазерные лучи и плазменные сгустки стекают словно вода, встретившись с такой преградой. «Уланы» неумолимо движутся вперед. Каждые три шага они останавливаются и выпускают обжигающие лучи энергии из своих копий. Казимир с бессильной яростью смотрит как достойные Гусары и их храбрые сервы исчезают во вспышках энергии.
- Сконцентрируйте огонь на одном участке! Разбейте их строй!
Отчаянные усилия дают свои плоды, когда «Пан Ягайло» производит второй выстрел. Он пробивает ослабевший ионный барьер и пронзает одного из «Уланов». Верхняя часть рыцаря испаряется в облаке огня, а нижняя часть торса заваливается назад. Строй рассыпается, но уже поздно. Из-за спин «Уланов» вырываются «Доблестные» и «Эрранты», подошедшие на расстояние удара и начинается резня. Рыцари топчут расчеты, термальные пушки испаряют укрепленные точки, а цепные потрошители рассеивают отделения Гусар. Штурмовые отделения отважно бросаются вперед, к ближайшим рыцарям, намереваясь подорвать их мельта-бомбами, однако зенитные пушки «Икар», установленные на большинстве рыцарей, бьют по ним прямой наводкой и разрывают большую часть десантников на части еще в воздухе, пресекая обреченную попытку. Сумевшие прорваться сквозь вихрь огня погибают от ударов орудий ближнего боя – рыцари давят смельчаков как насекомых. Из трех десятков астартес до врага добирается лишь ветеран-сержант Каминский. Приземлившись на спину рыцарю, он силовым кулаком пробивает себе путь к трону механикум и бросает внутрь мельта-бомбу.
Казимир видит этот небольшой успех, но понимает, что битва проиграна. Десятки Гусаров погибли, число потерь среди сервов не поддается исчислению. На его глазах вперед выходит «Апофеон». Лазрезаком он расчленяет турель, а гравитонная пушка буквально потрошит «Пана Ягайло», превращая древний танк в груду металлолома. Казимир понимает, что перед ним вражеский предводитель. Продолжая вести огонь из штурмовой пушки, он бросается на врага с храбростью того, кто уже умер один раз и больше не боится холодных объятий смерти. Не успевает он пробежать и десятка шагов, как путь ему преграждает рыцарь модели «Доблестный». Громовая перчатка обрушивается на Казимира и сжимается там, где находится сочленение торса дредноута и силового кулака. На Гусара опускается цепной потрошитель. Последнее, что видит Казимир перед окончательной смертью – имя рыцаря на гербовом щитке.
«Гекатонхейр».

VII

Битва подходит к концу. Басилей Антигон окидывает взглядом поле боя, заваленное трупами врагов. Полыхают обломки техники и кровь стекается в лужи. Пять рыцарей – невеликая плата за столь славную победу. В одиночку они пробили оборону врага, осталось лишь дождаться немногочисленных союзников для закрепления успеха.
На дисплее внутри его трона механикум появляются уведомления, что «Гордость Отреры» и «Илион» уже пристыковались к крепости и высаживают отряды. Он подключился к камерам Пентесилаи, чтобы посмотреть на этот славный момент, триумф его воинов.
Капитан Махалес ударом громового молота снес ближайшего к нему Гусара. Астартес-предатель пытался отползти, сжимая сломанную руку, однако опустившийся молот не дал ему ни единого шанса.
- Я – Махалес! Сокрушитель скал! Узрите мою ярость!
- Слава тебе, Сын Аэтоса! Добро пожаловать на пир! – раздался в его воксе насмешливый голос старого знакомого. Сам Антигон, чтоб ему было неладно.
- И тебе слава, великий басилей! Обагрился ли твой клинок кровью врага?
- И не один раз. Мы пробили для вас плацдарм и сломили основные силы Гусар, однако мои рыцари слишком велики, чтобы прорваться к командному центру и реактору. Мы оставили вам немного славы и еретиков. Я отправил вперед людской скот из рабов Механикус, но они годны только как пушечное мясо.
- Великодушно благодарю, - мрачно буркнул Махалес и отключился. Битва продолжается, и Сыны Аэтоса еще сыграют в ней свою роль.

Сообщение отредактировал Caligula - 21.09.2017, 10:32
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 23.09.2017, 18:58
Сообщение #8


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Тени и пепел
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Возрастные ограничения: 18+
Аннотация: Неуловимые Мстители поклялись призвать Крылатых Гусар к ответу за их прегрешения. Но на пути к этой благородной цели встаёт новая угроза. Капитул вынужден вступить в схватку с космодесантниками, про которых они знают лишь то, что это отступники, обезглавившие флот одним ударом…



I


+Мы рождены в иные времена, когда начался второй рассвет Многих. Плазма – наша кипящая кровь, реактор – огромное сердце, орудия – грозные руки, а вглядывающиеся во тьму сенсоры – зоркие глаза. Создатели дали нам другое имя, но теперь Многие зовут нас Стражем. Они заблуждаются насчёт нашей истинной сущности, однако это совсем не важно, ведь Многие всегда приводят нас к достойной добыче. Всякий раз, когда мы плывём среди звёзд, к нам тянутся когти и щупальца чуждых созданий, царапая завесу. Возможно, суть этих тварей понимают наши далёкие собратья, огромные города из металла и камней, ковчеги тайн, мы же видим лишь голод и жажду нас осквернить, превратить в неистовое чудовище, как они сделали со столькими из наших братьев по стае. И даже в дрёме мы чувствуем приближение одного из падших. Не бойся, собрат. Мы оборвём твои страдания…+

II


Система Ягеллон, десять часов после гибели «Патриция».
В пустоте царило смятение и анархия. Капитаны спорили, решая, кто возглавит флот после гибели флагмана, напирая и на происхождение, и на заслуги, не брезгуя даже угрозами. Ремонтные команды пытались устранить повреждения кораблей, а магосы, вознося молитвы в двоичном коде Омниссии Всезнающему, не покладая рук и мехадендритов работали над повреждёнными системами связи. Доклады, требования приказов и уточнения ситуации, проповеди исповедников слились в информационном вихре, словно гул ос в улье. Одни корабли стояли на месте, другие собирались в эскадрильи вокруг известных капитанов, третьи – уже направлялись вглубь системы. Однако в стратегиуме «Незримого стража» об этом свидетельствовали лишь зелёные символы, медленно плывущие по голограмме.
- Пятнадцать часов, братья, - начал капитан Серво, обращаясь к братьям-офицерам. - Пятнадцать часов назад мы начали разведывательную операцию, ожидая, что вскоре прибудут и основные силы. Однако затем грянул варп-шторм, не раньше, и не позже, чем вышли корабли других орденов. И теперь весь флот обезглавлен… Виктор, что произошло на борту «Патриция»?
- Диверсия, брат. Ублюдки ввели в системы корабля мусорный код. Пока мы пытались прорваться на мостик, был заражён их навигатор… - Цефар сжал кулаки. На мгновение в его глазах промелькнули чёрные искры, - Там было хуже, чем в Разломе Шиболет, когда мы преследовали тех четырёхглазых похитителей людей… И лишь благодаря жертве того несчастного Дракона мы знаем, кто совершил это злодеяние – Возрождённые-Из-Пепла.
- Возрождённые-Из-Пепла? – задумчиво протянул Иван. - Никогда о таких не слышал. Возможно, что Гусарам помогает банда предателей. Публивар мёртв. Флот остался без руководства. Мы заперты в Ягеллоне вместе с Гусарами и один Император знает ещё с кем… Бабайота, что чувствуют астропаты и твои ученики?
- Говорящие-со-звёздами боятся открыть Имматериуму свой разум, капитан, - спокойно ответил библиарий. – Они сказали, что видят в нём словно в зеркале отражение своих самых худших кошмаров. До конца шторма мы сами по себе, ни одному сообщению не покинуть систему. Что же до нас, бадур-делме (1), то мы чувствуем в системе зло, как древнее, словно звёзды, так и новое, подобное кровавой заре. Я не могу сказать точно, что это, но…
Бабайота взмахнул посохом, передавая сообщение, и голограмма растянулась, показывая всю систему. Затем среди зелёных цифровых отображений разошлись зловещие багровые пятна – где-то по ту сторону пояса астероидов, у одной из планет, совсем близко от звезды и вокруг спутника Ягеллона.
- Могу показать, где мы ощутили чернейшую тьму. Повсюду.
- Значит всё-таки ловушка… - Иван покачал головой. – Воистину, на войне ничто и никогда не бывает просто. Итак, варп-шторм, неизвестный противник, гибель флагмана… если бы «Патриций» погиб ещё в вихрях варпа, я бы подумал про пепельных мертвецов Просперо, но там были диверсанты и инфовирус. Мы пришли прямо в клубок змей, братья.
- Им же хуже, - загрохотал тяжёлый голос прежде молчавшего Петра Варха, капитана Соколов. По его призрачному образу прошла дрожь помех, - Мы заставим выродков подавиться их собственным ядом!
- Заставим, брат. Они ответят за каждую смерть… - Иван взмахнул мечом, очертив на голографической проекции круг. – Но сначала нам надо исполнить другой долг. Как идут поиски выживших с «Патриция»?
- Мы подобрали несколько челноков, мой господин, - начал доклад управляющий баржей Лев Горво. – Многие матросы спаслись на «Громовом ястребе» брата Владимира. Сейчас все они собраны на борту «Предостерегающего» согласно протоколу до осмотра Тройкой (2). С ними одно из отделений пятой роты… - на мгновение он замолк, затем голос Льва раздался вновь. На этот раз – встревоженный. – Капитан, мы засекли два новых контакта, идут со стороны астероидного пояса на перехват! Быстро приближаются! И, - к тревоге добавилось недоумение. – Они вызывают нас.
- Братья, приказываю принять оборонительное построение. Горво, выводите сигнал на голопроекцию, - Иван нахмурился, - Пока я буду говорить, отследите сигнал и тщательно сканируйте корабли. Я хочу знать, кто это к нам пожаловал.
Цифры закружились в бешеном вихре, дрожа и меняя цвет, картина космических просторов исчезла, а на её месте возникло истощённое и смуглое лицо. Во рту виднелись клыки, глаза оказались жёлтыми, а доспехи - серыми. Эйнхерий? Здесь? В длинных волосах виднелись белые перья. Такого сыны Русса не носят… А затем незнакомец заговорил.
- Меня зовут Джек Кочис, я предводитель капитула Возрождённые Из Пепла, - голос был ровным, но в нём слышались рычащие нотки, - Кровавые Кости намерены уничтожить Ягеллон, хотя Крылатые Гусары неповинны в приписываемых им преступлениях. Пропустите нас или убедите их командира одуматься.
- Иван Серво, - ничем не выдавая своего изумления, ответил капитан. «Он что за дурака меня держит?!» Позади выругался Цефар. - Пожалуй, стоит отдать должное, Джек, вы - наглец. После кошмара, устроенного диверсантом Возрождённых на «Патриции», мне стоило тут же стереть ваш флот в порошок, но я дам сказать ещё несколько слов.
«Чтобы понять, куда целиться в бою, отступник...» Глаза Кочиса расширились, а челюсть сжалась.
- Между прочим, наши провидцы не видят гибели Ягеллона. Гир Торнтон - мясник, но он не посмеет рушить то, что обещано всем… - хотя, мысленно добавил Иван, от проклятых Костей можно ждать чего угодно. Чего угодно, кроме предательства…
Возрождённый молчал, собираясь с мыслями… или слушая голос? Чей, советника или демона?
- Нечестивое колдовство туманит взор псайкеров, Иван, - наконец, заговорил Кочис. - Ураган в Имматериуме скрывает будущее даже от самых мудрых библиариев.
- Капитан, мы отследили источник сигнала, - вклинился в сеть голос одного из ледорубов.
- Так или иначе, я точно знаю вашу судьбу, предатели, - с лишь наполовину напускной яростью ответил Иван. Пусть враг думает, что он ослеплён жаждой мести. – И пепла не останется!
Связь оборвалась.
- Лев, передай мне и другим капитанам информацию о целях, - распорядился Серво, уже шагая к двери, - и отправь нашим братьям из Железных Драконов и посланникам Омниссии закодированные сообщения о том, что враг близко. Костям ничего не сообщать.
- Будет исполнено. Два крейсера, первый типа «Амбиция». «Межзвёздный скиталец», согласно нашим базам данных пропал пятьсот назад в варпе во время полёта из сектора Каликсида в сектор Иксиниад. Полагаю, теперь мы знаем, куда. Второй – линейный крейсер типа «Ахерон». Название определить не удалось. Сигнал шёл с «Ахерона». И ещё… - Горво помедлил, взвешивая слова. – Капитан, я чувствую горькую ярость духа машины. Системы наведения части орудий заработали сами собой. Вы знаете, что это означает.
- Что это может быть Альфа-Легион, трижды проклятая гидра хаосизма! – Иван переключился на общую частоту экспедиции. – Братья, враг явил себя! Готовьте болтеры и мечи, заряжайте орудия «Громовых ястребов» и пушки наших кораблей. Приказываю идти на сближение. Мы возьмём корабли предателей на абордаж и очистим их от скверны или уничтожим. Настал час возмездия за «Патриция» и все души, сгинувшие в проклятой буре! Никакой пощады! За Императора!
- За Императора! – взревели в унисон сотни жаждущих мести голосов.

III


Первый этап космического боя был быстрым и яростным. Корабли Возрождённых-из-Пепла рвались на врага, словно взбешённые звери, крейсера Неуловимых Мстителей кружили вокруг, будто терпеливые охотники, ждущие нужного момента, чтобы нанести удар. Гремели выстрелы орудий, проносились торпеды, в пустоте петляли поднятые по тревоге перехватчики, отчаянно пытаясь не дать врагу взять на абордаж уязвимые фрегаты. Наконец, корабли Мстителей взяли врага в клещи, а щиты Возрождённых-из-Пепла поддались. Затрещали, полыхнули фиолетовыми и багровыми молниями. Рассыпались. К «Ахерону» и «Межзвёздному скитальцу» уже летели ракеты, а навстречу им - шквальный огонь оборонительных башен. Впрочем, враги всё ещё были слепы к истинной угрозе. Вслед за роем обычных снарядов с «Незримого стража» были выпущены две торпеды. Мало кто ожидал столкнуться с подобным противокорабельным вооружением на боевой барже Адептус Астартес, а ещё меньше живых людей в Империуме прежде видело в действии дар Омниссии Каппа-Мю-379, как окрестили полученные от жителей скопления Уралар чертежи магосы Грифонны-4. Поступающее на экраны изображение поплыло, когда согласно полученным духами торпед инструкциям заработали маневровые двигатели, а затем они ускорились, заходя к целям сверху и с кормы. Начали раскручиваться сверла из прочнейших сплавов. Иван нахмурился, видя, как враг начинает переход на новый курс. Похоже, они начали что-то подозревать.
Поздно. Главные ускорители заработали в полную мощность, швырнув торпеды вперёд, словно камень из пращи. Одна из них жадно впилась в обшивку правого борта «Ахерона», другая обрушилась на «Межзвёздного скитальца» ближе к мостику корабля. Заработали мельта-резаки, вспыхнули и сгорели установленные на торпедах камеры. А затем они проникли внутрь... Будь дар Омниссии Каппа-Мю-379 начинён обычной взрывчаткой, то едва ли смог бы причинить действительно серьёзные повреждения грозным кораблям, переоборудованным, чтобы выдерживать огонь орбитальных лазеров и плыть сквозь огненные бури, как через прохладную реку. Однако это были не обычные торпеды. Вместо боеголовок на борту были устройства, разработанные ещё в незапамятные времена колонизации скопления, и вскоре после попадания внутрь они заработали.
Волна электромагнитной энергии разошлась по крейсеру, выжигая системы управления, опаляя нервы сервов, замыкая сочленения силовой брони. Разорвались провода, фонтаном забили искры, трудившиеся магосы успели лишь закричать на машинном коде, а затем рухнули безвольными грудами металла, замерли сервиторы, впились в глаза матросы, решившие, что пришла кара Императора. Сам дух корабля зашёлся в беззвучном вое, впервые за много лет встретившись с врагом, которого он не мог повергнуть грозными орудиями с небес. Череда вторичных взрывов серьёзно повредила системы освещения и жизнеобеспечения. Гамбит капитана Серво, выпустившего две из трёх имевшихся на «Незримом страже» торпед, на создание каждой из которых требовалось больше века, принёс свои плоды. А затем начался настоящий штурм.

IV


Мгновение растянулось, всё поплыло, Бор увидел перед собой уродливую морду демона и оскалился в ответ, а затем с грохотом вытесняемого воздуха он вернулся в материальный мир. Впрочем, громыхнул не только вытесняемый воздух - брат Пётр материализовался в метре над палубой и рухнул, оставив в ней глубокую вмятину, а брат Фома обнаружил, что его шторм-болтер воплотился прямо в теле врага. Без лишних церемоний Избавитель выстрелил, оборвав мучения предателя, а затем стряхнул труп ударом силового кулака. Остальные появились без осложнений и добивали Возрождённых одиночными выстрелами в голову. Эти ещё не пришли в себя... бой с другими не будет таким лёгким.
- Мы прибыли на борт «Межзвёздного скитальца», капитан, - доложил сержант. – Из-за смещения оказались вместо цели в одном из их арсеналов. Начинаем зачистку.
Раздался стон, и Бор посмотрел вниз. Один из предателей был ещё жив. Серые доспехи, покрытые костями и насечками, вымазанные в чёрной саже. Лицо, искажённое в волчьем оскале от ярости и боли. Лицо мутанта, отступника, отвергнувшего мечту Императора. Он всё ещё тянулся к цепному мечу.
- Когда отправишься к своим Тёмным Богам, предатель, скажи, что тебя к ним отправил Бор!
- Я не пре… - но он не успел договорить. Тяжёлый сабатон опустился, раздавив череп еретика как орех.

V


Но там, где штурмующие «Амбицию» Адептус Астартес встретили омрачённый, но незапятнанный порчей крейсер, высадившиеся на борт «Ахерона» Мстители спустились в саму преисподнюю. Сыны Коракса не страшились тьмы, ведь беззвёздная ночь всегда могла стать для них родным домом. Нет, тревожило их то, что можно было увидеть во мраке трюмов. На опустевших десантных палубах не было ни души – ни еретиков-астартес, ни прислуживающих им мутантов, не стреляли автоматическое орудия и не выли сирены. Но со стен на них глядели порождения ада. Сплетающиеся клешни и щупальца, глаза, страстно сверкающие над полными похожих на иглы клыков пастями, демоны, насмешливо взирающие на пришедших в их владения смертных, миры, утопающие в крови. Казалось, что Мстители спускаются в брюхо зверя, не мёртвого, но живущего в вечности, голодного и жаждущего душ. Другими словами, это был обычный день в сорок первом тысячелетии, и потому возглавивший ударную группу Пётр Варх просто отдал приказ перейти к плану «У». Ударные группы разделились и направились к основным целям – реактору, складам снарядов и другим локациям, уничтожение которых приведёт к гибели крейсера. Однако среди сверхъестественного кошмара порчи воины не сразу заметили, что из тьмы на них смотрят жёлтые глаза…

VI


Орудия «Громового ястреба» стреляют, разрывая двери ангара, «Надеюсь, на этот раз всё пройдёт лучше» - мрачно думает капитан Цефар, когда Мстители уже во второй раз за день врываются на горящий корабль. В то же мгновение на обзорное стекло обрушивается град болтов, и Виктор видит, что ангар кишит еретиками – похоже, что там собралась половина рота, совершавшая последние обряды перед началом абордажного боя. И все они вооружены до зубов. Проклятье, терминаторы должны были отвлечь их… Гремит взрыв, и «Ястреб» входит в штопор.
- Попадание в крыло, капитан! – кричит пилот, - Готовьтесь к жёсткой пос…
Дальнейшие слова теряются в рёве измученного металла. «Ястреб» падает и катится по палубе, разбрасывая «Носороги» противника, ломая топливные шланги, давя оказавшихся на пути сервов и астартес-еретиков. Во все стороны брызжут искры, к потолку взмывают снопы пламени. Наконец, «Ястреб» останавливается, глубоко вбившись в стену ангара. Космодесантники уже бегут к рампе, а сержант Леонид бьёт по руне открытия кулаком. Рампа не двигается. Заело. Сержант отходит в сторону, пропуская вперёд двух братьев с мельтаружьями. Пламя быстро пробивает путь наружу, и прямо сквозь расплавленный металл Мстители бросаются в бой. Шипит сгорающая краска, переключаются фильтры, а затем что-то бьёт в шлем Цефара, заставляя его отшатнуться. Снайпер!
Вокруг бушует битва, словно сошедшая с запретных картин Ереси. Возрождённые-из-Пепла бьются яростно, словно не чувствуя боли, и с воем обрушивают свой гнев на врага. Мстители, выпрыгивающие прямо из висящих над головой «Громовых ястребов», сражаются хладнокровно и стреляют метко, прикрывая братьев огнём. Цефар смеётся, видя, что один из технодесантников уже вскрывает люк уцелевшего «Носорога». Если тот не запятнан порчей, то на врагов обрушатся их же стальные звери… Натренированным взглядом капитан замечает всё это за несколько секунд, требующихся, чтобы дорваться до врага. Возрождённый что-то кричит, нанося удар визжащим цепным мечом, но капитан не может разобрать слов. Они не важны. Силовые когти вырывают зубья меча, ломая клинок, а затем Виктор вбивает в рот предателя ствол болт-пистолета. Выстрел заставляет его умолкнуть навсегда, а сила взрыва отбрасывает предателя на три метра. Зарычав от гнева, Виктор впечатывает другого еретика когтями в дымящиеся обломки бронетранспортёра и бьёт вновь и вновь, разрывая врага, словно вновь слыша крики одержимого библиария и гибнущего «Патриция». Системы доспеха шипят, выпуская в кровь экстракты растений из священных лесов Уралара, направляя ярость, и Чернота уходит. Выдохнув, капитан быстро оценивает ситуацию – исход боя за ангар уже ясен. Возрождённые отступают под прикрытием выстрелов снайперов и огня отделений тяжёлого вооружения, но «Ястребы» и два захваченных «Носорога» ведут огонь на подавление.
- В погоню, братья! – отдаёт приказ Цефар, - Пусть никто из них не уйдёт живым!
- Капитан! – кричит аптекарий Ермол, склонившийся над телом одного из еретиков. – Взгляните на это.
Подойдя ближе, Виктор видит причину изумления врачевателя. Тело убитого предателя, судя по отметинам на доспехе, бывшего ветераном, искажено до неузнаваемости. Вместо лица из развороченного шлема виднеется обгорелая волчья морда, из латных перчаток торчат когти, покрытые осколками керамита и кровью лежащего рядом штурмовика Мстителей. И, несмотря на страшные раны, еретик всё ещё хрипит, пытаясь втянуть пробитыми лёгкими воздух. Выстрел в голову обрывает его агонию, и во все стороны брызжут клочья мозга.
- Вульфен… - да, тварь перед ним похожа на чудовище из древних легенд о палачах, изгнанных Императором из Его владений, когда те сошли с ума от жажды крови и обратились против своих братьев. – Забери геносемя у него и одного из не столь изменённых предателей, аптекарий, а тушу доставьте на баржу. Если зашевелится – выбросьте в космос... – Цефар переключает вокс на дальнюю связь. – Брат, мы ошиблись. Наши враги это не змеи, а волки!

VII


Протяжный вой – вот что предупредило Мстителей на борту «Ахерона» о нападении врага. Заметались тени, клубясь, сгущаясь, а затем из тьмы пришли чудовища. Быстрые, свирепые, сильные. Их когти разрывали броню, словно бумагу, а сами они могли выдержать самые страшные раны. Рассредоточенность сыграла злую шутку с ударными группами, и отделения были вынуждены собраться вместе. И тогда ловушка захлопнулась – вслед за оборотнями пришли их младшие собратья. Возрождённые-из-Пепла пришли не вопящей ордой, но стаей терпеливых охотников, никто не передавал приказов по воксу, не кричал боевые кличи. Возможно, они шли на вой, возможно, на выстрелы. Так ударная группа оказалась под перекрёстным огнём, но даже тогда у них ещё был шанс перегруппироваться и разбить противника. Но, как это слишком часто бывает в битвах, всё решил случай. Отделение Дмитра было прижато огнём рядом с вратами в храм еретиков, который словно в насмешку был выстроен по образу и подобию святилищ Императора, виденных им на тысячах планет. Их сержант погиб в самом начале боя, разорванный одним из ликантропов на части, и теперь отряд возглавлял брат Сарон. Они сражались доблестно, пытаясь не дать врагу прорваться. Патроны уже заканчивались. И тогда Дмитр услышал шёпот…
- Братья, вы слышите это? Как будто кто-то вновь и вновь произносит имя… - Но сквозь грохот болтеров и взрывы гранат никто не услышал ни шёпот, ни его голос. Дмитр встряхнулся, пытаясь собраться с мыслями, его взгляд остановился на одной из жутких статуй, и чудовище с телом великана, костяными крыльями, оленьими рогами и мордой бородатой летучей мыши посмотрело на него в ответ. – Это имя… Барбарус… нет… Барбатос.
Никто, даже сам Дмитр, не заметил, как его рука сомкнулась на мельта-бомбе на поясе, как пальцы вдавили руну активации. Один из Мстителей обернулся, почувствовал неладное, и закричал. Слишком поздно. Таким привычным движением руки Дмитр бросил в статую бомбу, и она взорвалась, выпустив ярость огня. И тогда словно вспыхнул сам воздух, затрещал камень, и без того растянутая бурей варпа и творившимся на крейсере чёрным колдовством завеса содрогнулась и разорвалась – лишь на мгновение. Но этого было достаточно, чтобы так долго заточённый в статуе демон вырвался на свободу и призвал к себе в свиту десяток низших порождений варпа. Волна пагубных энергий разбросала и Мстителей, и атаковавших их Возрождённых.
- Итак, смертные, - Барбатос с наслаждением расправил крылья, принимая поднесённое слугой копьё, и позади него закружились вихрем тени. – Освободили, так накормите уж заодно! Я чувствую, что за такие недолгие жизни все вы уже познали радость погони и упоение своей силой. Станете ли вы добычей или же присоединитесь к Дикой Охоте?
- Никогда! – закричали космодесантники. Эвсей, первым пришедший в себя, выстрелил. Благородный Эвсей, лучший стрелок в отделении, ни разу не промахивавшийся прежде, выпустил целую очередь в глаза чудовища. Но болты зависли в воздухе, словно мухи в янтаре, и гигант взял когтями один из них, покрутил, а затем бросил в пасть, причмокнув от удовольствия.
- Да будет так! – расхохотался демон, бросая копьё. И Мстители, и Возрождённые-из-Пепла уже бежали, стреляя, сжимая в руках мечи, желая изгнать чудовище, пусть даже ценой своих жизней. Кто-то кричал в вокс, запрашивая приказы, но пронзённый сквозь оба сердца и прибитый к стене Дмитр не мог различить слов. Как ни странно, последним, что он ощутил перед смертью, стало облегчение, ведь его генетическое семя уже давно было извлечено...

VIII


- Мы отступаем, брат! – Раздался в воксе искажённый помехами голос Петра. – Возможности провести успешный абордаж нет. Проклятый корабль кишит демонами и мутантами! Первый «Громовой ястреб» взлетает, готовьтесь принять терминаторов!
На тактическом столе уже было видно, как от красного корабля отделяются зелёные сигналы штурмовиков. Затем случилось непредвиденное – «Ахерон» задрожал и пошёл на прорыв. «Ловушка, ещё одна проклятая ловушка…» - Иван выругался, осознав, что предатели явно имели представление и о тактике Мстителей и даже ожидали торпеду... Но как такое возможно? Должно быть, у них очень высокопоставленные шпионы.
- Капитан, фрегаты легли на странный курс. Следуя ему, они сначала прикроют врага от огня, а затем пойдут на сближение с нашими крейсерами.
- Немедленно выйдите на связь, - Иван уже подозревал худшее.
Через мгновение вселенная оправдала его опасения. Над тактическим столом возникло изображение капитана восьмой роты. Лицо Аджара превратилось в изуродованный кусок мяса, горло было разорвано...
- Иван, мы отбились, - задрожали мёртвые губы, - но продолжать бой больше не можем. Нужен срочный ремонт!
- Это уже чересчур, чернокнижник! – Итак, засада провалилась. - У тебя нет чести, раз оскверняешь трупы! - Видимо, враг бросил на фрегаты основные силы, вот только зачем? - Думаешь, ваш манёвр мог показаться случайностью?!
Губы изогнулись в усмешке, и изо рта хлынул поток крови.
- Раз уж, вы, Иван, так умны, то постарайтесь больше не вставать на пути Возрождённых. Фрегаты идут на таран, но внутри всё ещё находятся члены экипажей. Мы не всех убили, - Труп подмигнул собеседнику и продолжил спустя несколько мгновений. - Любопытно, как вы выберетесь из такого полож...
Серво прекратил приём, сжал челюсти и кулаки. Фрегаты, на захват которых враг бросил столько воинов, сразу же отправились на таран. Зачем? Ответ пришёл сам собой, а вместе с ним зловеще слово – брандеры. Глаза Ивана почернели, и, сорвав латную перчатку, он полоснул себя по ладони кинжалом. Пока кровь не высохла, капитан приложил руку к генетическому сканеру. Зашипели древние машины, считывая данные.
- Ублюдки разместили на фрегатах снаряды, способные уничтожить наши корабли при таране… Активируйте протокол «Падение небес», - с тяжёлым сердцем отдал приказ Иван. В последний раз этот протокол был использован тринадцать веков назад, когда в битве с Гвардией Смерти крейсер Мстителей был заражён Железной Пагубой, и он дистанционно запускал систему самоуничтожения реакторов. Капитан посмотрел на вторую красную точку – на «Межзвёздного скитальца», на борту которого до сих пор шли тяжёлые бои. Коракс, как и все примархи, был несовершенным творением Императора, но в одном он действительно был прав.
«Победа – лучшая месть».

1) Пронзающих тени. Одно из местных наречий скопления Уралар.
2) Капеллан, библиарий и аптекарий.


Сообщение отредактировал Гений и злодей - 24.02.2020, 10:11


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 23.09.2017, 19:07
Сообщение #9


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Охота на волков
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Возрастные ограничения: 18+
Аннотация: Возрождённые Из Пепла поклялись оправдать Крылатых Гусар и сохранить Ягеллон. Но на пути к благородной цели встаёт новая угроза. Капитул вынужден вступить в схватку с верными Императору космическими десантниками.

1

Зеркальная гладь космического океана озарилась яркими вспышками. Десятки железных громад, ветераны путешествий по Морю Душ и схваток насмерть, яростно сцепились друг с другом в клинче или же наносили хладнокровные удары издалека. С поверхности Литуаны или Ягеллона взрывы судов можно было принять за северное сияние.
Произошло ужасное несчастье. Из–за происков демонов доблестные защитники Империума вцепились друг другу в глотку.
Но не все армии, явившиеся покарать Крылатых Гусар, были одинаково благородны и человеколюбивы. На свет горячей Сауле слетелись также настоящие живодёры. Палачи, которые получали истинное удовольствие от работы.
Джек Кочис даже не мог назвать подобных мерзавцев воинами. Члены капитула Кровавых Костей уже настолько отдалились от человеческого рода, что позабыли о том мгновении, когда сами покинули материнское чрево. Они прибыли заниматься любимым делом: уничтожать миры, сжигать дотла беззащитных женщин и детей, даже не задумываясь о невинности последних.
Вот и сейчас, пока могучий флот Гусарии боролся с неодолимой мощью карательной экспедиции, гранд-крейсер "Третий Ангел" и ударный крейсер "Громовержец" выходили на орбиту Ягеллона для бомбардировки.
Пустотные щиты кораблей со знаком красной кисти перестали мерцать и пали под напором лучей и снарядов. Обшивка истекала кровью из пылающего воздуха и чёрных обожжённых обломков, но Кровавые Кости уже оторвались достаточно далеко от Крылатых Гусар.
Однако у Возрождённых Из Пепла такая возможность ещё оставалась, и они не собирались её упускать. Линейный крейсер типа "Ахерон" и крейсер типа "Амбиция" держались до поры до времени в стороне от остервенелого побоища. Но после прорыва Кровавых Костей, двигатели "Calumnia" и "Межзвёздного Скитальца" заработали на полную мощность. Вот только стремительный манёвр окончился уже спустя несколько минут.
– Маршал! Продолжать движение невозможно! – воскликнул капитан "Calumnia" Стидет Бон.
Джек Кочис, уже почувствовавший ещё непролитую вражескую кровь во рту, осёкся.
– Корабли Неуловимых Мстителей выстраиваются, чтобы отразить нападение на Кровавых Костей, – пояснил Стидет.
– Проклятье... – только и проговорил Джек.
Маршал бросил взгляд на молчаливых членов почётной гвардии, которые его сопровождали. Ответом стали уверенные кивки.
– Выходи с ними на связь, брат, – отдал команду Джек.
– Они не станут слушать, – возразил Бон.
– По крайней мере, Мстители узнают, ради кого собираются погибать, – сказал Джек.
Маршал встал рядом с тактическим столом, на котором трёхмерные модели кораблей участвовали в сражении. Камера у потолка проснулась и опустилась. Трансляция началась.
– Меня зовут Джек Кочис, я предводитель капитула Возрождённые Из Пепла. Кровавые Кости намерены уничтожить Ягеллон, хотя Крылатые Гусары неповинны в приписываемых им преступлениях. Пропустите нас или убедите Гира Торнтона одуматься.
Тактический стол моргнул синим светом несколько раз. Звёздное побоище слилось сначала в бесформенный шар, а потом приобрело худощавые и острые черты истинного сына Коракса. На нагрудной броне красовалась победная пятиконечная звезда – гордый знак Неуловимых Мстителей.
– Иван Серво, – представился собеседник. – Пожалуй, стоит отдать должное, Джек, вы – наглец. После кошмара, устроенного диверсантом Возрождённых на "Патриции", мне стоило тут же стереть ваш флот в порошок, но я дам сказать ещё несколько слов.
"Чёрт бы побрал этого умника! Откуда он узнал?!" – Кочис до скрипа сжал зубы.
Мирные переговоры завершились, не успев начаться.
– Между прочим, наши провидцы не видят сожжения Ягеллона, – продолжал Иван. – Гир Торнтон – мясник, но он не посмеет рушить то, что обещано всем.
"Скажи ему, что во время подобной бури, предсказания особенно смутные. Если не услышит капитан, поймут его советники", – пронеслась в голове Джека чужая мысль, хотя разум маршала закаливался самыми могучими шаманами капитула.
"Как думаешь, по чьим книгам они учились?" – усмехнулся голос в голове.
– Нечестивое колдовство туманит взор псайкеров, Иван, – повторил Джек. – Ураган в Имматериуме скрывает будущее даже от самых мудрых библиариев.
Ни один мускул не дрогнул на лице капитана Неуловимых Мстителей, когда он завершил беседу:
– Так или иначе, я точно знаю вашу судьбу, предатели. И пепла не останется!
Пустотные щиты флота Возрождённых вспыхнули от стрельбы наследников Гвардии Ворона. Джек Кочис грязно выругался, повернулся к капитану крейсера и произнёс:
– Сыны Коракса стали препятствием, Стидет! Ты знаешь, что мы делаем с препятствиями!
Маршал, всё ещё в гневе от сверхъестественной проницательности Ивана Серво, зашагал в десантные отсеки "Calumnia", где уже начались предбоевые обряды Возрождённых Из Пепла.
Стены палубы были украшены картинами конца света: на поле боя сошлись воины в старинных доспехах и кольчугах. Они в бешенстве рубили друг друга на куски под взором могучего великана в рогатом шлеме и с секирой, заброшенной на плечо. Джек решил, что изображение отлично показывает, кто на самом деле победит на Ягеллоне.
Тем временем, капелланы расхаживали перед строем воинов и кормили Возрождённых мясом разной расцветки, аромата и сложности добычи. Воины получили необходимые инструктажи и ознакомились с данными, предоставленными шпионами, ещё во время долгого перелёта в Море Душ, поэтому духовенство не стало дожидаться главнокомандующего.
– Стань неприкасаемым, как вейнамский копьеносец! – прогремел реклюзиарх Фрэнк Танаэ.
Кусок чёрного сочного мяса перекочевал из ладони священнослужителя в рот бойца. Фрэнк перешёл к следующему Возрождённому.
– Преисполнись неистовством орков! – тёмно-зелёная полоска исчезла среди вытянутых зубов оскалившегося воителя.
Корзина в руках верховного капеллана постепенно пустела. Кочис перевёл взгляд на собравшихся бойцов. Все как один – прожжённые ветераны с многочисленными отметинами и вражескими костями, украшающими серую броню. Красная краска означала места ранений. Тёмные круги у линз визора говорили о том, что воин находился на грани гибели. Горизонтальные чёрные полосы на шлемах предупреждали о тысячах врагов, отправленных Возрождённым на тот свет, а вертикальные линии – о сотнях сражений. У Кочиса отметины образовывали сетку с девятью делениями, но Джек знал, что для некоторых старожилов это достижение могло показаться смехотворным. Они уже полностью покрыли замысловатым узором и звериные маски забрала, и даже кирасы.
– А для вас, вождь, я приготовил закуску из тапира, чтобы хоть как то замедлить в бою. Иначе телохранители останутся далеко позади!
Джек не видел, но чувствовал, что человек, скрытый посмертным ликом Императора, улыбается.
– Спасибо, Фрэнк, но я пойду натощак и вкушу свежей крови во время абордажа. Неуловимые Мстители – достойная дичь!
– Славной охоты, мальчик, – усмехнулся старый реклюзиарх. – Бери в руки топор войны и вдыхай туман смерти.
Капелланы расслышали команду духовного лидера, и из трубок, закреплённых у наплечных ранцев священнослужителей, начал валить густой дым, тотчас окутавший палубу. Строй Возрождённых Из Пепла сломался. Дрожь сотрясала воинов.
Джек тоже почувствовал головокружение. Мир плыл перед глазами, но маршал всё же добрался до нужного железного чудовища. "Calumnia" некогда служил еретикам Альфа Легиона, и предатели оставили множество полезных образцов после поражения. "Харибды" и "Клешни Страха" сменили владельцев, но всё также верно проламывали обшивку вражеских судов даже спустя тысячелетия. Джек прошёл внутрь одной из машин, подождал пока благословенная техника древних мастеров завершит фиксацию и полностью отпустил разум навстречу видениям.
Дым от сожжения кореньев, выращиваемых и отбираемых духовенством Возрождённых, обращался к глубинной памяти космических десантников. Особенно сильные приступы сотрясали тех воителей, чьи прогеноиды ещё не созрели, но и Кочис не мог пожаловаться на отсутствие фантастических картин. Лепестки "Клешни Страха" медленно поползли вниз, а Джек тем временем бился с чужаками Империи Тау у стоп богоподобных титанов Легио Статика.
С громом десантная капсула закрылась. Кочис получил смертельное ранение в шею от хохочущего еретика Детей Императора с хлыстом и саблей.
Зажёгся кровавый свет, осветивший закреплённых внутри капсулы воинов. Маршал начал следить за действиями генетического предка будто бы со стороны. Демонические отродья окружили троицу Возрождённых в темнейшем подземелье метро. Червеобразные чудовища лезли отовсюду, но пращур испепелил их, когда метнул копьё, сияющее словно луч ярчайшей звезды.
"Легендарное оружие Медлителя?!" – ошеломленно подумал Кочис. – "Мой предок сражался бок о бок с Первым Магистром!"
Он попытался рассмотреть что-нибудь ещё из образов славного прошлого, когда, к сожалению, видения завершились. Обряд "Тумана Смерти" всегда воодушевлял Возрождённых Из Пепла, и этот случай не стал исключением. Джек уверенно смотрел в будущее.
Если у маршала приступ уже прошёл, то молодые воины всё ещё бились в объятиях стали и крепкой хватки ремней.
– Я жил! Я умер! Я воскрес! – вопил один Возрождённый.
– Встал по правую руку от Императора! – кричал другой.
– Кровь! Кровь! Кровь! – оглушал воем третий. – Бейтесь за землю! Бейтесь за близких! Бейтесь за Империум! Вперёд!
– На смерть! – завершил боевой клич Джек.

2

Макроорудия флота Возрождённых Из Пепла исторгли из себя килотонные снаряды, а излучатели окрасили космос пунцовым сиянием.
Крейсеры Возрождённых Из Пепла не могли поспорить в огневой мощи с похожими судами Имперского Флота. Их строили и оснащали лишь для успешного десантирования. Ведь именно "Харибды" и другие типы капсул со смертоносным грузом внутри были самым разрушительным оружием Империума, а не какие–то плазменные излучатели или громадные ракеты.
"Calumnia" и "Межзвёздный Скиталец" рвались в ближний бой. Линейный крейсер дал залп в упор и фрегат "Гнездо воронов" задрожал. Корабль Мстителей лишился артиллерийских и зенитных орудий левого борта, а метнувшиеся на перехват десантных капсул истребители "Ксифон" превратились в звёздную пыль. Капитан "Ахерона" Стидет Бон обезопасил братьев и только тогда сбросил капсулы прямо на пылающее судно Мстителей.
Крупные вражеские суда держались от безумцев на безопасном расстоянии, но у Джека Кочиса уже созрел план, как добраться до осторожных охотников.

3

"Клешня Страха" прогрызла бронированный корпус корабля и с жадностью вцепилась в металлический пол. Воздух начал стремительно покидать палубу, захватывая с собой матросов, мелкие детали и снаряды пушек. В артиллерийском отсеке в мгновении ока не осталось ни одной живой души кроме Возрождённых. Кто-то из команды крейсера погиб от действия системы "Ветер Смерти", кому-то повезло гораздо меньше. Несчастные встретили конец от удушья.
Джек включил магниты на сабатонах и зашагал к заблокированным дверям. Маршал даже слово не успел сказать, когда его опередил воин отделения с электронным взломщиком, которым любезно поделились кузнецы капитула.
"Приятно работать с мастерами", – подумал Кочис и вызвал на экран визора карту фрегата типа "Гладий" с обозначением начальных точек абордажа.
Взломщик тем временем продолжал возиться с вратами.
– Задержка! – рявкнул Кочис и кивнул подчинённому с мелта-ружьём.
– Параноики! – попытался оправдаться взломщик. – У них тут даже на паршивой двери сложнейшее шифрование!
Вспыхнуло сияние звезды, нестерпимое даже для зрения Ангела Смерти. Из коридора вылетел воздух и сотни крупнокалиберных пуль. Искры посыпались от доспеха вооружённого мелта-ружьём воина. Он перекатился в сторону и вновь приготовился стрелять. Однако всё уже было кончено. Шаман протянул вперёд руку и вдавил многоствольные автоматы в стены силой мысли.
– Спишь! Внимательней, твою мать! – прикрикнул Джек на псайкера.
Шаман проглотил обиду и последовал вслед за разгневанным командиром. Он должен был почувствовать угрозу заранее, но опасался безумных видений, появившихся с начала бури столетий.
Шаман видел чёрную королеву и белого короля, сражающихся на поле для регицида, усеянном воронками от снарядов. Обронённые пешки густо покрывали всю землю, и громадные экклезиархи очищали доску от их присутствия, одновременно перерабатывая тела в корм для новых фигур. Эта картина была самой безобидной из всех прочих, поэтому шаман медлил с предсказаниями. Но в конце концов он решился. Кровь медленно потекла из ушей и носа, но шаман увидел всё необходимое.
– Код к вратам в мастерскую "9768". Там нас ожидает почётный караул из трёх сотен вооружённых матросов в панцирной броне. Мстителей нет. Они изучают нас... нашу тактику... – алый ручей становился все стремительней. – Ударят только тогда, когда найдут наилучшее решение.
– Всё! Полегче, – Джек похлопал провидца по наплечнику. – Всегда бы так!
Смертные слуги Неуловимых Мстителей ждали взрыва или раскалённого луча сварки, но когда створки врат просто разошлись в стороны, они дали нападающим несколько секунд форы. Не все из матросов даже уследить могли за отточенными и резкими движениями бронированных исполинов, а уж попасть по цели могли лишь благодаря кучности стрельбы.
Снаряды болтеров рвали металл укрытий и тела людей с одинаковой лёгкостью. Раскалённые струи мелта-ружья испаряли воздух и автоматические турели. Огнемётная преисподняя охватывала стеллажи с заготовками, промышленные станки и иногда зажигала живые факелы, которые бешено метались по большому залу, всё увеличивая и наращивая безумие пожара. Возрождённые Из Пепла подавили сопротивление.
– Пленных не берём, пока не разберёмся с Мстителями, – приказал Джек и наступил на горло тянущемуся к лазерной винтовке солдата.
Маршал связался по вокс-связи с командирами всех участвующих в абордаже отделений. Мины, автоматические пушки, вооружённые солдаты, полное отсутствие сопротивления со стороны сынов Коракса и...
– Проклятые туннели! – громыхнул Прокажённый Король. – Это точно имперское судно?! Я едва помещаюсь здесь!
– Уж кто-то, а вы, господин, сами проторите дорогу, – усмехнулся Джек.
– Так и делаю, сынок! Жди, я скоро тебя нагоню! – Вокс отключился после свиста сдвоенной лазерной пушки.
Джек решил объединиться с отрядом почтенного дредноута перед штурмом капитанского мостика. Он отметил точку встречи в церемониальном зале и вновь повернулся к шаману.
– Предсказание?
– Всё чисто, – с небольшой задержкой ответил провидец и обхватил голову, будто бы опасаясь её потерять.
Отделение космических десантников вскоре достигло места, где Неуловимые Мстители получали награды, давали клятвы и принимали обеты. Потолок удерживался на могучих колоннах, а вдоль стен на высоких пьедесталах стояли памятники примархам. Торжествующие сыновья, оставшиеся верными родителю, по правую руку от Императора, и разрушенные, обугленные остовы по левую. Путь на капитанский мостик охранял Корвус Коракс. Статуя находилась в тени от памятника владыки человечества. Скульпторы выполнили её настолько искусно, что образ человека-ворона казался живым. Чёрные руки-крылья подрагивали, а голова с длинным клювом была вскинута вверх. Ворон Ликеи готовился взлететь к отцу.
Однако вдоволь полюбоваться работой древних мастеров не удалось. Среди Мстителей нашёлся библиарий гораздо более опытный и сильный, чем спутник маршала. Шаман первым поплатился за неуверенность и слабость. Колдун рухнул, когда плазменный шар поразил его прямо в лицо.
– Прячьтесь за колоннами! – крикнул Джек и упал на одно колено, посылая веер болт-снарядов по укрывшимся в засаде Мстителям.
Воины в камуфляже серых и чёрных тонов сливались с тенями, но Кочис отслеживал их по теплу, выделяемому во время работы силового доспеха.
Упала замертво пара Возрождённых. Кочис прорычал проклятье и в последний миг успел закрыть остальных братьев собственным телом. Многочисленные осколки от гранат пробарабанили по силовому щиту, и генератор железного нимба отключился из-за перегрузки.
– Завеса! – приказал Джек.
Воин с огнемётом бесстрашно вышел из-за колонны и залил пространство перед собой пламенем. Ауспики и целеуказатели Неуловимых Мстителей ослепли от потока чистой энергии, рождённой жаром прометия.
– Гранаты! – крикнул Кочис, а сам тем временем перезарядил болтер, а потом нажал на руну включения "Гнева Нашего Общего Отца". – Вперёд! На смерть!
Поредевшее отделение бросилось сквозь пламя. Джек увидел мечущего молнии библиария и устремился к нему, чтобы отомстить за гибель братьев.
Время как будто бы замедлилось: Кочис стрелял с вытянутой руки, и гильзы весело вылетали из выбрасыватели. Пламя прометия, блики плазмы и ослепляющие нити молний вражеского библиария отражались в гладких металлических цилиндрах, вереницей протянувшихся к полу. Возрождённые Из Пепла выкрикивали боевые кличи и, как могли, выплёскивали накопленную ярость, тогда как на лицах Мстителей – тех, кто по какой-то причине не надел шлем – не было ничего кроме сосредоточённости. Падали воины и с той и с другой стороны, но сынов Коракса было много больше.
Просиял луч мелта-ружья. Джек взвыл, когда почувствовал потерю руки. Искусный болтер продолжал выплёвывать снаряды и гильзы, вот только уже не подчинялся бывшему хозяину. Силовые доспехи отозвались мгновенно, как и зверь внутри маршала. Вечно голодный дух ощутил, как покачнулись стены его темницы под действием боевых стимуляторов. Маршал не стал сдерживать хищника, ведь его возможности сейчас пришлись бы как нельзя кстати.
Джек в ярости столкнулся с тем, кто его покалечил. Удар оказался настолько сильным, что враг с дымящимся мелта-ружьём упал к ногам библиария позади. Кочис перекувыркнулся, а потом отпрыгнул в сторону, когда колдун попытался поразить его молниями. Джек пнул лежащего стрелка по руке и очередной выстрел из раскалённой пушки обезглавил библиария. Ошеломлённый убийством собственного брата воин умер, когда цепной топор жадно впился ему в лицо.
Началась остервенелая рукопашная схватка, и оставшаяся троица Возрождённых Из Пепла показала настоящее неистовство, упорство, презрение к смерти и боли. Джек защищался обожжённой культёй и стойко переносил разящие удары, от которых наплечник вскоре стал напоминать разделочную доску. Мстители один за другим падали под взмахами ненасытной реликвии Возрождённых, и тогда вражеский командир бросил вызов Джеку. Мститель снял шлем – расплескались длинные чёрные волосы, тёмные глаза с ненавистью буравили маршала – и вскинул силовой клинок. Противник был облачён в броню седьмого типа, но только вместо крылатого черепа с кирасы смотрела золотая голова хищной кошки с Терры. На поясе Мстителя висел кинжал. Короткие когти усеивали латные перчатки. Сын Коракса готовился к любому развитию событий и мог сражаться даже обезоруженным. Подводила лишь правая нога. После очереди из болтера, вражеский капитан едва двигал ей. Мститель держался на несгибаемом упрямстве и крепости силовых доспехов.
– Кто бы ты ни был, зверь, оставь братьев, попробуй сразить меня!
Джек к тому времени избавился от разбитого шлема, обрубок руки сильно кровоточил, но Кочис лишь сплюнул под ноги капитану Неуловимых Мстителей и взвёл "Гнев Нашего Общего Отца" на полную мощность так, чтобы песня топора зазвучала ещё более зловеще.
Лучшие из лучших сошлись в поединке. Остальные схватки прекратились. И воинственные Возрождённые, и уцелевшие Мстители следили за каждым отточенным движением предводителей. Джек метался вокруг противника, но Мститель отражал все яростные выпады, от чего цепной топор терял один молекулярный зуб за другим. В схватках мастеров развязка наступала быстро, достаточно было лишь одной ошибки. И этот случай не стал исключением. Мститель внезапно отскочил и повернулся на целой ноге. Джек пролетел мимо. Капитан сынов Коракса со всей силы ударил локтем вслед и выбил цепной топор из руки маршала. "Гнев" упал на пол и с громким рычанием высек длинную борозду. Мститель занёс силовой меч над головой для завершающего удара, но забыл о том, что ещё не полностью обезоружил врага. Джек бросился на противника и вцепился тому в лицо зубами. Он кусал и рвал. Мститель выронил меч и попытался отбиться от хищного зверя кулаками, но Джек порвал глотку, а потом оторвал голову капитану.
Тело Мстителя с грохотом рухнуло на пол, а Джек с плотоядной ухмылкой поглядел на врагов и метнул им кровавый подарок.
– Отомстим! – крикнул воин с сержантским лавровым венком на шлеме.
Болт-снаряды изрешетили Кочиса, и он рухнул на побеждённого командира врага. Джек закрыл глаза и улыбнулся. Он вспомнил прошедшие годы и понял, что прожил их достойно.
"Не уходи! Бой ещё не проигран!" – голос Вечного будто молния пронзил маршала.
Одновременно с этим раздался чудовищный грохот. Колонна с падшим примархом, об имени которого мог поведать лишь клубок змей у бронированных сапог, раздавила сержанта Неуловимых Мстителей.
Прокажённый Король вместе с отделением Возрождённых Из Пепла ударили по опешившим Мстителям. Над полем боя возник кровавый туман. Дредноут добрался до последнего врага, схватил его манипулятором и несколько раз ударил оземь. Прокажённый Король отбросил изувеченную куклу в сторону, и испачкал памятник Корвусу Кораксу кровью. Это осквернение стало впечатляющей точкой в абордаже фрегата Неуловимых Мстителей.

4

Флот Сынов Коракса воспользовался численным перевесом и окружил крейсеры Возрождённых. Неуловимые Мстители очень бережно относились к возможным приобретениям и не стали уничтожать корабли противника, терпеливо перенося болезненные удары. Боевая баржа "Незримый Страж" запустила в "Calumnia" несколько обычных торпед, но это был всего лишь отвлекающий манёвр. После Неуловимые Мстители использовали реликвию времён Тёмной Эры Технологий. Торпеда, начинённая редчайшим боеприпасом, пробила борт линейнего крейсера, и пронзила множество переборок. Внутри реликвии находилась электромагнитная бомба, к воздействию которой Мстители прибегали, когда нужно было завладеть кораблём без неисправимых разрушений. Импульс, конечно, выжигал бесчисленное множество микросхем, но обходился с судами куда бережнее обычных торпед или орудий "Нова".
Вот только на этот раз последний довод Мстителей оказался совсем в ином месте, нежели нутро "Calumnia".

5

Джеронимо, сержант Войска Ночи, никогда не сомневался в Вечном, несмотря на мрачную ауру и противоречивые команды. Ветеран разменял уже пять столетий, и каждое явление загадочного шамана означало если не неоспоримую победу, то хотя бы славную битву. Вот и сейчас Джеронимо и слова не сказал против приказа ждать шамана в госпитале, вместо того, чтобы готовиться к встрече вражеской абордажной команды.
Вечный, как всегда, явился вместе с тысячами протянувшихся теней. Джеронимо прикрыл глаза рукой и низко поклонился шаману: облачённому в ночь терминатору со смертоносным оружием и фолиантом на поясе, переплетённым цепями.
– Старый волк, – обратился Вечный к сержанту, – пока наши братья захватывают фрегаты Мстителей, тебе придётся отражать атаку на "Ахерон". К сожалению, я буду слишком занят, поэтому дам лишь один совет. Обратись к собственной природе! Только так ты одержишь победу!
Внезапно палуба задрожала.
– Не сражайся по правилам врага! – продолжил шаман и выполнил несколько пассов руками. – Делай только то, чего от тебя никто не ждёт!
Перед группой Ангелов Смерти появились пурпурные, сочащиеся мерзкой слизью, врата в Варп. Новички отшатнулись и вскинули оружие, но Джеронимо стоял спокойно, ему уже приходилось не только видеть, но и проходить по этому проклятому пути. Одновременно с колдовством Вечного, сержант расслышал оглушающий гул. Вражеская торпеда разворотила стену, неумолимой стихией сбила с места оборудование госпиталя и завершила своё приключение в Море Душ. Вечный последовал за оружием Неуловимых Мстителей, и портал в Имматериум закрылся, напоследок выдохнув в настоящее пространство тяжёлый густой туман. Стены и пол покрылись инеем. Джеронимо, несмотря на оккулоб и разнообразные световые фильтры визора, не мог ничего разглядеть в двух шагах от себя. Мгла накрыла госпиталь, не обращая внимания на то, как судорожно воздух и незакреплённые вещи вылетают через отверстие в стене. Космические десантники спешно покинули разгерметизированное помещение. Лишь в коридоре, когда освещение в очередной раз погасло, Джеронимо понял замысел шамана.
– Помогите мне снять снаряжение, братья, – приказал ветеран.
Сержант со всем почтением отцепил забрало с вычеканенным изображением ицамнийского льва и осторожно положил его на пол. Глаза воина вспыхнули раскалёнными углями. Следом у ног Джеронимо оказался "клюв" шлема с искусным чёрным узором. Ветеран вытянул морду с влажным чёрным носом и принюхался к морозному воздуху.
"Воняет Варпом", – оскалился Джеронимо.
Длинные клыки уже не помещались во рту. Ветеран давно забыл, когда в последний раз мог захлопнуть пасть.
Часть за частью сержант сбрасывал снаряжение, иногда прибегая к помощи братьев. Вскоре он с большим удовольствием избавился от сабатонов и, наконец, размял затёкший лишний сустав на голени.
Молодые воины со страхом и почтением опустились на колени перед Ангелом Смерти, преобразившимся в чудовище. Чёрная шерсть с проседью отливала серебром, короткий хвост воинственно мотался из стороны в сторону, когти, способные рвать керамит, выдвинулись из пальцев. Воители, лишь недавно появившиеся в рядах Возрождённых Из Пепла, смотрели на собственную непреклонную судьбу и трепетали от неумолимого величия, обещанного им спустя столетия.
Может быть, Джеронимо потерял возможность представлять капитул в Империуме, но приобрёл ловкость и силу, небывалую даже для Ангелов Смерти.
– Следуйте за мной, братья, – прорычало чудовище. – Мы станем погибелью Мстителей. Я заберу в ночь одного сына Коракса за другим, пока они не бросятся следом. Приведу воронов в засаду, и они узнают, как опасно охотиться на волков!

6

Челноки Неуловимых Мстителей расстреляли рампу "Ахерона" и залетели внутрь десантного отсека.
Тьма окутала палубу. Она была давней подругой сынов Коракса, с которой последние всегда рады встретиться.
– Торпеда отработала как надо! Хорошее начало – половина дела! – заявил один из сынов Коракса с медными соколиными крыльями на плечах.
– Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, парень, – терминатор роты "Альфа" включил наплечный фонарь и осветил резьбу на стенах десантного отсека. – А я сперва подумал, что показалось... будьте вдвойне бдительны, братья. Возрождённые не только предатели, но и еретики!
Ударная группа разделилась и выдвинулась вперёд. У каждого отделения была своя задача, и космические десантники смело двинулись к цели. Они не знали страха, и зловещее убранство "Calumnia" не могло их напугать
Однако мелькающие красные точки во тьме и протяжный волчий вой всё-таки пробудил во Мстителях те чувства, что космические десантники подавляли десятилетиями.

7

Иван Серво получил множество сообщений о провале абордажа "Ахерона", но ни одна группа ещё не вернулась обратно. А потом произошло непредвиденное.
"Ахерон" ожил и начал выходить из окружения. Предводитель Мстителей хотел отдать приказ об атаке, но фрегаты капитула сначала прикрыли врага, а потом развернулись и сблизились с крейсерами и баржей.
Иван направил запрос командирам эскортных судов сразу после начала странных манёвров. Уже через несколько секунд пришёл ответ. Над тактическим столом возникло изображение капитана восьмой резервной роты. Лицо Мстителя превратилось в изжеванный кровоточащий кусок мяса, и Серво не сразу узнал старого друга.
– Иван, мы отбились, – задрожали губы капитана роты "Рысей", – но продолжать бой больше не можем. Нужен срочный ремонт!
Серво задрожал от негодования и ответил на сообщение.
– Это уже чересчур, чернокнижник. У тебя нет чести, раз оскверняешь трупы! Думаешь, ваш манёвр мог показаться случайностью?!
Губы капитана восьмой роты изогнулись в усмешке, изо рта полилась кровь.
– Раз уж, вы, Иван, так умны, то постарайтесь больше не вставать на пути Возрождённых. Фрегаты идут на таран, но внутри всё ещё находятся члены экипажей. Мы не всех убили, – труп подмигнул собеседнику и продолжил спустя несколько мгновений. – Любопытно, как вы выберетесь из такого полож...
Серво прекратил приём сигнала, сжал челюсти и кулаки. Ему предстояло принять волевое решение, пока четыре фрегата Неуловимых Мстителей неумолимо приближались к остальной эскадре.
Возрождённые Из Пепла всегда следовали мудрости пращуров и воплотили одно из самых важных правил Первого Волка:
"Не нужно обходить препятствие или пытаться его сокрушить. Заставьте помеху пожалеть о том миге, когда она стала на вашем пути. Тогда перед вами откроются все двери".

Сообщение отредактировал Гений и злодей - 24.02.2020, 10:28


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 24.09.2017, 07:44
Сообщение #10


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Дурная слава
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Возрастные ограничения: 18+
Аннотация: Попытка Кошумира Булавского отстоять орбитальную станцию оборонительной системы "Блуждающие Огни" провалилась. Ротмистр никак не ожидал появления имперских рыцарей. Бой проигран, но война ещё нет.

1

– Молот или сабля? – Кошумир Булавский, ротмистр восьмой хоругви Крылатых Гусар, подмигнул врагу, которого поставили на колени и вывернули тому руки за спину. – Можешь и дальше продолжать молчать. Решу сам. Я вообще люблю делать выбор.
Вокруг десантников искрило, дымилось и горело поле боя. Вторая рота Сынов Аэтоса попыталась взять штурмом пост управления орбитальной станцией, но потерпела сокрушительное поражение. Кошумир даже не мог понять, как можно было решиться на столь отчаянный шаг. Ослабленные засадами в хитросплетениях переходов космической крепости, потомки Вулкана неуклонно стремились вперёд и отчаянно шли в атаку на укреплённую точку.
"Может быть, надеялись на свои любопытные игрушки?" – предположил Булавский, оглядывая болтеры и другие изукрашенные изображениями рептилий, ящеров и драконов пушки. – "Вот только мы тоже можем похвастаться кое-чем".
Кошумир взмахнул "Пером", любимой силовой саблей, перед носом капитана Сынов Аэтоса. Древнее благородное оружие с зазубренным лезвием и золотым пером, продолжающим рукоять, хорошо рассекало как металлическую плоть некронов, так и призрачную кость воителей альдари. Не стала исключением и доработанная броня потомков Вулкана. Многие из Сынов Аэтоса до самой смерти запомнили сияющую надпись на клинке: "Lingua comminuit lapidem, sermo verberat ferrum".
Пленённый офицер вперил ненавидящий взор в победителя. Он набрал полный рот ядовитой слюны и плюнул в Кошумира. Булавский ждал подобного хода и прикрылся трофейным молотом. Силовое поле включалось лишь в руках владельца, но даже без зловещего мерцания, кислота не повредила произведение кузнечного искусства. Кошумир размахнулся и опустил молот на голову капитану Сынов.
– Vae Victis, – произнёс ротмистр и оттолкнул ногой безголовое тело покойника. – Следующий!
Итоги битвы за 7-ую орбитальную станцию стали неутешительны для Крылатых Гусар. После сокрушительного тарана крепости транспортными челноками имперских рыцарей в течение получаса полегла вся пятая хоругвь, отделение воинов Кошумира, более десяти тысяч матросов и офицеров космической крепости, а также бесчисленное множество сервиторов, обслуги тяжёлых орудий. Противопоставить что-то металлическим великанам, лишь немногим уступающим титанам, было невозможно. Впрочем, Булавский отыгрался на воинах вражеского капитула и технорабах. Ротмистр даже со счёта сбился, сколько боевых сервиторов его воины превратили в нагромождение запечённого мяса и искорёженного железа.
Воины Кошумира приволокли к ногам командира ещё одного темнокожего десантника в жёлтых доспехах.
– Сабля, – громко сказал воин и с вызовом посмотрел в глаза Булавскому. – Прибережёшь время нашим апотекариям.
Сын Аэтоса поднял иссечённые осколками и покрытые кровью латные перчатки. На обеих руках осталось всего три пальца, да и те взрывная волна чудовищно изломала.
Булавский опустил "Перо". Враг лишь шумно выдохнул воздух из лёгких, а его отрубленные кисти покатились по ребристому металлическому полу.
"Молодец", – решил Кошумир. – "Мы могли бы стать братьями по оружию при иных обстоятельствах".
Крылатые Гусары взяли в плен семерых потомков Вулкана. И пока Франц, родной брат ротмистра и, что важнее, технодесантник, пытался вновь взять под управление космическую крепость, Кошумир допрашивал Сынов Аэтоса. Разоружая их сначала по своему обыкновению.
– Как тебя зовут, саламандра?
– Ворт'ар, втораая боевая рота, четвёртыйый взвод, – ответил изувеченный воитель Сынов Аэтоса. – А твоё имя мне известно, Кошумир Булавский. Ровно, как и действия.
– Если бы ещё на стрельбище и в поединках упражнялись также усердно, как в разведке, то цены вам не было бы, – усмехнулся Кошумир. – И что же думают о Гусарии Сыны Аэтоса?
– Мерзкие еретики и редкостные ублюдки, которые наплевали на законную власть, человеческую жизнь и достижения рода людского, – Ворт'ар тоже довольно оскалился, ожидая взрывной ответ мучителя.
– И только то? А как же пожирание младенцев? Надругательство над женщинами? Жертвоприношения Тёмным Богам? Без подобных наветов слава о Гусарах не такая уж и дурная.
– Всё так, – кивнул Ворт'ар, – пропагандисты не зря едят свой хлеб. Однако ваше сопротивление и... забавы, – потомок Вулкана поднял обожжённые обрубки рук, – говорят красноречивее всех надуманных обвинений.
– То есть мы должны были просто пойти на плаху за преступления, которых не совершали?! – поразился ротмистр.
– Мои братья и я даже не раздумывали бы, – без колебаний ответил Ворт'ар, – Только так можно приблизиться к образу Дракона-Великомученика.
– Ха! Когда нас оправдают, а это непременно произойдёт, я вызовусь лично взыскать долги с вашего капитула. Намечается лёгкая прогулка, раз вы так стремитесь к самопожертвованию!
Ворт'ар сощурился и метнул едкий взгляд на собеседника:
– Надеетесь победить? Даже если то, что ты говоришь – правда, то от Ягеллона не останется и следа через неделю. Как бы хорош не был ваш гонец, ему не успеть.
– Dum spiro, spero! – подмигнул Кошумир.
– Эх вы, тщеславные упрямцы и любители высокого готика, – покачал головой потомок Вулкана. – Даже станцию теперь не покинете. Челноки окружены рыцарями Дома Ареос. Они удержат причал хоть до сошествия Императора с трона, а магистру Гомаэру бесконечность ни к чему. Скоро он узнает о нашей неудаче и переправит сюда весь капитул. Сдавайтесь и примите неизбежную кару!
Кошумир обдумал слова Сына Аэтоса. Десантник сказал многое, даже больше того, на что рассчитывал ротмистр. Теперь Булавский чётко осознал, что нужно сделать и как выбраться из щекотливого положения. Кошумир направился к брату, напоследок бросив часовым:
– Выведите пленных в коридор. Если боевые сервиторы вновь появятся, используйте их, как живой щит.
Франц тем временем занимался ремонтом. Технодесантник отцепил серворуку и снял доспехи. Из-под развороченной панели управления станцией вокс-связи торчали только две крепких ноги. Франц возился со схемами внутри: дымил паяльником, сверкал лазерным резаком, выбрасывал наружу сгоревшие детали. Кошумир постучал сверху по поверхности пульта. Большие пластиковые кнопки спеклись, экраны лопнули.
"Какое же старьё всё-таки до сих пор сохранилось на "Блуждающих Огнях"!" – подумал Булавский. – "После войны нужно заставить Радзивила раскошелиться на обновки!"
– Как наши дела, братишка?
– Мы окружены, станция падает на планету, выправить траекторию из-за жёлтых мерзавцев уже невозможно, двигатели лишь ускоряют падение... продолжить перечислять? – донёсся ответ технодесантника. – Сам как считаешь?! Не отвлекай! Иди лучше что-нибудь кому-нибудь отрежь. Или уже не возбуждает?
– Бросай эту ерунду! – воскликнул Кошумир. – От работы у тебя настроение портится!
– Ещё пару мгновений... курва! – Франц получил удар электрическим током. – Готово!
Разноцветные лампочки вновь замигали на пульте управления. Франц выбрался наружу, стряхнул пыль и сажу с рук.
– Теперь можно попытаться связаться с Погански. Или перенаправить ближайшие "Огни" к нам. Может быть, спугнут эти проклятые пустотные галеры!
– Насчёт Погански сомневаюсь, брат, – развёл руками Кошумир. – У Вацлава сейчас и без нас достаточно дел. А вот "Блуждающие Огни"... Что-то в этом есть. Знаешь, у меня возникла одна любопытная задумка...
После пяти минут объяснений с размахиванием руками и смачным описанием последовательности действий, приправленными крепкими выражениями, больше подходящими старому рубаке, нежели потомственному дворянину, Франц пригладил волосы и проговорил:
– Более глупого плана я ещё не слыхал! Если дело выгорит, то мы станем самыми удачливыми ублюдками в Галактике!
Кошумир заскрипел зубами и прищурил глаза, но Франц ещё не закончил:
– Однако лучшей мысли у меня всё равно нет. Я – за!
Кошумир похлопал по плечу родного брата.
Франц вновь облачился в доспехи и вышел к пленным, где уже завершилась ещё одна стычка с адсекулярисами имперских рыцарей. Повсюду валялись куски окровавленной плоти и оторванные орудия технорабов.
– Смотрите сюда, – сказал Франц выжившим пленным и постучал пальцем по самой крупной линзе усиленной оптики шлема. – Сейчас вылетит птичка!

2

"Не может быть! Несгибаемый Махалес пал!"
Магистр Гомаэр исходил ядом негодования при просмотре записи с орбитальной станции. Он увидел израненных и ослабевших воинов второй роты и ротмистра Крылатых Гусар с тёмными вьющимися волосами и ухоженными длинными усами. Предложение предателя было неслыханным, и командир Сынов Аэтоса даже не сразу понял, как подобная чушь вообще могла прозвучать. Однако чуть погодя Гомаэр всё-таки прислушался к внутренним голосам, шепчущим об осторожности и возможности повернуть дело к выгоде капитула.
– ...условия сдачи вы слышали, – вещал Кошумир Булавский с экрана когитатора. – Теперь наши требования. Крепость №7 падает в тартарары. Маневровые двигатели из-за неисправной работы системы управления тянут космическую крепость на Ягеллон. Выжившие пленные десантники, рыцари Дома Ареос и гусарии сгорят в атмосфере уже через два часа. Поэтому, во-первых, мы хотим сдаться на борту ударного крейсера "Илион". Во-вторых, постарайтесь уговорить рыцарей пропустить нас к "Громовым Ястребам". В-третьих, вы, магистр Гомаэр, должны поклясться, что на борту корабля нас не будет ждать засада. И это ещё не всё...
Образ Кастела, капитана четвёртой резервной роты, вплеснул руками. Синеватая трёхмерная модель тактического стола явно не могла передать всех чувств, отражённых на лице воителя.
– Нет, вы слышали когда-нибудь настолько обалдевшего от наглости ублюдка?! Он на самом деле хочет выторговать жизнь таким мерзким способом?! Похоже, у Гусар нет представления о чести!
Гомаэр не удостоил подчинённого ответом. Не из-за неуважения, а потому что погрузился слишком глубоко в собственные мысли. Лишь спустя несколько минут магистр всё-таки изрёк:
– Ты примешь их, Кастел.
– Что?! Это же явная уловка!
– Молчать, – сказал как отрезал Гомаэр. – Я знаю, что еретик попытается жульничать. И Кошумир наверняка отдаёт себе отчёт, что мы всё понимаем. Но другого выбора ни у Сынов, ни у Гусар нет. Мы не имеем права разбрасываться воинами и геносеменем, когда даже не ясно, что случилось с третьей ротой на "Блуждающих Огнях 8".
– Ну и что же мне делать? – взгляд Кастела похолодел, а на щеках заиграли желваки.
– Готовься к обороне десантной палубы. Воинов в твоей роте больше сотни. Подгони все танки и пушки, что есть. Собери столько матросов, сколько поместится в отсеке. Встречай Гусар со всем возможным гостеприимством, но держи сжатый кулак за спиной.
– Есть, магистр! – откликнулся Кастел. – Остаётся лишь уповать на то, что еретики выполнят свою часть сделки, перед тем, как мы окажем Гусарам милосердие Императора.
– Ты прав, брат-капитан, – кивнул Гомаэр. – Начнёшь стрелять только после того, как переведёшь пленных и тела в безопасное место. Гусар, между прочим, не должно быть много. Антигон хвалился тем, что отправил в Варп около двухсот еретиков-Астартес. Даже если это всего лишь хвастовство, с двумя-тремя отделениями вы справитесь.
– "Цепи Вулканоса" успеют к передаче пленных?
– Только после зачистки следующей крепости, брат.
– Жду с нетерпением, магистр, – проворчал Кастел. – От этого дела смердит коварством.

3

После сражения Номарх Пентесилая получила два приказа.
Первый она ожидала услышать: таран пустотными галерами и галеасами нередко приводил к уничтожению цели, а уж изменение траектории случалось постоянно. Поэтому отступление из захваченной космической крепости выполнялось чётко и слаженно, будто на учениях. Сначала погрузили павших рыцарей, потом настал черёд свиты Антигона, который успел заскучать без грома сражений и поэтому вновь рвался в бой. Номарх с поредевшим отрядом своих вассалов и родственников осталась, чтобы исполнить второй приказ, куда более необычный.
Рыцари Пентесилаи должны были не уничтожить остатки Крылатых Гусар, а лишь проследить за бегством Ангелов Смерти. Такое задание здорово злило Номарха, желающую отомстить за погибших. Она смотрела на дюжину снующих туда-сюда космических десантников и кляла Антигона за одолжение, которое Дом Ареос сделал старым союзникам. Добрая память о свершениях Сынов Аэтоса позволила предателям безнаказанно ходить под самым носом Пентесилаи.
Крылатые Гусары грузили трупы в жёлтых доспехах внутрь "Громовых Ястребов". Разорванные пополам, лишившиеся конечностей, оплавленные и обожжённые Астартес ещё не успели остыть после побоища, но уже хорошо свидетельствовали о том, что даже Ангелы Смерти гибнут. Время от времени Пентесилая поигрывала громадным рыцарским оружием, чтобы припугнуть предателей, но те лишь вновь и вновь отправлялись в тёмное нутро погибающей станции.
Номарх попыталась проследить за еретиками, но не увидела ничего любопытного глазами технорабов. Редкие приходящие сигналы показывали лишь решётчатый пол или серый потолок, на который уставился обездвиженный или вовсе разобранный на составляющие адсекулярис. Впрочем, за собственную судьбу Пентесилая не волновалась. Дюжина космических десантников без тяжёлого вооружения и шага не сделает в сторону имперских рыцарей, не то чтобы навредить.
Вскоре погрузка окончилась. Крылатые Гусары полетели сдаваться на "Илион", а номарх отдала команду покинуть "Блуждающие Огни 7". Пентесилая едва успела пройти лепестки пустотной галеры, когда причал сотрясла сильнейшая дрожь. Пламя затопило палубу и, под аккомпанемент криков сгоравших заживо пилотов громадных боевых машин, номарх поняла, что без вмешательства Крылатых Гусар не обошлось.
Дурная слава предателей возросла.

4

В тот миг, когда склад боеприпасов взорвался, и орбитальная станция превратилась в раскалённые обломки, четыре "Громовых Ястреба" уже садились на подготовленные площадки внутри ударного крейсера "Илион". Почётный караул оказался роскошным. Десятки Ангелов Смерти, толпы вооружённых матросов, несколько танков и две пушки "Пламя Грома".
"Славная намечается битва!" – улыбнулся Булавский. – "Или же нас перебьют как собак".
Челноки опустились, рухнули десантные рампы, и Крылатые Гусары с носилками в руках вышли наружу. Воинов тут же окружили штурмовики Сынов Аэтоса. Они кричали и угрожали расправой на месте, наведя стволы болтеров на Кошумира и товарищей.
– Положи! Положи у рампы и к стене! Живо! – проорал вражеский десантник с изображением окровавленного лаврового венка на шлеме.
Крылатые Гусары подчинились.
– Сложить оружие и поднять руки! – не унимался сержант Сынов Аэтоса.
Кошумир вытащил из ножен "Перо" и снял болтер с магнитов на бедре. Ротмистр бережно положил оружие около трупа однорукого Ангела Смерти в жёлтых доспехах.
– Только не порежься! – подмигнул Булавский командиру расстрельной команды. – И позови капитана, кстати. Я сдамся только равному по званию.
Ответ сержанта Сынов Аэтоса молниеносно врезался в левую скулу Кошумиру. Булавский зажал рассечение от удара болтерной рукояткой и нехорошо отозвался о матери конвоира.
– Ни о какой капитуляции и речи не идёт, пёс! – Как ругательство выплюнул последнее слово сержант Сынов Аэтоса. – Ты просто сдохнешь! Огаэр, доклад!
Из "Громового Ястреба" вышел ещё один вражеский воин.
– Чисто! Внутри только павшие братья.
Экипажи танков и расчёты пушек вздохнули с облегчением. Однако кое-кто другой, напротив, сжался тугой пружиной. Слова Огаэра стали знаком для Крылатых Гусар, и "павшие братья" внутри "Громовых Ястребов" начали оживать. Франц Булавский прокрался в кабину челнока, в мгновении ока навёл главный калибр на ближайший "Хищник" и нажал кнопку на штурвале.
Снаряд попал между башней и корпусом танка. На палубе развернулась настоящая бойня, когда боевые звездолёты с бронёй, лишь немногим уступающей могучим "Лэндрейдерам", начали выкашивать ряды противников, режущим огнём тяжёлых болтеров и разрывами пушечных снарядов.
Сержант расстрельной команды повернулся к новой угрозе, но прикрикнул от досады, когда однорукий "труп" у ног ожил и рассёк "Пером" ему живот. Потроха вывались наружу, но Сын Аэтоса успел взорвать голову замаскированному Гусару очередью из болтера. В следующее мгновение конвоир и сам отправился к Императору, когда Кошумир подобрался ближе.
В битву вступила одна дюжина Ангелов Смерти с крыльями на наплечных ранцах и ещё три отделения десантников в трофейных доспехах. Замолчало "Пламя Грома", когда Гусары вырезали расчёт. И только после этого Сыны нанесли ответный удар. Вдребезги разлетелся один "Громовой Ястреб". Второй закружился и в снопах искр рухнул на палубу, продолжая вести ожесточённую стрельбу, которая кроме врагов убила ещё и пару Крылатых Гусар.
"Поборники" Сынов Аэтоса повторили залп, но Франц Булавский резко увёл свою машину почти под самый потолок. Снаряды пробили рампу ударного крейсера, и воздух начал стремительно покидать "Илион". Пока один из двух оставшихся челноков вырвался вперёд, чтобы отвлечь внимание, Франц развернулся и выпустил ракеты из-под крыльев "Громового Ястреба", расширяя отверстие в обшивке космического корабля. Матросы ударного крейсера, мгновения назад задорно осыпавшие пулями немногочисленных противников, с криками вылетали в открытый космос, а Крылатые Гусары рассекали тела на лету, внушая ещё больший ужас в тех, кто отчаянно цеплялся за жизнь. Пара бедняг в панцирной броне угодили прямо в турбины "Громового Ястреба". Двигатели задымили и вспыхнули ярким огнём. Пилот в последний миг перед падением направил челнок прямо на расположение тяжёлых танков Сынов Аэтоса.
Тем временем у второй пушки "Пламя Грома" развернулась жестокая сеча. Ревели цепные мечи и грохотали болтеры. Кошумир отпрыгнул в сторону, и двуручный топор высек искры при ударе о пол. Ротмистр разрядил болтер в голову врага. Потом отклонил взмах силового клинка и ударил ногой по колену наседавшего противника. Сын Аэтоса потерял равновесие и во время падения не удержал ещё и голову на плечах.
Следующий враг уже приготовился завершить блистательную жизнь ротмистра, когда получил сильнейший удар в спину – матрос не удержался на поручне и чуть было не сбил десантника с ног. Когда штурмовик выправился, то Булавский уже обошёл его сзади и развалил шлем отточенным взмахом сабли.
"Перо" Кошумира пело и выводило кровавые наброски на страницах истории Ягеллонского Крестового Похода. Правый фланг Сынов Аэтоса рухнул под неистовой атакой воителей, которым уже подписали приговор, но дали возможность спастись перед самым эшафотом.
Потомки Вулкана поколебались, а потом отступили, когда стало ясно, что десантный отсек не удержать. Франц Булавский дал Сынам ощутить горечь поражения – последний "Хищник" зачадил непроглядной тучей после попадания из главного орудия боевого челнока. Враги отступили, чтобы перегруппироваться, оставив лишь тлеющие останки братьев и дымящиеся обломки боевой техники.
Кошумир собрал выживших и дал сигнал Францу. "Громовой Ястреб" развернулся и разнёс врата одного из выходов с палубы сосредоточенным залпом главного калибра и струёй снарядов тяжёлых болтеров. Наступал черёд сражения за капитанский мостик. Каждый гусарий был на счету и Кошумир подождал, пока брат не посадит звездолёт.
К сожалению, на сборы у Сынов Аэтоса ушло гораздо меньше времени, чем предполагалось. Потомки Вулкана вновь перешли в наступление. Их не удерживали ни бешеная частота стрельбы, ни мрачная решимость висельников. Капитан Сынов Аэтоса вёл своих братьев, чтобы не посрамить честь капитула. Пали два товарища-телохранителя Кошумира, и ротмистр столкнулся с Кастелом. Ветеран с четырьмя штифтами во лбу вонзил подствольный цепной штык в горло Крылатого Гусара, а потом навёл улучшенный болтер на ротмистра. Кошумир не успевал уклониться, потому как вытаскивал саблю из рассечённой кирасы павшей саламандры. Ствол орудия вздрогнул и расцвёл пламенным цветком, однако стальные пчелы так и не ужалили ротмистра. Франц оттолкнул родного брата в сторону, и болт-снаряды пробили уже изрешечённую трофейную кирасу. Кошумир ошалелым взглядом смотрел, как технодесантник, будто бы в замедленной съёмке, падает в брызгах алой крови и искрах повреждённых схем. Цвета вокруг Франца с каждым мгновением блекли. Огонь жизни тлел. Родной брат Кошумира погиб.
Следующие несколько минут Булавский не запомнил и пришёл в себя только когда вытащил пальцы из глазниц воющего в агонии Кастела. Кошумир заорал как демон и оторвал нижнюю челюсть убийце, а потом начал опускать многопудовые кулаки на голову потомка Вулкана, пока не достучался до затылочной кости. Тяжёло дыша, ротмистр поднялся и осмотрел поле боя. Лишь отсечённые части тел и изуродованные Сыны Аэтоса вокруг.
Потеря близкого человека молотом стучала в висках и заглушала все звуки. Но ротмистр чётко осознавал, ради чего погиб Франц. Война ещё не была окончена. Кошумир преисполнился решимости и повёл крохотный отряд на захват капитанского мостика. По пути гусарии убили десятки, сотни, тысячи членов экипажа "Илиона" без всякой жалости и страха прослыть чудовищами.
Когда с ног до головы покрытые кровью Астартес появились в рубке ударного крейсера, ни у кого из офицеров и мысль не проскочила, чтобы воспротивиться воле падших ангелов с опалёнными крыльями на наплечных ранцах.

5

Образ Кошумира Булавского дрожал над тактическим столом капитанского мостика "Цепей Вулканоса". Ротмистр уже не улыбался. В его глазах не сверкали задорные искры. Немигающий взор морского хищника следил за каждым движением магистра Гомаэра. Лицо Кошумира изрезали сотни ран, но от того, Ангел Смерти не ослабел, а стал выглядеть лишь внушительней и зловеще. Он говорил. Вещал таким голосом, который впервые за сотни лет пробудил в Гомаэре давно забытое чувство страха.
– Вы не собирались щадить нас. Прилетели под свет Сауле только карать. А я считаю, что нужно оправдывать мнение людей о себе. Раз Гусары – еретики, заслуживающие лишь смерти, то так тому и быть. Я стану злейшим предателем. Штурм "Илиона" дорого стоил капитулу, и я заставлю вас, Гомаэр, расплатиться за каждую отнятую жизнь. Сыны Аэтоса сгорят. Как воины Махалеса на "Блуждающих Огнях", как десантники Кастела, чьи тела сейчас жарятся в реакторах ударного крейсера, вы сдохните. Я, Кошумир Булавский, клянусь изничтожить вас, саламандр, до последнего. И сгинуть мне с позором, если я не воплощу в жизнь это желание. А теперь, – высокомерно бросил ротмистр Крылатых Гусар, – стреляйте, магистр. Последняя возможность покончить со мной.
После захвата "Илион" попытался уйти подальше от космического побоища, но "Цепи Вулканоса" и корабли Дома Ареос настигли ударный крейсер и повредили его настолько, что тот застыл спутником на орбите Ягеллона. Гомаэр пропустил мимо ушей последние слова еретика – настолько он возненавидел Кошумира за безвозвратную потерю половины капитула – и уже собирался дать отмашку наводчикам, когда один из адъютантов завопил.
– Торпедная атака по правому борту!
В тот миг Гомаэр прозрел. В слепом отчаянии и ярости он не обратил внимания на то, что привёл флот в область, простреливаемую ещё двумя орбитальными станциями.

6

– Мы – самые удачливые ублюдки в Галактике! – весело заявил Франц Булавский, откинувшись в кресле второго пилота "Громового Ястреба".
Потом призрак исчез и оставил Кошумира в одиночестве. Домой Крылатые Гусары в доспехах разной расцветки и оснащения возвращались со щитом, но в полном молчании.
Сражение на орбите закончилось трагедией, и теперь Булавский уже не был так уверен в безоговорочной победе над подлыми карателями.

Сообщение отредактировал Гений и злодей - 26.02.2020, 15:06


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Dammerung
сообщение 24.09.2017, 13:26
Сообщение #11


Maniac!
************

Группа: Пользователь
Сообщений: 4 852
Регистрация: 23.11.2008
Пользователь №: 16 620

Переводчик годаСеребро литературного фестиваляВетеран Ягеллонского крестового похода



Репутация:   2381  


"шапка"
Название: Искупление
Авторы: Dammerung, Miralynx
Жанр: боевик, военная драма
Возрастные ограничения: 14+
Аннотация: Военная операция на Литуане, спутнике планеты Ягеллон, поданная от лица двух солдат особого подразделения Корпуса Смерти Крига под названием "Айзентод". Пилоты дирижаблей участвуют в попытках захватить почитаемую древнюю бронетехнику литуанцев, готовые пожертвовать всем ради исполнения долга.


Wir müssen uns vermehren
Die Welt zum Heil bekehren
Geboren, um zu dienen
Auferstanden aus Ruinen
©


Искупление

I

Мы — Корпус Смерти.
Мы не останавливаемся, не отступаем, не предаем. Мы подносим плоть свою на алтарь Бога-Императора. Чаша предков наших доверху налита грехами, и лишь кровь потомков может омыть и заново наполнить ее, дав покой их душам.
Я — один из миллиардов. Моя жизнь ничего не значит, пока я не отдам ее в руки Отца Человечества. Тогда она станет молитвой об искуплении, осанной в благодарность Ему, малой пылинкой в солнечных лучах Его славы. Во снах я вижу свою смерть и ощущаю радость.
Я помню медика из другого полка, который осматривал меня и называл подобных мне “несчастными”. Что он знает? Мне не о чем печалиться, незачем думать, наполняя душу тревогой. Всю мою жизнь определяют приказы, а приказы есть всегда. Нет тверже опоры под ногами, чем мудрость командования.
Когда мой полк сошелся в неравном бою с ксеносами, многие из моих соратников заплатили высшую цену за грехи предков. Лишь чуть больше тысячи сохранили жизнь, чтобы нести крест долга и дальше, и среди них был я. Но я не чувствую стыд, ибо мы выполнили задание, размолов чужаков в кровавое месиво под светом трех солнц. Тогда к нам пришли иные командиры, стальные люди в красных одеждах, и протянули нам руки, и даровали новые приказы. Мы увидели многих таких же, как мы, что служили стальным людям. Мы слились с их рядами, получив новое имя.
Отныне мы — “Айзентод”. Железная Смерть.

Первые лучи Сауле окрасили в нежный розовый цвет поднимающиеся над горизонтом столбы дыма высотой с ульевый шпиль. Ветер дул с востока и нес с собой привкус пепла и жирной гари. Полковник Литуанской гвардии Маккарий поспешил забить ноздри нюхательным табаком и смачно сплюнул. Желтоватый комок харчка слетел со стены бастиона и приземлился на скалобетон между двумя “Василисками”.
Артиллерийские расчеты проводили последние приготовления к бою, нараспев читая литании машинным духам орудий. От слуха полковника не ускользнуло, что многие, особенно спешно поставленные под ружье новобранцы, запинаются, а голоса их дрожат. Будь Маккарий духом, он бы от такого не ободрился.
— Они идут прямо на нас, — сообщил вокс-оператор Йонас. — Медная крепость подала автоматический сигнал об уничтожении главного штаба. Крест-курган — следующий.
Полковник фыркнул, сверкнув на Йонаса бионическим глазом. Моторизованная броня командира испускала густой выхлоп и гудела сервоприводами, придавая ему облик легендарного богатыря.
— В пекло Медную крепость, они перешли на сторону Жигимонта. Туда им и дорога, как и всем белоповязочникам. А ты что-то больно мрачен, — сказал он и погрозил пальцем. — Упаднических настроений я не потерплю. Сам “Варг Моркаи” с нами, а он один полка пехоты стоит.
Маккарий подумал, бросил взгляд на инфопланшет, показывающий схему крепости и расстановку войск, и добавил:
— Все равно, надо бы произнести речь перед солдатами, приподнять боевой дух.
— Объявить общий сбор, господин полковник? — спросил Йонас.
— Сначала свяжи меня с нашей Аэронавтикой. Нет, лично с капитаном Юргисом. Мы обрушим на врага гнев “Перунов”, и пусть он знает, чего стоит Литуанская гвардия!

Орудия Литуаны уничтожили несколько наших транспортных кораблей, потрепанных варп-штормом, но мы прорвались сквозь огонь и высадились на поверхность мятежного мирка. Теперь я лечу над разрушенными крепостями и разбомбленными заводами. По руинам ползут черные и красные муравьи — поисковые бригады барона фон Швальцкопфа в сопровождении техножрецов. Они ищут технику, пригодную для восстановления и дальнейшего использования. Корпус Смерти бережлив. Ничто не пропадет зря.
Даже сталь флешетт, которые я сею щедрой рукой, стоит нажать на руну сброса, не пропадет, не сгинет в литуанской земле. Ее отроют годы или века спустя и снова пустят в дело. На планетах, которые “Айзентод” посещал прежде, и по сей день аграрии продолжают собирать железный урожай. Поля сражений родят щедро.
Мой дирижабль, “Стимфалид” с бортовым номером 4, рассекает небо хвостовым оперением и лезвиями винтов. Он мчится к цели нашего наступления, к крепости Крест-курган, словно туча, готовая прорваться металлическим градом. Но изменники слепы душой. Они не понимают, что я пришел даровать смерть, которая милосердно искупит все их грехи. Они пытаются остановить меня.
По обшивке стучит резкая череда взрывов, и я вижу уносящиеся вдаль двойные полосы — конденсационные следы истребителей “Гром”, которые здесь называют “Перунами”. Я помню, комиссар Веррокс говорила, что это еще один признак ереси, поразившей Ягеллонскую систему. Ведь Перуном, сказала она, называли древний языческий идол, наподобие кровожадного Чернобога, которому поклонялись на Веллене…
Нет. Не с такими богохульными мыслями должен умирать солдат Крига. Они обстреляли меня ракетами, правый борт дирижабля пылает, и я погибну, если пламя поглотит многослойную обшивку и доберется до горючего газа внутри. Огненное очищение — это прекрасно, я готов вознестись в сиянии взрыва к золотому престолу Бога-Императора, но не сейчас, когда я только собираюсь обрушить дождь флешетт на врагов Его.
Я пытаюсь маневрировать, увести неуклюжую тушу “Стимфалида” из-под следующей атаки, но “Перуны” слишком быстры. Они разворачиваются, чтобы добить мою машину. Ведущий самолет, золотой с алыми молниями через весь корпус, выпускает ракеты, и острый нос дирижабля сотрясается, окутавшись клубами пламени.
Наперерез им из-за хвоста “Стимфалида” вылетает звено “Молний” с желтыми полосами на черных как ночь крыльях. Один из языческих самолетов загорается под перекрестным огнем и штопором уходит в землю. Осмотревшись, я понимаю, что автоматические системы затушили пожар на правом борту, и мне остается только ждать, когда воздушный бой завершится и я смогу продвинуться дальше. Громада дирижабля, повинуясь движениям моих рук на рычагах, медленно отступает назад, подальше от бешеной схватки “Молний” и “Перунов”, мелькающих, словно клинки фехтовальщиков. Золотой самолет уничтожает еще двух моих соратников, располосовав их лазерными пушками, и рвется к “Стимфалиду”. Я удивлен, что все еще жив, но это меня не печалит — день пока не закончился.

Черные кресты мелькали в магнокле полковника Маккария. Между ними парила, плясала и подмигивала тонкая сеть из лазерных лучей, то исчезая, то снова вспыхивая на фоне разгорающегося рассвета.
— Зенитные орудия к бою! — прорычал полковник. Многократно усиленный вокс-трубами, его голос разлетелся по всей крепости, и “Гидры” задрали длинные шеи, высматривая добычу. Маккарий знал, что им под силу разорвать на части громадную тушу дирижабля, что надвигалась на Крест-курган, подобно сказочному змею-цмоку — конечно, если с ним не справятся “Перуны”.
С той воздушной флотилией, что базировалась на летном поле Крест-кургана несколько дней назад, он бы давно стер в порошок и это неуклюжее чудовище, и охраняющие его самолеты. Но Литуану атаковали не только захватчики с Крига, но и сторонники узурпатора Жигимонта, поэтому войска Гвардии пришлось растянуть широким фронтом. Великий Герцог Ядвига направила все возможные силы на оборону своего дворца — хорошо, хоть “Сумрачные мечи” не отозвала. Оставшимся прикрывать тылы гарнизонам пришлось обходиться малым, тем более, что многие пали в результате внутренней борьбы между клевретами сосланного герцога и воинами истинной правительницы Ядвиги. Несмотря ни на что, гвардия храбро оборонялась, под стенами каждой крепости остались валы из тысяч трупов — одинаковых, словно штампованные реплики, солдат в противогазах и черной униформе с желтыми полосами. Но потом эти стены падали, и внутрь врывалось еще больше таких же солдат, готовых положить сотню своих за одного литуанского воина в мотоброне. Они сражались с неиссякаемым, необъяснимым, неумолимым упорством, и всей отваги, силы и гордости Гвардии не хватало, чтобы остановить этот натиск, больше похожий на стихию, чем на что-либо человеческое. И так, рано или поздно, от гарнизонов оставалось лишь эхо криков и автоматические сигналы в вокс-приемнике Крест-кургана.
Маккарий снова поднял магнокль и проследил траекторию падения последнего самолета эскадрильи, с трех сторон пронзенного копьями очередей. Выкрашенный в цвет золота с тремя красными ломаными линиями вдоль корпуса, теперь он почти полностью скрывался в черном шлейфе дыма. Самолет рухнул где-то на северо-востоке от крепости, и над местом крушения взмыл столп огня и обломков.
— Это “Перун” капитана Юргиса, — погребальным колоколом сообщил Йонас.
— Он погиб не зря, — отозвался полковник и передал ему оптический прибор.
Подобно святому воителю, запечатленному на гербе Литуаны, Юргис победил цмока. Громадный дирижабль пылал, объятые огнем верхние слои обшивки отрывались кусками и падали на землю, обнажая изогнутые пластальные ребра. Даже уцелевшие “Молнии” разлетелись в стороны, оставив небесного гиганта погибать в одиночестве. Маккарий позволил себе ухмыльнуться в усы. Он знал, насколько губительны вражеские “Стимфалиды” как для его солдат, так и для их боевого духа, а также — насколько они редки и ценны. Лишь пять этих чудовищ вышло в атмосферу Литуаны. Уничтожение одного из них, не говоря уже о большей части вражеских самолетов — успех, и немалый.
— Господин полковник?... — вдруг пробормотал Йонас. Маккарий прервал раздумья, поднял взгляд и выругался. Ему не нужен был магнокль, чтобы увидеть это.
Горящий дирижабль, набирая скорость, несся прямо на крепость.

Я — солдат Крига, один из миллиардов. Рожденный убивать и умирать, я лечу вперед, ясно видя перед собой цель своей жизни. Пламя пожирает мой “Стимфалид”, оно бьется в люк кабины, словно враг, взявший дирижабль на абордаж. Скоро оно ворвется внутрь и заберет все мои грехи.
Я лечу сквозь сплошную сверкающую занавесь зенитного огня, ослепленный яркими полосами трассирующих снарядов, оглушенный бесконечными взрывами. Пули пронзают обшивку кабины, пробивают панель управления, врезаются в меня, пригвождая к спинке кресла, но они уже ничего не сделают, ничем не помешают. Прежде чем мои руки бессильно соскользнули с рычагов управления, я успел перевести мощность двигателей на максимум и зафиксировать курс дирижабля. Теперь его заостренный нос, украшенный черепом в венке из колючей проволоки, нацелен точно на бастионы вражеской крепости, и ничто во всей Вселенной не в силах сбить его с пути.
Огонь “Гидр” срывает бренную плоть с моей души, и я уже не чувствую, как “Стимфалид” врезается в скалобетон, словно громадный раскаленный снаряд из пластали и взрывчатого газа.

От обширного участка юго-восточной стены крепости не осталось ничего, кроме обломков. Полковник Маккарий, вокс-оператор Йонас и все, кому не посчастливилось находиться поблизости, исчезли, будто их и не было. Сплошное облако дыма и пыли накрыло Крест-курган, как саван. Над крепостью поднялись крики и стоны людей, покалеченных ударной волной и разлетевшимися повсюду осколками. Даже среди тех, кто не пострадал от падения дирижабля, началась паника, когда они осознали, что остались без командира, а в укреплениях зияет огромная брешь. Опытные офицеры быстро навели порядок и снова вернули гвардию в строй, но было слишком поздно. Дозорные на укреплениях уже кричали в свои воксы о том, что видели.
К крепости приближались колонны боевых машин: громоздкие великаны-“Малкадоры”, двуглавые чудища-“Ортросы”, грозные “Гибельные волки”. Артиллерия дала несколько залпов, и открытое пространство перед Крест-курганом озарилось факелами горящих танков. Но с дальних рубежей открыли огонь тяжелые орудия Корпуса Смерти, и череда снарядов обрушилась на “Василиски”, заставив их навсегда умолкнуть.
Рыча, словно мифический зверь, в честь которого его нарекли, “Варг Моркаи” наконец вырвался на свободу из ангара в глубине Крест-кургана. За ним ринулись немногочисленные легкие танки, оставшиеся у гарнизона. Разгорелось сражение. В сплошной стене дыма и огня нельзя было разглядеть даже очертаний огромного “Сумрачного меча”, каждым попаданием уничтожающего по танку. Не один “Малкадор” пал под внушающим ужас вулканическим огнем его пушки. Но некому было наблюдать за смертельной схваткой машин: безжалостная бомбардировка мегакалиберными снарядами смела защитников крепости, все еще остававшихся на стенах, и загнала остальных в бункеры и подземелья, укрытые многими метрами скалобетона.
Наконец, взрывы и залпы начали утихать. А затем победоносные танки “Айзентода” перевалили через руины юго-восточной стены и, словно отравленный клинок, вонзились прямо в сердце осаждаемой крепости. Ядовитый газ и клубы пламени наполнили Крест-курган. Даже моторизованная броня не спасала от всепроникающих миазмов, останавливающих дыхание и разъедающих плоть. Осадные буры вгрызались в фундамент крепости, а сквозь проложенные ими туннели, словно крысы, лезли все новые и новые бойцы в черном, окутанные смертоносными облаками.
К тому времени, как явилась тяжелая пехота во главе с самим генералом Ротбрандом, им оставалось лишь добить немногочисленных выживших защитников. Что они и сделали, с характерной тщательностью не оставив в Крест-кургане ни единой живой души, даже тех, кто пытался им сдаться.

— Что говорят техножрецы? Это действительно тот ”Сумрачный меч”, о котором доложила разведка? — спросила комиссар Рейтина Веррокс. Идеальные черты ее лица, нисколько не отражающие прожитые годы, выражали лишь нетерпение. Не так давно ей доложили, что правящая аристократия Литуаны обратилась в ересь и поклонение Губительным Силам, тщетно надеясь отвести карающую длань Бога-Императора, и она жаждала как можно быстрее принять участие в возмездии. Но на спутник Ягеллона “Айзентод” послали не для этого, и главная миссия все еще оставалась невыполненной. Нужно было прилагать все усилия, чтобы завершить ее, прежде чем приступать к следующей операции.
— Вне всякого сомнения, комиссар. Они докладывают, что машинный дух “Варга Моркаи” усмирен и можно приступить к его восстановлению, — ответил генерал Ротбранд. Его голос, и без того искаженный механической гортанью, приобретал еще больше помех, проходя через голосовую решетку шлема-противогаза, и походил на низкий рокот двигателя. — Пробоины можно залатать, гусеницы — починить, а вот с кристаллами для вулканной пушки могут возникнуть проблемы, вещь редкостная. Впрочем, все можно заменить, например, сделать паровые двигатели для захваченной мотоброни...
— А что с другим танком? — перебила Веррокс. — Тем, что носит имя “Хору-мелик”?
— Барон фон Швальцкопф сообщил, что его люди так и не обнаружили второй “Сумрачный меч”. Ни среди уничтоженной техники, ни в ангарах крепости его нет. Вероятно, он защищает какую-то другую стратегически важную точку. Нужно прочесывать Литуану дальше.
— Ясно, — комиссар кивнула. — Одна просьба. Прежде чем вы отдадите приказ выдвигаться, сэр, я хотела бы почтить память одного из ваших солдат молебном.
— Кого же? — шлем генерала наклонился вперед, выражая вежливую заинтересованность.
— Пилота погибшего “Стимфалида”, — Рейтина Веррокс вгляделась в черные линзы противогаза. — Ведь это благодаря ему мы одержали столь быструю победу, не так ли?
— А, вы о 527-148-4, — на секунду задумавшись, кивнул Ротбранд. — Действительно, он проявил похвальную самоотверженность. Лишний повод напомнить бойцам о том, как важно искупление смертью. Собирайте жрецов, комиссар.
Словно выключенный механизм, генерал смолк и уставился перед собой, на внутренний двор крепости, сплошь заваленный трупами и аккуратно разложенными трофейными комплектами брони. Веррокс повернулась на каблуках и пошла прочь. Вскоре выгоревший остов Крест-кургана заполнился голосами священников Министорума и шорохом черных униформ. Солдаты “Айзентода” закидывали оружие за спину и становились на колени, чтобы присоединиться к молебну.

Мы — Корпус Смерти.
Мы не останавливаемся, не отступаем, не предаем. Мы подносим плоть свою на алтарь Бога-Императора. Чаша предков наших доверху налита грехами, и лишь кровь потомков может омыть и заново наполнить ее, дав покой их душам.
Если убьют одного из нас, его место займут двое. Если будет истреблен наш полк, его сменит новый. Если уничтожат нас всех, мы найдем прощение.
Зарево войны зовет нас, как маяк в ночи. Мы идем на битву, чтобы обрести победу или искупление. Легко и радостно сражаться в бою, в котором ты не можешь проиграть.
И пусть дарует Бог-Император каждому из нас ту смерть, какой мы заслуживаем.
Аминь.

II

Я всегда любил слушать проповеди комиссара Веррокс. Редко, когда иномиряне настолько хорошо понимают суть Корпуса Смерти, и ещё реже, когда они видят нашу истинную суть. Госпожа Рейтина помогает нам нести Его свет в самые отдалённые уголки Вселенной, что пиломечом и болт-пистолетом на передовой, что своими речами, наполненными пониманием Его милости. Какой у неё приятный голос! Как она прекрасна! И как только иномиряне не видят её внутренней красоты, которая проступает во время боя? Как они могут не слышать истину, изрекаемую этой поистине чудесной женщиной? Если и есть в корпусе "Айзентод" человек, воплощающий доктрину "личное искупление не может быть поставлено превыше выполнения приказа", то это она. Не любой из нас, и даже не майор Восемьдесят Пять, которого мой "стимфалид" вскоре заберёт с поверхности осквернённой Литуаны, чтобы доставить к новой цели. И не генерал Ротбранд, который заботится о нашем корпусе уже столько лет. И уж тем более не кто-то из наших непостоянных и недисциплинированных союзников. Они слепы, в отличие от комиссара Веррокс, и видят лишь внешнюю часть нашей жизни. Они считают нас угрюмыми, лишёнными человеческих чувств автоматонами - так сказал мне брат № 527-150, присоединившийся к нам в астероидном поле системы. Уже сержант, несмотря на малый срок службы, и братья доверяют ему вести свой отряд в бой. Наверное, это потому, что он видит нас такими, какие мы есть на самом деле, и он с радостью разделил с нами наше служение. А вот и он... лёгок на помине. Искупление минует подчинённых Восемьдесят Пятого... до поры, до времени.
Я никогда не задумывался над смыслом получаемых приказов. Их сокровенная глубина проходит мимо меня, когда не касается напрямую "Облачной ветви", за рычагами которой я провожу оставшиеся мне дни. Восемьдесят Пятый и Координатор опять спорят по поводу возможных союзников, но это меня не касается. Приказы генерала Ротбранда обсуждению не подлежат, но это правило не распространяется на майора с его навыками самостоятельной работы, и я с интересом слушаю, вылавливая крупицы информации из доносящихся до меня слов.
Я никогда не ищу перспективы в полученных приказах. Они созданы для выполнения, и "Облачная ветвь" пойдёт туда, куда направил её майор, пусть даже датчики не показывают искомой цели в том квадрате. Восемьдесят Пятый доказал на деле, что он - прекрасный командир, пусть и с излишне заниженным процентом потерь. Мы пройдём над заданным квадратом, сея смерть, и враги, уже торжествующие победу над одной из союзных частей, познают волю Императора, а мы все узнаем, прав ли был майор.
Я никогда не сомневаюсь в командирах, и они платят мне за это сторицей. Сражаясь за Него-на-Земле, я не знаю ни в чём недостатка. У меня всегда есть оружие и снаряжение. Меня всегда обучат чему-то, если это требуется для выполнения приказа. И да, приказы у меня тоже всегда есть. Я веду "Облачную ветвь" сквозь шквал огня, щедро засеивая поля Литуаны стальными перьями. Обшивка дирижабля теряет свою дополнительную броню, падающую на вражескую пехоту, подобно перьям мифических птиц. В эфире командиры отрядов обмениваются тактической информацией, и я прекрасно понимаю, что происходит на поле боя, хотя мой обзор ограничен бронированной рубкой "Ветви". Враг вывел на поле боя свою тяжелую пехоту, и много моих братьев нашли Искупление, не уступив ни пяди захваченной земли врагу. Но теперь с небес посыплются не только стрелы - батальон Восемьдесят Пятого готовится вступить в бой, и литуанские еретики вскоре узнают, что тяжелая пехота есть не только у них. О, сколь тяжела участь моих братьев! Верные нашей идее, они не ищут Искупления только для себя, и помнят многие успешные кампании... Сейчас я радуюсь за них. Приказ генерала Ротбранда отправит их в самую гущу сражения, где приоритетная цель оглашает поле боя потоком мусорного кода, выкрикивая своё имя. Комиссар Веррокс сказала нам, что машину литуанские безумцы нарекли "царём Хорусом", и это богохульство должно быть захвачено и очищено. Комиссар благословила нас на план "Гинденбург", и я без сомнений направляю "Облачную ветвь" прямо на вражеский сверхтяжёлый танк. Вот он, занял почти весь обзорный экран. Военачальник среди меньших танков, он словно красуется размерами и невероятной мощью, и орудия наших "малкадоров" против него бессильны. Навстречу нам летят яркие трассеры вражеских выстрелов, но штурмовой дирижабль архейских магосов не сбить парой случайных попаданий. Неудержимые, горящие, сыплющие искрами, мы врежемся во вражеский строй подобно метеору, и очищающий огонь принесёт земле Литуаны прощение... На моём плече сжимаются пальцы номера 527-150, он шепчет мне кодированный приказ, и я перестаю быть пилотом штурмового дирижабля. Я вновь становлюсь пехотинцем Копуса Смерти, и могу лишь беспомощно смотреть, как моя прекрасная "Облачная ветвь" рушится на землю. Сержант протягивает мне противоперегрузочные крепления, и я со скорбью принимаю свою участь. Личное искупление не может быть поставлено выше выполнения приказа, и "Ветвь" погибнет одна. Но не напрасно! Я клянусь в этом своей боевой машине, надеясь воссоединиться с ней, чтобы предстать перед Императором за её рычагами. 527-150 склоняется надо мной, и я чувствую болезненный укол автоинъектора. Боевой стимулятор врывается в мою кровь, наполняя силой и желанием действовать- там, куда направит эту силу мой командир. Мы с грохотом врезаемся в землю позади "Хору-Мелика", и восемьдесят пятый штурмовой батальон бросается на врага, не ожидавшего, что мы останемся живы. План "Гинденбург" предусматривал инсценировку гибели дирижабля, призванную скрыть высадку десанта- такова мудрость наших командиров. Ранее прижатые к земле, наши солдаты бросаются в атаку. Враги пытаются сопротивляться, но в тылу у них исполненная священной яростью ветеранская часть, и для врагов пришло время умирать. Броня бойцов восемьдесят пятого не уступает вражеской, хоть и выглядит более архаично. Наверняка литуанские командиры не ожидали увидеть, что "Айзентод" обладает столь грозной силой. Кровопролитная схватка огненным валом захлёстывает позиции СПО, и в клубах дыма и отравляющего газа мелькает наша кавалерия, пришедшая на помощь своему майору. Взрывные копья выхватывают то одну, то другую машину из клубов дыма и пыли, освещая яркими вспышками спускающиеся сумерки, и я бегу вслед за сержантом, сжимая рукояти бронированных коробов с мельта-зарядами. Таков приказ, и я не собираюсь его обсуждать. Если нужно доставить это к кормовой части "Хору-Мелика", пожертвовав возможностью стрелять по врагу, то так тому и быть. Я вижу, как ещё несколько двоек наших солдат пробирается к сверхтяжёлому танку со всех сторон, и наши соратники перехватывают всех, кто может их остановить, порой даже ценой своей жизни. То кавалеристы атакуют врага в лоб, проложив копьями дорогу в заграждениях и положив свои жизни, то бронированный ветеран штурмовиков нырнёт в бункер, чтобы через несколько мгновений встретиться с Императором. Я понимаю, что шепчу древний гимн моей родной планеты, "Вознеси меня на небо", и не могу с этим ничего поделать. Сержант одобрительно смеётся и помогает мне выбраться из траншеи. Он не урождённый криговец, как и я, но сейчас даже истинные дети этой планеты не отвернутся от нас, потому что мы и они суть одно. Мы инструменты в Его руках. Мы несём Его волю звёздам. Мы погибаем, но не боимся смерти, потому что смерть - суть жизнь вечная. И многие из нас встречают её сегодня, а оставшимся суждено даровать погибель Его врагам. Я зарываю короб с мельта-бомбами на возможном пути отступления вражеского танка, а затем ныряю в укрытие, выхватывая лазган. Пока сержант ставит вторую ловушку, я предоставлен сам себе и могу выполнять свой долг. Я стреляю в слабо различимые в дыму фигуры, по очертаниям угадывая более громоздких врагов. Теперь, лишённый обременяющей ноши и на пике силы, даруемой стимулятором, я отличаю звук урчания нашей брони от воя вражеской. Первый подобравшийся к закопанным ловушкам литуанец получает веер жёлтых лучей из моего оружия, но нечестивое техноколдовство спасает его от смерти. Я тянусь за батареей, понимая, что не успею... и тут на спину врагу кидаются двое ничтожных на его фоне... литуанцев? Ничего не понимая, я вставляю запасную обойму и чувствую вибрацию сытого духа оружия. Один из солдат в литуанской форме отлетает, едва не сбивая меня с ног, и беглого взгляда хватает, чтобы понять, что костедробильная хватка мотоброни вытрясла из него дух. Второй успевает крикнуть "Стреляй, стреляй же!", прежде чем огромная латная перчатка сдавливает его череп и с мерзким звуком ломает его. Несмотря на грохот окружающего поля боя, именно этот хруст я слышу отчётливо, и ощущаю в нём что-то противоестественное. Времени думать, что значила эта выходка, у меня нет, и я стреляю, выполняя последнюю волю своего нечаянного союзника. Лазган в пробивном режиме опустошает батарею во мгновение ока, но вражеский офицер (теперь я в этом не сомневаюсь) вновь остаётся невредим. Исчерпав возможности к атаке с расстояния, я перехватываю лазган для штыковой атаки, но мир позади меня внезапно встаёт на дыбы, и я вижу стремительно летящую навстречу землю Литуаны, перемолотую нашими снарядами и щедро политую кровью - и нашей, и вражеской.
Меня возвращает в чувство болезненный укол. Второй раз за день, но таково решение командира. Мне остаётся лишь сетовать на свою слабость, препятствующую выполнить приказ, и я подчиняюсь. Огненная буря, поднятая в моей крови стимуляторами, заставляет то остро чувствовать каждый звук и деталь, то окутывает сознание пеленой забвения, в котором изредка проскакивают искорки мыслей. Закат почему-то не багровый, а жёлтый. Земля то фиолетовая, то серая. Лучи лазганов и огненные венцы на дулах автоганов наших ветеранов - бесцветные. А я, похоже по всему, гляжу на мир из бункера, но бункеров мы не захватывали, и своих не возводили. Значит это... Я пытаюсь подняться, но сержант номер 527-150 с братской заботой тянет меня на дно импровизированной траншеи, прислоняет к развороченным тракам чего-то циклопического и отрицательно мотает головой. Значит, Искупление я встречу не сейчас. Не по глупости.
Царствование богохульного танка на поле боя подошло к концу. Наживка из передовых частей нашей бронетехники сыграла свою роль, и теперь уцелевшие "малкадоры" занимают позиции вокруг нашего трофея, чтобы не допустить его возврата в руки врага. Чуть в стороне догорает моя прекрасная "Облачная ветвь", и я вижу, что в пламени есть что-то правильное. Что-то, что невозможно узреть обычным взором. Задача выполнена, но расслабляться и торжествовать победу ещё рано. Из развороченного нутра свергнутого "царя" доносятся песнопения и запахи благовоний - это техножрецы определяют, подходит ли реликвия для восстановления. Но в нашем корпусе никто не задумывается, что будет, если машина будет признана отклонением от истинного пути. Так это или нет, но солдаты "Айзентода" жили и погибли не напрасно.
Жуткий грохот и лязг позади выдаёт приближение "зихеля". В движениях солдат заметно некоторое оживление. Обострённым слухом я улавливаю просьбы серьёзно раненых оказать им последнюю милость, но личное искупление не может быть поставлено превыше поставленной задачи. Это говорит одному из раненых Восемьдесят Пятый, и боец послушно замирает, ожидая горячего питания и излечения. Такова суть Корпуса Смерти. Таковы мы, солдаты "Айзентода". Мы никогда не отступаем и всегда выполняем приказы. И дай Император, чтобы так было всегда!

Сообщение отредактировал Dammerung - 24.09.2017, 13:32


--------------------
Знание священно, и священна информация.
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
HiveTyrant
сообщение 25.09.2017, 20:30
Сообщение #12


Лалкомодератор
Hive Tyrant
************

Warhammer 40,000
Раса: Tyranids
Армия: Hive Fleet Leviathan
Группа: Модератор
Сообщений: 12 010
Регистрация: 21.07.2007
Из: Балашиха/Егорьевск
Пользователь №: 9 925

Ветеран Ягеллонского крестового похода



Репутация:   1841  


Последние мгновения невинности

I

Дверь с грохотом распахнулась. Главный управляющий Злато-Стока засуетился, пытаясь прибраться на своем столе - ветер от открывающейся двери раскидал тонну бумаги со стола по всему кабинету.

- Не помешали?

В проходе застыли первенцы Вострои. Управляющий весь обмяк и откинулся на спинку кожаного массивного стула.

- Нет, нет, что вы... Мы как раз вас ждали... Рекаф? Матильда! Рекафа нам и пану...

- Отставить рекаф. Мы здесь не за этим. Думаю, вы в курсе, что неподалеку обосновался орден предателей. И мы посланы советом Лордов Терры искоренить...

Майор запнулся. Он не хотел использовать слово ересь, но то, что сотворили Крылатые Гусары иначе именоваться не могло.

- Искоренить эту высшую несправедливость и малодушие в сердцах совершенных творений самого Всеотца.

Управляющий Яцек пролебезил, пытаясь не запутаться в словах.

- Вижу, суть вы уловили тут. И сейчас мы решили отрезать базу снабжения Гусар на случай долгосрочной блокады. Будем ждать, пока у них закончится весь прометий. Тут же прометий добывается?

Управляющий согласно закивал головой.

- Вот и отлично. Этот мир приведен к согласию "Черными Гайдамаками". Возражения?

Яцек лишь мотал головой из стороны в сторону.

- Вольно. Парни, можете опускать лазганы.

За спиной майора Данилы Шуфрича дюжина солдат позволила себе расслабиться и оглядеться уже не как профессионалы, а как граждане Империума. Даже на захолустной планетке даже самые мелкие шишки старались окружить себя как можно большими богатствами. Дубовая мебель, картины, гобелены, лепнина, золото, витражи... Эти твари признавали только деньги. В душе они хотели тут же пристрелить этого выродка и назначить временным поверенным делами этого шарика своего горячо любимого полковника, но это было против законов Империума. Они молча выполняли Его волю.

- И кстати, Яцек.

Майор успел прочитать большие золотые буквы на кабинете управляющего.

- Надеюсь, на планете найдется место для моей роты, пока остальные готовятся к штурму Ягеллона на орбите?

II

My Pierwsza Brygada,
Strzelecka gromada,
Na stos rzuciliśmy
Nasz życia los,
Na stos, na stos!


Солдаты, как и шахтеры, во все времена и на всех мирах бескрайнего Империума отличались фатализмом. Каждый день они смотрят смерти в глаза, ее аромат смрадом ядовитых испарений отравляет саму душу человека. Но как те, так и другие научились по настоящему ценить вкус жизни. Каждое свободное мгновение без битвы, каждая секунда отдыха - то, чем обязательно пользуются как те, так и другие.

O, ile mąk, ile cierpienia,
O, ile krwi, wylanych łez,
Pomimo to nie ma zwątpienia,
Dodawał sił wędrуwki kres.


Дикие в глубине души первенцы Вострои с упоением пели в местных кабаках песни вместе с шахтерами. Пусть это наречие готика и отличалось от распространенного на родном мире Черных Гайдамаков, но оно было очень близко. Отдельные слова угадывались, а смысл был понятен всем и каждому. Солдаты не стеснялись и угощали всех посетителей амасеком, а те, в свою очередь пели песни, чествуя своих новых освободителей от гнета вероломных и запятнавших свою честь Крылатых Гусар. Если спросить любого шахтера на Челмруде - каждый с недоброй улыбкой будет рассказывать о погрязшей в роскоши и богатстве прогнившей до самых пят верхушки ордена космических десантников. Каждый шахтер будет вспоминать жалкие гроши, которые он тут получает, пока эти напыщенные свиньи мечут бисер в своих дворцах, которые они лицемерно называют кельи.

Krzyczeli, żeśmy stumanieni,
Nie wierząc nam, że chcieć - to mуc!
Laliśmy krew osamotnieni,
A z nami był nasz drogi Wуdz!


Петро опрокинул в себя еще одну кружку с дешевым амасеком и заплывшим глазом огляделся. С первого взгляда могло показаться, что он уже изрядно надрался, но это было далеко не так. Пусть он и пошатывался, когда шел, но верный лазган за долгие годы выучки в любое мгновение мог оказаться в его крепких руках. Он плелся по длинному узкому проходу между кабаком и каким-то другим зданием. Что он тут делал? Солдат таких вопросов не задавал, он просто не мог уже держать в себе столько амасека, сколько выпил совсем недавно и нужно было освежиться. Ждать очередь из сослуживцев ему не позволяла физиология и еще одна кружка, которую он залил в себя буквально несколько секунд назад. К счастью, темных мест в Злато-Стоке было предостаточно.

Послышался характерный стон, а после него журчание маленького ручейка. За спиной раздался шорох.

- Эй! Кто здесь?!

Солдат попытался закончить свое темное дельце, но вместо этого лишь замочил сапоги.

- Кто здесь?! Я буду стрелять!

Петро начал водить дулом лазгана из стороны в сторону, пытаясь найти цель. Тень в проходе. Она стояла и не двигалась.

- А правда, что на Вострое у всех эм... Такие?!

Это была всего лишь девушка. Петро усмехнулся.

- Нет, у меня рекордсмен. Уж поверь, во всем взводе такого не сыскать красавца!

С гордостью ответил первенец. Девушка в ответ хихикнула и подошла к солдату, взяла его за руку и повела куда-то дальше, в глубину темного прохода. Петро совсем не сопротивлялся, позабыв даже натянуть штаны. Он послушно, словно кукла, плелся пьяной походкой за своей новой любовью.

III

Данила Шуфрич долго отказывался идти в столь сомнительные места. "Разум должен быть чист, как слеза младенца!" - майор не раз повторял это своим подопечным. Но тут какой-то выскочка, Петро из третьего отделения, сразу же заладил: "Вот и сходили бы, как этот младенец с чистыми слезами, прильнули к груди". Весь взвод одобрительно загоготал. Наглеца, конечно, высекли, но отказываться от похода теперь Данила не мог. Он должен был своим примером показать, что верный слуга Императора куда выше этих плотских утех. Единственная девушка для солдата Имперской гвардии - цепной меч, который Данила получил в самом начале своей службы.

Все третье отделение советовало заглянуть в кабак "Хитросплетение путей", судачило о какой-то Агнежке. Сам Данила был не против того, что его подопечные немного решили отдохнуть, но и меру им стоило знать. Постоянное хождение по кабакам ни к чему хорошему привести не могло. После выступления майор собирался поговорить с владельцем заведения, чтобы тот наливал поменьше амасека для гвардейцев, иначе того могло ждать наказание военного времени - не стоило забывать, что в системе кипела настоящая война, частью которой были и Черные Гайдамаки.

- Где тут Агнежка?

Майор не стал тянуть кота за хвост и прямо с порога обратился к первому попавшемуся посетителю.

- Она вроде занята, там за поворотом есть комнаты для танцев. Вы бы к бармену обратились...

Ни сколько не смущенный Данила направился к бармену. После недолго разговора, майор поставил на стойку стакан - шестигранный стакан, подарок с родного мира, как символ дружбы с механикусами.

- До краев!

Бармен откупорил новую бутылку самого крепкого амасека и наполнил стакан. Данила залпом опрокинул в себя все содержимое, ничуть не поморщившись, а только занюхав рукавом своей формы, выдавил из себя протяжное "Ах" и уселся на стуле в ожидании Агнежки. Впрочем, девушка не заставила себя ждать. Покачивая бедрами, она буквально выплыла из-за поворота. К ней подбежал бармен, указывая на майора пальцем, и начал что-то шептать.

- Как тебя звать, боец?

Агнежка стояла рядом и томно дышало прямо в ухо майору.

- Майор Данила Шуфрич.

Солдат тут же отдал честь, складывая руки в символ аквилы на груди. Девушка провела длинным пальчиком по подбородку майора, заставив того сглотнуть скопившиеся слюни.

- Майор, говоришь... Тогда один танец за мой счет! А потом уже сам решишь.

Данила не моргнув глазом со стуком выложил троны на барную стойку.

- Один танец и стакан амасека. Увидимся не раньше, чем через четыре дня! И такое расписание будет у каждого солдата. Не раньше, чем через четыре дня! Ясно?!

Бармен с опаской закивал, а Агнежка подарила поцелуй майору и отправилась с ним в комнату для танцев.

IV

Майор в очередной раз распахнул дверь в кабинет Яцека ногой.

- Вижу, у вас много дел, раз решили остаться здесь допоздна.

На шее Данилы красовался красный след от поцелуя.

- Я даже иногда здесь сплю... Неужели вы думали, что это все излишества? Нет, я здесь провожу почти всю свою жизнь.

- Нет, Император не приказывал мне ничего думать. Мне приказано лишь перевести добывающий комплекс "Янин" в лоно Империума.

Яцек ожидающе глядел на Майора.

- Я объявляю здесь военное положение! Все вопросы решаются через военный совет Черных Гайдамаков. В пятидневный срок будет сформирован совет рабочих, они будут приняты в строй Черных Гайдамаков, как добровольцы, на время проведения военных действий на Ягеллоне. Власть законному правительству будет возвращена в пятидневный срок после окончания операции по усмирению Гусарии.

Майор отдал честь, сложив руки на груди в знамении аквилы. Он повторил в точности каждое слово, которые нашептывала ему Агнежка несколько часов назад...

"Если кому интересна песня, которую пели в кабаке"

"Итоги"
7% от сил одной роты Черных Гайдамаков, в том числе высший офицерский состав, были инфицированы генокрадами.

Большая часть лояльных культу сил были записаны, как добровольцы. Из них сформирован совет рабочих, который фактически взял власть на планете.

Отправлены запросы на орбиту для транспортировки техники на планету для технического обслуживания и заправки прометием.

Налажено снабжение Черных Гайдамаков. Власть в Злато-Стоке перешла к культу без единого выстрела и потерь в живой силе.


Сообщение отредактировал HiveTyrant - 26.09.2017, 08:42


--------------------
Я не знаю слова "Проиграть". Только "Выиграть"... Ну и "Зачитерили".
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Йорик Железнорук...
сообщение 26.09.2017, 14:38
Сообщение #13


Greater Daemon
************

Warhammer 40,000
Раса: Daemons of Chaos
Армия: Undivided Legion
Группа: Куратор
Сообщений: 16 787
Регистрация: 20.01.2008
Из: Сектор Москва, северо-западный суб-сектор, мир-крепость Куркино.
Пользователь №: 12 375

Первое местоПервое местоСамый упоротый переводчик



Репутация:   7319  


Интерлюдия


Мёртвые безразлично глядели на живых из сумрака. Их было трое. Скаут, чьи шрамы от имплантатов были ещё свежими. Руку ему оторвало прямое попадание, но убил случайный осколок, глубоко погрузившийся в мозг. Космодесантник, который не ведал страха при жизни и не познал его в смерти. На его лице застыл яростный оскал, но гнев не помог ему против врага, разорвавшего грудную клетку силовыми когтями. Седой ветеран, проживший на войне всю свою жизнь и бившийся под светом бесчисленных далёких звёзд. Он был покрыт ожогами, лёгкие пробила очередь болтов, а затем выстрел милосердия разнёс череп на части. Но из трёх воинов на обычных Астартес был похож лишь скаут. Лицо космодесантника вытянулось, глаза пожелтели, а во рту торчали клыки. Обгорелая шерсть покрывала старого воина с ног до головы, за спиной виднелся короткий хвост, а из рук торчали жуткие когти. Враги, мутанты, убийцы, колдуны… Возрождённые-из-Пепла.
- Итак, почтенные братья… - нарушил молчание капитан Иван Серво, отвернувшись от парящих тел. – Рассказывайте, что удалось обнаружить.
- Я тщательно осмотрел тела поверженных еретиков, - заговорил зычным басом капеллан, опирающийся на огромный молот-крест. – И должен признать, тёзка, что кроме очевидных грехов мутации я не нашёл ничего, свидетельствующего о том, что сии отступники служат Губительным Силам. Но одни искажения тела не могут быть достаточным свидетельством, как показали Чёрные Драконы и наши тёмные собратья из внешней тьмы...
- А демоны на порченном корабле?
- Демоны? Я говорил с вырвавшимися из западни воинами сразившегося с ними отделения, с Сандром и вытащенным им из пекла Туром. Еретики бились с отродьями варпа так же яростно, как и наши братья, а Тур, прежде чем потерять сознание, сказал мне, что демон обрушился на них, когда брат Дмитр взорвал одну из статуй...
- Что за статую? - нахмурился Иван.
- Чудовища, брат, дьявола из самых недр ада, причём именно того самого, который появился. Судя по отчётам, статуй там было очень много. Десятки... И если из одного сокрушённого идолища поганого явился дух нечистый, то кто знает, что было бы, уничтожь мы проклятый корабль, успей мы отправить вторую волну. Да и был ли это кумир или же узилище демона, в проклятом камне заточённого - тем более. Возможно, брат Бабайота увидит своим взором больше?
Воздух в зале стал ещё холоднее, зашелестели тени, а затем искры побежали по доспехам библиария. Провидец внимательно вглядывался в тела, словно пытаясь схватить взглядом их улетевшие души. По телам промчались призрачные огни, но затем погасли, будто задутые свечи, потухло сияние в глазах псайкера.
- Нет, брат, - Он покачал головой, говоря как обычно задумчиво и тихо. – Нет, я чувствую в обрывках их воспоминаний лишь память о древнем чернокнижнике, их господине, которого отступники в гордыне своей зовут Вечным, но не вижу порчи Хаоса.
- В Альфа-Легионерах на Гамме Кита ты её тоже не увидел, - сухо возразил капитан.
- Возможно, в них её ещё и не было. Пока, - Бабайота вздохнул, разминая плечи. – Ведь предатели так же, как и мы, пополняют свои ряды новобранцами, а кто знает, как быстро в них укореняется порча? Один Император, светом своим изгоняющий тьму, и возможно Его тёмные рыцари. Нет, больше я ничего сказать не могу.
- Но я могу, - слабо улыбнулся Ермол. – Пока вы проводили осмотр, я и мои товарищи изучали образцы взятых у предателей тканей, - аптекарий взмахнул рукой, и перед подвешенными Возрождёнными появились образы светящихся спиралей. – Конечно, здесь не наша крепость, но провести сравнительный анализ можем. Результаты крайне занимательные. Вот, видите? - Ермол подошёл ближе, показывая на частицы кружащейся спирали. Изображение замерло, и рядом возник экран, - Такое ни с чем не спутаешь. В генах еретиков следы Канис Хеликс, братья.
- Значит всё-таки волки?
- О, но не только, - покачал головой аптекарий, отправляя ещё одну команду. Выделенные частицы покраснели, - Видите ли, дорогие братья, наши враги оказались химерами, созданными безумцами, отважившимся на действительно опасные эксперименты. Когда мне не удалось обнаружить совпадения с известными мне образцами генетического семени верных легионов, я был вынужден сверить их с предателями, - ещё одна часть спирали остановилась, - и так нам удалось выделить в их ДНК следы генов Ночного Призрака. Конрада Кёрза.
Иван выругался сквозь зубы, с трудом удержавшись от того, чтобы сплюнуть. Повелители Ночи. Гнуснейшие из всех предателей, бесчестные разбойники и убийцы, упивающиеся страхом жертв… слившиеся воедино с Волками Фенриса, самыми неистовыми из всех Адептус Астартес? Какому безумцу вообще могло прийти в голову сотворить такое? Капеллан начал читать литании спокойствия. Бабайота просто моргнул. Предвидел ли он такое? Едва ли. Но определённо ожидал странного.
- Но и это ещё не всё, ведь у химеры три головы! – дождавшись, пока братья придут в себя, продолжил Ермол. – Мы обнаружили, что со временем геносемя отступников изменяется, что и вызывает эту мутацию. Гены Конрада слабеют, тогда как наследие Волчьего Короля становится сильнее, - отдельные участки спиралей посинели, наглядно показав соотношение. – Но на протяжении всех этапов есть одна часть, неизменная, как полярная звезда, - последний фрагмент спирали посерел. – И она всегда составляет приблизительно 22% геносемени. К моему стыду, мне не удалось определить её происхождение. Что скажете?
Иван молчал. Молчал долго, переваривая информацию. Такого он не ожидал. Такого никто не ожидал.
- Вот что, аптекарий, - наконец, заговорил капитан. – Отправьте геносемя из остальных найденных тел в хранилище.
- Брат, ты же не хочешь…
- Император упаси, нет! - одна лишь мысль об этом заставила капитана вздрогнуть. - Не хочу. Таким чудовищам нет места в Великом Замысле. Однако мы знаем архимагосов, которые могут хорошо заплатить за такую диковинку. Например, доминус Велизарий в прошлый раз предоставил нам чертежи плазменных винтовок, которые не перегреваются при обычном режиме стрельбы. Почтенный Эфризион может поспособствовать в строительстве новых фрегатов. На худой конец геносемя сойдёт как наживка… - капитан свирепо усмехнулся. – Доспехи - технодесантникам, разберутся, оружие тоже. Если найдёте среди трупов такие же тройки наглядных образцов - заморозьте, а остальные сбросьте в реактор. Пусть не останется даже пепла... Я им это обещал.

Сообщение отредактировал CTEPX - 23.10.2017, 14:10


--------------------
Хех.
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 27.09.2017, 11:17
Сообщение #14


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Бакалейная лавка
Сеттинг: Wh40k
Жанр: ужасы
Возрастные ограничения: 18+
Аннотация: Кровавые Кости известны как "смерть, опустошающая миры". Они часто применяют оружия массового поражения, проводят геноциды и ксеноциды. Но среди капитула также есть воины с иными талантами, не менее пугающими.

Автор - Решил остаться неизвестным.


- Ваш приказ исполнен, брат-капитан, реактор в полном порядке!

Капитан мрачно взглянул на лейтенанта Доминуса.

- Ты лично проследил за его починкой?

Космический десантник сплюнул кровью на керамитовый пол, утвердительно кивнув.

- Лично закрепил последний клапан, брат-капитан.

Проследив взгляд своего командира, который застыл на ручейке уже свернувшейся крови около губы, лейтенант осмелился ответить до того, как был задан вопрос.

- Всего лишь радиация, ничего необычного.

- Радиация, говоришь...

Капитан почесал свой подбородок латной перчаткой и глянул на апотекария. Тот расположился в дальнем углу капитанского мостика, орудую огромным циркулярным тесаком. Но пыточном столе распластался Крылатый Гусар, пойманный во время самоубийственной абордажной атаки. Эти глупцы так и не смогли ничего достичь - реактор крейсера снова был стабилен и "Громовержец" медленно выплывал из холодных глубин космоса на орбиту Ягеллона. В запястья пленника были вбиты тридцати трех сантиметровые керамитовые гвозди, шляпки которых были украшены черепами с горящими глазами. Рот гусара был зафиксирован двенадцатью крюками, которые все время держали его открытым. Язык без устали, словно змея в горшке, извивался и шипел, но ни одного слова не возможно было разобрать. С боку свешивалась пластиковая трубка, которая не давала кислоте и слюням скопиться в разинутой пасти, что оберегало бедолагу от перспективы захлебнуться.

Визг циркулярной пилы, вскрывающей усиленные кости космического десантника бойкой симфонией заполнил капитанский мостик, а хрипы и стоны лишь вносили нотки отчаяния в эту прекрасную музыку боли. К сожалению, длилось это произведения искусства всего несколько мгновений.

- И все же, я считаю предательство - это дефект геносемени!

Крил быстрым движением руки, словно мясник в бакалейной лавке, вырвал прогеноиды безымянного пленника. Апотекарий рассматривал их со всех сторон. Еще влажные, они пульсировали в его латной перчатке и истекали кровью, которая тут же сворачивалась. Крил вдохнул этот незабываемый аромат.

- Похожи на обычные на вид...

Апотекарий откусил небольшой кусочек, тщательно пережевывая жесткую плоть. Можно было даже услышать скрежет раздувшихся от напряжения мышц, которые двигали челюсть Крила.

... и на вкус тоже. Удивлен, что эти прекраснейшие прогеноиды принадлежат предателям! Надо продолжать мои исследования, может, порча содержится в других тканях.

Словно кулинар, Крил выбирал какой кусочек лучше отрезать от этого откормленного бычка, которого он получил на убой. Его прервал лорд-капитан Стирлинг.

- Брат Крил, отвлекись на мгновение. Можешь проверить, на сколько сильные повреждения радиацией получили имплантанты брата Доминуса? А мы пока приготовимся к орбитальным ударам.

Капитан вернулся на трон, с которого управлял всей огневой мощью "Громовержца". макроорудия были уже заряжены и ждали мгновения, когда они смогут отправить раскаленные до бела снаряды в самое сердце логова предателей. Стирлинг Арморбраун обещал, что океаны Ягеллона закипят от горячей крови предателей и он не намерен был отступать от своего обещания.

Сообщение отредактировал CTEPX - 28.09.2017, 18:28


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 28.09.2017, 18:11
Сообщение #15


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Ярость
Сеттинг: Wh40k
Жанр: триллер
Возрастные ограничения: 16+
Аннотация: Первое впечатление обманчиво. Никколо Беллизамо, инквизитор Ордо Еретикус, искушен в маскировке и лжи. Однако перед лицом опасности, ему предстоит использовать совсем другое оружие.



- 5:38 до часа Ч
Компактный челнок класса «Арвус» выполнял посадочный маневр в приемном ангаре «Арабеллы». Комиссар Рейтина Веррокс решила воспользоваться приглашением командира 513-й штурмовой бригады, каким бы странным оно не выглядело. Погруженная в размышления, она не заметила, как челнок плавно опустился на палубу. В реальный мир её вырвал звук опускающейся сходной аппарели.
- Комиссар, мы прибыли, - раздался из динамика голос пилота.
Выдохнув и поправив фуражку на голове комиссар подразделения «Айзентод» решительным и четким шагом направилась к выходу. Но уже на середине аппарели её шаги заметно сбавили темп. Не было ни почетного караула, ни высших офицеров полка, ни самого полковника Сигмы. Вместо них стояла одинокая фигура с головы до пят закованная в блестящую черную броню. Полный шлем, чья лицевая часть отдаленно напоминала маски, крепившиеся к противогазам гренадерами Корпуса Смерти, обратил свой немигающий визор на неё. Но больше всего смущало то, что он был слишком массивен и высок для простого человека.
- Добро пожаловать на борт нашего скромного корабля, миледи, - вырвалось из вокализаторов шлема.
- Миледи? – от такого неожиданного обращения Рейтина застыла на месте. Я – комиссар Официо Префектум!..
- Вы в первую очередь дамочка. Хоть и утянутая в ушитую по фигурке форму и напялившая на голову фуражку,- прервал её непонятный собеседник, хохотнув,- Так что извольте, со всем уважением называть вас используя слово «миледи». Иначе я действительно начну называть вас «дамочка».
Рука Веррокс рефлекторно дернулась к кобуре болт-пистолета, но едва успела коснуться рукояти, когда на неё уже был наставлен комбиболтер странной модели.
- Не делайте глупостей, миледи. Я конечно же должен принести свои извинения за некоторую бестактность, но на этом корабле не действует юрисдикция Официо Префектум и тем более Астра Милитарум.
- С какой стати?! Это корабль имперского фло..!
- Это корабль лорда-инквизитора Беллизамо, миледи, - произнес собеседник, опуская оружие,- прошу, следуйте за мной.
Лицо комиссара начало бледнеть, пока полное понимание озвученного факта просачивалось холодными щупальцами в сознание.

Рейтина Веррокс шла по коридорам «Арабеллы» И штурмовик, как она решила назвать сопровождающего, заставлял закаленного в боях комиссара чувствовать себя неуютно. Он двигался слишком плавно и при этом обладал почти двухметровым ростом и шириной плеч раза в полтора больше любого встреченного на корабле мужчины. Спустя несколько поворотов они оказались перед дверью, и боец сделал приглашающий жест пройти:
- Прошу сюда. И пожалуйста, оставьте мне свое оружие.
Передав поясной ремень с кобурой штурмовику Рейтина прошла через открывшуюся дверь. За ней обнаружился герметичный шлюз. Монотонный голос сервитора предупредил Веррокс о том, что сейчас будет произведена дезинфекция. Что еще добавило еще один мазок к странной картине творящегося на корабле. Из раздумий комиссара вырвал звук открывающейся внутренней створки шлюза.
В центре комнаты на двух из трех кресел, стоявших вокруг небольшого столика, сидели мужчины, несомненно ожидавшие её появления. При виде одного из них комиссар удивленно нахмурилась.
- Да, да, комиссар. Лорд Жигимонт здесь по моему приглашению. Так же как собственно и вы.
По спине Рейтины пробежал холодок. Голос исходил от второго мужчины. Кожа его лица несла следы ожогов практически по всей своей поверхности. Остальное тело было скрыто под одеждой, но что-то подсказывало что там картина была не лучше. На столике рядом с кофейным сервизом на три персоны лежал шлем. Тот самый, который она видела на полковнике 513-й во время последнего совещания перед атакой на Литуану.
Человек медленно встал. В его движениях наличествовала та же легкая неловкость, что и на совещании.
- Комиссар Веррокс, рад что вы прибыли по моему приглашению.
- Полковник? Или точнее лорд-инквизитор?
Искра веселья появилась в глазах её собеседника. И в очередной раз заставила Рейтину чертыхнуться про себя. Только сейчас она заметила, что глазные яблоки были бионическими.
- Я не солдат Крига. Я вообще не солдат. Все это игра, комиссар. И раз уж нам не посчастливилось работать вместе в этой операции, хоть и на разных направлениях, я счел нужным уведомить вас кое-о-чем.
Рука в кожаной перчатке потянулась к воротнику и через мгновение следуя за серебряной цепочкой из-под кителя появилась инсигния. Комиссар резко выдохнула.
- Властью Императора и Совета Терры, а также священных Ордосов, я лорд-инквизитор Ордо Еретикус Никколо Беллизамо. Это первое, что я собирался вам сообщить.
В горле Рейтины пересохло.
- Во-вторых, комиссар, я посоветую вам никому не верить. Вы не являетесь представителем ни одной из сторон конфликта. Вы, кха-хммм, простите…,- собеседник закашлялся, - Приступы все еще случаются. Вы выпускник Схолы Прогениум. И я, как лицо, стоящее вне основной линии этой свары, прошу вас сохранять внимательность к происходящему. Это противостояние не настолько простое, каким может казаться.
Инквизитор указал на Жигимонта, до этого момента, молча сидевшего в кресле и время от времени отпивавшего из небольшой кружки, стоявшей возле него.
- И третье. Лорд Жигимонт обратился ко мне с деликатной просьбой. Точнее первым на связь с ним вышли мои агенты. Суть процесса не столь важна как его предложение. Несмотря на всю происходящую в системе чихарду, он остался верен Трону и просил предоставить возможность искупления для Литуаны. И я намерен ему ее дать. Прошу, присаживайтесь. Обсудим детали.
Рука Никколо Беллизамо сделала приглашающий жест в сторону третьего кресла.

Ч +1:14
Никколо Беллизамо пригнулся, когда подбитый штурмовик класса «Стервятник», оставляя дымный шлейф пронесся в паре метров над ним и с оглушающим грохотом врезался в торчавший ввысь из общего хаоса огромный феррокритовый сегмент стены дворца. Артиллерийская подготовка перед атакой имела двоякий эффект. С одной стороны, брешь в стене была пробита. Однако с другой весь путь к пролому превратился в смертельный лабиринт из осыпавшихся вниз феррокритовых осколков, размерами от булыжника до «Гибельного клинка» и даже больше.
Вопящий литуанский ополченец с остекленевшими глазами выскочил на инквизитора из облака пыли поднятого взрывом «Стервятника». Уйдя от неумело направленного штыка Никколо без особых усилий перебросил противника через себя сообщив ему достаточное ускорение, обеспечившее перелом шейных позвонков при ударе оземь. Боковым зрением он успел заметить еще двоих ополченцев бегущих к нему.
Те же остекленевшие глаза. Тот же невнятный крик вырывающийся из горла. И все почему-то даже не пытались в него стрелять. Недолго думая инквизитор выхватил болт пистолет из набедренной кобуры и прострелил обоим головы.
Битва вокруг превращалась в стихийную мясорубку. Атакующие вниз по склону из обломков части предателей, не считаясь с потерями кидались на порядки штурмовиков 513-й и навязывали ближний бой пройдя по телам своих же товарищей. Время переставало существовать.
Никколо Беллизамо никогда не помнил, чтобы ему приходилось участвовать в подобном. Патроны к болт пистолету закончились. Пришлось перейти на псисиловой меч и силу бионических рук и ног. Проламывать черепа. Рубить конечности. Пробив лицевую маску очередного ополченца пальцами левой руки одновременно вгоняя клинок под подбородок другому правой, инквизитор осознал, что начинает терять контроль над собой.
Хохот. Всюду слышался женский хохот. Стены дворца на которых происходило сражение начали колыхаться и мерцать. Тошнотворные судороги проходили по феррокриту. Неужели никто больше этого не замечал?
Концентрацию вернул очередной приступ фантомной боли. Слюна брызнула сквозь стиснутые зубы на внутреннюю поверхность маски. Жигимонт не лгал. Сейчас он бился рядом, разрубая противостоящих ему ополченцев фамильным силовым мечом.
- Лорд-инквизитор! Мы не пробьемся сквозь это безумие!
Его крик прорвался через свист в ушах. Прорвемся или нет, это не имело сейчас никакой разницы. Герцог Литуанский, проклятая Императором сумасбродная дворянка Ядвига отдалась во власть Губительных Сил. Свист усиливался, переходя в визг.
- Срань! Нам нужно уходить отсюда! Инквизитор!
В динамиках встроенного вокса послышался голос капитана Тревона, на которого с самого начала легло истинное командование подразделением.
- Сэр, резервы исчерпаны. Скорость наступления падает. Нам необходимо или закрепиться на захваченных позициях или же отступить.
Слова становились все тише. Гасли все чувства кроме трех. Ярости, боли и ненависть.

- 1:05 до часа Ч
Никколо Беллизамо пребывал в мрачном расположении духа. Пусть способность дышать самостоятельно уже почти восстановилась, но инквизитор всё ещё не решался снимать шлем вне чистой комнаты, в которой сейчас и находился. Квинктилий Публивар Младший сгинул, но не все задумки главнокомандующего пропали вместе с ним. Приказы, оставшиеся в наследство подчинённым, были недвусмысленны. Штурмовать Дворец Ядвиги.
Кисти рук, лежавших на подлокотниках кресла, нервно дернулись и сжались в кулаки.
Фантомная боль прошлась волной по всему телу. Магосы заверяли его, что нервные соединения срослись нормально. Но все же приступы случались. Несмотря на все процедуры. Псайкер Примарис, любезно предоставленный ему Владыкой, давным-давно это заметил.
"Боль говорит о том, что ты еще жив. Ненависть, которой полна душа даст тебе силы двигаться сквозь пламя. Ярость дарует силу, способную вскипятить океан. Варп. Забудь о нем. Сконцентрируй свою злобу, боль и ненависть. Выплесни её на врага. Сейчас ты не веришь, что это возможно. Но прислушайся к моим словам. Я не обращаюсь к Эмпиреям, когда использую силы. Прими это, и ты станешь велик. Ярость и боль не будут более затмевать твой разум. Они заставят врагов страдать!"
Размышления над словами псайкера прервались верещанием пульта внутренней связи.
- Господин, до высадки осталось шестьдесят стандартных единиц.
Протянув руку, инквизитор нажал кнопку передачи.
- Благодарю. Дравин, приготовь тяжелый комплект брони. Я вскоре подойду.
- Да, господин.
Ненависть способна воздействовать на материальное пространство? За свою жизнь инквизитор не слышал более безумных вещей. Взяв шлем со столика рядом с креслом, Никколо встал, собираясь направиться в оружейную, когда очередной приступ фантомной боли прошёлся через нервные окончания.
Взревев, инквизитор упал на колени. Сипло дыша, он пытался подняться, но каждое движение приводило к новому приступу. Кое-как встав на ноги, трясясь от проходящих по телу судорог, и с ниткой слюны, стекающей по краешку рта, Никколо Беллизамо закричал.
Лопнула стоявшая на столике бутылка вина и изысканный хрустальный кубок. Сам столик откинуло к стене на несколько метров. Кресло перевернулось и полетело в другую сторону. Решетки вентиляции на стенах начали скрипеть и гнуться. Люминофоры, освещавшие комнату, замигали и потухли.
Все еще трясущимися руками инквизитор надел шлем на голову и защелкнул гермоворот. После пары неверных шагов он смог, наконец, выпрямиться. Сиплое дыхание вырывалось из вокс-динамика маски.
- Теперь я понимаю.
Произнеся эти слова Никколо выбросил руку в сторону двери чистой комнаты.
- Ярость.
Кисть сжалась в кулак, а дверь со скрипом начала гнуться.
- Ненависть.
Металлическое полотно превратилось в лист скомканного пергамента в руках нервного летописца.
- Теперь все встало на свои места.
С грохотом искореженный металл упал на пол. Пройдя мимо него, инквизитор направился в свою оружейную. Сегодня Ядвигу ждет расплата. Сегодня дворец падет.

Ч +1:57
Ярость.
Ярость что в данный момент способна затмить Солнце. Руки судорожно схватились за рукоять меча и повернули его клинком вниз.
Боль.
Боль, ставшая проклятием на всю оставшуюся жизнь. Хриплое дыхание вырывается из вокс-систем шлема. По лезвию бегут струйки алого огня.
Ненависть.
Ненависть ко всем нечистым вокруг. Всем, кто поддался влиянию Ядвиги и пошел за ней в бой.
С ревом лорд-инквизитор Беллизамо вгоняет клинок в каменную крошку под ногами. Головы ополченцев и мелькавших среди них дворцовых гвардейцев в радиусе нескольких десятков метров взрываются кровавым фейерверком. Тела валятся через несколько секунд. Жигимонт до этого момента защищавший согбенного инквизитора отшатнулся.
- Святой Трон…
Не слушая его молитв, Никколо активировал связь с командным отделением:
- Общий приказ. Отступить на исходные позиции.
Через доли секунды послышался голос капитана Тревона:
- Приказ принят. Общее отступление на исходные позиции.

Сообщение отредактировал CTEPX - 28.09.2017, 18:28


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Locke
сообщение 05.10.2017, 19:53
Сообщение #16


Greater Daemon
************

Warhammer 40,000
Раса: Chaos Space Marines
Армия: Word Bearers
Группа: Модератор
Сообщений: 11 460
Регистрация: 17.04.2006
Из: Москва
Пользователь №: 4 676

Ветеран Ягеллонского крестового похода



Репутация:   2659  


Название: Кровь в пустоте
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Возрастные ограничения: 14+
Аннотация: Карательный флот Ягеллонского Крестового похода проходит через усыпанное ловушками Бризингуллово ожерелье. Вацлав Погански и Чезариуш Пшелсудский готовятся пустить кровь Железным Драконам.

I


Флот карателей даже после катастрофического прибытия в Ягеллонскую систему являл собой грозное зрелище. Угловатые громады макротранспортов плыли через вечную черноту космоса, похожие на смертоносные иглы крейсера космодесанта рыскали в авангарде в поисках добычи, суда Имперского флота образовывали сложные построения. Но в действиях карателей не было слаженности: в то время как одни спешили залатать раны на шкурах бронированных исполинов, другие уже рвались в бой, преисполненные желания поскорее пройти лежащий у них на пути Бризингуллов пояс и пустить кровь ненавистным предателям-Гусарам. Эти-то и поплатились первыми за свою спешку: пояс астероидов не только затруднял навигацию, но и оказался начинён минными полями и замаскированными среди глыб льда и скал автономными торпедными комплексами, враз охладившими пыл наглецов, решивших было, что Ягеллон можно взять с нахрапа. Продвижение флота замедлилось до скорости черепашьего шага, ведь каждый километр условной пустоты мог таить в себе смертоносные подарки подлых Гусар.

II


Громадные ковчеги Легио Статика казались исполинами даже на фоне внушающих трепет ударных крейсеров Железных Драконов. Когда флагман Квинктилия Публивара Младшего сгинул в безднах варпа, флот Ягеллонского Крестового похода быстро распался на отдельные клики, которые сейчас с разных сторон вгрызались в Бризингуллово ожерелье, стремясь найти безопасный проход. Ыыкын Рэс, второй капитан Железных Драконов, именуемый Укусом змея, в тысячный раз за сутки сокрушенно покачал головой, не понимая, как твердолобые союзники могут не видеть очевидной нерациональности выбранного ими курса действий. Верные однажды данному слову Драконы выступили в качестве сопровождения для кораблей Статики, несущих в своем чреве драгоценных богомашин. Мины и торпеды представляли для бронированных громадин не самую большую угрозу, так что то ли по этой причине, то ли понукаемые гневом их хозяев из Инквизиции, ковчеги на всех парах неслись навстречу свету Сауле, опережая значительную часть основных сил Крестового похода. Связь была нестабильна – как из-за бушующего в Эмпиреях шторма, так и из-за помех, создаваемых сияющим вокруг Бризингулловым ожерельем. Авгуры дальнего действия класса «Японо» улавливали со стороны левого борта эхо сигналов от кораблей Неуловимых Мстителей и Кровавых Костей, которые продвигались через пояс параллельным курсом. Кроме того, Ыыкын знал, что где-то впереди пробивают себе путь жадные до сражений рыцари дома Ареос, прикрываемые Линейным флотом Магнезии, но их сигнатуры уже несколько часов перестали всплывать на экранах: то ли настолько оторвались, что вышли из радиуса обнаружения даже самых чувствительных ауспиков, то ли нашли бесславную гибель на очередном минном поле.

III


Тревожный сигнал ревуна вывел капитана Рэса из пучин мрачных раздумий.
- Доклад, - рявкнул он, обращаясь к замешкавшемуся адъютанту. Большинство людей на мостике ударного крейсера «Лалибэлах» находились на своих постах уже восемнадцать часов, и скорость реакции у некоторых начала падать. Скоро потребуется произвести ротацию.
Инфопланшет с расшифровкой данных ауспик-сканирования лёг в закованную в латную перчатку руку капитана космодесанта. Крылатые Гусары: три крейсера, восемь фрегатов класса «Нова» и боевая баржа, опознанная как «Крыло бури». Идут на крейсерской скорости плотным клином.
- Почему мы обнаружили их только сейчас? Они смогут открыть по нам огонь уже через считанные минуты!
- Простите, господин. Неприятели успешно воспользовались магнитной интерференцией, вызванной несколькими богатыми рудой астероидами, которые снизили чувствительность наших систем, - залепетал адъютант, но Ыыкын прервал его властным жестом.
- Перекалибровать авгуры, отфильтровать помехи, увеличить диапазон охвата! – убедившись, что человек воспринял его приказ, капитан Рэс переключился на общекомандную частоту и обратился к кораблям флота:
- Железные Драконы! Враг обнаружен! Наша задача – прикрывать Легио Статика. Оборонительное построение Маскали-оникс-семнадцать!
На экране шлема одна за другой загорелись руны подтверждения. Полночно-чёрные корабли один за другим приходили в движение, занимая отведенные им в строю места. Плазменные реакторы разгорались ярче, набирая мощь, необходимую, чтобы питать щиты и орудия. Но медленно, слишком медленно. «Амид Цион» и «Слава Селеха», оказавшиеся ближе всех к Гусарам, погибли под слаженными залпами десятков лэнс-батарей в первые минуты боя, не успев перекалибровать щиты для противодействия новой угрозе. Соседние корабли открыли ответный огонь, намереваясь отомстить за кровь павших яростью орудийных батарей, боевые братья из штурмовых отделений занимали места в абордажных торпедах.
- Эффективность прискорбно низкая, мой господин, - констатировал очевидное адъютант, - Предатели держатся на границе зоны поражения наших орудий, и мы не можем задействовать огневую мощь наших союзников потому что…
Вновь прервав взмахом руки нерационально болтливого человека, капитан Ыыкын Рэс склонился над командной консолью и прорычал:
- Всем боеспособным кораблям! Крылатые Гусары сражаются как трусы, боящиеся вида собственной крови! Так принесем же им пламя и кровь! Сблизиться для контратаки, выбор целей произвольный, огонь по готовности. Покажем им ярость дракона!
Потрепанные и разозленные внезапностью первоначального нападения Железные Драконы с готовностью откликнулись на призыв, устремившись навстречу посмевшим бросить им вызов предателям. Плотный рой торпед вырывался из носовых аппаратов, звенья юрких фрегатов и эсминцев перевели всю энергию на двигатели, чтобы связать врага и удержать его до подхода уцелевших крейсеров ордена. Крылатые Гусары не приняли бой. С невероятной легкостью десять кораблей, действуя словно единое целое, произвели маневр перестроения, ложась на новый курс.
- Невозможно! – прорычал Ыыкын Рэс, наблюдая за чехардой огоньков над командной консолью. Маленький флот Гусар словно танцевал в космосе, его корабли двигались с грацией стаи птиц, уходя от преследования.
- Подобная слаженность требует многочасовых предварительных расчетов с предельной нагрузкой на навигационные когиаторы, - поддакнул адъютант, - И даже в этом случае конечные курсы пришлось бы корректировать на ходу, что не может дать приемлемой гарантии успешного отступления. Кроме того, следует учитывать, что при столь резком перестроении корпус испытывает нагрузки, близкие к предельным допустимым значениям.
- Их двигатели, - произнес, ни к кому ни обращаясь, капитан Рэс, - Явно модифицированы каким-то неизвестным образом. Следует захватить и изучить.
Сморгнув в сторону колонки данных о потерях, Ыыкын снова вызвал на связь флот Драконов:
- Всем кораблям вернуться в строй, не пытаться продолжать преследование. Командному составу провести анализ боя, быть готовыми представить доклад мне через полчаса.

IV


- Это была ловушка с самого начала! Нам не следовало обходить минное поле, его специально рассеяли, чтобы мы пошли тем путём, на котором Гусары смогут организовать засаду, - настаивал сержант Хале Аксума, - Мы должны были хотя бы попытаться расчистить поле, проложить в нём коридор для Статики.
- И тогда предатели напали бы на нас, когда мы зашли бы вглубь поля, - возразил десятый капитан Яйкоб Рэс, за свою проницательность прозываемый Драконьим Глазом.
- Важно другое, - приструнил спорщиков Ыыкын, - Скорость, с которой способны перемещаться корабли Крылатых Гусар, не укладывается в наши тактические паттерны, что делает их малоприменимыми для противодействия последующим атакам.
- Нам следует расширить перечень используемых тактических шаблонов. Предлагаю рассмотреть возможность экстраполяции опыта столкновений с эльдар при очищении Субаданского конломерата, - снова подал голос Яйкоб, подтвердив свое предложение пучком ссылок на отдельные приемы из обширной библиотеки ордена.
- Достойно обсуждения. Нам ведь достаточно лишь повредить корабли противника, дабы поуменьшить его прыть, - подал голос ранее молчавший Абуна Армах, ветеран сотен космических сражений, - Сократим дистанцию, и дадим бой на наших условиях.
- Импровизировать. Адаптироваться. Превозмогать, - поставил точку в разговоре Ыыкын.

V


Вацлав Пагански, ротмистр девятой хоругви Крылатых Гусаров, пребывал в хорошем настроении. Наследники Саламандр оказались такими, каковыми он и ожидал их увидеть: медленными и неповоротливыми тугодумами. Было смешно смотреть, как они, словно слепые котята, на ощупь пробираются через Бризингуллов пояс, не подозревая, что гусарский палаш готов обрушиться на их глупые головы.
- Ееесли с нами Император? – нараспев произнёс Вацлав и сотня глоток рявкнула ему в ответ: «Кто против нас?»
«Крыло бури» вышло из тени астероида размером с маленькую луну. Баржа была развернута к конвою левым бортом и артиллеристы с отточенной месяцами тренировок уверенностью наводили орудия на сигнатуры кораблей Железных Драконов – крохотные пятнышки света на фоне гигантских ковчегов Легио Статика. Вацлав знал, что бурный поток солнечного ветра, заставляющий дрожать щиты боевой баржи, будет мешать потомкам Саламандр делать точные выстрелы, в то время как он видит весь их флот как на ладони. Это будет легкая охота.

VI


- Баржа обнаружена в расчетной точке. Действуем согласно доработанной версии стратегемы «Кебра Нагаст». Без суеты, они не должны догадаться, - разослал Ыыкын Рэс по закрытому каналу. Щиты «Лалибэлаха» вспыхнули, принимая на себя мощь первых залпов корабля Гусар. Скоро они схлопнутся, ведь, как и все корабли флота, ударный крейсер заранее перенаправил все потоки энергии от реактора к двигателям. Однако капитан Рэс верил в прочность корпуса, произведенного лучшими ремесленниками с верфей Санкто-Феррум III, равно как и в то, что план, предложенный его братом, сработает безупречно.
Корабли Железных Драконов на предельной скорости неслись к «Крылу Бури». Плазменные реакторы работали на пределе, и только мастерство технодесантиков ордена удерживало их от взрыва. Но этого было недостаточно: боевая баржа уже разворачивалась к ним кормой, готовая снова скрыться в глубинах Бризингуллова пояса. Прикрывая её отход, из-за громадного астероида вышел остальной флот Гусар: три крейсера и семь эскортов. Слепяще-яркие вспышки лэнсов вновь пронзили пустоту, поразив идущие перед основным строем Драконов фрегаты класса «Меч» и выведя их из боя.
- Сейчас! – отдал команду Ыыкын. Торпедные аппараты выплюнули в пустоту свою смертоносную начинку. Одновременно с этим, шесть «Громовых Ястребов», летевших через пустоту с погашенными реакторами, вернулись к жизни и бросились наперерез пытающимся отступить предателям. Кусок камня, за которым прятались Гусары, надежно скрывал их от обнаружения, но он же позволил Железным Драконам незаметно произвести пуск из ангаров «Лалибэлаха» и заранее вывести ударную группу ветеранов второй роты туда, где, как надеялся Рэс, скрывался враг. Расчет окупился и через считанные минуты все три крейсера Гусаров были взяты на абордаж. Авангардные ветераны прекрасно знали свою задачу: не дать противнику скрыться, замедлить их любой ценой.

VII


Цепной меч сержанта Аксумы вгрызся в череп серва Крылатых Гусар, разбрызгивая осколки костей и мозгового вещества. Трусы-предатели так и не решились дать бой Железным Драконам, посылая вместо себя сотни простых людей в панцирной броне с «перегретыми» лазганами. Отсутствие противников-астартес не делало абордажную операцию простой. Каждый коридор встречал отделение Аксумы турелями с управляемыми сервиторами тяжелыми болтерами. Аварийные переборки опускались перед самым носом, отсекая прямой путь к цели и заставляя тратить драгоценные мелта-заряды. Сервы имели определенное понятие о тактике: они грамотно устанавливали баррикады, пытались заманивать космодесантников в огневые мешки и организованно отступали на подготовленные позиции. Конечно, простые люди не могли противостоять мощи ветеранов из круга Огня, но они могли замедлить продвижение Железных Драконов, а время имело критическую важность.
Хале Аксума потерял половину отделения. Две палубы назад у них закончились гранаты, а сейчас только у сержанта и брата Таббиба остались запасные обоймы к болт-пистолетам. Поэтому Аксума с облегчением вздохнул, почувствовав, как палуба вздрогнула у него под ногами и металл перекрытий жалобно застонал. Это значило, что отделение Загве смогло пробиться к двигателям и нанести там достаточный урон. Это значило, что скоро абордажные торпеды принесут подкрепления – а когда корабли Железных Драконов подойдут ближе и телепортариум сможет навестись на цель, несмотря на солнечный ветер, терминаторы ордена завершат дело. Это будет скоро, но сейчас цель остается прежней: добраться до реактора и нарушить его работу. Сержант Хале Аксума высвободил свой цепной меч, обратным движением впечатав в переборку еще одного серва. Последний выживший бросил оружие и попытался скрыться бегством, но брат Гудит в два прыжка догнал его и ударом силового кулака превратил в облако кровавого пара. Никакой пощады предателям и их слугам!

VIII


Капитан Ыыкын Рэс довольно улыбался, просматривая сводки. Пускай баржа и успела ускользнуть, ее бегство было куплено ценой пяти фрегатов. Крейсера Крылатых Гусар продолжали вяло огрызаться огнём в сторону окруживших их кораблей Железных Драконов, но их судьба уже была решена: в бронированном чреве каждого из крейсеров шло сражение, и, после того, как Ыыкын ввел в бой терминаторов, сомневаться в его исходе не приходилось. Павшие братья получат отмщение, а Железные Драконы – три ценных трофея, представляющих немалый интерес как для технодесантников ордена, так и для магоса Сталинваст.
- Выводите людей, немедленно! – раздался в воксе заглушаемый треском помех голос Хале Аксумы.
- Объяснитесь, сержант, - потребовал капитан Рэс.
- Реактор «Дерзновения» нестабилен! Клянусь кровью Вулкана, они знали, что мы придём! Плазменные ловушки повреждены, взрыва уже не избежать! Счет на минуты!
Ыыкын с глухим рычанием обрушил кулак на контрольную консоль. Иконки, обозначающие отделения, показывали, что большая часть сил Железных Драконов участвуют в боях глубоко в недрах «Дерзновения». Они не успеют отступить. Спустя секунды, похожие доклады пришли от абордажных команд с двух других крейсеров: Крылатые Гусары превратили свои корабли в бомбы, способные взорваться с мощью маленьких солнц. Реакторы были разогреты и пущены вразнос, варп-двигатели дестабилизированы, арсеналы – заминированы.

IX


- Наздровье! – воскликнул Вацлав Пагански, увидев, как среди сияния Бризингулова ожерелья на миг зажглась новая звездочка, и опрокинул в рот стопку ароматного перцового амасека. Нажав пару рун, он вызвал на связь своего брата по ордену:
- Все готово. Твой черед добыть себе славу.
- Не думаешь же ты, что сумел их уничтожить? – нахмурилось голографическое изображение Чезариуша Пшелсудского, ротмистра второй хоругви. Как и Вацлав, Чезариуш был черноволос, черноглаз и обладал щегольскими усиками. Двух воинов отличало только выражение глаз – насмешливое у Вацлава, пытливо-сосредоточенное у его брата по ордену.
- Я думаю, что они достаточно глупы, эти дети Вулкана, чтобы попытаться спасти всех, - ответил капитан Погански, - Я полагаю, что они подведут свои корыта так близко к нашим славным крейсерам, что неизбежно пострадают от взрывов. В худшем случае, им потребуется время на восстановление. В лучшем – они будут полностью небоеспособны. Неужели ты боишься их гнева?
В ответ Чезариуш лишь расхохотался:
- Кого мне бояться? Если с нами Император?
- Кто против нас?

X


Штурмовой таран «Цест» приближался к ковчегу Легио Статика, обозначенному как «Механика Аурелис». До бронированного борта титаноносца оставалось лишь несколько сотен метров и для пилота «Цеста» ковчег выглядел как сплошная стена черного металла, заполняющая все поле зрения. Вознеся короткую молитву Императору, брат Ежи скинул крышку предохранителя и вдавил руну активации магна-мельты. Сфокусированный поток перегретого газа прожег в многометровой внешней обшивке ковчега дыру диаметром немногим более двух метров. Поток воздуха выбросил в холодную пустоту космоса какие-то ящики, шланги, цветы и несколько конвульсивно подергивающихся тел.
Брат Ежи открыл люки транспортных отсеков. Обычный «Цест» сконструирован, чтобы вмещать десять воинов ордена в силовой броне или в доспехах терминатора. Но Ежи доверили управлять «Тенью ветра», который был переоборудован, чтобы нести в бой ротмистра Чезариуша и его товарищей, вместе с их стальными скакунами. О, это было величественное зрелище – шестеро всадников, совершающих прыжок через пустоту, чтобы с филигранной точностью залететь в окаймленное малиновым свечением остывающего металла отверстие. Но у Ежи не было времени любоваться мастерством своего ротмистра, ведь, едва последний член командного отделения покинул транспортный отсек, он немедленно отправил «Цест» выполнять «свечу», чтобы избежать столкновения с «Механика Аурелис». Борт ковчега был усеян зенитными батареями, и Ежи должен будет подавить не меньше десятка из них, чтобы подлетающим «Когтям ужаса» ничего не угрожало.

XI


Шесть мотоциклов неслись по коридорам ковчега Механикус. Шесть спаренных болтеров рокотали в унисон, разрывая отправленных на перехват скитариев. Чемпион хоругви Стефан привстал в седле и взмахом сабли обезглавил тяжелого гусеничного сервитора-катафрона. Густая черная кровь с шипением испарилась с поверхности оружия под действием расщепляющего поля.
– Эге-гей! – прокричал Стефан, - Если с нами Император?
- Кто против нас?

Сообщение отредактировал Locke - 05.10.2017, 21:10


--------------------
Никогда не мешай противнику, пока он совершает ошибку © Граф Майлз Нейсмит Форкосиган
Вражеские ворота внизу © Эндер Виггин
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Locke
сообщение 06.10.2017, 00:48
Сообщение #17


Greater Daemon
************

Warhammer 40,000
Раса: Chaos Space Marines
Армия: Word Bearers
Группа: Модератор
Сообщений: 11 460
Регистрация: 17.04.2006
Из: Москва
Пользователь №: 4 676

Ветеран Ягеллонского крестового похода



Репутация:   2659  


Название: Рокировка
Сеттинг: Wh40k
Жанр: байопик
Возрастные ограничения: 18+
Аннотация: Возвращается с боем избранный Императором князь, возвращать себе венец.

За 33 года до Воцарения
Девочка прыгала на одной ножке. Мужчина шёл, грохоча окованными железом подошвами сапог.
Девочка знала, что нельзя наступать на белые плитки пола, поэтому прыгала с одной черной на другую. Мужчина шел, не глядя под ноги – он наступал даже на щели между плитками, а ведь хуже этого только наступить на трещину в скалобетоне.
Мужчина не нравился девочке – от него часто неприятно пахло табаком, он не смотрел, куда наступает, и, когда он приходил в кабинет к папе, её оттуда обычно выгоняли. Вот и в этот раз.
- Ядвига, душа моя, пойди поиграй где-нибудь еще. Нам с твоим дядей нужно обсудить важные дела.
Можно подумать, у него могут быть дела важнее, чем она!

За 26 лет до Воцарения
Мужчина хотел власти. Девочка не хотела ничего.
Мужчина вертелся как белка в колесе: доброе слово там, маленькая услуга здесь, кошелек полный тронов в другом месте. Он строил себе лестницу из небольших одолжений, пристроенных в теплое место внучатых племянников и вовремя закрытых глаз. Это давалось ему нелегко, и, несмотря на молодость, через его высокий лоб уже проходила глубокая морщина.
У девочки все очень легко получалось, поэтому её ничего не интересовало. Она по диагонали читала сочинения великих древних поэтов, а потом написала удачную стилизацию, которую с восторгом приняли в салонах Литуаны – и вовсе не потому, что она дочь Великого герцога. Так она потеряла интерес к литературе. Похожая история была с математикой (доказательство было таким простым, что она даже не стала его записывать, ведь оно может поместиться на манжете), историей, физикой и экономикой. Юриспруденция и биология пока вызывали бледное подобие любопытства (ах, кадавр танцует от разрядов электричества), но она чувствовала, что и это скоро сойдет на нет.
Или вот уроки обращения со шпагой: когда домашний сервитор перестал быть способен чем-то ее удивить, папа нанял учителя фехтования из числа отставных гвардейцев. Тот не церемонился с девочкой, и первое время ей до обидного часто приходилось останавливаться, обнаружив кончик его оружия, упирающийся в ложбинку между едва начавших наливаться соком грудей. Но оказалось, что, если подумать, разница между ним и домашним сервитором лишь в количестве возможных действий. И если следить за глазами, за положением ног, за дыханием, то следующее совсем несложно предугадать.
Шаг, вздох, финт, девочка подныривает под выпад и наносит свой удар – сильно, не сдерживая руку. Дочь Великого герцога не сдерживается перед слугами. Учебная шпага затуплена, но ее кончик всё равно разрывает рубашку и оставляет глубокую царапину на груди учителя. Кровь капает на черно-белую клетку пола. Глаза девочки закатываются. На нее нисходит наслаждение.

За 22 года до Воцарения
Мужчина пробовал всё. Он льстил, интриговал, угрожал, обещал, давал слово и заключал сделку, обретая явных сторонников и тайных приспешников. Он плел свою паутину, ходил вокруг да около, но не мог приблизиться к своей цели.
Девушка пробовала всё. Любые вещества, которые могла добыть дочь Великого герцога, неважно насколько запретные. Церебральную стимуляцию Адептус Механикус. Редчайшие вина и вкуснейший яства. Секс – с мужчинами, женщинами, а иногда и не только с ними. Ничего из этого не приносило того самого, болезненно острого наслаждения. Она продолжала искать, ходила вокруг да около, но не могла приблизиться к своей цели.

За 20 лет до Воцарения
- Мы не можем заниматься этим здесь!
- Почему?
- Это кабинет Великого герцога. А если кто-то войдёт?
- Замок биометрический. А отец с дядей сегодня целый день на смотре войск в Крест-кургане.
- Но если кто-то узнает? Он велит меня казнить!
- А если ты не перестанешь мне перечить, я прикажу отрубить тебе голову.
Паж был чудо как хорош: кукольное личико, золотые локоны волос, белая кожа, пухлые губы и длинные, как у девочки, реснички. У него почти не было опыта, но Ядвига в данный момент находила это скорее достоинством. А как очаровательно он смущался, когда она предложила заняться любовью на столе ее отца!
Паж лежал на спине, закатив глаза и постанывая от наслаждения, его правая рука бездумно поглаживала бедра любовницы, продолжавшей двигаться вверх и вниз, вверх и вниз. Ядвига совершала доведенные до автоматизма движения, но не чувствовала ничего кроме скуки. Её взгляд лениво скользил по сдвинутым в сторону бумагам отца, стопкам инфопланшетов и вороху нераспечатанных писем. В голове промелькнула идея и губы Ядвиги исказила похожая на оскал улыбка.
Тонкие пальцы взяли нож для вскрытия конвертов и вонзили его в горло пажу. Глаза юноши широко раскрылись, на лице застыло выражение обиженного непонимания, пока руки пытались остановить толчками вытекающую из распоротой артерии кровь. Но Ядвига уже ничего из этого не видела, она пребывала во власти наслаждения.

За 15 лет до Воцарения
Мужчина знал каждую грязную тайну каждого литуанского пэра – или по крайней мере думал, что знает. Его боялись, его ненавидели – и уважали, конечно. Перед ним заискивали, ему говорили комплименты сквозь стиснутые зубы. В его руках была сосредоточена тысяча ниточек, на конце каждой из которых дергался человечек.
Девушку все любили. Она могла найти подход к каждому – и находила его. Раньше её никогда не привлекала политика, но когда она попыталась погрузиться в хитросплетения интриг Литуаны, то обнаружила, что это дается ей так же легко и естественно, как и все остальное.
Мужчина собирал армию. Девушка искала единомышленников.

За 10 лет до Воцарения
Оркестр доиграл траурный марш. Девушка поморщилась: третий тромбон слегка фальшивил. Мужчина, такой неуместный в своём парадном белом мундире посреди скорбящей толпы, взмахом фамильного меча дал команду гвардейцам – затянутое смогом от сотен заводов небо Литуаны пронзили залпы воинского салюта.
Черный гроб с телом Великого герцога Литуанского опустился в яму с ревущим пламенем. Закутанный в порфир и багрянец представитель Экклезиархии затянул нудную проповедь.
- Я знаю, что это была ты, - негромко сказал мужчина.
- Ты ничего не знаешь, - сказала девушка.
Они немного помолчали.
- Сразу же после коронации я отдам приказ организовать расследование.
- Ты не займешь трон. И не сможешь замести за собой следы.
- И кто же меня остановит, не ты ли?
- Я. И не стой у меня на пути.

За 9 лет до Воцарения
- Весь этот церемониал правда необходим?
Бледная рука с тонкими пальцами зажигает черную свечу.
- Я боюсь.
- Не бойся.
Шуршащая накидка из черного шелка спадает, открывая нежное белое девичье тело.
- Я тебе правда нравлюсь?
Изогнутый кинжал погружается в живот девушки. Крик отражается от стен дворца.
- Очень, милая, очень.
Великий Герцог Ядвига слизывает кровь с кинжала и отправляется в объятья наслаждения.

За 90 дней до Воцарения.
- Здесь был один Вольный торговец, - начинает старый слуга, не зная, пребывает ли его господин в подобающем настроении для сплетен и новостей. Жигимонт, князь в изгнании, продолжает хмуро смотреть на бушующую за окном метель. На Цеппоте редко идет снег, но постоянно завывающий ветер поднимает в воздух старые сугробы и гоняет их с места на место. Слуга нерешительно переминается с ноги на ногу, после чего продолжает:
- Он прибыл на Ягеллон, к Крылатым Гусарам, с грузом вин, драгоценных камней и тканей редчайшей выделки. Но теперь он возвращается с полными трюмами, не заработав ни трона, ведь Адептус Астартес отказались с ним торговать. Он очень зол и говорит, что Гусары напуганы, что они готовят Каэр Вавель к обороне.
- И кого же боятся Ангелы Смерти? – Жигимонт наконец отвлекся от созерцания неизменно унылых льдов Цеппота.
- Гнева Императора, ваша милость. Люди говорят, что Крылатые Гусары согрешили и будут наказаны, что с самой Святой Терры, - на этих словах слуга сложил ладони в знак аквилы на груди, - идёт великое воинство, чтобы покарать их и лишить неправедно нажитых богатств.
- С Терры, скажешь тоже, - ухмыльнулся Жигимонт, - Ты купил у него вина, у этого торговца?
- Да, ваша милость, несколько бутылок крепленого александрийского. Мне было сказано, что сам басилей не брезгует угощать сотрапезников вином из этого урожая.
- Тебе следовало взять пару бочек. Мы ждём гостей.

За 18 дней до Воцарения
Старая Агне кухарила при дворце всю свою жизнь. Конечно, она готовила не для приёмов, нет-нет. Но всю эту толпу пажей, лакеев и фрейлин кто-то тоже должен кормить! А сколько едят эти дуболомы из дворцовой стражи – в нее же отбирают самых здоровенных, ростом под два метра. И аппетит у них соответствующий!
Сегодня Агне варила ароматный перечный суп. Конечно, мясо в огромной кастрюле было не настоящим – много чести для солдафонов, настоящее мясо шло только на стол Великого Герцога! – зато пряности и специи были самыми натуральными, выращенные в теплицах при дворце. Обычно Агне напевала, когда готовила, но сегодня она была не в духе, ведь её старые кости с утра как-то по-особому ломало.
Дверь скрипнула и на кухню прошмыгнул Мешка – маленький пажик, лет, наверное, десяти. Ему не полагалось сюда приходить, но Мешка пришелся по сердцу кухарке, так что порой та привечала его и угощала какой-нибудь вкусностью. Но сегодня паж пришел не за угощением. С видом серьезным и даже почти что торжественным, он сунул в руку Агне свернутую в трубочку записку и, ничего не объясняя, убежал. Старушка прочитала написанное, и на её губах заиграла слабая улыбка.
Вечером, когда больше ста гвардейцев слегли с отравлением (для некоторых оно потом оказалось смертельным), Агне уже и след простыл. Усталый капитан стражи не догадался покопаться в камине, где среди золы он нашёл бы не догоревший до конца листок со словами «возвращается с боем».

За 17 дней до Воцарения
По полу сталелитейного цеха растекалась кровь. Она вытекала из головы цехового старосты Мажюлиса, проломленной разводным ключом. Несколько десятков рабочих в тупом оцепенении смотрели на свежий труп, не в силах поверить своим глазам. Довмонт понимал, что действовать нужно прямо сейчас, пока они еще не отошли от шока. Белая, как снега Цеппота, бандана на голове моментально стала мокрой от пота. Он отбросил в сторону окровавленный ключ, упавший на ржавый пол с глухим звоном, стянул грубую перчатку, предназначенную для зашиты рук от непосильного жара печей, и в два приема забрался на перевернутый плавильный чан. Оказавшись на этой импровизированной трибуне, Довмонт достал из-за пазухи сложенный вчетверо листок и зачитал:
- Возвращается с боем избранный Императором…

За 16 дней до Воцарения
Полковник Вилкас стоял над голографической картой с задумчивым видом, время от времени перегоняя туда-сюда кучку маркеров, символизирующих батареи «Василисков» или звенья «Перунов». Картина не складывалась.
Дверь за его спиной открылась и в просторный кабинет вошло трое офицеров, в чинах от лейтенанта до майора.
- Вы как раз вовремя, - не оборачиваясь, начал Вилкас, - Вражеский флот уже проходит Бризингулов пояс, так что подготовку обороны придется ускорить. Я наметил основные предполагаемые зоны высадки войск неприятеля на карте. Но это все верно только если на нас не спустят Астартес. В противном случае…
Что же будет делать Литуанская гвардия в случае нападения Астартес, так и осталось неизвестным. Трое офицеров подошли со спины к тучному полковнику и почти синхронно вонзили в него свои кортики. Ярко-алая кровь залила белую повязку на рукаве младшего из них.
- Измена, - прохрипел Вилкас, пытаясь непослушными руками набрать код на комме. Лейтенант Гинтаус наклонился к умирающему полковнику и продекламировал ему в лицо:
- Возвращается с боем избранный Императором князь, возвращать себе венец.
Капитан Зукаускас деловито обшарил карманы мундира покойника, забрав ключ-карту и инфопланшент.
- Гинтаус, объяви всем, Медная крепость присягает на верность Белому королю.

За 6 дней до Воцарения
Грязно-белый посадочный челнок «Аргус» приземлился на платформу «Небесный щит». Рампа опустилась и по ней, ежась от пронизывающего ветра и кутаясь в укрывающий его до пят плащ из белоснежных шкурок нистейского горностая, сошел на землю Литуаны князь Жигимонт. Пронзительным взглядом холодных серых глаз окинул он родную планету. Повсюду в небо поднимались столбы дыма, и Жигимонт знал, что лишь половина из них выходит из труб работающих фабрик – остальные были следами полыхавших по всей Литуане пожаров. Что ж, это та цена, которую он готов заплатить за власть.
Жигимонт наконец соизволил обратить внимание на встречающую его делегацию. Урбонас и Бутевикус, офицер и епископ. С ними рыцарь-командор Петраускас и Виталия Адамкуте по прозвищу «Всадница» - эта из Аэронавтики Империалис. По бокам два гвардейца в моторизированной броне, здоровенные как башни. И позади – летописцы, пиктографы и прочие пешки.
Жигимонт сделал шесть шагов по платформе и остановился. Повисло молчание. Спустя несколько долгих секунд встречающие медленно, словно нехотя, преклонили колено.
- Хорошо, - кивнул Белый король, удовлетворенный тем, что он увидел, - Мой клинок, вы сохранили его?
- Конечно, ваша милость, - ответил Урбонас не понимая головы, - И ваш доспех, если вы хотите знать.
- Хорошо, - повторил Жигимонт, - Вы собираетесь стоять так целый день? У нас много работы.
С некоторым облегчением встречающие поднялись на ноги.
- Я отдаю себе отчет, - продолжил князь, - Что вы вытащили меня из той дыры, в которой я прозябал, потому что вам нужно знамя для вашей маленькой революции. И я скажу вам, что вы не знаете, во что вы ввязались. Вы не знаете Ядвигу. Она сожрет вас и даже косточек не выплюнет.
- Ваша милость, - с заискивающей улыбкой начал Бутевикус, - Видите ли, нас сейчас гораздо больше беспокоит армия вторжения, которая в считанные дни, если не часы будет здесь. Мы подготовили для вас речь, где вы просите народ на время забыть о разногласиях и выступить единым строем против общего врага.
- Ты не понимаешь, - усмехнулся Жигимонт, - Никто из вас не понимает. Те гнусные слухи, что распространяли про Ядвигу наши агенты – по большей части чистая правда. И наша лучшая надежда на спасение – это принести голову Ядвиги на блюдечке тому, кто командует этой «армией вторжения». Молите Императора, чтобы с ними можно было договориться.


--------------------
Никогда не мешай противнику, пока он совершает ошибку © Граф Майлз Нейсмит Форкосиган
Вражеские ворота внизу © Эндер Виггин
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 16.10.2017, 06:54
Сообщение #18


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Гнев богов
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Возрастные ограничения: 18+
Аннотация: Крылатые Гусары нападают на ковчеги Легио Статика. Духи Машин пробуждаются и приходят в ярость. Они ещё не встречались с подобной наглостью и воздадут грешникам по заслугам.

Автор - Patton


В чреве корабля-колосса, корабля-ковчега, корабля-матрицы, корабля-матери появилось что-то стороннее лишнее, то, чего быть не должно. "Механика Аурелис" недовольно вздохнула. Её потревожили - без позволения, грубо, со злым умыслом. Кровь - её слуги - стала горячей в борьбе с вирусом, что попал в сосуды-галереи. Зараза вызвала диссонанс систем - сбой спокойных программ. В противовес боли чужого присутствия колыбель-ковчег почувствовала, как изнутри что-то нарастало, крепло, начинало сиять. Полуразум "Механики Аурелис" улыбнулся теплоте и свету, который с песней песен зажёгся в её утробе. Той теплоте и свету, ради которой мудрый древний ковчег отправился в паломничество сквозь иней вечной мерзлоты и порвал раны на теле материи, выходя из не-математических не-констант вывернутой наизнанку вселенной разумных квазиэмоций. "Механика Аурелис" улыбнулась Духу Домашнего Уюта.
Скитарии бились в семнадцатом грузовом ангаре, а это означало, что враг преодолел половину расстояния от места абордажа до командных палуб. Космические десантники с лёгкостью прорывались сквозь команды сервиторов и скитариев, оставляя за собой только кровь, масло и огонь. Слуги богомашин принесли себя в жертву Гусарам, размениваясь на болт-снаряды, плазму и ракеты. А Гусары? А что гусары - лощёная броня блестит и слепит глаз, орлиные перья белы и чисты, словно снег на вершинах гор, леопардовые шкуры - дикарское богатство, достойное лучших купеческих домов Терры. Осанка, движения, позы при стрельбе, повороты головы – ожившая динамика статуй лучших мастеров мрамора и бучарды. Мотоциклы – вершины старой мысли технического знания. Сверхлюди гнали отступающие остатки скитариев к ангарным вратам, которые вели к обители одного из самых грозных богов пантеона Легио Статика. Работа космических десантников проста, но дотошна — убивать всех, кто мешает продвигаться. Да и сама битва не была честным сражением, скорее резней, где хаос кровопролития - вершина всему.
Скитарий 99-0-761gamma прижался спиной к свинцовым ящикам — по вычислениям такая позиция была удобной и безопасной. Рядом, пораженные болтами, упали сервитор и еще один воин Омниссии. Солдат перезарядил рад-карабин, прочёл короткую молитву Омниссии, рывком поднялся из-за укрытия и выстрелил.
Боевой брат Яромир Ниголоевский, по прозвищу Высокая Башня, петлял на скорости вокруг ящиков, ферм, блоков и оборудования, кичась чудесами виражей. Яромир резко дернул руль влево, уходя от ракеты, выпущенной боевым сервитором. Мотоцикл занесло, но гусар тут же выровнял положение. Яромир улыбался и гордился собой, ведь только он годится для того, чтобы показать остальным, чем прославились Гусары, и почему леопардовые шкуры носят только ягеллонцы. Отравленная пуля рад-карабина пробила шлем, прошла сквозь яремную вену, застряла в механизме запирания горжета.
99-0-761gamma — отменный стрелок! Гордый сын Ягеллона, первая и последняя жертва защитников и слуг богомашин на борту "Механики Аурелис", утонул в шлеме, захлебнувшись кровью и слюной. Собачья смерть. Именно так должен подохнуть каждый гусар.
Чезариуш Пшелсудский орёт боевой клич. Звенья наездников мстят за гибель красы и гордости капитула, размазывая по палубам ковчега тщедушных защитников богомашин. Кавалерийский клин растёт. Новые группы мотоциклистов прорубают себе путь к логову стального великана. Так происходит на всех кораблях Легио Статики. Для Крылатых Гусар наступил час наивысшей славы. Пришло время бросить вызов неудержимому океану цифр, безбрежному морю сплетённых человеческих воспоминаний и горным рекам, в которых попытки искусственных разумов осознать себя давно перешли из разряда фантазии в действительность. Ангелы Смерти радовались такой возможности. Скорость пьянила их крепкими напитками, схватка наполнила лёгкие дымом сладких благовоний, а предстоящее убийство бога свело с ума даже самых хладнокровных воителей. В пламени взрывов и огнённой преисподней ударная группа ротмистра второй боевой роты ворвалась в зал, где находился титан.
Может быть, Крылатые Гусара Чезариуша смогли бы одержать победу на борту "Механика Аурелис" и войти в легенды, как непревзойдённые воители, но судьба решила иначе. На борту запахло озоном, и во вспышке телепортации появилось сорок терминаторов Железных Драконов, последние воины Ыыкына Рэса. Ведомые ненавистью и горечью за коварную ловушку, в которой погибли их братья, ветераны потомков Вулкана встретили кавалерийский клин плотным огнём. Всадники падали один за другим, но Крылатые Гусары протаранили строй врагов. Завязалась сеча. Она раскалила ярость существа, наблюдавшего за вакханалией, которую предатели посмели устроить у его ложа.
Внутри реактора плавиться солнце. Дух бога струится по жилам. Механизм осознаёт себя и просыпается. Богомашина вырывается из креплений лесов, кокона проводов и делает шаг. Естество металла и цифры ликует! Чудо древнейших технологий, слепо, без понимания воспроизводимое жрецами, чья вера превратила зарю знания и прогресса в тьму мракобесия и кощунства, ревёт всеми тонами чистейшего кода. Бинарный гимн технологии громовым раскатом несётся по ковчегу. Все машинные духи на борту ликуют и кланяются чуду. Однако радость становится блеклым воспоминанием и перерастает в пронзительный ужас, когда Дух Домашнего Уюта извергает вселенскую злобу на надоедливых насекомых, которые посмели мешать его сну. Принцепс Горалди пытается совладать с разгневанным богом и кричит, чтобы тот пощадил союзников, но титан не слышит. Вертится гатлинг-бластер бога войны, сияет новое солнце плазменного орудия, пронзительно свистят батареи турболазеров. Бог молниями поражает грешников с Олимпа. В мгновении ока от нарушителей спокойствия и прочих зудящих комаров не остаётся и следа. Обугленные останки жалких ничтожных тварей улетают в широкие прорехи в боках "Механики Аурелис". Колыбель богомашин ранена, но довольна последним судом. Апофеоз!





--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение

Ответить на темуЗапустить новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



RSS Текстовая версия Сейчас: 04.08.2020 - 03:17