Магазин
WARFORGE

Здравствуйте, гость ( Авторизация | Регистрация )

Форумы работают на сервере
 Правила форума ЛОКАЛЬНЫЕ ПРАВИЛА ФОРУМА "ЛИТЕРАТУРА, ПЕРЕВОДЫ И ФАН-ФИКШН"
2 страниц V   1 2 >  
Ответить на темуЗапустить новую тему
[ивент]Сумерки богов, Ягеллонский Крестовый Поход - фаза №5
Мамкин нонконфор...
сообщение 01.01.2018, 11:46
Сообщение #1


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Мысль дня:
Неприступной крепость делают мужество и отвага, а не камни и стены.


Ивент Ягеллонского Крестового Похода №5


"Сумерки богов"


Тема: Осада Каэр Вавеля.

Бэкграунд:

Порочная волна демонов Ядвиги нахлынула на армию "Айзентод", штурмовиков 27-ого линейного корпуса Криг и ополчение Литуаны. Чудовища предвкушали славный пир, но натолкнулись на противника не менее бесчеловечного. Не считаясь с потерями, солдаты Криг отбросили демонов и установили блокаду ожившего дворца. Инквизитор Никколо Беллизамо отдал приказ о проведении бомбардировки, а после отправился на штурм вместе с опальным властителем Литуаны, Тадеушем Жигимонтом. Никто не знает, что произошло внутри, но на развалинах дворца выживших не нашли, только обожжённый труп Белого Короля у трона. Жигимонт стал величайшим Герцогом Литуанским, пусть и посмертно.
Как только Ядвига отправилась в Варп, астропаты отметили, что Буря Столетий начала стихать. Немногочисленные штурмовики 27-ого линейного корпуса Криг погрузились в транспорты и отправились на корабли Имперского Флота ждать окончания войны, а армия "Айзентод" приготовилась к осаде Каэр Вавеля.
После ухода имперской армии со спутника, среди населения Литуаны распространились слухи о том, что на развалинах дворца можно встретить бледное пламя, которое не обжигает, но воет в агонии.
Странные события также произошли во время затухающего сражения на орбите Ягеллона.
Сначала станция связи Крылатых Гусар перешла под управление неизвестных воинов, что громко заявили о себе. Оказалось, что они – не охваченные порчей Ангелы Смерти неназываемого легиона Архипредателя, которые пришли посчитаться с потомками Чжэн Хэ Шэня.
Потом Неуловимые Мстители атаковали суда Кровавых Костей. В ходе ожесточённого боя потомки Горгона потерпели сокрушительное поражение, а Гир Торнтон, магистр капитула, заявил о подлом предательском ударе. Так или иначе орбитальная бомбардировка Ягеллона завершилась, а Кровавые Кости отступили. Хорошо разработанная и отлично выполненная боевая операция позволила Возрождённым Из Пепла решить сразу несколько бед: прекратить обстрел планеты, пополнить флот взятым на абордаж ударным крейсером "Сокрушительный" и посеять неразбериху в стане карателей.
Тем временем настоящие Неуловимые Мстители настигли "Крыло Бури", последнюю боевую баржу Крылатых Гусар, захватили её и перебили команду. Ни о каком подлом предательстве они даже не подозревали.
Пусть планете больше не грозил огненный апокалипсис, но захватчики оказались не милосерднее бездушных бомб и лучей лазеров. Полуночные Львы разорили нетронутый восточный континент планеты едва ли хуже орбитальной бомбардировки. Они собирали черепа, оскверняли тела мирных жителей и гнали армии беженцев в радиоактивный туман выпаренного океана.
Банда еретиков в неуёмной кровожадности преследовала ягеллонцев по дну выпаренного Карибдского Моря, пока не схлестнулась с Легио Статикой и их немногочисленными союзниками капитула Железных Драконов.
Боги и демоны столкнулись. Среди радиоактивного тумана титаны ценой гибели двух великолепных машин отбросили бескрайнюю орду насильников и убийц.
В то же время на выжженных равнинах Белого Стола Короли-Под-Горой попытались поймать рыцарей Дома Ареос в ловушку. Десантники использовали ядерные мины, которые сбросили Кровавые Кости, чтобы ограничить перемещение врага. Рисковая задумка не выгорела. Взрыв нанёс гусарии даже больше вреда, чем войскам Квестор Империалис.
Культ генокрадов, пользуясь неразберихой и смятением, что царили в рядах Имперского Флота, взял на абордаж крейсер и увёл его к Челмруде.
На Ягеллон опускались сумерки богов. Кто-то возвысится, оказавшись в тени, другие погибнут в забвении наступающей ночи.
Осада Каэр Вавеля началась.

Индивидуальная задача участника ивента:
До 12.03.2018 написать рассказ, в котором выбранная участником армия выполнит действие согласно голосованию всех авторов литературного конкурса.

Командная задача участника ивента:
До 12.03.2018 опубликовать не меньше пяти фанфиков.

Наградная система:
В случае выполнения командной задачи, каждый участник ивента, выполнивший задачу индивидуальную, получит орден (памятную медаль) за участие в Ягеллонском крестовом походе. Если таковая медаль участнику уже была выдана по итогам предыдущего ивента, то запись о новых свершениях будет добавлена в графу "За заслуги" ранее выданной медали.

Правила и условия участия в мероприятии:
- рассказы о том, как рушатся твердыни из камня и укрепления здравого смысла, следует публиковать здесь. Для обсуждения открыта отдельная тема;
- одна армия - одно действие. Однако в случае нападения на какую-либо из сторон конфликта, она может отвечать в выбранном автором(-ами) порядке на все действия. Запрет не распространяется на фанфики, которые только раскрывают армию. Участники вольны размещать короткие отрывки интерлюдиями, а крупные рассказы отдельными темами с подписью "Ягеллонский Крестовый Поход";
- выбор из списка возможного развития событий стоит написать в теме обсуждения. Голосование о вариантах продлится до 08.01.2017, либо пока последний участник не заявит о решении. Голосовать за возможное развитие событий можно только "за". Против действий голосовать нельзя. Участники могут выбрать лишь один вариант для каждой из представленных армий. При неоднозначном итоге голосования, выбор остаётся за руководителем литературного конкурса.
- выбор необходимо подкрепить рассказом, иначе ваша армия окажется целиком и полностью в руках руководителя литературного конкурса;
- уважайте чужой труд. Ознакомьтесь с тем, что уже было написано в теме [текст] Ягеллонский Крестовый Поход. Если необходимой информации нет, свяжитесь с автором для уточнения. Только в случае, когда участник конкурса не отвечает, додумывайте сами;
- убивать или калечить именных персонажей без согласия создателей не разрешается;
- если о результатах сражений не удалось договориться, то происходит литературная дуэль. Участники делят армии на три равные части: "атакующая", "обороняющаяся" и "резервная". Внимание! Данные термины - общие слова. Если описывать проще, то "атака" - "часть армии, которая сохраняется при любом исходе сражения", "оборона" - "часть армии, которая гибнет при любом исходе сражения", "резерв" - "часть армии, чья судьба решается читательским голосованием". Оба участника пишут рассказ от лица "атакующих". "Обороняющиеся" войска гибнут в процессе. Судьба "резервной" армии в руках читателей-участников. После голосования о выборе лучшего рассказа, в заключительной статье-сводки с фронта будет указана участь проигравших. Участники состязания не голосуют. Внимание! Фанфик должен быть написан о победе, но она может быть достигнута различными путями, а не только обязательно встречным боем. Задумайтесь о засадах, диверсии, шпионаже, бомбардировке, привлечении местного населения или же о колдовском обряде. В случае ничьи гибнут лишь войска "обороны";
- первый месяц конкурса даётся на обсуждение и согласование рассказов. После согласования менять план нельзя. Если по истечению срока один из участников дуэли не дал согласие и не предложил сценарий, то он следует наработкам соперника. Если оба участника не пришли к соглашению, то впоследствии фанфик проигравшей стороны будет признан апокрифом Ягеллонского Крестового Похода.

Результаты голосования:

Кровавые Кости:
а)Кровь Горгона. Абордаж судна Лунных Волков. 2 голоса;
б)Спасение близко. Захват ремонтных доков "Клобук". 1 голос;
в)Предать огню. Кровавые Коcти атакуют предателей капитула Неуловимых Мстителей. 4 голоса.

Неуловимые Мстители:
а)Присяжные, судьи и палачи. Вспомнить о цели Крестового Похода. Штурм твердыни Крылатых Гусар. 1 голос;
б)Старший брат. Захват ремонтных доков "Клобук" с целью создания оперативного штаба. 1 голос;
в)Дознание. Расследование нападения Чёрных Гайдамаков на корабли Имперского Флота. 5 голосов.

Полуночные Львы:
а)Расплата. Полуночные Львы осаждают Каэр Вавель, чтобы отомстить Крылатым Гусарам за прошлые поражения;
б)Губители Святых. Ненависть к имперской вере побуждает кхорнитов напасть на войска Экклезиархии. 7 голосов;
в)Привычная работа. Полуночные Львы уже бились с титанами. Рыцарский Дом Ареос встречается в бою с теми, кто не боится даже богов.

Сплетённые Клешни:
а)Развеять бурю. Культ стремится прекратить Бурю Столетия. Нападение на Полуночных Львов;
б)Молитва Шестирукому Императору. Подготовка к осаде Челмруды. 4 голоса;
в)Внедрение. Агенты культа в составе группы беженцев появляются на судах имперского флота. 3 голоса.

Рыцарский дом "Ареос":
а)Участь предателей. Осада Каэр Вавеля. 6 голосов;
б)Смыть кровью. Рыцари мстят Полуночным Львам за уничтожение богоподобных титанов;
в)Эхо войны. Столкновение с архипредателями Лунными Волками. 1 голос.

Лунные Волки Гараска.
а)Вспомните Луну! Десантирование на позиции Крылатых Гусар неподалёку от Каэр Вавеля. 5 голосов;
б)Опустившиеся братья. Лунные Волки лицом к лицу встречаются с проклятием, которое поразило и преобразило их братьев. Сражение с Полуночными Львами;
в)Незаслуженная ненависть. Лунные Волки обороняют корабль от Кровавых Костей. 2 голоса.

Запланированные действия:

Крылатые Гусары:
- сражение с армией "Айзентод";

Армия "Айзентод":
- сражение с Крылатыми Гусарами.

Легион Статика:
- встреча с Возрождёнными Из Пепла, старыми союзниками, а ныне противниками.

Возрождённые Из Пепла:
- встреча с Легио Статика, старыми союзниками, а ныне противниками.

Сообщение отредактировал Гений и злодей - 13.03.2020, 19:56


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 01.01.2018, 12:24
Сообщение #2


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Задания для участников:

Dammerung, Miralynx, СТЕРХ
Последняя поездка. Сражение армии "Айзентод" и Крылатых Гусар на подступах к Каэр Вавелю.
Свободный фанфик.
Сделано.

СТЕРХ
Второй раунд. Противостояние Крылатых Гусар и Дома Ареос.
Возможная дуэль - Caligula. Необходимо договориться.
Сделано.

Тысячелетняя вражда. Битва между Крылатыми Гусарами и Лунными Волками.
Возможная дуэль - Ггиийорр Агирш Авгёрч. Необходимо договориться.
Сделано.

Верный враг, ненавистный друг. Встреча старых союзников, а ныне противников. Легио Статика и Возрождённые Из Пепла.
Войска указаны в "армиях, готовых к дуэлям".
Дуэль - Patton
Сделано.

Таинственный рыцарь леди Моники
Предать огню. Отмщение предателям Неуловимым Мстителям.
Возможная дуэль - Ггиийорр Агирш Авгёрч. Необходимо договориться.
Сделано.

Ггиийорр Агирш Авгёрч
Незаслуженная ненависть. Сражение с обезумевшими десантниками Кровавых Костей.
Возможная дуэль - Таинственный рыцарь леди Моники. Необходимо договориться.
Сделано.

Дознание. Расследование странных действий Чёрных Гайдамаков на Челмруде.
Возможная дуэль - HiveTyrant. Необходимо договориться.
Сделано.

Вспомните луну. Месть подлым лжецам Чжэн Хэ Шэня.
Возможная дуэль - СТЕРХ. Необходимо договориться.
Сделано.

Caligula
Участь предателей. Осада Каэр Вавеля.
Возможная дуэль - СТЕРХ. Необходимо договориться.
Сделано.

HiveTyrant
Молитва Шестирукому Императору. Время показать Неуловимым Мстителям, кто хозяин на Челмруде.
Возможная дуэль - Ггиийорр Агирш Авгёрч. Необходимо договориться.
Сделано.

Patton
Прах и пепел. Встреча старых союзников, а ныне противников. Легио Статика и Возрождённые Из Пепла.
Войска указаны в "армиях, готовых к дуэлям".
Дуэль - СТЕРХ.

Сообщение отредактировал CTEPX - 13.03.2018, 20:10


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 01.01.2018, 18:12
Сообщение #3


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Решения участников:

"Patton"

Кровавые Кости:
в)Предать огню. Кровавые Когти атакуют предателей капитула Неуловимых Мстителей.
Предатели должны быть чертовски покараны: убиты, чевертовыны, облиты кислотой, изнасилованы, превращенны в сервиторов.

Неуловимые Мстители:
в)Дознание. Расследование нападения Чёрных Гайдамаков на корабли Имперского Флота.
До имперцев начинает доходить, что с Челмрудой что-то не чисто.

Полуночные Львы:
б)Губители Святых. Ненависть к имперской вере побуждает кхорнитов напасть на войска Экклезиархии.
Как бы не хотелось, чтобы Дом Ареос отомстил за Статику, но еще одно столкновение Кхорнитов и роботов было бы вторично, а так Ландел покажет как любить Императора

Сплетённые Клешни:
б)Молитва Шестирукому Императору. Подготовка к осаде Челмруды.
Челмруду должна пренадлежать генокрадам.

Рыцарский дом "Ареос":
а)Участь предателей. Осада Каэр Вавеля.
Ареос - первые, кто начал развертываниеи подготовку к остаде Каэр Вавеля. Также они стыкаются с Лунными Волками Гараска

Лунные Волки Гараска.
а)Вспомните Луну! Десантирование на позиции Крылатых Гусар неподалёку от Каэр Вавеля;
Волки Гарсака выполняют свою миссию - мстят семени Чжэн Хэ Шэня.


"HiveTyrant"
Кровавые Кости:
в)Предать огню. Кровавые Когти атакуют предателей капитула Неуловимых Мстителей.

Неуловимые Мстители:
в)Дознание. Расследование нападения Чёрных Гайдамаков на корабли Имперского Флота.
Бросаю челендж Йору

Полуночные Львы:
б)Губители Святых. Ненависть к имперской вере побуждает кхорнитов напасть на войска Экклезиархии;

Сплетённые Клешни:
в)Внедрение. Агенты культа в составе группы беженцев появляются на судах имперского флота;

Рыцарский дом "Ареос":
в)Эхо войны. Столкновение с архипредателями Лунными Волками.

Лунные Волки Гараска.
а)Вспомните Луну! Десантирование на позиции Крылатых Гусар неподалёку от Каэр Вавеля;


"Dammerung"
Кровавые Кости:
а)Кровь Горгона. Абордаж судна Лунных Волков;
Голосую за то, что Кровавые Кости поняли, что ими манипулируют. А кто манипулирует? Ну, естественно, слуги Архиеретика!

Неуловимые Мстители:
б)Старший брат. Захват ремонтных доков "Клобук" с целью создания оперативного штаба
У меня такое чувство, что эти доки имперцам сильно понадобятся.

Полуночные Львы:
б)Губители Святых. Ненависть к имперской вере побуждает кхорнитов напасть на войска Экклезиархии
Воевать с ОБЧРами тяжко. Кровь из них не течет, черепа железные, броня крепкая. То ли дело простые смертные.

Сплетённые Клешни:
в)Внедрение. Агенты культа в составе группы беженцев появляются на судах имперского флота;
Имперцы думают, что доминируют в космосе Ягеллонской системы. Но это они так думают.

Рыцарский дом "Ареос":
а)Участь предателей. Осада Каэр Вавеля.
Пора уже добраться до твердыни Крылатых Гусар.

Лунные Волки Гараска.
в)Незаслуженная ненависть. Лунные Волки обороняют корабль от Кровавых Костей.
Соответственно первому пункту голосования.


"Caligula"

Кровавые Кости:
а)Кровь Горгона. Абордаж судна Лунных Волков;
Я уверен, что Кости из Мониверсума адекватные и прислушаются к голосу разума настолько, чтобы не атаковать Мстителей, но Волков то атаковать сам Император велел.

Неуловимые Мстители:
в)Дознание. Расследование нападения Чёрных Гайдамаков на корабли Имперского Флота.
Кажется мы забыли о том, что у нас есть есть один участник с третьей стороны.

Полуночные Львы:
б)Губители Святых. Ненависть к имперской вере побуждает кхорнитов напасть на войска Экклезиархии;
Встреча антагонистов, что может быть логичнее?

Сплетённые Клешни:
в)Внедрение. Агенты культа в составе группы беженцев появляются на судах имперского флота;
Не люблю генокрадов за выпил добротно описанных Гайдамаков, но но пусть уж они начнут делать что-то активное

Рыцарский дом "Ареос":
а)Участь предателей. Осада Каэр Вавеля.
Статику рыцари откровенно презируют за тесные связи с Инквизицией, на Волков им плевать. Они пришли за головами Гусар.

Лунные Волки Гараска.
в)Незаслуженная ненависть. Лунные Волки обороняют корабль от Кровавых Костей.
Не, ну а че они, сами нарвались че smile.gif


"Ггиийорр Агирш Авгёрч"

Кровавые Кости:
б)Спасение близко. Захват ремонтных доков "Клобук".
Учитывая, насколько измочалены корабли Кровавых Костей, им бы не помешал ремонт.

Неуловимые Мстители:
а)Присяжные, судьи и палачи. Вспомнить о цели Крестового Похода. Штурм твердыни Крылатых Гусар.
Я бы хотел наконец-то высадиться на планету. Абордажи, право слово, надоели. Тем же, кто хочет послать меня против генокрадов, а таких много, скажу вот что. Осаждать Челмурду, если дойдёт до этого, я не буду.
Я её просто взорву, воспламенив залежи прометия.


Полуночные Львы:
б)Губители Святых. Ненависть к имперской вере побуждает кхорнитов напасть на войска Экклезиархии.
Да будет кровавая баня!

Сплетённые Клешни:
б)Молитва Шестирукому Императору. Подготовка к осаде Челмруды.
Больше никакого внедрения. Хватит. После захвата крейсера это уже настолько неправдоподобно, что невероятно...
И обычные беженцы НЕ МОГУТ внедриться во флот и захватить управление кораблями. Просто не могут.


Рыцарский дом "Ареос":
а)Участь предателей. Осада Каэр Вавеля.
И да, Вавелю пора гореть.

Лунные Волки Гараска.
а)Вспомните Луну! Десантирование на позиции Крылатых Гусар неподалёку от Каэр Вавеля;
И я предлагаю не просто на позиции Крылатых Гусар, а в битву между Гусарами, Экклезиархией и Львами.
И Кровавые Кости следом, если за них проголосуют.


"Iron Duke"

Кровавые Кости:
в)Предать огню. Кровавые Когти атакуют предателей капитула Неуловимых Мстителей.
Предатели должны быть чертовски покараны: убиты, чевертовыны, облиты кислотой, превращенны в сервиторов.

Неуловимые Мстители:
в)Дознание. Расследование нападения Чёрных Гайдамаков на корабли Имперского Флота.
До имперцев начинает доходить, что с Челмрудой что-то не чисто.

Полуночные Львы:
б)чего угодно, но я просто офигею писать два фанфика к кампейну, особенно, если они дуэльные и еще фанфик на конкурс и прочее.

Сплетённые Клешни:
б)Молитва Шестирукому Императору. Подготовка к осаде Челмруды.
Челмруду должна пренадлежать генокрадам.

Рыцарский дом "Ареос":
а)Участь предателей. Осада Каэр Вавеля.
Ареос - первые, кто начал развертываниеи подготовку к остаде Каэр Вавеля. Также они стыкаются с Лунными Волками Гараска

Лунные Волки Гараска.
а)Вспомните Луну! Десантирование на позиции Крылатых Гусар неподалёку от Каэр Вавеля;
Волки Гарсака выполняют свою миссию - мстят семени Чжэн Хэ Шэня.


"СТЕРХ"

Кровавые Кости:
в)Предать огню. Кровавые Когти атакуют предателей капитула Неуловимых Мстителей.

Неуловимые Мстители:
в)Дознание. Расследование нападения Чёрных Гайдамаков на корабли Имперского Флота.

Полуночные Львы:
б)Губители Святых. Ненависть к имперской вере побуждает кхорнитов напасть на войска Экклезиархии;

Сплетённые Клешни:
б)Молитва Шестирукому Императору. Подготовка к осаде Челмруды;

Рыцарский дом "Ареос":
а)Участь предателей. Осада Каэр Вавеля.

Лунные Волки Гараска.
а)Вспомните Луну! Десантирование на позиции Крылатых Гусар неподалёку от Каэр Вавеля;


Сообщение отредактировал CTEPX - 07.01.2018, 21:12


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 05.01.2018, 18:40
Сообщение #4


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Армии, готовые к дуэлям:

"CTEPX"

Возрождённые Из Пепла

Атакующие войска:
Джек Кочис, Вечный, Прокажённый Король, четыре отделения второй боевой роты "Войско Золота", отделение мотоциклистов, десять "Громовых Ястребов", отделение пятой боевой роты "Войско Ночи", пять "Секачей" с лазерными пушками.

Обороняющиеся войска:
Маршал Джеронимо, Реклюзиарх Фрэнк Танаэ, отделение второй боевой роты "Войско Золота", два отделения пятой боевой роты "Войско Ночи", десять "Носорогов", пять "Секачей" с лазерными пушками, "Громовой Ястреб".

Резервные войска:
Текумсе, Сиэтл, три отделения второй боевой роты "Войско Золота", три отделения мотоциклистов пятой боевой роты "Войско Ночи", четыре "Громовых Ястребов".

"Секачи" и мотоциклы - трофейные. С предводителем Кровавых Костей уже договорился.

Крылатые Гусары

Сражение с Лунными Волками.
Кале-бей, Гжегож Бженчишчикевич, сотня Королей Под Горой.

Сражение с Домом Ареос.
Узбек, Йожин Збажинский, сто пятьдесят Королей Под Горой.


"Таинственный рыцарь леди Моники"
Кровавые Кости
Атака: Гир, 1 когорта, бронзовые шлемы 4й когорты, герои 4й когорты.
Оборона: 12я когорта
Резерв: (Ставка в дуэле) оставшаяся часть 4й когорты, «Третий Ангел»


"Patton"
Легио Статика
Атака - Дух Домашнего Уюта, Цветочный Рыцарь
Оборона - Шлюха Ветров
Резерв - Дедушка Бедняка


"HiveTyrant"
Сплетённые Клешни
Оставить в живых: Герои генокульта, кроме именной абберации (если Йорик не согласует ее участие в нападении, то тогда ее тоже оставить). Вся техника, кроме 50% стражей. 55% генокультистов разных мастей, 15% чистокровных.
Убить: 80% чистокровных генокрадов. А так же куча шатлов, на которых сидят 30% генокультистов.
Резерв (ставка): Крейсер с оставшимися генофакнутыми Гайдамаками и оставшиеся генокультисты. Транспортник с беженцами (все нонкомбантанты инфекнутые и 5% генокрадов).


"Dammerung"
Полуночные Львы
Атака: Все именные персонажи, кроме Чернобога + Вечное Возмездие (пара сотен космических десантников) + штук десять хеллдрейков-Отсекателей
Оборона: Кровопийцы, Богоубийцы, остальные Отсекатели
Резерв: Чернобог, Молнии во Тьме, гончие плоти


"Ггиийорр Агирш Авгёрч"
Неуловимые Мстители
Атакующие войска:
Иван Серво, Бабайота, 3-я боевая рота "Ястребы". Четыре отделения терминаторов 1-й боевой роты "Альфа". Два дредноута. Три "Громовых ястребов".
Боевая баржа "Незримый страж".

Обороняющиеся войска:
Пётр Варх, половина пятой боевой роты "Соколы", половина восьмой резервной роты "Рыси", три "Громовых ястребов".
Ударные крейсера "Вечное возмездие" и "Неусыпное око".

Резервные войска:
Виктор Цефар, 4-я боевая рота "Беркуты". Дредноут. Отделение центурионов. Четыре перехватчика "Ксифон". Четыре "Громовых ястреба".
Боевая баржа "Крыло ночи".


"Caligula"
Атака:
- Басилей Антигон
- Номарх Несторис
- 3 рыцаря модели "Цераст Улан"
- 3 рыцаря модели "Паладин"
- 3 рыцаря модели "Эррант"
- 1 рыцарь модели "Хранитель"
- 1 рыцарь модели "Доблестный"

Оборона:
- 13 рыцарей модели "Доблестный"
- половина союзных сил Сынов Аэтоса

Резерв:
- Тидей, наследник басилея
- 3 рыцаря модели "Цераст Улан"
- 6 рыцарей модели "Доблестный"
- половина союзных сил Сынов Аэтоса


Сообщение отредактировал CTEPX - 11.04.2018, 09:54


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Йорик Железнорук...
сообщение 08.01.2018, 21:11
Сообщение #5


Greater Daemon
************

Warhammer 40,000
Раса: Daemons of Chaos
Армия: Undivided Legion
Группа: Куратор
Сообщений: 16 787
Регистрация: 20.01.2008
Из: Сектор Москва, северо-западный суб-сектор, мир-крепость Куркино.
Пользователь №: 12 375

Первое местоПервое местоСамый упоротый переводчик



Репутация:   7319  


Словом можно убить


I
Сны космодесантников не похожи на те, что видят простые люди. Там, где смертные видят образы, призванные воображением, памятью, яркими переживаниями и подсознанием, создающие единую необыкновенную картину, Астартес часто переживают воспоминания, вновь и вновь. Одних преследуют образы врагов, живых или давно мёртвых, другие бьются со зверями, которые никогда не умирают, есть и те, кто видит в грёзах проблески грядущего. Мстители редко видят сны, обычно их сознания упорядочены, а совесть чиста. Это и делало то, что происходило, таким необычным. Змей, рождённый из многоцветной тьмы, орёл, пылающий золотым огнём, смотрящие из мрака голодные глаза. Аллегории, означающие силы, сошедшиеся в вечной, бесконечной войне, в которой никто не щадил врагов, не ждал пощады, войне, от которой зависела судьба всего, существующего в галактике, всех миров и звёзд. Но как? Почему он видел это? Мститель не был библиарием, во время обучения у него не обнаружили псайкерского дара. Он смотрел, как бьются исполины, понимая, что каждый удар определял судьбу целых систем, а каждая рана знаменовала гибель бесчисленных жизней. Вокруг сгустились тени, протянув к нему когти, а затем всё затопило золотое сияние, и Мститель понял, что на него смотрит великий орёл. Огонь был повсюду, но не обжигал его, и среди пламени горели образы чёрного воина, бьющегося грозным двуручным мечом с жаждущим крови чудовищем из самых страшных кошмаров, и Мститель содрогнулся, осознав, что когда-то монстр тоже был космодесантником . В усмешке кривилось лицо рыцаря, хотя и мало что от него осталось – нечто содрало почти всю плоть с костей половины тела, заменив её металлом. Видение отступило, и последним, что увидел перед собой Мститель, было имя на красном наплечнике. Юний…

II
Капитан Иван Серво открыл глаза и поморщился, чувствуя как болит голова. Не от усталости или отсутствия сна, конечно, ведь он был космодесантником, но от одной мысли о предстоящей координации действий с остальными войсками экспедиции. Созданное светоткачом над столом изображение тоже не вдохновляло. Скопление обломков там, исчезнувшая орбитальная крепость здесь… Мысленно капитан воссоздавал ход боя. Он уже знал, что после гибели флагмана корабли действовали вразнобой, знал о гибели Железных Драконов, но не догадывался, насколько серьёзными были понесённые потери. Видать, проклятые Гусары времени не теряли, пока не столкнулись с неизвестной силой… там. Серво кивнул, глядя на скопление космического мусора рядом с минным полем. Похоже, что гонор и желание расправиться с врагом, пока тот ещё приходит в себя, привёл ягеллонских выскочек на смерть. Хорошо. Кто бы их не сломил, он будет грозным союзником. Над столом появились новые обломки, на этот раз ближе к орбите планеты, в воздухе вспыхнули символы остаточных следов плазмы и радиации. Серво нахмурился, взмахнул рукой, приказав авгурам приблизить изображение Ягеллона, а затем, наконец, осознав, что видит, выругался на десятке языков так, что стоявший рядом Цефар удивлённо присвистнул, и даже сервиторы словно покраснели. Кости… изглоданные варпом Кости, чтоб их, всё-таки не удержались. Да и кто бы удержал их теперь, когда посланник Верховных Лордов был мёртв?
Ягеллон горел. Планета, прежде так похожая на Землю незапамятных времён, сейчас больше напоминала преисподнюю. Судя по количеству влаги в атмосфере, Кости не мелочились и вскипятили моря. Вспыхнули новые знаки, означающие мощный выброс радиации, вероятно – взрыв атомных бомб. Небо затянули облака, чёрные, как пустота, и сквозь них пробивались багровые всполохи далёких огней. Однако внимание Ивана привлекли не они, но один из символов на орбите Ягеллона. Расходящееся остаточное облако частиц, которые возникали после мощного электромагнитного импульса. И окружало оно остов очень знакомого корабля…
- Капитан, на нас атакующим курсом идёт гранд-крейсер! Это «Третий Ангел»! Какие будут приказания?
- Дать предупредительный залп из излучателей так, чтобы разряды прошли в десятке километров от их носа. Приготовить все орудия к бою. Заряжайте торпеды. Братья, готовьтесь к отражению абордажа, - Серво помедлил, затем отдал ещё один приказ. – Выйти на связь. Посмотрим, что пришло в головы сынам Горгона… Надеюсь, они умнее своего отца.
«Очередной коварный план, а, Джек? Хочешь, чтобы я выбирал между гибелью себя и Костей так же, как выбирал между гибелью своих крейсеров и остатков экипажа фрегатов? Ну что же, как бы ни приятно было очистить Империум от этих кровожадных ублюдков... Я сделал свой выбор. Никто из нас сегодня не погибнет».

III
- …верните нам корабль, вы, подлые Вороны, или за это предательство мы устроим вам ад!
- Капитан, они наводят на нас орудия! – закричал офицер, надзиравший за системами авгуров. Иван тяжело вздохнул, глядя в разъярённое лицо получеловека-полумашины и с трудом подавил желание ударить себя ладонью по лбу. В силовом доспехе это было бы чревато трещиной в черепе.
- Ты всё сказал? – наконец, заговорил Мститель, с трудом сдерживая нарастающий гнев. – Да как ты смеешь обвинять нас после того, как десятки моих братьев пали, прикрывая ваши спины!? Гир, я слышал, что сыны Горгона очень, очень любят вживлять себе имплантаты, сдерживающие эмоции. Если так, то тебе следует хорошенько поговорить с проводившими операцию магосами… похоже, что они вбили вам вместо подавителей Гвозди Мясника!
От неожиданности Торнтон моргнул человеческим глазом, а линзы искусственного закружились, словно попавший в водоворот корабль. Чего бы магистр Кровавых Костей не ожидал услышать, то явно не это.
- Дай угадаю, на вас напал крейсер типа «Ахерон» «Calumnia», затем во время абордажа произошло что-то, чего вы совершенно не ждали, а когда прибыли подкрепления все на борту были мертвы, зато среди трупов лежали десантники в доспехах моего ордена, да? Гадаешь, откуда я это знаю? Слушай! – Иван ударил кулаком по столу, и вслед за недолгим треском помех раздался голос. Хриплый, рычащий. Так говорил бы волк, если бы ему пришили человеческие голосовые связки.
- «- Меня зовут Джек Кочис, я предводитель капитула Возрождённые- Из-Пепла. Кровавые Кости намерены уничтожить Ягеллон, хотя Крылатые Гусары неповинны в приписываемых им преступлениях. Пропустите нас или убедите Гира Торнтона одуматься...»
Воцарилась тишина. Астартес внимательно слушали разговор, случившийся одновременно недавно и очень, очень давно. Наконец, молчание нарушил Иван, произнеся в унисон с собой… «Так или иначе, я точно знаю вашу судьбу, предатели. И пепла не останется!»
- Хорошие слова, Гир, а? Думаю, ты тоже говорил их не раз… Вот только, прикрывая ваши ржавые задницы, мы не знали, с чем столкнёмся. Я-то считал, что это банда пиратов или воины ордена, который задолжал Гусарам долг жизни. Чего я точно не ожидал обнаружить, так это кишащий демонами и вульфенами корабль, а ещё колдуна, укравшего у нас электромагнитную торпеду! Я даже знаю, куда он её засадил. По вам, не так ли, Гир? – глаза Серво чернели быстрее, чем болт вылетает из ствола. – Абордаж провалился. Возрождённые вырвались из ловушки. Мне пришлось взорвать собственные фрегаты с остатками экипажа на борту, поскольку они превратили их в брандеры!!! Думаешь, я всё это выдумываю, а? Знаю, что думаешь. Я ведь подлый Ворон, бьющий из тьмы, коварный лжец, а!? Тогда вот это что? – Иван отбросил крышку криоконтейнера и вздёрнул в воздух отрубленную голову одного из мутантов, чьё получеловеческое лицо застыло в зверином оскале, - Её я тоже выдумал? Пока вы здесь развлекались, сжигая планету, а рядом на её спутнике гибли в бою с демонами имперские гвардейцы, мы преследовали по всей системе этих варповых сынов и чёртовых Гусар. Как видишь, Гусар мы-таки поймали. Сейчас я отправлю тебе информацию о нашем бое с Возрождёнными, а ты её внимательно прочтёшь и прикажешь своим чугунным лбам отступить. Уверен, ваши системы связи достаточно хороши. Если же нет, Гир, знай... У меня осталась ещё одна такая торпеда, а из захваченной боевой баржи выйдет совершенно чудесное копьё. Конечно, после этого бессмысленного братоубийства у меня не останется достаточно десантников, чтобы противостоять в прямом бою Возрождённым или тем космодесантникам Хаоса, про которых с поверхности планеты идут доклады… - Иван широко улыбнулся. – Зато я смогу сбросить на них обломки твоего крейсера! Ну так что, Торнтон? Мы вместе покончим с Гусарами или перегрызём друг другу глотки под смех предателей, подлостью сравнимых с Альфа-Легионом?
Всё это время магистр Кровавых Костей молчал, его лицо ничего не выражало, но в глазе, насколько мог видеть Иван, последовательно сменили друг друга ярость, изумление, даже шок, а затем ещё большая ярость. Похоже, что Торнтон хорошо знал, кто такие Возрождённые и почему отступники держат именно на его капитул зуб больший, чем клыки вульфена. Возможно, предатели возродились из пепла сожжённого Кровавыми Костями мира? Затем изображение полностью растворилось.
- Капитан, они оборвали связь где-то в середине вашей речи и заблокировали сигнал. "Третий Ангел" отступает, однако они всё ещё держат нас на прицеле.
- Проклятье... - Иван закрыл глаза, вдохнул и досчитал до двадцати. Выдохнул. С трудом разжал кулаки. - Продолжайте сканирование системы. Сохранять полную боеготовность. Передайте Легио Статика информацию о нашей битве с Возрождёнными-из-Пепла. Возможно, что Торнтон охотнее выслушает механикумов, чем нас. Рыцарям... это ведь рыцарский галеас, так? Им тоже. Также продолжайте поиск... ищите любые аномальные сигналы.
- Брат, - заговорил Цефар. - Судя по пойманным "ледорубами" обрывкам сообщений с планеты вокруг крепости-монастыря Крылатых Гусар стягивается кольцо...
- Если мы начнём высадку сейчас, Виктор, то прямо в системе вспыхнет новая война капитулов. Вспомни, как поглощённый яростью примарх Железных Рук погиб бессмысленной и нелепой смертью. Гнев заставил Ферруса Мануса забыть о долге и рассудке. Ненависть омрачила его разум, оставив лишь желание любой ценой вырвать горло презренному врагу. Возможно, что Торнтон до сих пор считает, что такой враг - мы...
- Капитан! - раздался из динамиков голос Владимира. - Мы засекли слабое вокс-эхо. Очень слабое, менее мощные авгуры его бы просто не заметили... Думаю, вам стоит это услышать. Передаю на мостик.
- «...говорит крейсер... измена, чёрное предательство... Челму... берут на абордаж... не остановить... не остановить!»
- Челмурда? - нахмурился Цефар, вспоминая описание системы. - Но это же всего лишь шахтёрская колония, что там может быть?
- Что угодно от культов Хаоса до зелёных чертей... Бывает, что в проклятых шахтах как на космических скитальцах куда ни плюнь, попадёшь в генокрада... - Серво поморщился. Он не раз сталкивался с таким врагом, и всегда встречал новые ужасы... - А возможно там собирают силы Возрождённые-Из-Пепла, готовясь вырваться из системы или вновь ударить в спину Кровавым Костям, мстя за своих дружков-Гусар. Передайте союзникам, что мы летим на Челмурду, так как обнаружили новую угрозу.
- А если сыны Горгона решат, что удалённая шахтёрская колония это идеальная возможность свести счёты?
- Тогда, брат, мы выполним приказ 67.

Сообщение отредактировал Ггиийорр Агирш Авгёрч - 14.01.2018, 19:04


--------------------
Хех.
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Dammerung
сообщение 09.01.2018, 14:59
Сообщение #6


Maniac!
************

Группа: Пользователь
Сообщений: 4 852
Регистрация: 23.11.2008
Пользователь №: 16 620

Переводчик годаСеребро литературного фестиваляВетеран Ягеллонского крестового похода



Репутация:   2381  


Передышка


Арвид Берг, чемпион Вечного Возмездия, стоял на белом меловом утесе, вперив взгляд вдаль. Ветер, пахнущий солью, металлом и разложением, трепал его золотистые волосы, в которых запеклась вражеская кровь. После боя с защитниками грандиозных укреплений на дне Карибдского моря он обзавелся новыми доспехами — тактической броней дредноута, снятой с трупа одного из последних Железных Драконов. Под свежей сине-золотой краской и потеками жертвенной крови, которой доспех терминатора переосвятили во славу Кхорна, все еще виднелись полустертые и оскверненные эмблемы в виде звезд и драконьих голов. Гораздо ярче сверкал золотой оскал львиного черепа — символа, приваренного на бронепластину в центре груди, как раз в том месте, где цепной меч Арвида пробил доспехи и вгрызся в сердца их предыдущего обладателя. Славная была битва. По парным молниевым когтям чемпиона пробежали искры: машинный дух, покорившийся новому хозяину, реагировал на его мысли. Впрочем, далеко не все они были приятными.
Внизу простиралась безжизненная равнина морского дна, тянущаяся до самого горизонта. Следы отступления все еще виднелись на песке, отмеченном трупами культистов, что не поспевали за космическими десантниками. Смертные падали один за другим, не в силах выдержать напряжения, жары и насыщающих воздух миазмов. Многие страдали лучевой болезнью, на других, оказавшихся в отдалении от взорвавшегося титана, остались незаживающие ожоги. Те, кто находился ближе, обратились в пепел и тени на камнях.
Арвид равнодушно перевел взгляд на одного из немногочисленных выживших культистов, что стоял на коленях на краю утеса.
— Слабая кровь.
Велленец будто не услышал презрительного замечания, глядя на Арвида со смесью ужаса и восхищения, которая вызывала у чемпиона только брезгливость. Обнаружив себя целью внимания полубога, смертный пал ниц, коснувшись выбритой головой земли, и забормотал перевернутые задом наперед имперские молитвы.
— Какая есть, — ответил булькающий голос сзади. Улучшенный слух космического десантника уже давно уловил приближение тяжелых шагов, но Арвид не стал оборачиваться. — Владыка Медного Трона приемлет любое подношение.
— Все твои братья стали таким подношением, Эттель. Ты рад этому?
Теперь он ощущал присутствие людоеда ближе, чем ему хотелось бы. Эттель Галиндий уже не производил впечатление благодушного раскормленного льва в зверинце: долгое отступление истощило и его, и демона, обитающего в нем. Арвид не видел его лица, но знал, как оно выглядит: лихорадочно горящие глаза, запавшие щеки, подергивающиеся бледные губы, едва скрывающие голодный оскал.
— Разве может быть лучшая судьба? Они погибли в бою, упиваясь вражеской кровью, — с нескрываемой завистью вздохнул Эттель. — Они отправились на вечное пиршество в Бронзовых Чертогах.
”И навеки избавились от проклятья, которое терзает подобных тебе...”
— Даже демоны, которых они столь милостиво впустили в себя, не остались обделенными, — воин-каннибал как будто читал мысли собеседника. — Столько лет духи сытно кормились пищей, которую добывала Балтская Чума, а теперь освободились и парят над царством нашего бога, пожирая души слабых. Я шептался со своим лимосом. Он просится на волю, жаждет снова уйти в Эмпиреи…
На задворках сознания Арвида Берга всплыла мысль, что он мог бы прямо сейчас исполнить желание демона и разделаться с Эттелем. Людоед не ждет нападения и давно не кормился. Быстрый разворот, стремительный удар, грузное тело валится наземь, и с обрыва хлещет маленький водопад из крови, покидающей разрубленную шею вместе с мятежным духом, некогда населявшим оскверненную плоть...
— Наша цель еще не достигнута, — напомнил Арвид, с трудом вытеснив из головы манящее видение. — Нам не нужна еще одна непродуманная, самоубийственная атака, подобная той, что лишила нас половины армии. Мы должны отомстить Крылатым Гусарам, забрать черепа их героев и вернуться в Скопление Фриа, чтобы восстановиться и с новыми силами атаковать Империум.
Эттель поразмыслил над сказанным, хмыкнул. Потом шагнул вперед и одним движением огромных лапищ сгреб и подтащил к себе велленца, ничего не замечавшего в религиозном экстазе. Смертный сдавленно вскрикнул и тут же замолк, не в силах втянуть воздух в стиснутую могучими руками грудь.
— Ты говоришь про атаку Берхарта так, словно он был глупцом. А ведь она доказала, что он был более достоин внимания Кхорна, чем ты, — с искренней скорбью сказал людоед. — Можешь не возражать, меня утомила болтовня на голодное брюхо.
Арвид промолчал. Мокрый хруст, с которым Эттель впился зубами в лицо культиста, ясно давал понять, что в ближайшее время рот у него будет занят вовсе не разговорами.
Чемпион Вечного Возмездия развернулся и зашагал обратно в лагерь, разбитый Полуночными Львами среди прибрежных скал. Скорее это следовало называть не лагерем, а местом временной передышки. Они не собирались задерживаться здесь надолго, как на Веллене, не воздвигли ни шатров, ни укреплений. Только собрать воедино всех, кто выжил в бою с богомашинами, и снова устремиться в наступление. Таков Восьмеричный Путь: непрекращающаяся погоня по кровавой пустоши, вечное движение хищной орды, пожирающей все вокруг, а в отсутствие добычи — саму себя.
Арвид не видел никого, на ком не лежала бы печать битвы с титанами. Доспехи встречных космодесантников — в особенности Богоубийц, которые напрямую столкнулись с ненавистью Легио Статика — покрывала копоть и белые пятна выгоревшей краски. Мутанты-кровопийцы бессмысленно бродили туда-сюда, не обращая внимания на раны и пузырящиеся ожоги. У многих недоставало руки, глаза или обширного участка кожи. На вершинах острых скал, нахохлившись, сидели рапторы, зорко следя за подступами. Стая Корпена Выжигателя уменьшилась на две трети, но не теряла присутствия духа. Птицеподобные воины Молний во Тьме перекликивались пронзительными голосами и оглашали берег клекочущим смехом, делясь воспоминаниями о битве и споря о том, кто лучше себя показал.
Сам Корпен встретил Арвида у подножия трона из кровавого железа, который пророс из возвышающейся на склоне гранитной плиты. Конунг Кхарл восседал на престоле, задумчиво поигрывая эльдарским черепом в когтистой руке. То был жалкий остаток великой Башни Черепов, ”Погибели Ультариэля”, которая сама познала гибель от рук живой машины.
Вожак рапторов злобно каркнул, завидев приближающегося чемпиона в терминаторской броне. Он знал, что Корпен возмущен: Вечное Возмездие явилось на поле боя позднее всех, не считая самого Чернобога, понесло наименьшие потери и ушло с лучшими трофеями. Половина Молний во Тьме просто испарилась в море плазмы, разлитой в небесах титанами, еще часть погибла при поспешном отступлении. Корпен все утро вымещал злость на каком-то мелком техножреце, которого он успел схватить и унести из лагеря Легио Статики, и теперь его доспехи украшали гирлянды из содранной синтетической кожи, но зависть заглушить так и не удалось.
— Я пришел говорить с конунгом, а не щебетать с тобой, — бросил Арвид. Крылатый воин посторонился, прошипев что-то в ответ, а потом с внезапным ревом двигателей взмыл в воздух и в считанные мгновения пропал из виду.
— Так говори же, — рыкнул Кхарл, подняв взгляд. Сквозь щели на золотой львиной маске пылали глаза, полные неугасимого гнева Кровавого Бога.
— Со всем уважением, мой конунг, — Арвид опустился на одно колено и преклонил голову, подобно вассалу перед сюзереном, — я скажу, что думаю. Еще одной такой битвы нам не выдержать. Если мы хотим достигнуть цели — отмщения проклятым Крылатым Гусарам — нам следует быть осторожнее.
— Ты видишь малую цель, но слеп к более великим, — Кхарл поднялся с трона, сочащегося кровью. Та же багровая влага стекала по его когтям, способным вспарывать само пространство, и по цепному топору, в котором обитал свирепый демон. — Месть — лишь один шаг на Восьмеричном Пути, которым нам суждено идти вечно.
— Мы не сделаем даже этого шага, если погибнем, — возразил Арвид. — Мы потеряли больше половины воинов и значительную долю благословенных машин. Не осталось Утопленников. Убиты многие хельдраконы. Истреблена Балтская Чума…
— Ты говоришь не так, как подобает воину Кровавого Бога, — прогремел голос во много раз громче хриплой речи Кхарла. — Кхорн желает, чтобы лилась кровь. Неважно, чья.
Из-за вершины холма показалась сначала чудовищная каменная голова, затем широкие плечи, покрытые черной кольчугой. Опираясь на молот, Чернобог перебрался через гребень и навис над космическими десантниками, как сама смерть. Раны, полученные в бою с титанами, почти затянулись, и каменная статуя выглядела столь же мощной и неуязвимой, как прежде.
— Великая цель, — проговорил Кхарл, молитвенно воздев руки в тени Чернобога. — Это не месть, не битва, не одно-единственное убийство, после которого исполняется предназначение и теряется смысл дальнейшего существования. Это бесконечная череда битв и убийств, которая приводит к возвышению над реальностью. Это священный восторг кровопролития, в котором ты не замечаешь, когда перестаешь сражаться в мире смертных и продолжаешь биться в вечности. Вот что открылось мне, когда я надел Маску Зверя и постиг сущность Кровавого Бога. Вот о чем забыл ты, Арвид Берг.
Чемпион склонил голову. Впервые за долгое время он не знал, что сказать своему повелителю.
— Ты по-прежнему мнишь себя благородным рыцарем, какими считали себя мы все, когда носили имя Ледяных Стражей и сражались за Империум, — продолжал Кхарл. — Как это просто, сменить врага с ксеносов и еретиков на прогнившую власть, убеждая себя, что ты по-прежнему истребляешь мерзость, заслуживающую уничтожения. Истина в том, мой верный слуга, что уничтожения заслуживает все сущее. Даже если последний из Полуночных Львов погибнет в бою, пролив свою кровь на землю Ягеллона, это все равно будет достойным концом для воина, верного Властелину Черепов. Ты понял, что я думаю о потерях?
— ...Понял, господин, — ответил Арвид после долгой паузы.
Он поднялся, посмотрел Кхарлу прямо в глаза и не увидел в них ничего, кроме жажды разрушения. Что-то иное, некое присутствие заставило оглянуться, и он увидел, что вокруг из воздуха сгустились силуэты поджарых хищников. Псы варпа глядели на него множеством асимметричных глаз, усеивающих морды с металлическими челюстями. Чемпион скрипнул зубами, когда в голове вспыхнуло яркое, словно живое воспоминание. Их бронзовые клыки и медные когти так легко проходили сквозь броню Железных Драконов, подобную той, которую теперь носил он сам...
— Запомни мои слова как следует, Арвид. Есть куда менее достойные способы покинуть сей мир, чем пасть на поле битвы, — голос Кхарла звучал настолько спокойно, насколько это возможно для звериного рычания, но угроза из него никуда не делась. Псы, некогда сопровождавшие Балтскую Чуму, созерцали чемпиона еще несколько мгновений, вбирая раздувающимися ноздрями запах его души, а затем прыгнули в стороны и исчезли в невидимых трещинах среди камней. Арвид знал, что они могут появиться вновь в любой момент.
— Битва, — эхом повторил рокочущий глас Чернобога. Живая статуя оскалилась в предвкушении. — Я чувствую, что новое кровопролитие уже совсем близко.
Словно в подтверждение слов великана, сверху пронеслась крылатая тень. Корпен Выжигатель спикировал на спинку железного трона и сел, вцепившись в нее когтями. Из вороньего клюва его шлема полился сплошной поток скрежета, визга и клекота, понятного лишь тем, кто привык разговаривать с потерявшими человеческий облик воинами-рапторами.
”Мои братья вернулись с разведки. Дорога на Вавель открыта! — Корпен перемежал фразы возбужденными криками и проклятиями в адрес врага. — Глупцы не ведают о нашем присутствии!”
Арвид Берг почувствовал, как губы сами собой растягиваются в свирепой усмешке. Теперь он знал, на кого обратить злость, разочарование и досаду от поражения.
— Что скажешь, мой чемпион? — повернулся к нему Кхарл.
— Я поднесу черепа Крылатых Гусар Кхорну, повелитель, — поклялся Арвид Берг. — Да свершится Вечное Возмездие!

Сообщение отредактировал Dammerung - 25.01.2018, 11:37


--------------------
Знание священно, и священна информация.
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
HiveTyrant
сообщение 09.01.2018, 16:40
Сообщение #7


Лалкомодератор
Hive Tyrant
************

Warhammer 40,000
Раса: Tyranids
Армия: Hive Fleet Leviathan
Группа: Модератор
Сообщений: 12 010
Регистрация: 21.07.2007
Из: Балашиха/Егорьевск
Пользователь №: 9 925

Ветеран Ягеллонского крестового похода



Репутация:   1841  


Драгоценные камни из ожерелья

Управляющий Яцек подписывал одну накладную за другой. Раньше ему привозили тонны льдов Цепота, но после осады Ягеллона стало твориться что-то странное. Неделю назад он начал получать груз в виде огромных камней прямиком из Бризингуллова пояса. Каждый камень влетал в копеечку. Яцек возражал Совету рабочих, но получил кулаком в челюсть, а изогнутый нож в ладонь, которой держал документы. Челюсть уже не болела, а вот сквозная рана, расщепившая кость, уже начала загнаиваться.

- Опять менять повязку.

Бесконечные накладные все никак не давали времени на нормальное лечение, жадно сжирая каждую минуту.

... krwi, wylanych łez,
Pomimo to nie ma ...


По коридору прошлись ополченцы из Совета рабочих.

- Kurwa!

Яцек процедил грязное ругательство, вздохнул, и снова принялся подписывать документы. Он боялся тех выродков, что бродили рядом, но особенно майора Шуфрича. Пребывание на Челмруде его сильно изменило. Строгий и прямой простак стал скрытным социопатом. Его все реже можно было заметить за работой, но когда все же это удавалось, то майор только и бубнил себе под нос, что чего-то не достоин. Когда Яцек попытался проследить за Данилой, то на следующий день получил тычок ладонью по горлу.

- Еще раз увижу тебя рядом - скормлю змею!

Яцек очень серьезно воспринял угрозу и полностью погрузился в административный ад, подписывая документы.

- Пара сотен астероидов. Зачем они тут? По накладным в пустотах там вода, которую можно быстро добыть, но не слишком ли дорого это все выходит? Совет рабочих говорит, что это запасы на случай блокады. Но мы же на стороне Империума, а он побеждает! Какая блокада?

Яцек все бурчал и бурчал, но работал.

Сообщение отредактировал HiveTyrant - 10.01.2018, 13:40


--------------------
Я не знаю слова "Проиграть". Только "Выиграть"... Ну и "Зачитерили".
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 10.01.2018, 14:03
Сообщение #8


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Анатомия предательства.


Автор - Таинственный рыцарь леди Моники


I

Реактор корабля мерно гудел. Лорд-командор Гир стоял за бронированным стеклом и всматривался в него механическим глазом. Жар радиации чувствовался даже через толстый слой керамита и пластали. Кожа космического десантника немного покраснела, сопротивляясь потоку гамма-излучения. Лорд-командор ощущал, как на его теле появляются небольшие рубцы. Гир довольно улыбнулся. В эти мгновения Торнтон чувствовал, как в нём остаётся всё меньше от человека и становится больше от машины. Лорд-командор сливался воедино с кораблем, с "Третьим Ангелом".

– Пусть Неуловимых Мстителей гораздо больше, но гнев Императора падет на головы предателей. Мы - потомки Горгона и всю жизнь сливаемся с машинами. Мы покажем, каково это, когда машины становятся частью нас!

Реактор одобрительно загудел. Теперь он излучал мягкое тепло, соглашаясь со словами лорда-командора.

– "Третий Ангел", надеюсь, ты мне поможешь в этом. В нашей битве, возможно, последней, ты станешь продолжением моего гнева, направленного на мерзких предателей, на волков, скрывающихся под овечьими шкурами. Вероломное нападение на нас так похоже на потомков недостойного и трусливого примарха. Хитрость, предательства, удары из тени – все это стало синонимом Неуловимых Мстителей. Им не хватает настоящей воинской доблести смело встречать врагов лицом к лицу. Кровавые Кости в скором времени научат выскочек этому!

Огненный шар в центре реактора запульсировал с новой силой, пытаясь выплеснуть ярость наружу. То же самое сейчас творилось и в душе Гира. Его гнев мог испепелить целую звездную систему.

– Теперь, друг, мне нужно идти. Совет выживших капитанов ждет, как и битва с предателями. За кровь Горгона!

II

Апотекарий Крил откинулся на своем скромном ложе. Перед боем он хотел просто отдохнуть. Глаза его закрылись, и перед ними проплывали картины далекого прошлого. Охота за альфа-псайкером, взявшем под контроль все население Гаморры Секундус. Абордаж эльдарских корсаров, которые посмели вторгнуться в реальное пространство неподалеку от могучего флота Кровавых Костей. Но самые приятные битвы были против еретиков, их вкус Крил никогда не забудет. Язык сам по себе скользнул по тонким губам.

На Арогусе Прайм апотекарий впервые попробовал на вкус плоть еретиков, сморщенную от контакта с варпом, всю в трещинах, зловонную. Смрад тысячи гниющих трупов был ароматом цветущих роз по сравнением с запахом щеки, которую Крил откусил предателю во время битвы. Тогда он выиграл несколько мгновений замешательства, которых вполне хватило, чтобы всадить целую обойму болт-снарядов между ребер предателя.

Семь дней его рвало кровью после этого случая. Семь раз он был без сознания. Отрешённые считали, что Крил не переживет воздействия яда, который тёк в жилах нечестивого чемпиона Нургла, но вера в Императора была сильнее. Даже на седьмой день в момент наивысшей силы Бога Хаоса, когда рядом с Крилом стоял капеллан, готовый застрелить того в любую секунду, тогда еще будущий апотекарий исцелился.

Крил встал со своего ложа и проверил силовую броню, после чего почистил болт-пистолет. Сегодня он надеялся попробовать на вкус предательство Неуловимых Мстителей. Почему-то ему казалось, что лучше всего подать этих еретиков слегка опаленными в сгустке плазмы. Это придаст пикантности потомкам Коракса.

III


Апотекарий развесил внутренности безымянного бойца, которого все считали Неуловимым Мстителем. Крил старательно прибил каждую мышцу, орган, лоскуток кожи к огромному холсту, и важно ходил вокруг инсталляции, описывая строение погибшего. Перед тем, как приколоть к картине новый кусочек, апотекарий взвешивал, измерял со всех сторон, зарисовывал на инфопланшете, после чего отправлял его на место. Так продолжалось достаточно долго, пока Крил не дошел до мозга. Язык сам по себе скользнул по губам, а глаза загорелись.

Один из немногих Крил частенько поедал мозги противников, чтобы выведать тайны. Из-за этой особенности братья сторонились апотекария, но при этом уважительно относились к нему. Боевые братья старались избавиться от слабой плоти, но Крил думал совсем иначе. Чтобы становиться сильнее, он старательно поедал врагов чаще, чем прибегал к аугметике. Не раз и не два информация, полученная таким страшным способом, приносила победу Кровавым Костям.

Крил подвязал белый фартук и уселся напротив позолоченной тарелки с мозгом. В руках появились серебряные вилка и нож. Столовые приборы поблескивали в тусклом свету кабинета апотекария.

- Приступим-с...

Маленький кусочек размером с фалангу мизинца исчез в темноте рта. Крил медленно жевал, наслаждаясь моментом.

- Никаких ощущений, но у меня длинная трапеза!

Апотекарий вкушал главное блюдо, запивая его сорокалетним амасеком, иногда чередуя мозг с другими органами десантника, или поливая кровью с антикоагулянтами, словно соусом. Пир длился целый час. Дожевав последний кусок, Крил активировал вокс.

- Лорд-командор? У меня плохие новости. Обед был великолепен, но информации в голове трупа было совсем немного. Ткани мозга деградировали слишком стремительно, в какой-то момент мне даже показалось, что смерть наступила гораздо раньше, чем мы думаем. К счастью, я готов приготовить закуску из второго трупа. Может быть, там будет что-то ценное.

IV


Гир Торнтон стоял в кругу капитанов.

- Вы все были здесь, когда нам ответили. Вместо причин предательства, мы услышали, как они упивались своим планом. Когда эта мразь оскорбила меня, сравнив с предателями из Пожирателей Миров - я стерпел. Но когда он грозно заявил, что все на борту "Громовержца" мертвы, я уже не видел смысла с ними разговаривать. Мы узнали все, что нужно. Иван Серво в точности указал на то, что произошло. Даже если на нас напали не только Мстители, то подлый ворон разрабатывал этот удар в спину! Есть возражения?!

Капитаны угрюмо молчали. Даже если кто-то иначе понял слова капитана Неуловимых Мстителей, то не подал вида.

Гир на мгновение застыл - апотекарий выносил вердикт после вскрытия предателя. На осмысление услышанного Торнтону понадобилось несколько секунд, но выйдя из оцепенения, он был готов рвать и метать.

- Нам не удалось воспользоваться главным преимуществом. Крил ничего не узнал. Пока ничего. Братья! Тогда остается полагаться только на умения и на связь с машинами. Надеюсь, они не подведут нас в самый важный момент. Это вопрос выживания ордена, надеюсь, все это понимают.

Кровавые Кости готовились к битве, которую они не могли проиграть. На кону стояла не только их честь, но и само существование.

Сообщение отредактировал CTEPX - 16.01.2018, 12:45


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 25.01.2018, 18:34
Сообщение #9


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название:Волк
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Возрастные ограничения: 16 +
Аннотация: Для одних древних народов Терры волки воплощали собой бесстрашие, готовность биться до победы или до смерти, а также чистоту, ибо говорили, что они не питались падалью, а для других были предвестниками конца, низшими воплощениями чудовища, которое однажды пожрёт солнце, были и видевшие в серых зверях слуг бога войны и защитника врат царства мёртвых. Какими запомнят Лунных Волков, сражавшихся в Ягеллонском Крестовом Походе, покажет лишь время...



1.

Высота: восемьдесят тысяч девятьсот шестьдесят два метра и продолжает снижаться.
Говорят, что в последние мгновения до смерти перед глазами проносится вся жизнь… как и при падении сквозь горящие небеса умирающего мира. Жорон Гараск родился в преисподней, созданном руками людей, а десантная капсула несла его навстречу аду. Он мало что помнил о первых годах своей жизни – мрачные туннели, пахнущие серой, эхо далёких криков, клинок в руке... Первым отчётливым воспоминанием был шок. Как нечто столь огромное могло двигаться так тихо? Как он мог не услышать ничего, кроме гула и жужжания? Но то же изумление было в расширившихся глазах гиганта, не ждавшего, что его заметит какой-то юнец – заметит и будет целиться ему в лоб из пистолета. Содрогнувшись, Жорон выстрелил, и пуля вырвалась из ствола. Время застыло, словно весь мир затаил дыхание, и он увидел, как летящий вестник смерти рассекает воздух, но потом отклоняется в сторону. Что он услышал тогда – далёкий смех или собственный крик? Неважно. Ход времени возобновился, пуля лишь оцарапала висок гиганта, а затем страшный удар отбросил Гараска к стене. Теряя сознание, юноша услышал голос, глубокий, как самые бездонные шахты.
– Полегче, Эзекиль.
– Гадёныш ранил меня!
– Действительно, и легиону нужны такие способные новобранцы. Тащи его на корабль…

Высота: пятьдесят тысяч шестнадцать метров и продолжает снижаться.
…так он и покинул Хтонию, навсегда оставив позади её мрачные туннели, где он мог лишь убивать или быть убитым. Хотя чем он занимался в дальнейшем? Да тем же. Но в этом появился смысл. Он стал одним из Лунных Волков, воином избранного легиона, защитником человечества, а не просто жаждущим крови и наживы разбойником. В эти славные времена Жорон и его братья творили лучшее будущее для человечества, они сражались ради выживания всего своего вида и очищали Галактику. Теперь же, смотря на руну, вырезанную на шлеме в память о павшем от его руки вожде зеленокожих, Гараск понимал, что можно забрать человека с Хтонии, но нельзя забрать Хтонию из человека…
Высота: тридцать тысяч двести пятьдесят один метр и продолжает снижаться.
…сколько раз он сидел в десантной капсуле, летящей сквозь израненное небо? Сколько раз он сжимал кулаки, предвкушая жестокий бой, готовясь покорить очередной мир ради человечества? Десятки, сотни раз? Но этот мир был особенным. Сюда Лунные Волки пришли не ради великой мечты Императора, погубленной столь много веков назад, не ради светлого будущего человечества. Нет, они вернулись в мир, который когда-то не смогли уберечь, ради кровной мести, готовясь убивать и умирать. Лишь случай, внезапная распря меж осаждающими планету воинствами космодесантников, позволил им высадиться незамеченными, и теперь «Люпус» вновь исчез в тени. Если Лунные Волки не вернутся с Ягеллона, то уцелевшие смертные из экипажа согласно последнему приказу Гараска прорвутся из системы, как только утихнет буря или сдадутся на милость тех… «Мстителей». Потомки Бледных Кочевников, судя по перехваченным переговорам, казались вполне разумными людьми…
Высота: десять тысяч четыреста восемьдесят девять метров и продолжает снижаться.

2.

Из раздумий Гараска вырвал страшный удар, а затем грохот падающих створок. Они приземлились. Отстегнув крепления и взяв оружие со стойки, Жорон поднялся и шагнул наружу. Далёкий гром выстрелов, всепроникающий запах дыма, затянутое чёрными облаками небо, к которому протянулись горы, похожие на зазубренные кинжалы. Вокруг уже собирались его воины. Сотня Лунных Волков, облачённых в потрёпанные, непритязательные, но прекрасно работающие доспехи, сжимающих в руках болтеры, ждущих лишь приказа. Сила, способная поставить на колени целый мир… во всяком случае, так было прежде, в лучшую эпоху, когда галактика ещё не знала ужасов войны между Астартес.
– Братья, мы не были там, где Гор отвернулся от Императора. Мы не были там, где Император пожертвовал собой ради человечества, – Гараск высоко поднял меч над головой, а затем показал на горную крепость. – Но теперь мы здесь. Мы вернулись. И я клянусь кровью, что мы будем в Каэр Вавеле, когда последний ублюдок Чжэн-хана падёт от наших клинков! Мы отомстим вероломным шавкам за смерть каждого из Лунных Волков!
- Месть! Месть! Смерть Мародёрам! – О, если бы ненависть могла убивать, то от полных гнева взглядов космодесантников уже рушились бы крепостные стены.
- Но нас слишком мало для прямой атаки, братья, а штурмующие Каэр Вавель воины Императора едва ли нас примут с распростёртыми объятиями – нет, скорее они откроют огонь, едва увидят … нет, братья, мы ударим из теней и вскроем предателям глотки. Мы не рыцари в сияющих доспехах, а хтонийские головорезы! Горы – не туннели, но путь мы себе найдём, особенно если эти лентяи оставили старые тропы... Адрос, врубай сервиторов – пусть отвлекут Мародёров. Вперёд, братья, нас ждёт месть!

3.

Ревущее пламя, грохот орудий, вой летящих снарядов – всё слилось в единую какофонию смерти. Земля содрогалась под ногами Гараска. Стоя на утёсе прямо над стенами Каэр Вавеля, он видел приближающуюся к крепости армию – железных исполинов-рыцарей в древних доспехах, сотни танков, космодесантников из лег… ордена, который он не видел никогда прежде. Навстречу им мчалась кавалерийская лава, вопящая орда наследников Стервятника, а их немногие оставшиеся в крепости братья стояли на стенах, проверяли оружие или орали на запуганных сервов, готовивших последние мотоциклы к бою. Пришло время обрушить чащу весов…
- Начали.
Первым выстрелил Алес. Юнец, принятый в легион уже на Ягеллоне, всегда был нетерпеливым и яростным, но теперь, увидев, до чего Мародёры довели его мир, сгорал от ненависти, как и все Волки. Все, кроме Жорона, не чувствовавшего почти ничего… Вспыхнул и Гусар, чей энергетический ранец взорвался от прямого попадания. Рухнул, захлёбываясь криком, покатился по стене. Другие бросились в укрытия, внезапно осознав, что враги так близко. Гараск спрыгнул и с грохотом рухнул на стену, круша камни под сапогами. В руках Волка жужжали оба оружия, оживая. Молнии танцевали по серебристому клинку меча, болт-пистолет содрогался в руках с каждым выстрелом так, словно ему нравилось стрелять. Бам. Бам. Бам.
Гиганты в золотых и серых доспехах столкнулись с оглушительным треском доспехов и клинков. Выли болтеры, раскалывалась броня, и постепенно до Гараска начало доходить нечто, что он заметил не сразу. Они бились не с щенками, едва получившими геносемя – нет, они сражались против ветеранов бесчисленных войн, таких же как они во всём, кроме верности и цели. Воющий от ненависти космодесантник бросился от вождя, подняв над головой саблю, и Гараск сменил хват на двуручный, отбросив опустевший пистолет. Сшиблись клинки, посыпались искры, Гараск увидел перед собой искажённое от ярости лицо, но не ягеллонца, а раскосого чогорийца. Не Крылатого Гусара – Мародёра.
- Сдохни, пёс Гора! – взревели в унисон оба космодесантника и изумлённо уставились друг на друга. Жорон первым пришёл в себя и вцепился латной перчаткой в глазной имплантат предателя, дёрнул, вырвав провода, одновременно впечатав колено в пах врага. Мародёр отшатнулся, и быстрым ударом Гараск разрубил его от ключицы до крестца. Вокруг гремела битва – яростная, непредсказуемая. У Адроса сломался топор, и теперь он вертелся среди схватки с двумя пистолетами – стрелял в головы, глотки, позвоночники, не останавливаясь ни на секунду, словно мастер пистолетного боя из ауксилии, а не технодесантник, и бил механическими руками тех, кто подходил слишком близко. Один из разрушителей, истекающий кровью из бесчисленных ран, бросился на своего убийцу, вцепившись в него мёртвой хваткой, и они полетели вниз... Стена содрогнулась. Загремели взрывы. Осознав, что происходит, Гараск отдал приказ и первым последовал ему, спрыгнув с осыпающейся стены во внутренний двор - туда, куда отступали Мародёры и их слуги.

4.

Сервы, одетые в роскошные одежды, словно стая расфуфыренных павлинов, бежали на них, сжимая в руках лазерные ружья. Они стреляли на бегу, несмотря на плескавшийся в глазах трансчеловеческий ужас, шли на верную смерть, прикрывая своих отстреливавшихся из укрытий хозяев. Что заставляло сервов отчаянно сражаться - было ли дело в верности, привычке подчиняться или в том, что они боялись Мародёров, легендарных космодесантников, пришедших к ним сквозь бездну времени, больше Лунных Волков...?
- Сразитесь с нами, трусы! - закричал Гараск, ударом меча раскроив пополам череп очередного смертного, отдавшего свою жизнь ради лжи. Даже отсюда вождь, немного понимавший чогорийский, слышал ругань и крики презренных шакалов, требовавших подкреплений. - Не прячьтесь за этими чёртовыми контейнерами и жизнями своих рабов - выходите и сразитесь с нами!
И тогда позади раздался рёв – вой громадного зверя, разъярённого, чувствующего добычу и жаждущего крови. Мотоциклы. Десятки приближающихся мотоциклов. Гараск обернулся. Ничто – ни бесчисленные битвы, ни предательства, ни все встреченные враги – не могло приготовить его к зрелищу летящих охваченных пламенем железных коней. Выстрелы прошли мимо цели, время словно замедлилось. Крутились колёса тяжёлой машины, спаренные болтеры, закреплённые перед рулём, лениво выплёвывали снаряды, изо рта Мародёра-колдуна вырвались молнии так, словно он горел изнутри. Чернокнижник приземлился, и время пошло вновь. Ударная волна сбила с ног всех во внутреннем дворике и без разбору испепелила оказавшихся рядом людей.

5.

Когда Гараск поднялся, то увидел вокруг горящую крепость, но всё было иначе.
Исчезли и его воины, и Мародёры, остались лишь призрачные тени, застывшие в смертельной схватке. Земля трескалась, наружу вырывались изумрудные колонны, а золотое пламя охватывало стены. На самой высокой башне вспыхнула искра, и тогда Жорон понял, что в ином мире находится не только он. Во мраке вспыхнули красные глаза, и из теней вышли создания, живущие лишь ради грабежей и наживы, ухмыляющиеся воплощения алчности и порока. Каким-то шестым чувством Жорон понял, что это были духи Мародёров, умерших в былые времена. Крики «За Стервятника! Грабь-убивай!» лишь подтвердили его мысли. Призраки ринулись на Ангела Смерти, и Волк завыл, впервые за всю битву ощутив истинный гнев, а не воспоминание о нём. Ярость. Бешенство. Он рубил и стрелял, рассекал и прыгал, не чувствуя боли, лишь морщась от леденящих прикосновений, и повергал врагов одного за другим, пробиваясь по коридорам внутрь Каэр Вавеля, навстречу всё новым чудовищам и предназначению.
Факелы на стенах вспыхивали чародейским огнём, по залам доносились далёкие крики всех, кто когда-либо погиб в стенах крепости, из стен вырывались рубиновые шипы, пытаясь пронзить Волка, но трескались, сталкиваясь с пламенем его души, его решимости отомстить. Наконец у самого тронного зала Гараск услышал хлопки ладоней.
- Вижу, что Господин Зеркало выложил на стол действительно ценный козырь… - тени заклубились, сгустились, срослись и вспыхнули пламенем, из которого возникла фигура. Первым проступило лицо. Хищные прищуренные глаза, ухоженная борода и усы, гладкая кожа. Невероятно, но Гараск видел перед собой творца гибели его братьев – Чжэн-хана. Но моргнув, Жорон понял, что проклятый чародей стал иным. Теперь его глаза сверкали, как алмазы, а кожа превратилась в сияющее золото. Но ещё страннее была отбрасываемая на стены тень - тень не человека, но огромного крылатого змея с усами, едва помещающегося в коридоре. – Тебе стоило бы быть мне благодарным, маленький Волк… ведь не будь меня ты сейчас не стоял бы здесь, в моих владениях, а пресмыкался бы перед Абаддоном в Оке Ужаса!
Ответом Гараска стала очередь из пистолета – десять болтов. Каждый из них мог разорвать незащищённую плоть на части. Каждый был нацелен в голову. Попали все. Но не взорвались, нет, все разрывные снаряды рухнули на землю, обратившись в золотые осколки.
– Ты же не думал, что всё будет так просто? Я забрал у Гремящих Морей силу… – молнии сорвались с рук колдуна, и Волк прыгнул в сторону, разбрасывая стулья и продолжая стрелять, – безграничную силу!
Всюду, где колдовские стрелы впивались в стену, среди камней вырастали серебряные жилы и вздувались нефритовые наросты. Не это ли варп предложил Гору? Но ценой чего проклятый изменник обрёл могущество - души? Всего, что делало Чжэн-хана человеком? Гараск вздрогнул, представив, как низко пал Луперкаль, если даже такое порождение всего порочного в людях как Стервятник превратилось в ещё худшее чудовище… Он метнулся вперёд, подняв меч, и молнии впились прямо в клинок, поползли к броне… и тогда Жорон увидел, что в огромном зеркале на стене отражается лишь он, да пролетающие мимо вилы, но не Чжэн-хан.
- Если бы ты был так могущественен, как утверждаешь, - тихо прошептал Гараск, – то я был бы уже мёртв. Но ты слаб, - шаг вперёд. Молнии ударили в его доспехи, но Волк не почувствовал ничего. - Слаб, бессилен и пытаешься… задержать меня, так? – Ещё шаг. – Ты не бог, Чжэн-хан. Ты – ничто. И у тебя здесь нет власти!
Жорон прыгнул вперёд, прямо на Стервятника, и прошёл сквозь него так, словно перед ним был лишь воздух. Взревев от негодования, Чжэн-Хан исчез, и Жорон вошёл в зал владык крепости. Прямо перед входом возвышался громадный трон, золотой, словно сложенный из копий и мечей, и покрытый драгоценностями. Кем возомнил себя проклятый чогориец – Императором? Лишь тогда Гараск заметил, что у трона стоит космодесантник – воин с лицом, изуродованным шрамами так, что не осталось живого места, с густыми чёрными волосами и налитыми кровью глазами. Это было лицо прирождённого убийцы, упивающегося грабежами и разбоем, и Жорон когда-то знал своего врага, впервые встретив его в горящем городе, где Мародёр веселья ради насадил на болтер кошку.
Его звали Кале-бей.


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 25.01.2018, 18:49
Сообщение #10


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Шакал
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Возрастные ограничения: 16 +
Аннотация: Представители древних культур Терры считали шакала проводником между миром живых и обителью мёртвых.
После пира, устроенного Возрождёнными Из Пепла, Кале-бей спит и видит события давно минувших дней, участники которых обратились в прах многие тысячелетия назад.
Переведёт ли он их обратно, в суровую действительность Ягеллонского Крестового Похода? На всё воля жестоких богов.

1

Чжэн Хэ Шэнь, прозванный позже Стервятником, родился в богатой семье казначея и жрицы. С самого первого мгновения его окружала роскошь, общество самых умных и порочных людей, беспрерывная борьба за власть. Такая жизнь навсегда оставила отпечаток на лице командира братства Горящего Меча, поэтому многое о нём можно рассказать, даже не знаю биографию. Достаточно посмотреть на хитрый прищур узких глаз, гладкую кожу, покрытую золотой пудрой, ухоженные вислые усы и бороду. Однако не стоит обманываться внешним видом и дорогим нарядом, сшитым под заказ из лучших тканей. Под пышной одеждой скрывается смертельно опасный полубог, стремительный как ветер и сокрушающий словно ураган.
Хан Кале-бей восторгался предводителем Мародёров: мудростью, что не знала границ, притворством, которое обманывало обманщиков, и, конечно же, жаждой наживы. В этом блудный сын Терры и уроженец Чогориса похожи сильнее всего. Всего раз вкусив запретный плод грабежа на тринадцатый день рождения, Кале-бей уже не мог остановиться. Его остановили. Если бы не Сыны Туле, молодой налётчик продолжил бы непрерывную цепь преступлений, пока сам не повис бы на ней. Бандита изранили, выходили и обратили в куда более опасного насильника и убийцу.
Кале-бею нравилось участвовать в Великом Крестовом Походе. Он путешествовал по самым дальним и неизведанным закоулкам галактики, посещал фантастические миры и участвовал в сражениях, что доводили кровь в жилах до кипения. Однако по-настоящему счастливым Кале-бей стал только под управлением Чжэн Хэ Шэня. Стервятник позволил прирождённым разбойникам быть собой. Для них исчезла жизнь иная, отличная от купания в награбленных богатствах.
Чжэн Хэ Шэнь призвал хана Кале-бея сразу же после того, как втоптали в пыль Сынов Гора. Мастерски проведённая атака показала предателям, кто на самом деле настоящий Магистр Войны. На крепостных стенах Каэр Вавеля и во внутреннем дворе ещё не остыли трупы, когда Стервятник объявил о празднике. Мародёры танцевали на костях и как только можно глумились над ранеными Сынами Гора. Веселье вспыхнуло с новой силой, когда Чжэн Хэ Шэнь объявил Второй Кровавый Потоп. Кале-бей хотел отправиться на грабёж вместе с братьями, но не мог возразить командиру.
Мародёр поднялся по мраморной лестнице, залитой кровью, вошёл во врата крепости, вырезанной в скалах, и добрался до тронного зала, где танцевали обнажённые наложницы, и поднимался разноцветный дым кальянов. В окружении ближайших советников Чжэн Хэ Шэнь отдыхал после тяжёлого боя на пышных подушках. Кале-бей надеялся на то, что Стервятник возвысит его и приблизит к своей лучезарной личности.
Однако хан внезапно понял, что, возможно, опоздал на приём, потому что перед ухмыляющимся Чжэн Хэ Шэнем стоял незнакомец – обычный человек с тёмными коротко стрижеными волосами, в жёлтом камзоле и с висящей на плече торбой.
– Ты обманул меня, паршивый человечишка! – Кале-бей застыл на месте, когда услышал эти невероятные слова.
"Спешит на тот свет!" – подумал хан.
Таинственный человек совсем не боялся Чжэна, хотя за подобные оскорбления прочим вырывали языки.
– В следующий раз тебе, Торговец, стоит лучше читать собственный договор, – улыбнулся Стервятник.
– Даже не думай, что я оставлю всё как есть! – гость Чжэн Хэ Шэня дрожал.
Тень, что отражалась от человека в свете ярких факелов, принимала на стенах зловещие очертания.
– Пошёл прочь, – рассмеялся Стервятник и махнул рукой. – Нужно уметь проигрывать.
– Что ж, человечишка, знай, что мне известны твои тайны!
– И кто же в них поверит, Господин Зеркало?
– Боги, может быть, и обещали тебе возрождение во время Третьего Кровавого Потопа, но я внесу изменения.
– Попробуй, проклятый. Бог Истины плетёт затейливую паутину. Выглядит хрупкой, но любой молот обратится в прах при прикосновении к ней.
– Если считаешь, что меня напугает грозный покровитель, то ты ещё глупее, чем кажешься. От того обиднее, как ловко я попался на крючок!
Чжэн Хэ Шэнь выпустил струю дыма и отпил вина из чаши. Он поднял руку, сжал и разжал ладонь несколько раз, призывая нежеланного гостя удалиться. Тот, кого называли Торговцем, хмыкнул, сплюнул, развернулся и пошёл к выходу.
– Не будет у тебя ни жены Чёрной Королевы, ни верного Кровавого Льва, ни Чумного Доктора, что примет на себя все болезни. Проклинаю! С дороги, любитель кошек!
Кале-бей едва не упал, когда Торговец оттолкнул его в сторону. Хан сделал вид, что ничего не произошло – хотя сила человека ошеломляла – и пошёл к трону.
– А, мой верный пёс. Шакал, что позволит перебраться между временем, – улыбнулся Стервятник. – Забудь то, что видел.
Последние слова Чжэн Хэ Шэнь произнёс иным, куда более высоким голосом, почти птичьим клёкотом. Факелы в зале погасли, а Кале-бей отчётливо разглядел на лбу Стервятника третий глаз. В следующий миг всё вернулась на круги своя, а хан вновь направился к трону, на котором восседал командир братства Горящего Меча.
– Приветствую, Чжэн Хэ Шэнь, Убийца Палатина, Мародёр, Стервятник! Пусть твоя сабля всегда остаётся острой, как ясный рассудок! Пусть в твоём доме всегда будет тепло, как в сердце!
– Благодарю, хан, и желаю тебе здоровья, – лицо Стервятника расплылось в улыбке. – У меня есть особое задание для тебя.

2

Кале-бей мчался на сражение с Сынами Гора, предвкушая славное окончание противостояния, затянувшегося на тысячелетия. Даже привязавшийся библиарий, Гжегож Бженчишчикевич, не злил постоянными замечаниями и сумасшедшими предсказаниями о судьбоносной битве. Он молчаливой тенью следовал за ханом.
"Нет ничего "судьбоносного" в этом деле. Предатели бежали тогда, побегут и сейчас! Один раз трус – трус навсегда! Разберёмся с ними и поможем Кошумиру".
На горизонте по правую руку от Кале-бея пыль стояла столбом. Кошумир вступил в бой с армией "Айзентод". Булавский собирался измотать гвардейцев бесконечными молниеносными налётами, растягивая цепочку подразделений, и привести их под огонь орудий Каэр Вавеля. Насколько мог судить Кале-бей, пока у ротмистра восьмой хоругви всё получалось.
Хан переключился на цель. Вершины грубоватых конусов десантных капсул уже показались. Кале-бей крутанул ручку газа и издал пронзительный шакалий вой, который Мародёры тут же подхватили. Только Гжегож Бженчишчикевич молчал. Наконец хан увидел врагов, которые редкой цепью двигались прямо на собственную погибель.
– Лава! – мотоциклисты развернули клин, превратились в грохочущую и рычащую реку.
Кале-бей завопил от восторга, но, несмотря на это, с каждым мгновением сердца становились тяжелее от предчувствия беды.
– Провели нас, твари, – хан расслышал в вокс-приёмнике шёпот библиария.
Кале-бей присмотрелся к врагам и, что есть сил, сжал рукоять оружия. Мародёры встретили сервиторов, которых облачили в серые боевые доспехи Крылатых Гусар. Кукол даже не запрограммировали на атаку. Они как заведённые шли в направлении крепости-монастыря. Уже без свиста и улюлюканья, кавалеристы разбросали марионеток, изрубили на мелкие кусочки и смешали с почерневшей землёй.
– Почему ты не предвидел это?!
– Не знаю, дикарь, знакомишься ли ты с данными разведчиков, но сейчас всем псайкерам в системе тяжело смотреть вдаль, – тем не менее, Гжегож закрыл глаза и попытался отыскать предателей.
Однако ответ пришёл сам.
– Босс, Сыны Гора обошли нас! Они уже в крепости! – как и предполагал Кале-бей, Узбек не пропал, а появился тогда, когда нужно.
Страшно ругаясь, Кале-бей развернул мотоцикл и, на пределе возможностей ревущей машины, поехал к Каэр Вавелю. На полпути его нагнало сообщение от Кошумира.
– Брат, здесь слишком жарко.
– Мерзавцы Гора обманули нас, Кошумир! Они уже в крепости! Я не смогу помочь!
– Ясно, Кале-бей. Я и не прошу подкреплений. Просто знай...
Дальше на волне вокс-связи хан различил только грохот взрыва, агонию двигателя мотоцикла и шипение.
– Кошумир! Кошумир!
Кале-бей заскрипел зубами и крепче обхватил руль. Единственный достойный потомок сгинул, и хан собрался отомстить всем, кто к этому причастен.
Наконец кавалерийский клин подобрался к входу в ущелья, где и притаился Каэр Вавель. Кале-бей опешил на миг, потому что вместо вытянутых высоких крепостных стен, он увидел только нагромождение камней.
– Узбек, что за бардак ты устроил?! Даже не пытайся возразить! Я точно знаю, это твоих рук дело!
– Я выиграл время, босс! – хан едва разобрал слова из-за грома болтеров. – Вы где? Нас здесь прижали!
Мародёры попытались взобраться по крутому склону, образованному смесью из камней, рыцарей Дома Ареос и Сынов Аэтоса. Не у всех получалось. Десантники падали со стальных коней, и дальше, что есть мочи, бежали на своих двоих. Кале-бею и Гжегожу повезло. Мотоциклы взвыли и, метр за метром преодолели рукотворный горный кряж. Они взлетели над стенами крепости-монастыря, объятыми пламенем, и полетели вниз, туда, где кипела схватка с Сынами Гора. Кале-бей в последний миг перед падением отпрыгнул в сторону, и мотоцикл раздавил воина в серых силовых доспехах и с пышным чёрным плюмажем. Хан перекатился в сторону, вскочил, всадил трезубец в брюхо следующему противнику, приподнял его в воздух и опустил на голову, сокрушив позвонки. Кале-бей поймал несколько снарядов наплечником, выхватил собственный штормовой болтер и снёс голову стрелку.
Хан повернулся и увидел, как Гжегож на мотоцикле летит к земле. Время будто бы замедлилось. Крутились колеса тяжёлой машины; спаренные болтеры, закреплённые перед рулём, лениво выплевывали снаряды; колдовская мощь Гжегожа молниями ветвилась вокруг. Она вырывалась словно из раскрытого в крике рта, потому что нутро библиария пылало ослепительным светом Варпа. Гжегож приземлился, и время снова возобновило свой ход. Произошёл взрыв сосредоточенной ненависти псайкера. Ударная волна сбила с ног всех во внутреннем дворике и испепелила ближайших сражающихся, неважно слуг капитула или Сынов Гора.
Когда Кале-бей поднялся, он оказался уже совершенно в ином месте.

3

Вначале была тьма. Потом вспышка падающей звезды осветила окрестности. Кале-бей обнаружил себя на развалинах крепости-монастыря, но не имперские каратели вызвали разрушения. Просто у этого мира украли свет. Земля обледенела и потрескалась. С грохотом обвалились горные пики, и падающие камни исчезли в образовавшихся бездонных расщелинах. Падающая звезда завершила свой бег по небосводу, ударилась о купол крепости и взметнула во все стороны ослепляющие искры. Она не затухла, а продолжала сиять светом иного мира. Стало ярче, и Кале-бей заметил, что не он один находится в безумном кошмаре. Из тел убитых в воздух поднимался тёмный пепел, который принимал зловещие очертания человекоподобных демонов. Призраки ухмылялись и окружали хана. Мороз пробежал по коже, но Кале-бей сбросил оковы страха:
– За Стервятника! Грабь-убивай!
Демоны-тени набросились на Ангела Смерти. Кале-бей рычал и рассекал невесомые тела сверкающим оружием. Тьма пожирала свет силового оружия, но хан будто бы собственным гневом наполнял их обжигающим огнём. Удары теней проходили через керамит, как нож сквозь масло, и Мародёр кривился от боли, но ревел и бился только яростнее. Он вертелся, прыгал, отскакивал, кувыркался, так что чуть не улетел в бездну, но разил в ответ без промаха, и демоны исчезали один за другим. Наконец битва закончилась, и высоко в небе раскрылись два пылающих ненавистью глаза. Вокруг них сложилось лицо, которое Кале-бей видел во сне прошлой ночью. На хана взирал Торговец Зеркалами, только теперь он уже не походил на человека: уши вытянулись лезвиями ножей, нос стал походить на клюв, зубы заострились, а в глазах нельзя было разобрать ничего кроме пламени костра.
– Ничего у тебя не выйдет!
Земля вокруг вспучилась и лопнула стеклом. Наружу вырвались зеркальные колонны, что взрывались и осыпали Кале-бея острыми осколками. Раны от таких попаданий не кровоточили. Что прикосновения теней, что стеклянные стрелы словно бы отщипывали керамит, плоть и кости, превращали их в пустоту и оставляли на память только уродливые рубцы.
"Поспеши, Шакал. Ты должен перенести мою душу в тело колдуна, у которого нет имени", – голос Чжэн Хэ Шэня наполнил Кале-бея уверенностью.
Хан со скоростью молний побежал к вратам Каэр Вавеля, уклоняясь от секущей шрапнели и новых сверкающих столбов, что раздирали чёрную землю. Кале-бей с лёгкостью проломил створку изукрашенных дверей. Они промерзли и рассыпались осколками льда. Хан пулей мчался на сияние маяка в тронном зале крепости-монастыря, но могущество Торговца Зеркалами неумолимо преследовало, ветвясь тенями по стенам, прорываясь изящными сталактитами и сталагмитами в пещерах Каэр Вавеля. В одно мгновение длинные полупрозрачные руки демона вытянулись и опередили Кале-бея. Когда хан вынес очередную дверь на пути, он вновь погрузился во тьму, только уже без путеводной звезды Чжэн Хэ Шэня. Кале-бей едва перевёл дух, когда могучий удар отбросил его в сторону.
– С каждым годом вы становитесь всё наглее и самоуверенней, жалкие людишки! Время преподать урок, – град сокрушительных ударов посыпался на Кале-бея. – Вы – слабы и подходите только, чтобы насыщать или служить!
Ангела Смерти сжали, будто в кулаке, и он задыхался.
– Я выжму из тебя все соки, червь, а потом разделаюсь с твоим возлюбленным Стервятником! Спустя годы тоже произойдёт и со всем Империумом! Он расколется и сгниёт. Полумёртвого Владыку сбросят с трона, и вы станете нашими рабами!
Кале-бей сотрясался в агонии. Лёгкие горели и бились зверями, заточёнными в клетку. Игла пронзила разум, и в урагане боли, хан различал самые яркие образы и воспоминания, собранные за жизнь: испуганный взгляд матери; отец, что стал зверем и накинулся на маленького мальчика; восторг первой добычи, ощущения могущества в липких от крови руках; гордость, когда Кале-бей выжил и стал Белым Шрамом; величие кривого рубца на щеке, знака самого Ястреба Войны; удовлетворение от того, что носишь только золото, дарованное Чжэн Хэ Шэнем; наконец тепло товарищества Кошумира Булавского.
"Ты забыл кое-что ещё", – хан дёрнулся.
Он понял, что ещё не проиграл, расхохотался бы, но из груди вырвался только сдавленный крик. Кале-бей услышал вой орды. Стая шакалов набросилась на тьму и вырвала хана из сдавливающей хватки. Кале-бей повернулся к духам старой банды и низко поклонился им.
– Простите, братья. Жалею, что никогда вас не ценил. Вы – лучшие!
Животные взвыли, а хан прорвался, наконец, внутрь тронного зала. Подхватил пульсирующую пурпуром звезду и поспешил обратно, туда, где застыла схватка между Сынами Гора и Мародёрами. Он уже находился на расстоянии вытянутой руки до выхода, когда впереди появилось зеркало в полный рост. Кале-бей резко остановился и уставился на отражение.
Высокий и могучий ветеран Великого Крестового Похода в искрящих повреждённых силовых доспехах и сияющей звездой в руках вдруг сменился тщедушным Торговцем Зеркалами.
– Ты никуда не уйдёшь, червяк! Навсегда останешься здесь, в переплетениях стеклянного лабиринта!
Кале-бей взревел и бросил оружие в демона. Они словно в воду канули. Поверхность успокоилась и вновь стала зеркалом.
– Как там у вас говорят, – ухмыльнулся демон. – Будешь жениться, всё пригодится! Использую по прямому назначению. Этим оружием я уничтожу ещё больше твоих потомков, Чжэн!
"Ищи зеркало, которое нельзя разбить", – Кале-бей отпрянул в сторону и стал судорожно следовать совету.
Вот только все найденные в тронном зале зеркала осыпались осколками, стоило подойти ближе. Демон хохотал и дразнил хана, но тот только больше злился и усерднее переворачивал столы, стулья, срывал оружие со стен, одёргивал стяги, в поисках скрытых путей спасения. Кале-бей отчаялся, опустился на трон магистра Крылатых Гусар и обхватил голову.
– Я подвёл тебя, великий! – но следующая мысль отрезвила хана. – "Или нет"?
Он встал, повернулся и поглядел на великолепное творение лучших ювелиров: золотой трон, сложенный из копий и мечей, украшенных драгоценностями. Спинка сиденья тоже из золота, гладкая, без какой-либо трещины. Кале-бей посветил звёздой и вырвал из отражения демона, что завопил от неожиданности. Хан ударил того кулаком по лицу, потом бросил на пол и выхватил болтер, когда Господин Зеркало растворился в воздухе.
– Ловко, – Кале-бей услыхал хлопки ладоней, – но самое главное препятствие ещё впереди.
По тронному залу уверенно шёл воин в силовых доспехах, усеянных заклёпками и шипами. Пучок чёрных волос вырывался из трубки на макушке шлема, а линзы визора мерцали тёмно-алой кровью. Кале-бей когда-то знал этого воина.
Его звали Гараск.

Сообщение отредактировал Гений и злодей - 13.03.2020, 19:46


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
HiveTyrant
сообщение 27.01.2018, 20:08
Сообщение #11


Лалкомодератор
Hive Tyrant
************

Warhammer 40,000
Раса: Tyranids
Армия: Hive Fleet Leviathan
Группа: Модератор
Сообщений: 12 010
Регистрация: 21.07.2007
Из: Балашиха/Егорьевск
Пользователь №: 9 925

Ветеран Ягеллонского крестового похода



Репутация:   1841  


Анабиоз


Зверь Челмруды внимательно посмотрел в черные глаза отпрыска. Они отражали только пустоту: ни мысли, ни эмоции.

- Отлично, Камил.

Магос почувствовал, как мороз прошелся по коже. Ментальные прикосновения отца выводка обжигали даже тренированное сознание псайкера.

- Я дотянусь до их разума даже на орбите планеты. План пана Яна идеален: десятки спящих защитят наш дом даже в пустоте космоса. Теперь дело за вами.

Камил поклонился и отошел в сторону. Волна первобытной энергии вырвалась наружу, вливаясь в сгорбленное тело чистокровного генокрада. Пурпурные волны бились о кожу твари, словно о берег. Под натиском психической силы генокрад сделал шаг назад, попытался повторить, но застыл. Пурпурное свечение с новой силой устремилось к телу. Тварь упала и свернулась в позе эмбриона. Пан Ян провел сканером над телом.

- Никакой сигнатуры. В этой комнате в живых только мы.

Зверь Челмруды оскалился. Психическая сила выводка с легкостью обманула оборудование для поиска пропавших шахтеров, та же участь ждала ауспексы космических кораблей.

- Глубокий анабиоз. К счастью, наши ангелы созданы для этого.

Примус кивнул.

- Даже холод космоса не сможет повредить ангелам. Они идеальны. Воплощение Нашего Императора. Осталось их поместить в астероиды и ждать атаки. Подготовим полости, после чего герметизируем их водой. У каждого ангела будет термальный источник, который растопит лед, как только ангел получит команду от Камила. Даже если термальный источник не сработает - всегда есть алмазные когти, которые разорвут тонкий слой льда, защищающий этих прекрасных созданий от пустоты.

Зверь Челмруды смаковал слово пустота. Оно напоминало о настоящих родителях. Жажда воссоединения становилась нестерпимой. Сегодня они были в одном шаге, протяни руку и сможешь прикоснуться. Патриарх приготовился издать вопль, который пересечет галактику и будет услышан.

- Да будет так. Я доволен, Ян. Приятно знать, что столько родичей ждут моего приказа пролить кровь врагов. Их час скоро пробьёт!



Сообщение отредактировал HiveTyrant - 27.01.2018, 23:02


--------------------
Я не знаю слова "Проиграть". Только "Выиграть"... Ну и "Зачитерили".
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 28.01.2018, 14:19
Сообщение #12


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Предтеча
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Аннотация: Конунг Полуночных Львов знает, что в конце пути его ждет либо погибель, либо возвышение. Такова судьба всех великих чемпионов Темных Богов. Он должен сокрушить все преграды, не дающие ему пройти Восьмеричный Путь до конца.

Автор - Dammerung


I

Хор молитв и песнопений звенел под сумрачными небесами, что впервые за многие дни перестали лить огненный дождь. Выжившие жители вышли из убежищ на разоренные улицы и благодарили Бога-Императора за то, что он милосердно позволил им уцелеть. На фоне алой глины, вывороченной из глубоких слоев почвы, выделялись редкие фигуры людей. Роскошные одежды, заляпанные сажей и пеплом, да немногочисленные украшения – вот все, что осталось от богатства Квакора.
Троица почтовых – Вителий, Северин и Юзеф – двигалась по окраинам города, молчаливо оценивая масштабы разрушения. Таков был приказ гетмана Радзивилла Амброзия. Они не попадались на глаза выжившим, так как их бы тут же окружили и засыпали восхвалениями и мольбами. Простые жители Ягеллона почитали Крылатых Гусар как истинных ангелов и даже в самый темный час не теряли надежды, что те им помогут. Вителий, шедший во главе крохотного отряда, не знал, сможет ли взглянуть им в глаза без стыда.
Сейчас они шли по району, над которым нависла мертвая пелена безмолвия. Здесь не осталось живых людей, и разведчики Каэр Вавеля могли не скрываться.
– Газ, – сказал Юзеф, заметив зеленые следы на стенах. – Но где трупы?
– Здесь должно быть убежище, – Вителий сверился с картой. – Наверное, жители успели вовремя спрятаться. Надо найти его, вдруг там еще не знают, что можно выходить наружу.
Почтовые быстро отыскали в лабиринте опустевших домов площадь, под которой размещался бункер на несколько тысяч человек. Но едва они выбрались на ее простор, как поняли, что убежище опустошено.
Стены церкви, возвышающейся над площадью, были полностью покрыты пригвожденными телами людей, которые все еще шевелились. Серый камень скрылся под бледной плотью и алой кровью. На золотой аквиле, венчающей шпиль, висел распятый труп священника, а обе головы орла были срублены святотатственным клинком.
– Во имя Чжэна! – выдохнул Северин. – Кто это мог сотворить?
– Кто-то из местных решил, что можно спастись от врага, если отдаться Хаосу, как проклятая Ядвига, – предположил Вителий. – Наверное, они в церкви, справляют какой-то мерзкий ритуал...
– Почему так холодно? – вдруг спросил Юзеф.
Облегченные доспехи почтовых, как и маскировочные плащи, надежно защищали от перепадов температуры. Но неприкрытые шлемами лица явственно ощутили, как неожиданно нахлынул ледяной ветер.
Вителий вздрогнул, увидев, как висящий на аквиле священник вдруг поднял голову и посмотрел прямо на него налитыми кровью глазами. В тот же миг кромешная тьма хлынула из окон опустевших домов и скрыла из виду все вокруг. Даже усовершенствованные чувства неофитов Крылатых Гусар не могли преодолеть мрак. Полуденную ночь озарили вспышки и расколол грохот – не похожий ни на что другое гром болтеров космических десантников.
Камни мостовой скользили под ногами, словно заросшие инеем. Болт врезался в плечо Вителия, пробил легкие доспехи. Сила взрыва выбила коварную опору из под ног, и почтовый упал. Дульные вспышки стремительно приближались, тьма таяла в их яростном сиянии, и первым, что он увидел в этом сумеречном свете, была смерть.
Из-за темных, покрывшихся изморозью стен на маленький отряд надвигались силуэты, слишком массивные, чтобы быть людьми. Не пытаясь подняться, Вителий швырнул в них гранату и разнес в клочья с полдюжины врагов, но остальные обратили на это не больше внимания, чем на лед под ногами. Над багровым стадом мутантов возвышались космические десантники, облаченные в лазурь, золото и кровь, и стреляли поверх их плеч и голов. Юзеф рухнул под градом болтов, дробящих керамит и рвущих плоть. Северин успел вонзить боевой нож между шлемом и нагрудником одного из врагов, но упавшего еретика сменил другой, еще огромнее и свирепее. Как сноп молний, сверкнули когти и прошли сквозь броню почтового, как сквозь бумагу. Кровь хлынула наземь, мгновенно обращаясь в багровый лед.
– Каэр Вавель, вы слышите меня?! – закричал Вителий в вокс, не прекращая стрельбу из болтпистолета. Лишь одна мысль колотилась в его голове: надо во что бы то ни стало известить гетмана об этих богохульных извергах. – Здесь еретики! Среди них – предатели-Астартес!
Болт взорвался рядом с его головой, оглушил и пресек связь, прежде чем кто-то успел ответить. Вителий взревел от гнева и досады и выпустил последние снаряды в ответ.
– Взять его живьем! – рявкнул терминатор, убивший Северина.
Гордый Крылатый Гусар предпочел бы умереть, нежели попасться в руки столь отвратительному врагу. Вителий выхватил гранату и выдернул чеку. Но прежде чем она успела взорваться, отправив праведную душу к Богу-Императору, а еретиков – к адским мукам в варпе, на последнего разведчика набросились мутанты.
Они вырвали из его рук гранату. Они навалились на нее горой тел, через мгновение обратившейся в кучу мертвой плоти. А затем предатели-Астартес открыли огонь по обезоруженному противнику, целясь в ноги, и превратили их в месиво из керамита и плоти. От страшной боли Вителий потерял сознание.

– Ты уже пришел в себя? Просыпайся. Пора вставать.
Голос перекрывал неясный шум не то в голове, не то где-то рядом, за стеной. Слова звучали учтиво, но не скрывали насмешку и презрение.
Вителий с трудом разодрал слипшиеся веки. Автоинъектор, похоже, успел сделать свое дело, прежде чем с него содрали доспехи, и ввел в кровь мощное болеутоляющее. Он ничего не чувствовал, кроме онемения, охватившего все тело, и холода от оков на запястьях. Почтовый даже не удивился, увидев стоящее рядом чудовище.
Громада сине-золотого металла, залитая кровью и увешанная жуткими трофеями, среди которых почти терялся из виду шлем с горящими красным светом глазными целями. Пожелтевшие черепа украшали собой выступающие из брони шипы, на золотой цепи болталась почти совсем сгнившая человеческая голова, с пояса свисала еще одна, посвежее, принадлежащая серокожему Астартес. Вителий стиснул зубы, узнав самый новый трофей: с наплечника терминаторской брони на него смотрели мертвые глаза Северина.
– За это тебя ждет кара Бога-Императора, предатель, – прорычал он.
– Этот бесполезный труп никого и никогда не покарает, – еретик наклонился над лежащим на полу пленником и снял шлем терминаторского доспеха, открыв взгляду бледное лицо, обрамленное светлыми волосами. На губах играла торжествующая ухмылка. – Разве он помог тем благочестивым людям, которых ты видел на стенах церкви? Они молились Трону, когда мы прибивали их к камням, но Трон оставался глух к страданиям паствы. Они восхваляли своего божка, когда явились ангелы, чтобы спасти их. Я постарался показать им, каково истинное положение вещей, и, кажется, даже столь заблудшим слепцам в конце концов удалось увидеть правду. Бог-Император бессилен, а вера в него бессмысленна.
Только теперь Вителий понял, где находится – на холодном каменном полу оскверненной церкви. Неясный шум, доносящийся снаружи, был соткан из стонов множества людей, висящих на ее стенах. Кровь мучеников стекала по витражным окнам, словно багровый занавес, навсегда отделивший его от солнца и света.
– Тебе не сломить меня, еретик, – голос Вителия прозвучал тихо и слабо.
– Мне не нужно ломать тебя, чтобы извлечь пользу для своего повелителя, – ответил хаосит и сделал тяжелый шаг в сторону, уступая место другому громадному чудовищу в шлеме с золотой львиной мордой. – Твоя кровь послужит возвышению конунга Кхарла, избранного Владыкой Воинств.
Даже лишенная связи с варпом душа Вителия ощутила скверну, исходящую от львиноголового великана, который медленно шагал к нему. Одна могучая рука сжимала ритуальный кинжал, другая волочила по полу длинную бронзовую цепь. Вителий попытался подняться и разорвать оковы, но они лишь сильнее впивались в плоть, отнимая все силы. Все, что он мог – это ждать неотвратимой встречи с судьбой.

II

Так разошлась весть о явлении конунга Кхарла Львиной Крови во владения Крылатых Гусар. Так вступили Полуночные Львы в Квакор, который познал на себе ярость Империума и должен был познать ярость его врагов.
Когда-то хищная орда уже ступала по земле этой планеты. Когда-то Полуночные Львы, прорвавшись сквозь орбитальную оборону, высадились на Белый Стол и двинулись к Каэр Вавелю. Но Крылатые Гусары вышли против них внушающей благоговейный ужас волной сверкающих доспехов, стремительных мотоциклов и грозных боевых машин, что неслась вперед под небом, расчерченным следами снарядов. И волна эта смыла кровь Хаоса с лица Ягеллона, не дав ей растечься дальше места высадки. Квакор не познал ужасов войны. Отступая сквозь варп, Полуночные Львы слышали эхо благодарственных молебнов, возносимых его жителями, и клялись отомстить.
Теперь, когда защитников Ягеллона обескровили другие имперские глупцы, настал час расплаты. Арвид Берг не удовольствовался тем, что осквернил во славу Кхорна одну из святейших церквей Квакора и предал лютой смерти восемьсот восемьдесят восемь человек, распятых на ее стенах. В городе оставалось несметное множество храмов и монастырей, которые уцелели при бомбардировке и послужили убежищем для мирных жителей. Прихожане, священники, монахи и монахини верили, что причиной тому был не слепой случай, а милость Бога-Императора, и им предстояло в этом жестоко разубедиться.
Рапторы и варп-когти срывали со шпилей двуглавых орлов, притворялись горгульями на высоких крышах, чтобы внезапно пикировать на убегающих в панике людей. Гигантский идол Чернобога шествовал по улицам, возвышаясь над крышами, и каждым взмахом молота повергал в прах по зданию. По руинам, как клещи, ползали Кровопийцы, отыскивали спрятавшихся и раненых людей и насильно вливали им в горло отравленный варпом “фрийский напиток”, чтобы сделать их такими же безмозглыми рабами, как они сами.
Все это не интересовало конунга Кхарла, который шагал вперед по главному проспекту Квакора, ибо в конце его ждало величие. Когда-то по этим древним камням тянулись крестные ходы и бродили охваченные благоговением паломники. Теперь же залитая кровью улица являла собой Восьмеричный Путь.
Кхарл идет, а к нему подбегают его вассалы и трэллы, подобострастно подтаскивают все новые и новые жертвы. Почти машинально вздымается и опускается его топор, и позади остается след из отсеченных голов. Поток крови не прерывается ни на шаг. Бесконечное движение. Бешено вертится зубчатое колесо о восьми спицах. Каждая из них оканчивается отравленной стрелой, с каждым оборотом вонзающейся в плоть Вселенной. Мириады душ кричат в предсмертных муках.
– Господин, – прорывается сквозь погребальную песнь Ягеллона голос Арвида. – Крылатые Гусары входят в город.
– Хорошо. Пусть идут, – говорит конунг. – Ты знаешь, что делать.
“Гнать вперед Кровопийц. Держаться в отдалении. Заманить слуг Трупа на Троне в ловушку и в нужный момент обрушить стены”, – молчит голос в воксе. Командир Вечного Возмездия – не безумный мясник вроде погибшего Берхарта, он осторожен и знает, что Крылатые Гусары могут перехватить переговоры. Арвид отвечает коротким “да” и прерывает связь.
– Всех твоих братьев ждет смерть. Ты слышишь это, жертва?
Кхарл обращается к измученному обрубку, прикованному бронзовой цепью к его доспехам на спине. То, что осталось от изрезанного ритуальным кинжалом Крылатого Гусара, стонет в ответ. Его кровь стекает по трубкам, вонзенным в тело, вливается в рот конунга, струится по боевым шрамам доспехов, образуя причудливые узоры. Вкус разрушенной веры, бессильного гнева и отчаяния обостряет чувства как никогда.
Конунг чувствует, как впереди разгорается, точно заря, еще большая ненависть. Мир кружится восьмилучевым колесом. Четыре спицы настойчиво пульсируют, взывая, как неизведанные дороги.
По правую руку от Кхарла, отделенный несколькими улицами, шагает Эттель, поражая всех на своем пути алчно воющим тесаком. Кхарл видит грузную тушу людоеда, как на ладони, но ее очертания искажаются и расплываются, и временами из-под раздвинутых бронепластин вырывается гниющая плоть. Булькающий голос с правой стороны небес, пронзенных ржавой спицей колеса, обещает бессмертие и власть над жизнью и смертью.
По левой же стороне, там, где в небесах сверкает серебристо-синяя спица, летит Корпен, неся в когтях добычу. Веера кованых перьев блещут на его прыжковом ранце, из-под вытянутого клювом шлема несутся потоки клекочущих богохульств. В них вплетается иной голос, вкрадчивый, похожий на мелодичное пение множества птиц, и он сулит знание и власть над всемогущим колдовством.
Третий голос – сзади, под спицей цвета пурпура и плоти. Он разливается повсюду стоном тысяч женщин и мужчин, которым мстит Вечное Возмездие. Он слаб и тонок, но сочится страстью, предлагая наслаждение и власть над чувствами.
Но все три лживых соблазна меркнут перед ревом Истинного Бога Войны и Крови, который зовет вперед, туда, где небо пронзает бронза и сталь. Только там идет бой, только там ждет враг, только там истинно верующего ждет возвышение.
– Они бегут, конунг! – прежде спокойный, Арвид Берг теперь воет, словно волк, у которого уводят добычу. Сегодня дух Кхорна вселился в сердце каждого. – Мы убиваем! Мы режем!
Кхарл Львиная Кровь не спешит. Восьмеричный Путь приведет его именно туда, где он должен быть, и вскоре он вступает, как царь в тронный зал, на поле боя. За последние дни по его могучему телу расползлись изменения. Глаза кажутся сухими раскаленными камнями, беспокойно пульсирующими в глазницах. Это не мешает зрению. Среди алой земли и серых развалин он видит истинную сущность воинов: пылающие души сражающихся, тлеющие души умирающих, струи мертвого дыма, покидающие изрубленную плоть. Крылатые Гусары гибнут и отступают. Слабая кровь, но и такой можно почтить Кхорна. С этой мыслью конунг отсекает им головы, руки и ноги цепным топором, вспарывает доспехи когтями, топчет жалкие останки под тяжелой поступью. Кровь для Бога Крови! Черепа для Трона Черепов!
Хельдраконы изрыгают пламя, сбивают “Громовых ястребов”, которые подлетают, чтобы забрать трусов в роскошных доспехах. Кхарл взмахивает когтями, вскрывая плоть пространства-времени, и наружу вырывается стая гончих варпа. Сверхъестественный нюх демонов должен указать ему, куда ведет сужающаяся тропа Восьмеричного Пути. С лаем и воем верные псы Кхорна берут след.
Кхарл видит, как они окружают громадного дредноута Крылатых Гусар. Со скоростью подлинного льва он бросается к добыче, вскрывает саркофаг демоническим топором и находит внутри скорчившееся тело великого героя древности, похожее на жалкий полутруп, прикованный к спине конунга. Когти разрывают изуродованный мешок плоти на части и отправляют его душу к Владыке Бронзового Трона.
Это ли жертва, которой Он требовал?
Нет.
Путь, пронзающий реальность, зовет дальше. Повинуясь звериному инстинкту, Кхарл идет дальше, сминая под сабатонами разорванные трупы. Теперь он видит, к кому привела его судьба.
Гетман Радзивил Амброзий стоит в отдалении, в его руках – символ власти, силовой буздыган, способный крушить черепа гигантов. Он словно ожившее воспоминание о той битве, когда Полуночных Львов обратили в бегство с Ягеллона. Как гордо он возвышался тогда над своим войском! Как самозабвенно истреблял разрозненных и оглушенных бомбардировкой воинов Кхорна!
Странно, Кхарл видит, что внутри тела гетмана пылает не единая душа, а два языка жаркого пламени, то сплетаясь, то снова расходясь. Неважно. Он – следующий.
"Радзивил проиграл мне бой тогда, проиграет и сейчас".
С этой мыслью конунг протягивает руку вперед и показывает на гетмана когтем, все еще обагренным кровью его древнего соратника. Он знает, что Амброзий примет вызов.

Сообщение отредактировал CTEPX - 28.01.2018, 14:21


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 28.01.2018, 14:22
Сообщение #13


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Перетягивание каната
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Возрастные ограничения: 16 +
Аннотация: Радзивил Амброзий ведёт Крылатых Гусар на битву с ордой еретиков. Однако самая сложная схватка происходит не под чёрными тучами Ягеллона, а в разуме гетмана.

Город Квакор нравился Радзивилу. Настоящая сказка: мощёные улочки; огороженные сады; кустарники, вырезанные в виде персонажей легенд народов Ягеллона; речка, что рассекала поселение волнистым серебряным клинком; разноцветные домики с флюгерами из драгоценных металлов.
Снежными зимами Квакор становился только прекраснее. Крыши бесчисленных церквей леденели, а статуи Императора и Ангелов Его надевали пышные белоснежные шубы. Жители города не мёрзли даже в самые лютые холода. На улицах жгли костры, а каменные стены усеивали факелами. Дети катали снежных баб, а особые мастера творили скульптуры изо льда.
Близость к Каэр Вавелю обогатила Квакорскую губернию. Всё были довольны торговлей. Гусария получала необходимые припасы, сбрасывая на рынок “реликвии”: надоевшие безделушки и украшения, добытые на полях сражений тысяч миров.
Рай на земле сожгли за пару часов. Ныне Квакор напоминал труп члена королевской семьи. Ещё сохранились свидетельства былой роскоши, но кожа почернела, внутренности сгнили, а кровь в жилах обернулась ядом. Немногие архитектурные шедевры пережили бомбардировку, а оставшиеся монастыри еретики уничтожали с ненавистью едва ли не большей, чем испытывали к Крылатым Гусарам. Предместья города тоже не избежали рукотворного апокалипсиса. Вместо чётко размежёванной местности с прекрасными дорогами и затейливыми указателями теперь образовалась пустыня.
Надо отдать должное, но Квакор выделялся среди прочих городов даже после гибели. Кровавые Кости перекопали почву снарядами, и наверх вырвалась глина алых оттенков.
"Единственное цветное пятно на фоне серой бурды. Мы отомстим за тебя, Квакор", – подумал Радзивил.
Крылатые Гусары добрались до убитого города на крыльях ветра. "Громовые Ястребы" сбросили дредноутов. Древние Мертвецы освободились от цепей и развернулись шеренгой на пути олицетворения Хаоса. Кровожадная орда колыхалась, ревела и грохотала выстрелами в воздух. Гусария встретила того врага, ради которого её создали.
Кавалерия на гравициклах застыла до поры до времени на земле, но приготовилась обогнать даже редкие лучи Сауле, что пробивались сквозь свинцовые тучи. Радзивил жалел, что Геральта Лиривийского не было рядом. Лучший мастер мечей капитула сгинул на пути к Терре.
"Ну и шут с ним", – нахмурился Амброзий. – "Всегда своевольничал. Надо было слушать старших. Наверняка выбрал иной маршрут, поэтому и пропал".
Радзивил встряхнулся.
"Нужно быть готовым”, – подумал он. – “Приступы случаются всё чаще”.
Гетман надеялся, что произойдёт это только в бою. Вторая личность предводителя Гусарии плохо себя показывала в иных занятиях. После травмы, которую Радзивил получил в первый год правления капитулом, он замечал за собой, что порой словно проваливался, утопал в проруби, выпускал пузыри последнего воздуха из лёгких, а потом... Потом наступала не смерть, а пробуждение. Чаще всего в окружении врагов, убитых самым жестоким образом. Однако порой Радзивил видел последствия отданных приказов и ужа…
Амброзий гордился блестящим рассудком.
"Наверняка со времён Чжэн Хэ Шэня не рождался ещё настолько хитрый воитель. Ещё немного усилий, и каратели отхлынут, поджав хвост. Гусария врубится в орду нечестивцев и перебьёт всех, чтобы обнаружить..."
"Обнаружить себя в окружении!" – Радзивил вздрогнул. – "Нет, так не пойдёт. Кроме того, почтовые доложили о предателях-Астартес в рядах рабов Кровавого Бога. Нужно действовать осторожнее".
– Гетман, встретимся с врагом в городе? – Войцех Вальцерович, ротмистр первой хоругви, подошёл к военачальнику.
Кожа у левой скулы офицера капитула дёргалась в ритме чечётки. Он нервничал, как будто и не участвовал в подобных сражениях.
– Нет. Занимаем возвышенность, – Радзивил указал на ближайший холм, – ждём. Терминаторы и дредноуты удерживают фронт, защищают Белуха любой ценой. Если станет слишком жарко, воспользуемся фосфексом, – гетман повернулся к кавалерии. – Поднимайтесь в воздух, охватывайте фланги, но не нападайте без команды! Удар должен выйти сокрушительным, чтобы даже охваченные жаждой крови бандиты побежали. Погоним их, пока не перебьём всех до единого!
Гусария последовала приказу. Грузно переваливались дредноуты. Среди богато украшенных саркофагов выделялся Франтишек Кукольнек, багровый убийца и жестокий бретёр, и, конечно же, Белух Древний. "Левиафан" щёлкал клешнями, предвкушая сытный пир.
За воинами, что уже погибли однажды, шли щитоносцы первой хоругви. Они сжимали настоящие плиты, что прикрывали их от носков сабатонов до высоких гребней на шлемах. Громовые молоты искрили. Духи, которые обжили оружие, чуяли проклятую нечисть за километры и плевались разрядами. В третьем ряду находился сам Радзивил, телохранители гетмана и терминаторы со штурмовыми пушками и ракетными установками "Циклон".
Через разрушенные врата и проёмы обвалившихся стен высыпали раздутые мутанты. Краснокожие уродцы дёргались в судорогах на ходу. В этих существах сложно увидеть людей, которыми они когда-то были, скорее твари походили на оживших мертвецов, поднятых из могил богохульной некромантией. Гнилые, израненные, изувеченные и опалённые гневом титанов мутанты неслись на строй космического десанта без всякого страха. Первые уродцы пересекли невидимую черту. Гусария открыла врата в загробный мир, и тысячи визжащих тварей мгновенно пересекли порог.
Смерти соратников ничуть не поколебали выживших. Они подхватывали оружие погибших и рвались к ненавистным воинам в серых доспехах, с перьями на шлемах и наспинных ранцах. Среди Крылатых Гусар разрывались мины и свистели пули, но разномастное оружие орды не всегда даже царапало совершенную защиту Ангелов Смерти.
Радзивил навёл перекрестье целеуказателя на вырвавшегося вперёд нечестивца. Шёлковое одеяние багрового толстяка пережило множество испытаний, но ещё сохранило мимолётную принадлежность к моде алексильвской знати.
"Пора прекратить бесполезную жизнь", – гетман нажал на спусковой крючок.
Опустошил магазин, перезарядил и бил без промаха, пока не…
Пока не понял, что так трусливо орду не победить.
– Белух, поддай огня! Пусть утонут в твоей ярости!
Громада дредноута класса "Левиафан", покрытая шкурами ледяных медведей, с каждым шагом разгонялась всё быстрее. Она превратилась в таран, что неумолимо сминал всех, кто угодил под сокрушительный ход. Белух добрался до места, откуда можно было вести прицельную стрельбу, запустил дымовые гранаты, что окружили дредноута непроглядной завесой, и стал наводить метатель фосфекса на врата Квакора, в видимое средоточие орды. Уродцы попытались помешать "Левиафану" выстрелить, но сгорели в пламени мелта-ружей и волкитных кулеврин. Самые яростные твари оказались в лапах адамантиевого чудовища. Спустя мгновение Белух отбросил в сторону только окровавленные комки фарша.
Мощь Духа Машины впечатляла. Он производил сразу несколько операций и не отвлекался от главной задачи даже в пылу схватки. Наконец все расчёты завершились. Тёмные тучи над городом вспыхнули ослепительным светом. Начался снегопад, но не обычный. Этот белый пепел не обрадовал никого из свидетелей. Им нельзя было восхититься, поймав на язык или слепив снеговика. Фосфекс создавали не для развлечений. Оружие Тёмной Эры Технологий уничтожало. Раз и навсегда. От него не убежать и не спрятаться. Раскалённый порошок, будто из самых глубоких недр преисподней Варпа, укрыл еретиков ровным слоем, словно кондитер посыпал пирог сахарной пудрой. Воющие в агонии мутанты пытались сбить химическое пламя, но оно горело даже в воде, а среди побагровевшей глины Квакора полыхало тем более хорошо. Низина перед возвышенностью, на которой находилась Гусария, превратилась в болото изгибающихся и корчащихся тварей. Так продолжалось недолго. Всего несколько минут, и Амброзий уже не видел ничего кроме пепла.
– Вперёд! К славе! – гетман вышел из строя, едва не обгоняя снаряды, что вырвались из ракетных установок "Циклон".
Телохранители только зубами заскрипели и последовали за предводителем. Они годами пытались защищать гетмана в бою, но порой даже догнать не могли. Амброзий укладывал одну тварь за другой, пока снаряды в болт-пистолете не закончились. Гетман убрал оружие в кобуру и завертелся юлой, размахивая буздыганом. Во все стороны полетели осколки костей, части тел и брызги крови.
Орда набрасывалась на щитоносцев, но те отталкивали нечисть единым, отработанным веками приёмом, а потом вбивали еретиков в землю молотами. Когда врагов становилось слишком много, то строй размыкался, и вперёд выходили воины с болтерами и штурмовыми пушками. Гильзы островами рассыпались в кровавом море у ног воителей, и когда начинался отлив, гусары вновь становились кулаком, который расшибал самые крепкие стены вражеской обороны.
Летучая кавалерия со свистом рассекала воздух. Они оставляли в рядах краснокожих мутантов просеки огнём спаренных болтеров и раскалёнными шарами плазм. На невероятной высокой скорости лихачи шестой хоругви сбрасывали гранаты в самые сплочённые группы уродцев, и острые бритвы осколков резали, не замечая препятствий. Некоторые наездники на гравициклах настолько хорошо освоились в сёдлах, что их очертания размывались в воздухе.
Совсем иначе надвигались на Квакор дредноуты. Медленно, основательно заливая окрестности пламенем, которое изрыгали плазменные пушки, ракетные установки, спаренные тяжёлые болтеры и автоматические орудия. Ударный кулак Крылатых Гусар стал светом. Он щедро дарил огонь и с готовностью принимал его в дар.
Франтишек Кукольнек искал на поле боя достойного врага, но рабы Кровавого Бога не могли предложить ничего иного, кроме необузданного гнева и нескончаемого потока изуродованных человеческих тел. Почтенный дредноут водил ослепительным огнём лазерной пушки из стороны в сторону, рассекая мутантов, но даже изувеченные, лишенные ног твари ползли и тянулись к Гусарии. Сколько бы ни уничтожали космические десантники болезнетворных паразитов, которыми кишел Ягеллон, их становилось только больше.
Белух Древний щёлкал клешнями и, как вулкан, извергал огонь из мелта-ружей. Он покрылся кровью с ног до головы, разве что пепел от воздействия фосфекса на нечестивцев ещё пачкал ноги.
Крылатые Гусары прорвались к вратам убитого города. Они не потеряли ни одного бойца, только побагровели, перья на броне промокли и опали. Не было космического десантника, который не поверил бы то, что Император в тот день на его стороне. Однако действительность, как всегда, оказалась суровее и мрачнее. Полуночные Львы прервали мечты гусар об окончательной победе над захватчиками.
Взрыв. Покосившиеся врата рухнули на щитоносцев, а обвалившиеся стены поблизости превратились в сокрушительный обвал битого камня и строительной смеси. Дредноуты, рыча в динамики и ревя силовыми приводами, отступили, а терминаторы, которые без труда отражали приливы еретиков, попали в капкан руин Квакора. Не все воители могли выбраться из-под обломков, не то чтобы прийти в себя после оглушительных ударов камней размером лишь чуть меньше, чем они сами. Раздался кровожадный вой, и через туман поднятой пыли вновь хлынули мутанты. Только теперь их сопровождали Астартес в сине-золотых доспехах, запачканных багровыми разводами. Щитоносцы, самые могучие и стойкие воители Гусарии погибли почти мгновенно, так и не вырвавшись из ловушки. Полуночные Львы разрубали обездвиженных терминаторов цепными топорами и кромсали грозовыми когтями.
Амброзий в последний миг вырвался из удушающих объятий руин Квакора. Полуночный Лев с распятым трупом женщины на кирасе утрамбовал место, где стоял гетман, ударом громового молота, увитого железными змеями. Амброзий перекатился и ушёл от следующего удара, однако еретик преследовал его с невероятной ненавистью и рвением. Наконец гетман поднялся на ноги и встретил замах.
Ослепляющая вспышка и оглушительный хлопок. Длинная рукоять молота вырвалась из рук врага и пронзила ближайшего краснокожего мутанта, а сам Полуночный Лев пережил тварь только на секунду. Амброзий повернулся на носке и оказался сбоку от следующего противника. Тактические доспехи дредноута еретика раньше принадлежали имперским карателям. Предатель-Астартес ещё не освоился в трофейной броне, поэтому опаздывал с ответом. Гетман вбил наличник шлема чуть ли не до затылка, и Полуночный Лев грузно повалился на спину. Амброзий вертелся в гуще боя, пока не заметил через облако смога, что летучую кавалерию перехватывают рапторы и драконы, что скрывались до поры до времени на развалинах домов. Теперь эти твари заполонили небо. Кроме того, дредноуты, меньше всего пострадавшие во время засады, попали под обстрел разорителей.
Франтишек Кукольнек проревел и повернулся к новой угрозе. Принял во фронтальную броню несколько ракет, что опалили алую палаческую окраску, и ответил яростным огнём спаренной лазерной пушки.
"Нет, я не могу проиграть! Невозможно..."
– Если с нами Император... – неуверенно выкрикнул Амброзий, но дождался совершенно иного отклика.
– Объявляй отступление, щенок! – Франтишек никогда не бежал с поля боя, поэтому и попал однажды в саркофаг, но даже упивающийся смертью врагов бретёр почуял беду.
Амброзий вздрогнул и...
"Отступаем", – Радзивил не понял, произнёс ли он эти новые незнакомые слова шёпотом или просто подумал.
Гетман побледнел, а в ушах появился звон первого поражения за несколько сотен лет службы.
– Отступаем, – мурашки пробежали по спине. – Отступаем! Небо! Небо! Летите к зоне высадки! Требуется немедленная эвакуация!
Крылатые Гусары бежали. Кто, умирая от стыда, другие, погибая от остервенелых атак Полуночных Львов, которые настигали гусаров одного за другим.
Раздался гром входящих в атмосферу транспортных челноков. "Громовые Ястребы" пронеслись, едва не касаясь изувеченной земли, и пробороздили ряды еретиков. Однако и эти могучие машины не спаслись от налёта драконов, что разорвали последних гравициклистов и переключились на крупную добычу.
Первыми к приземлившимся "Громовым Ястребам" добрались гетман, Белух Древний и Франтишек Кукольнек. Пилоты челноков уже закрепляли дредноутов, когда раздался собачий лай.
Блеснула золотом маска, что изображала льва с раскрытой в рёве пастью.
Конунг Кхарл в терминаторских доспехах, покрытых запекшейся кровью, вскочил прямо на бронированный саркофаг брата Якоба. Древний Мертвец попытался сбросить неожиданно молниеносного воителя, но клешню облепили десятки Гончих Варпа и утянули вниз. В веере искр работы цепного топора, Конунг оторвал плиту, защищающую бренные останки Якоба и пронзил пилота дредноута грозовыми когтями. Древний Мертвец даже после окончательной смерти не рухнул, а гордо стоял, все ещё бросая вызов.
Кхарл Львиная Кровь обошёл поверженного противника и вытянул палец, увенчанный окровавленным когтем прямо на гетмана.
Радзивил покачнулся.
"Нет, нет, только не сейчас!"
Поздно.
Амброзий принял вызов.


Сообщение отредактировал Гений и злодей - 15.03.2020, 12:37


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 08.03.2018, 07:05
Сообщение #14


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Праведный гнев и пылкая страсть
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Возрастные ограничения: 16 +
Аннотация: Рыцарский Дом Ареос сломил сопротивление Мародёров в сражении на равнинах Белого Стола, пережил подрыв ядерных мин и неумолимо приблизился к стенам Каэр Вавеля. Кто сможет победить такого врага? Что справится со страшнейшей угрозой: праведный гнев или пылкая страсть?

1

"Проклятье… голова! Присниться же всякое!" – Кале-бей не мог определиться, рад он похмелью или нет.
Отвратительное ощущение, давно забытое, благодаря сверхчеловеческой сущности, тем не менее, подарило хану приятные воспоминания о бурной молодости. Он судорожно поднялся на ноги, когда услыхал гул "Носорога", и обнаружил, что перемазался пеплом с ног до головы. Запах гари настолько сильный, что перебивал даже зловоние, что опустилось на Ягеллон после бомбардировки.
– Клёвая мазня, босс, – усмехнулся Мародёр, что проходил рядом.
"Какая ещё мазня?!"
Пошатываясь, Кале-бей поспешил в собственный лагерь, к множеству юрт, беспорядочно разбросанных во внутреннем дворе Каэр Вавеля. Он кинулся к ближайшему мотоциклу и обнаружил, что какой-то ублюдок оставил на его лице изображение шакала. Хан попытался стереть чёрные линии, но они въелись в кожу и ничуть не поблекли. Кале-бей добился только того, что перемазался чёрными пятнами и расхохотался.
"Ну и чёрт с ним! Разве я не "Пропащий Шакал"?! Как жаль, что к вечеру мы все можем сгинуть! Я бы ещё раз так погулял!"
В отличном расположении духа Кале-бей собрался, перекусил и уже собирался найти и привести в чувства даргов, когда перед ним выросла череполикая громада заунывного, как и все капелланы, пана Йожина Збажинского.
– Доброе утро, король!
– Доброе, пан Збажинский.
– Я ищу твоего офицера, Узбека, вместе с которым мы сегодня защитим крепостные стены от рыцарей Дома Ареос, – капеллан оставался верен правилу духовных предводителей Ангелов Смерти.
Йожин не снимал шлем при посторонних. Никто не должен был видеть в нём что-то отличное от олицетворения Бога-Императора. Однако Кале-бей смотрел насквозь. Он с усмешкой понял, что капеллану стоит больших усилий подавить брезгливость и неприязнь.
– Где-то здесь, – улыбнулся хан. – Сам хотел поискать.
– Набрось на голову шлем. Свяжись по воксу.
– Так можно что ли?! – Кале-бей повертел шлем в руках как затейливую незнакомую игрушку. – Покажи, а!
Ответом стал вздох. Хан хмыкнул и прицепил шлем:
– Всем офицерам Мародёров собраться у моей юрты. Живо!
Дагры откликнулись. Борясь с головной болью, но решительно.
Только Узбек молчал. Кале-бей перевёл внимание систем обнаружения на свою "правую руку". Дух Машины не нашёл Узбека ни среди живых, ни среди мёртвых, иконка с обожжённым ликом осталась окрашена привычными цветами, лишь с подписью "нет сигнала". Кале-бей закусил губу.
– Где он?! – не выдержал Йожин. – Давно пора согласовывать совместные действия, использовать общие сигнатуры и одну частоту вокс-связи!
– Послушай, пан, ты мне не начальник.
– Я – союзник. Заслуживаю немного уважение! Вы, между прочим, должны быть обязаны Гусарии за новую жизнь, кров, снабжение и крышу над головой!
– Ни хрена ты ещё не заслужил, старик! Мародёры зауважают тебя только за действия, а не за бледный черепок на роже! Кстати, – усмехнулся Кале-бей, – как раз Гусария обязана богатством нам, а не наоборот! Всё, что видишь вокруг, заработано вот этими руками!
– Сегодня важнейший день для Крылатых Гусар, а вы всю ночь кутили как проклятые! Позор!
– Сегодня мы все можем погибнуть, так что… Просто заткнись! Не строй из себя невесть что! Мародёры – ветераны Великого Крестового Похода! Вы, малокровные чистоплюи, даже в подмётки нам не годитесь! Может быть, Узбек и похож на горелую головёшку, но он принесёт гораздо больше пользы, чем ты когда-либо сможешь! Если он ещё жив, конечно…
– Посмотрим… ветеран, – последнее слов Йожин выплюнул как ругательство. – Сам говоришь, уважение нужно заслужить!
Несмотря на ссору, капеллан остался, чтобы поучаствовать в инструктаже, который проводил Кале-бей. Мародёры разделились на команды. Большая группа осталась в лагере, прикрепила прыжковые ранцы и поднялась на стены, чтобы совершать молниеносные налёты на рыцарей Дома Ареос. Два меньших кавалерийских клина, которые возглавляли Кале-бей и Кошумир, сосредоточились у высоких врат и спокойно ждали, когда армия "Айзентод" и Лунные Волки двинуться на штурм.

2

Стены Каэр Вавеля почти вдвое выше стальных рыцарей Квестор Империалис, усеяны артиллерийскими гнёздами, а их внутренности напоминают муравьиный улей с множеством переборок и переходов. Крепость-монастырь надёжно защищена могучим пустотным щитом, что выдержал ярость Кровавых Костей, а хищные ракеты в шахтах хранили небеса от незваных гостей и не позволили имперским карателям занять выгодное положение для бомбардировки. Только самое могучее войско выдержит осаду Каэр Вавеля, а сокрушить стены не способен никто. Так считали Крылатые Гусары.
Пока Кошумир Булавский и Кале-бей при поддержке тяжёлой артиллерии сдерживали солдат корпуса Криг и направлялись к мерзким слугам Архипредателя, рыцари Дома Ареос заставили Гусар сомневаться в нерушимости крепостных стен. Они неторопливо совершали одну атаку за другой. Не подходили слишком близко и заставляли Мародёров дрожать от негодования, прячась за парапетами. Как только ионные щиты стальных исполинов отключались, они прекращали наступление и прятались в ущельях, что окружали Каэр Вавель.
Пусть медленно, пускай победу приходилось вырывать зубами, но Басилей Антигон больше не мог терять друзей и родственников. Почти половина гордых воителей уже сгинула в Ягеллонском Крестовом Походе, и осознание трагедии ожесточило и без того жестокого полководца.
Так, уничтожая пушку за пушкой, обходя одно минное поле за другим, железные великаны подбирались всё ближе. Уже после полудня первые рыцаря вгрызлись в стену цепными клинками и вырывали разломанные, почерневшие орудия из гнёзд. Они потрошили укрепления, когда в бой, наконец, вступили штурмовики Мародёров. С дикими воплями ветераны Великого Крестового Похода прыгали со стен на стальных исполинов, погружённых в мясницкую работу. Конечно, последние не дремали и встречали отчаянные атаки сосредоточенным огнём скорострельных пушек "Икар", что превращали самых неудачливых воинов в кровавые облака.
Капеллан Йожин Збажинский был там, среди первых смельчаков. Раздор с Кале-беем наполнил Гусара уверенностью в том, что он просто обязан стать лучше Мародёров, доказать превосходство над дикими предками.
– Я служу тебе, Бог-Император Человечества! – несмотря на неистовое сражение Йожин спокойно читал литании.
Усиленные динамики доспехов громом разносили голос среди гор, что окружали Каэр Вавель.
Владыка Человечества помиловал, и скорострельные очереди рассекли только воздух, а не представителя Его на Ягеллоне. Капеллан приземлился на крышу рыцаря типа "Доблестный" и парой быстрых молодецких ударов погнул стволы зенитного орудия.
– Делай со мной, что пожелаешь, ибо вера моя беззаветна!
Капеллан поборол дрожь, которая сопровождала каждое движение железного великана, добрался до люка и установил на нём мелта-бомбу. Йожин взлетел над целью и бросил в расплавленный провал осколочную гранату. Пилот не успел выбросить взрывчатку наружу. Рыцарь потерял управление, упал прямо в пролом и перекрыл его бронированным телом. Капеллан не успел насладиться победой, когда в полете столкнулся со штурмовиком Сынов Аэтоса.
Ангелы Смерти карателей Терры поддержали союзников и напали, безжалостно вырезая слуг Крылатых Гусар и вступая в схватки с Мародёрами. Противники упали, раскололи и пробороздили несколько метров дорогой плитки, что замысловатыми узорами украшала крепостную стену. Сын Аэтоса поднялся первым, поэтому разбежался и пнул капеллана по лицу.
– Ты оскорбил Императора! – вой Йожина напугал бы кого угодно, кроме космических десантников, которые отчаялись от осознания того, что их капитул может никогда не возродиться после понесённых потерь.
– Не смей упоминать Его, еретик! – драконоликий Ангел Смерти разве что пар не выдыхал из ноздрей маски, выполненной в виде легендарной рептилии Ноктюрна.
Удар расколол бледную личину шлема и вывел из строя визор капеллана. Йожин снял шлем, положил у ног и вперил ненавистный взгляд в противника. Кровь из разбитого лба пропитала седую бороду.
– Не убоюсь зла!
Ангелы Смерти столкнулись посреди великого и красочного полотна под названием "Осада Каэр Вавеля".
На заднем фоне мерцал пустотный щит от тщетных попыток артиллерии армии "Айзентод" пробить завесу, на переднем плане растянулся вспоротый от паха и до груди слуга Крылатых Гусар, так и не выпустивший винтовку, а в центре картины двое стали вихрем искр и ярости, которая воплотилась и трепала воздух вокруг всполохами костра.
– Не убоюсь смерти! – Йожин ударил крозиусом сверху, встретил цепной клинок, выставленный для защиты, и переломил его.
Сын Аэтоса отшатнулся, но прорычал и бросился на капеллана, размахивая пудовыми кулаками.
– Ведь только Император явится за мной! – Йожин развернулся и взмахнул оружием.
Крылья имперского орла коснулись шеи врага и откинули его безвольной изломанной куклой.
Рядом с капелланом просвистели болт-снаряды. Всё новые штурмовики в жёлтых силовых доспехах спускались с небес. Йожин перекатился, принял наплечником несколько попаданий, выхватил болт-пистолет и сбил одного нападавшего прямо в воздухе. Другой штурмовик не успел изменить траекторию и опустился прямо под замах крозиуса. Удар настолько могучий, что произошла вспышка. Штурмовик, словно мяч, грудой металлолома улетел туда, откуда явился.
Взмах цепным мечом порвал правую щёку капеллану и снёс часть челюсти. Йожин нырнул под следующую атаку и вбил ствол болт-пистолета в подбородок противника. Ещё один каратель перелетел парапет и сорвался вниз с развороченной головой.
Наступил переломный миг сражения. Сыны Аэтоса перебили слуг Крылатых Гусар и оттеснили Мародёров на стены. Теперь ничего не мешало рыцарям разносить беззащитное препятствие на куски.
Только один воин считал иначе.

3

Узбек никуда не пропал. После военного совета, на который пригласили его, простого дарга, Мародёр загорелся важностью задания и обрадовался ответственности. Узбек, который раньше носил прозвище "Запал", а ещё ранее имя Игги, с самого рождения – очень увлекающийся и пылкий человек. Главная страсть этого Ангела Смерти – уничтожение. Узбек безмерно любил огонь и взрывы, даже когда они так изранили плоть десантника, что превратили лицо в уродливую кашу из рубцов от ожогов и шрапнели.
"Всё сущее – тлен! Дрова для костра, который взовьётся до небес! Я успокоюсь только тогда, когда спалю всю галактику!" – в ночь перед осадой Каэр Вавеля почти трёхметровая громада космического десантника будто бы снова обратилась в маленького мальчика, который стащил у родителей коробку со спичками, и поджигал дома соседей, восхищенно осматривая проделанную работу.
Узбека не привлекло даже шумное празднество, которое устроили Возрождённые Из Пепла.
"И что я там не видел?!" – Узбек на самом деле уже ничего не видел, кроме воплощения безумной задумки.
Мародёр обратился вспышкой запалённого фитиля, быстро и неуклонно движущегося к цели, чтобы расцвести огненным цветком и пролиться на землю обжигающим дождём. Узбек собрал самых близких друзей. Всю ночь и всё утро занимался подготовкой к тёплой встрече имперских карателей даже с большим усердием, чем остальные братья предавались пьяному разгулу.
Когда работа завершилась, и Узбек обнаружил, что мешки с бомбами пусты, он, наконец, расслышал шум, который сопровождал сражение за крепостные стены. Мародёр связался с подрывниками и покинул пещеры.
Узбек подошёл к обрыву и увидел в низинах, что Сыны Аэтоса и рыцари Дома Ареос пошли на последний приступ.
Время пришло.
Мародёр оттолкнулся от камней, ощутил свободное падение и нажал на кнопку детонатора. Каким бы диким не казался ветеран Великого Крестового Похода, он оставался олицетворением войны, настоящим мастером ведения боевых действий. Узбек рассчитал всё с точностью лучших инженеров по подрывным работам и полетел вниз вместе с всесокрушающим обвалом камней. Несмотря на то, что встречный ветер грозил сорвать последнюю плоть с черепа, Узбек хохотал. Плакал, глядя на великолепие Апокалипсиса, сотворенного собственными руками с одобрения матери-природы.
Подготовка к созданию костра, что спалит всю галактику, получилась впечатляющей, и на подступах к Каэр Вавелю появилось грязно-белое море, которое скрыло часть нападавших с головой и засыпало любые пути внутрь крепости-монастыря.

Сообщение отредактировал Гений и злодей - 20.03.2020, 19:09


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 08.03.2018, 07:09
Сообщение #15


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Смерть Против Вас!


Автор - Caligula


рекомендуемый саундтрек - Howard Shore - Last March of Ents


I.

ГОЛОС 1 (Идентифицирован как «Несторис, номарх Нептикеи»): Долгая работа, кровавая… В этой паутине ущелий можно спрятать целую армию, которая будет терзать нас как мошкара, пока мы все не сгинем.
ГОЛОС 2 (Идентифицирован как «МИРМИДОН 1»(см. «Дом Ареос/ Военные Структуры/Фаланга»): Если только у них только осталась армия после прошлой битвы. Мы сломали им хребет и теперь они забьются в свою нору и будут сидеть там до скончания веков.
НЕСТОРИС: Этого-то я и боюсь. У нас нет достаточно тяжелого вооружения, чтобы вести полноценную осаду, а наше число слишком сильно сократилось, чтобы проломить их стены. Война взяла с нас плату.
ГОЛОС 3 (Идентифицирован как «басилей Антигон»): Ты стал стар и слишком осторожен, Несторис. Я слышу опасения там, где должна быть готовность. Я слышу возражения там, где должно быть рвение. Ты начал забывать кто и что мы есть.
НЕСТОРИС: Мы – это смерть, что мы себе выбираем, басилей.
БАСИЛЕЙ АНТИГОН: Мы будем осторожны, о да. Это будет кропотливый труд. Мы проведем образцовую осаду. Ущелья не дадут преимуществ этих шелудивым псам, что считают себя избранниками Императора. Да, будут засады и ловушки, будут глупые смерти и необходимые потери.
(долгая пауза)
БАСИЛЕЙ АНТИГОН: Вспомните Убийство Марау’Дхи. Вспомните как наш Дом поставил на колени мир-корабль эльдар. Вспомните как наши предки заставили их кануть в небытие. Медленное, методичное уничтожение и быстрый, решительный удар. Один выпад в самое сердце.
(долгая пауза)
БАСИЛЕЙ АНТИГОН: Мы должны выиграть эту войну. Астартес показали свою неспособность довести дело до решающего конца. Мстители и Кости готовы вцепиться друг другу в глотки на орбите. Железные Драконы сгинули до единого, хоть и дав славный бой. О неспособности бездарностей Гомаэра даже говорить не надо. Отец-на-Терре, да даже враг внушает мне больше уважения, чем эти грызущиеся недоноски. По Ягеллону гуляют демоны, в космосе бушует варп-шторм.
(долгая пауза)
БАСИЛЕЙ АНТИГОН: Нет, братья. Мы и только мы принесем возмездие Громовержца на головы Отлученных.
- аудиозапись из личных архивов магоса Камоши


II.


"Ягеллониада: краткое адаптированное изложение", гл.V "Сумерки Богов"
- переведено с александрийского диалекта Высокого Готика и переложено в прозу адептом скрипторума Конклава Сецессио Э.Куном. Предназначено для ограниченного круга лиц.


Грохот битвы и разрывы снарядом раздавались эхом по ущельям и склонам среди вершин Белого Стола. Столь сильны были отзвуки битвы, что случайные путники могли бы подумать, что боги и гиганты из легенд сошлись в титанической битве не на жизнь, а на смерть. Но не было больше случайных путников средь вершин Белого Стола и не было больше тех, кто помнит легенды. Всех смела термоядерная злоба Кровавых Костей и некому было узреть, что легенды стали явью.
Десятиметровые стальные гиганты шагали по узким тропа меж вздымающихся скал. Их десницы изрыгали огонь и раскаленные копья, что вонзались в стены замка и вырвали древнюю кладку, что своими руками возвел легендарный Зучи-Багатур. Гордо реяли стяги гигантов, а их кличи громко звенели над полем битвы. Они выходили один за другим, не кланяясь огню и плазме, но как только ответный обстрел становился слишком сильным, тут же исчезали среди горных проходов.
Горе Гусарам, ибо их же дом обернулся против них. Не было больше войска, что смогло бы выйти против врага и заставить биться на своих условиях. Не было больше боевого духа у сломленных товарищей Гусарии. Все герои пали на равнинах Черного Дола. Даже Подгорных Королей не пожалела смерть, забрав к себе тех, кто давно должен был явиться перед ее суровым ликом.
Рок навис над Крылатыми Гусарами. Смерть и забвение ожидали их.

III.

«В бой, Сыны Александрии! Клинки вздымайте, стены крушите! День сечи, день славы. Вперёд, навстречу смерти! В бой, в бой, в бой, в последний бой этого мира! На смерть! На смерть! Смерть! Вперёд, навстречу бессмертию!»
- речь басилея Антигона перед последним штурмом Вавеля. Извлечена из инфокатушек Трона Механикум остова рыцаря «Феб»


IV.


"Ягеллониада: краткое адаптированное изложение", гл.V "Сумерки Богов"
- переведено с александрийского диалекта Высокого Готика и переложено в прозу адептом скрипторума Конклава Сецессио Э.Куном. Предназначено для ограниченного круга лиц.


Никто никогда так и не узнал имя того смельчака, что решился на эту отчаянную попытку спасти своих боевых братьев.
Казалось бы, пришел конец для легенды о Крылатых Гусарах, некогда героях Империума, а ныне Отлученных Предателей. Стены Вавеля рухнули и жадные до славы отпрыски Арейи ринулись в пролом, щедро жертвуя жизнями за шанс войти в легенды своего рода. Сыны Аэтоса умело прикрывали их фланги и тылы, старясь предотвратить каждую контратаку. Позор, что навис над ними после катастрофы у «Блуждающих Огней» заставлял их биться в десятки раз усерднее. Один за другим имперские рыцари пробивались сквозь проломы и судьба всей битвы повисла на волоске.
Именно в тот момент древний как сам мир Пьорун, высочайший из пиков Ягеллона, громко и сердито вздохнул. Яркий цветок взрыва расцвел на его могучей груди. Тяжело вздохнул Пьорун и медленно осел, словно сдавшись под гнетом бесчисленных эпох.
Один за другим мелкие камушки посыпались со склонов великана. За мелкими побежали камни побольше, а за ними многие тысячи их оказались увлечены в стремительный бег. За считанные мгновения ручеек превратился в ревущий поток, что обрушился в ущелья. Тысячи тонн горной породы обрушились на захватчиков, подобно упавшим небесам.
«Гетайрон», «Феб», «Лакоон», «Гесперида» и многие другие рыцари со славной и долгой историей исчезли навеки. Сам Ягеллон сокрушил их, не желая видеть погибель своих славных сынов. Но он недооценил решительность врагов Гусар, их несгибаемую волю и желание побеждать даже через собственную смерть.

V


Номер образца: 007,100-8WH//фрагмент_1/1
Считывание начато:


Спустя час пыль начала оседать. Гусары с опасением всматривались в проломы, ожидая новой атаки. Капеллан Пржемыслав нервно теребил активатор цепного клинка, постоянно нажимая на руну активации. Что еще замыслил подлый враг? Пьорун хорошо позаботился о том, чтобы отбить у предательских рыцарей желание еще раз пытаться взять великий Вавель штурмом. И все же, страх внутри Пржемыслава рос.
Капеллан начал читать про себя литании стойкости, при том зорко вглядываясь груды камней, что образовались на месте горных проходов, ведущих к крепости. Вокруг него царил хаос. Апотекарии оказывали помощь раненным и одаривали милосердием Императора тех, ктому уже нельзя было помочь. Мертвые ковром устилали землю. Чадила подбитая техника, дым поднимался от разбитых орудийных гнезд на крепостных башнях. Тут и там лежали остовы павших рыцарей.
Наконец спокойствие вернулось к Пржемыславу. Его прерывистое дыхание замедлилось и взгляд стал более сосредоточенным. Негоже слуге Императора поддаваться столь постыдным эмоциям. Месяц он будет поститься и нести епитимью за этот грех. Вдруг какой-то шум на периферии слуха отвлек внимание Пржемыслава от дум. Он обернулся к ближайшей каменной насыпи, что заканчивалась в какой-то сотне шагов от стен Вавеля, и от его столь желанного спокойствия не осталось и следа. Насыпь начала оседать все быстрее и быстрее, явив наконец миру искалеченного и разбитого рыцаря. Его железную шлем-личину сорвало потоком камней и сквозь побитый корпус виднелось покрытое кровью лицо пилота. На чудом уцелевшем наплечном щитке Пржемыслав прочитал имя машины – «Гекатонхейр». С трудом передвигая конечности, рыцарь поплелся в сторону крепостных стен Вавеля, намереваясь продолжить бой. Капеллан узнал его, убийцу древнего Казимира, и одного из лучших воинов врага, что успел пролить много крови Гусар. Он повергнет его и покажет презренным шавкам Лордов Терры, что Гусары не собираются склоняться перед их надуманными обвинениями.
- Если с Нами Император, то кто против Нас? – прокричал капеллан, созывая братьев.
- Смерть против Вас, - был ему ответ.
Пржемыслав вгляделся в пыльную завесу и увидел множество силуэтов рыцарей, что продвигались через завалы. Страх снова сковал его сердце.

Считывание закончено:
Савант-некрораспознаватель: Язек-20а (ликвидирован)
Савант-автосчитыватель: Пяст-1.1 (ликвидирован)


Сообщение отредактировал CTEPX - 13.03.2018, 20:17


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
HiveTyrant
сообщение 10.03.2018, 22:36
Сообщение #16


Лалкомодератор
Hive Tyrant
************

Warhammer 40,000
Раса: Tyranids
Армия: Hive Fleet Leviathan
Группа: Модератор
Сообщений: 12 010
Регистрация: 21.07.2007
Из: Балашиха/Егорьевск
Пользователь №: 9 925

Ветеран Ягеллонского крестового похода



Репутация:   1841  


Дуэль с Йориком по генокрадам

Название: Битва за Челмруду
Сеттинг: Wh40k
Жанр: Фьюжн
Возрастные ограничения: 12+
Аннотация: Неуловимые Мстители неумолимо плывут к Челмруде. Будет ли раскрыт заговор культа генокрадов? Смогут ли гибриды ксеносов и людей противостоять силам космического десанта? Будет ли победитель в этой схватке?


Каменный водоворот

Новый капитан "Тирана" поправил униформу старого капитана и отключил связь с Неуловимыми Мстителями.

- Они не поверили, что я служу Императору. Глупцы... Готовьтесь к битве.

Красные лучи лазерных батарей разрезали безмятежный холод космоса. Крейсер "Тиран" был единственной преградой между Неуловимыми Мстителями и Челмрудой, за что сейчас и расплачивался. Космические десантники без лишних слов начали расстреливали наспех отремонтированное судно. Богам войны противостояли обычные шахтеры и горстка зомбированных пилотов. С лояльностью у них было все отлично, мотивация не знала равных, но умения были несравнимо ниже. Это сражение должно было превратиться в резню, но сверхчеловеческий разум Зверя с Челмруды уже просчитал все ходы противника. Его гены хранили память миллиардов сражений, как в этой, так и в другой галактике, и чем ближе настоящие родители Зверя, тем сильнее кипела его кровь, высвобождая воспоминания бесконечных битв.

- Отлично! Осталось привести в исполнение наш план с астероидным кольцом. Ведите их туда!

Психический вопль Патриарха разбудил дремавшего Камила. Магус культа взял под контроль поверенного с крейсера "Тиран".

- Уводите корабль в астероидное поле и маневрируйте среди скал. Так хочет наш отец! Быстро!

Капитан удивленно глянул на молчавшего до этого трое суток поверенного.

- Плотность потока астероидов велика, нужно быть асом, чтобы проскочить без повреждений.

Мороз имматериума ворвался на мостик корабля. Молчание было красноречивее любых слов.

- Крен на 20 часов. Запустить левый маршевый двигатель. Перегрузить пустотный щит на правую полусферу. Уменьшить охлаждение реактора на 13 процентов. Император, храни нас. Надеюсь, вы знаете, что делаете.

И магус, и поверенный на "Тиране" одновременно улыбнулись.

- Нас хранит Всеотец. Он видит будущее и поделится им с вами через меня, чтобы обойти каждый астероид без ущерба кораблю.

Капитан сложил руки в знаке аквилы и развёл пальцы, словно шесть конечностей.

- Шестирукий Император сохрани.

Послышались крики команды на мостике, но Камил уже был снова на Челмруде. Сейчас даже он молился Богу Пустоты. Его родную планету могло спасти только чудо.

Пробуждение

Глаза отказывались открываться. Из глубины желудка вверх по пищеводу хлынули рвотные массы, но спазм утих, добравшись только до гортани. Едкая кислота желудка обожгла все на пути и оставила кислый запах во рту. Надо попытаться встать, но ноги и руки не слушались. Прелый воздух хлынул в легкие только мгновение назад с первым вздохом.

"Я не дышал?"

Пробуждение было не из легких. Всё тело свело судорогой. Затух очередной рвотный позыв. От боли сжались зубы. Надо кончать с этим. Одним резким движением получилось распрямиться, но глаза все так же закрыты. Пошарил руками вокруг, но все время натыкался на острые каменные выступы, которые оставляли небольшие раны на ладонях. Крик боли нарушил тишину и многократно отразился в узком помещении.

"Нажми на кнопку..."

В голове мелькнула вторая мысль. Она пахла кровью, была чуждой сознанию, но не подчиниться ей нельзя. Глаза все еще закрыты, но пальцы уже бегали по каменным выступам, в поисках заветной кнопки, пока их не обжег холод. Это был лед. Рука инстинктивно рванула подальше от источника боли, но неведомая сила заставила ее продолжить поиск. Зубы сжались еще сильнее, терпеть боль не было сил.

Раздался писк - кнопка найдена. Веки открылись, чтобы глаза увидели черную бесконечность. Тьма открытого космоса неприветливо встречала холодом. Кусок льда, который отделял тесную каменную комнату от пустоты, практически исчез от термального источника. Раздался еще один писк, а через мгновение воздух внутри со страшной силой вырвался в космос. Легкие снова загорелись от боли, а кожа покрылась инеем. Первые шаги дались с трудом, но неведомая сила подсказывала, что надо бежать. Вперед! Глаза уже через мгновение привыкли к темноте, а легкие перестали гореть. В них откуда-то появился воздух, но надолго его не хватило бы.

Рядом летел космический корабль.

"Туда! Это мое спасение!"

Крошечный астероид был совсем рядом с адамантиевой громадиной, всего один затяжной прыжок... Он казался вечностью. Краем глаза можно было увидеть десятки точек с других астероидов, которые неслись к кораблю, но руки уже принялись рвать обшивку, пытаясь организовать путь внутрь. Алмазные когти были как никогда кстати. Длинный змееобразный язык скользнул по острым зубам.

"Отец зовет защищать выводок!"

Генокрад уже через мгновение протиснулся в узкую щель и загнул обратно наспех приваренные листы керамита. Повреждения после боя были как нельзя кстати. Воздух замедлил свое течение, только тоненькая струйка свистела за спиной. Теплый и немного влажный аромат ласкал легкие. После пустоты космоса это был самый приятный запах, сравниться с которым могло только одно - запаха крови врагов выводка.

Скрытая угроза

Магус и примус склонились над чертежами баржей космодесанта. Камил каждое мгновение прикасался к сознаниям десятком генокрадов, которые выжили в пустоте космоса и смогли добраться до кораблей Неуловимых Мстителей. Рядом стоял Ковальчик, держа в голове местоположение каждого генокрада, координируя их атаки. Он разменивал их, как пешки, организовывая внезапные атаки на экипаж, вытягивая силы обороны от главной цели - системы управления ближнего боя. Десятки челноков уже вышли в космос с бойцами генокрадов на борту, но прорваться через батареи ПВО у них не было ни единого шанса.

- Главное, чтобы выжили Едражей и Колек... Смерть Кшиштофа не будет напрасной, они отомстят. Но не сейчас... Им нужно время. Выводи Симона из воздуховода на третью палубу!

Камил послушно ударил посохом об пол. Волна потустороннего холода окутала две фигуры. Даже Ян слышал психический крик Камила, который устремился эхом к барже космического десанта.

- ... пора... кровь... отомщены...

Ян грустно смотрел на чертежи баржей. Их план висел на волоске. Путешествие через космос пережило слишком мало генокрадов и сейчас они кончались еще быстрее. Космические десантники слишком быстро опознали угрозу и открыли огонь по астероидам, сжигая их в искупительном огне. К счастью, это спасло "Тирана" от быстрого уничтожения. Теперь его кинжальные выпады не давали покоя космическим десантникам, увязшим в боях с генокрадами. К несчастью для "Тирана", его экипаж не мог толком прицелиться и большинство залпов не достигали цели. Обычные шахтеры, пилоты с транспортов, да горстка выживших флотских - не самые лучшие воины. Пан Ян это знал, но упрямо разыгрывал один козырь за другим.

- Выпускай Едражея. Мнимая атака Януша на реактор должна запутать нашего противника. Сейчас или никогда!

Ветра варпа снова подхватили разум Камила. Глаза его полностью почернели, но через мгновение он улыбнулся.

- Пора. ПОРА!!!

Патриарх культа почуял ликование магуса. Эмоции были общими, на весь культ.

Вопль Зверя Челмруды был слышен даже псайкерам Неуловимых Мстителей. Рой челноков устремился от планеты к боевым баржам. Основная атака началась!

Притча о возвращении Императора

Мать гладила по голове своего сына.

- Не бойся, Ежи, все будет хорошо.

- Но на Челмруде остались мои друзья!

- Да, они остались, но мы с ними встретимся. Я тебе расскажу одну сказку. Слушай внимательно.

***

Милостивый Император жил давным-давно. Вся галактика была домом для нас, для человечества. Но было у Императора двадцать сыновей. Ягатай Хан был самым любимым сыном. Но налетела буря, которая разлучила его с ними. Сто лет Император плавал среди звезд, и каждый день вспоминал о своих сыновьях. Но больше всего он горевал о любимом Ягатае, которого так и не мог найти.

Ягатай тоже жил далеко от Отца и горевал сто дней. Но они прошли, и великий Примарх встал, утер слезы и начал жить, славя Императора каждую секунду. И глубоко в душе он верил, что найдет его. Эта вера служила ему щитом в самые трудные моменты жизни, когда сама смерть дышала ему в затылок.

Однажды, небо на его планете стало черным. Из космоса в землю врезались огромные щупальца кораблей Императора. И сошел тогда Император, увидел его Ягатай.

- Идем, Ягатай, вместе со мной, в космос. Твои братья тоже рядом со мной, и ты будешь среди нас. Стань частью моего небесного войска.

И Ягатай согласился. Он стал частью небесного войска Императора.

***

- И ты, Ежи, однажды станешь небесным воином нашего Шестирукого Императора. И все твои друзья станут. И вы встретитесь в объятьях Императора, когда он снова придет сначала на Челмруду, а потом в наш новый дом.

Мальчик улыбнулся и уставился на мать своими полностью черными глазами, в уголках которых скопились слезы. Теперь ему не было страшно плыть в пустоте космоса, так как он знал, что Шестирукий Император всегда будет рядом с ним.


--------------------
Я не знаю слова "Проиграть". Только "Выиграть"... Ну и "Зачитерили".
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
HiveTyrant
сообщение 11.03.2018, 00:38
Сообщение #17


Лалкомодератор
Hive Tyrant
************

Warhammer 40,000
Раса: Tyranids
Армия: Hive Fleet Leviathan
Группа: Модератор
Сообщений: 12 010
Регистрация: 21.07.2007
Из: Балашиха/Егорьевск
Пользователь №: 9 925

Ветеран Ягеллонского крестового похода



Репутация:   1841  


На дуэль с Йориком по Кровавым Костям

Название: Ад для предателей
Сеттинг: Wh40k
Жанр: Боевик
Возрастные ограничения: 16+
Аннотация: Кровавые Кости никогда не идут на компромисс, даже перед лицом смерти. Горстка выживших атакует превосходящие силы неуловимых мстителей и только хитрость способна склонить чашу весов на сторону Кровавых Костей. Но враги ли на самом деле те, на кого направлен гнев космических десантников? И как же прекратить братоубийственную войну?


Подарки отмщения

Лорд-командор Кровавых Костей любил перелеты в космосе: никакой тряски при входе в атмосферу, никаких перегрузок, вес доспехов почти не чувствуешь. Струи горячего пара обдали космического десантника, когда гидравлика челнока принялась за работу. Гир высадился на огромный обломок скалы, везя с собой на громовом ястребе термоядерную торпеду. Герметичные доспехи защищали прославленного бойца от холодного дыхания космоса. Сконденсировавшие капельки воды за мгновение превратились в крупинки льда и потрескивали при каждом движении космического десантника.
- Устанавливаем атомные заряды и обратно в громовой ястреб. Заглушим ауспики предателей электромагнитной вспышкой взрыва.
Гир отключил все стабилизаторы, перегрузив ядро заряда: теперь взрыв могло остановить только вмешательство Императора. До атаки на крейсеры Неуловимых Мстителей оставалось полчаса.
Внезапно краем глаза Гир заметил движение, почувствовал дыхание за спиной. Что-то глядело на лорда-командора, и это не могло быть человеком. Что-то чуждое и отвратительное. Тварь находилась за тонким слоем льда в нише астероида. Бритвенно острые когти медленно скользили по камню, оставляя глубокие борозды.
Выстрел из болтера вскрыл ледяную скорлупу, что защищала тварь от космического холода. Весь воздух, который был в нише вырвался наружу, разрывая прозрачную стену льда на тысячи мелких осколков. Ихор измазал внутренности пещеры, где жила тварь. Мерзкие ксеносы могли выжить где угодно, даже в пустоте между звездами. Гир ненавидел генокрадов всем своим естеством.
- Надеюсь, здесь есть еще твои дружки, им обязательно понравится наш подарочек. Скоро вы узнаете, что такое ад!
Бойцы первой когорты сняли с предохранителей оружие. Космические десантники почуяли, что этот генокрад здесь далеко не один.
- Не волнуйтесь, братья, скоро мы пустим оружие в бой. Утопим предателей в их крови! Мстители узнают, что такое ад!
Заходя в громовой ястреб, Гир Торнтон бросил прощальный взгляд на атомные торпеды. Жалкие остатки, которые не успели обрушить на Ягеллон яростным пламенем опустошения, послужат прикрытием при возрождении ордена. Кровавые Кости восстанут из пепла, как когда восстали потомки Горгона. Раненные, но не сломленные, космические десантники не сдадутся.

Космический танец

"Третий ангел" выжидал. Когда пара крейсеров отделилась от основной ударной группы и кинулась вдогонку за медленным транспортом, в голове Гира Торнтона родился грандиозный план: отвлечь атакой флагмана корабли, отрезав их от более крупных собратьев, после чего ослепить ядерными взрывами ауспики и взять на абордаж с неожиданной стороны на громовых ястребах. Сейчас же атомные заряды ждали своего часа на астероидах на пути крейсеров, как и штурмовые челноки Кровавых Костей. Хронометр Гира медленно отсчитывал секунды, который наблюдал за сражением в космосе с астероида через стекло громового ястреба.
Флагман Кровавых Костей резко изменил направление движения, открывая огонь из дальнобойных лазерных батарей. Курс мастерски менялся раз в несколько минут. Машина беспрекословно слушалась лорда-капитана Арморбаума, который остался на корабле вместо лорда-командора. Даже Гир не координировал подобные маневры лучше.
- Это просто песня битвы. Жаль, что меня там нет. Император был бы доволен этим космическим танцем.
Пустотный щит прикрыл правую полусферу, когда крейсер Кровавых Костей, резко развернулся бортом к противнику. Кратковременный залп заставил противника сменить курс и перегруппироваться. Транспорт Гайдамаков мог с облегчением вздохнуть: теперь хищники, что так алкали крови совсем недавно, превратились в жертву.
Крейсер выпустил пару торпед. Грозное, но медленное оружие устремилось вперед. Гир не надеялся, что Неуловимые Мстители будут настолько неумелы в космических сражениях, что дадут попасть по себе торпедам, но маневрировать среди пояса астероидов и без того не легко, а с торпедами почти невозможно. Тем временем "Третий ангел" выбирал позицию для продолжения атаки. Крейсеры Неуловимых Мстителей попытались зайти к флагману с двух разных полусфер, левой и правой, беря корабль в тиски. Гир напряженно смотрел - какое решение примет Стирлинг?
Казалось, "Третий ангел" принял навязанную игру крейсерами Неуловимых Мстителей. Прячась среди астероидов, корабль плыл к своей участи. Предатели, наверное, потирали руки, радуясь не слишком изощренному плану, но Гир знал, что Арморбаум не так прост. Когда корабли буквально поравнялись и готовы были с двух сторон обмениваться залпами, пустотные щиты "Третьего ангела" внезапно отключились, высвобождая огромное количество энергии. Торнтон аплодировал решимости лорда-капитана 4-й когорты.
- А теперь полный вперед.
Будто повинуясь приказам лорда-командора, "Третий ангел" зажег маршевые двигатели на полную мощность. Они сияли, словно тысяча звезд и толкали корабль вперед с невиданной скоростью. Даже лазерные лучи не успевали за флагманом Кровавых Костей. Красные вспышки пролетали мимо астероидов в том месте, где мгновение назад был корабль.
- Осталось зайти в тыл и закончить начатое.
Гир еще раз глянул на хронометр: до подрыва зарядов оставалось всего несколько минут. Совсем скоро под прикрытием бури элементарных частиц шесть громовых ястребов Кровавых Костей устремятся к победе над предателями. Оба сердца лорда-командора забились с удвоенной силой.

Битва

Гир первым буквально вылетел из громового ястреба, расстреляв по пути пару сервиторов. План идеально был разыгран. Ни один челнок не взорвался от огня ослепших после атомных взрывов крейсеров. Конечно, часть пилотов рапортовали о повреждениях, но это не было угрозой для операции. Все закончилось более, чем успешно. 4-я когорта уже готовилась покинуть "Третий ангел", чтобы помочь Гиру и его бойцам разбить предателей в их логове. Оставалось только уничтожить капитанский мостик.
Кровавые Кости быстро заняли периметр и зачистили нижнюю палубу, но продвижение выше встретило серьезное сопротивление. Мастера засад и скрытых ударов и не думали сдаваться. Кровавые Кости несли серьезные потери, но все же продолжали двигаться вперед. Измазанный кровью врагов, Гир разрывал предателей в клочья, но этого было не достаточно. Неуловимые Мстители дорого продавали каждый дюйм. В какой-то момент, лорд-командор Кровавых Костей даже начал сомневаться, что принял верное решение, когда начал абордаж.
- Всем сосредоточиться в крупные группы. Сформировать единый мощный кулак и идти в атаку. Они уничтожают нас по одному, поэтому покажем им, что мы едины!
Гир Торнтон кричал в вокс. Его бойцы молниеносно адаптировались к новой тактике ведения боя. Теперь уже крупные группы зачищали дюйм за дюймом.
- Они используют знание проходов на кораблях. Так организуйте им новые ходы. Пробивайте мелтазарядами стены, вскрывайте перекрытия! После боя это будет уже наш корабль, а не их. И он будет построен так, как хотим мы, а не они!
Силы Неуловимых Мстителей дрогнули. Все их засады стали бессмысленны. Кровавые Кости с легкостью обходили их, пробивая проходы не через коридоры, а через кельи, технические помещения или вентиляционные шахты. Тем временем Гир неостановимой машиной смерти приближался к капитанскому мостику. Когда до логова врага оставалось пять сотен метров до носа добрался запах крови. Это были боевые братья. Лорд-командор пришел в ярость. Всего пара телохранителей смогла угнаться за ним.
Гир ворвался на капитанский мостик. Вокруг были трупы Неуловимых Мстителей, но больнее всего было видеть больше дюжины убитых Кровавых Костей.
- Братья!
Лорд-командор искал врага. В центре огромного помещения стоял измазанный в крови капитан предателей.
- Ты ответишь за все смерти! За "Громовержца"! За "Сокрушительного"!
Гир отбросил свое оружия и ринулся на предателя с голыми руками. Противник с радостью принял бой с оружием в руках. Серия мощных ударов чуть не лишила лорда-командора жизни, но усиленный аугметикой космический десантник сумел уйти от каждого. Гир поднырнул под рукой предателя. Теперь оба космических десантника стояли спина к спине, но командир Кровавых Костей уже поймал противника на противоходе. Оставалось только завершить начатое. Один мощный удар локтя в темечко поставил точку в битве, которая даже не успела начаться. Гир даже не знал имени бойца, которого только что чуть не убил и только гравировка на искусном доспехи открыла имя.
- Варх...
Лорд-командор словно выплюнул имя предателя.
- Как там 4-я когорта? Уже на корабле? Крил выжил? Ведите его сюда!

Мученик

Крил важно обошел распятого на аквиле капитана Неуловимых Мстителей. Циркулярная пила уже вскрыла череп, оголив мозг. Серый, опутанный красными сосудами сгусток не выглядел аппетитно, но Крил уже подвязывал на шее салфетку.
- Наконец кто-то стоящий. Уж капитан должен знать слабости остатков флота Неуловимых мстителей.
Апотекарий провел тыльной стороной ладони по щеке воина.
- Не волнуйся, милый. Это будет не больно.
В руках апотекария сверкнули столовые приборы. Крил важно поднялся по сваленным в кучу доспехам побежденных Неуловимых Мстителей. Теперь голова Варха была на уровне груди не слишком высокого апотекария. Вилка впилась в сочную мякоть плоти, а нож отсек кусок. Пленный капитан даже не поморщился.
- Вот видишь, я же говорил! Совсем не больно, ты даже глазом не повел. Я - доктор! Я знаю о чем говорю!
Маленький кусок мозга отправился в глотку.
Ферменты, выделяемые омофагией, расщепляли клетки мозга и высвобождали энергию нейронных связей. Тысячи слабых электрических импульсов возникали и затухали в уже начавшейся перевариваться плоти. Нейроны омофагии подхватывали эти электромагнитные колебания и отправляли эти сигналы прямиком в головной мозг. Перед закрытыми глазами Крила начали появляться мутные картинки.
- Нужен еще кусочек.
Пот выступил на лбу Варха, но он снова не издал ни звука.
Видения Крила становились все отчетливее и отчетливее. Бой. Космический корабль. Крики, боль.
Крил отрезал еще один кусок мозга. Эти картинки могли оказаться воспоминаниями неудавшегося абордажа на баржи Неуловимых Мстителей.
Еретики. Бесконечные толпы предателей. Дыхание Варпа. Это был ключ ко всей ситуации вокруг. Крил отрезал еще один кусок мозга...
- Стойте! Они невиновны! Срочно, в лазарет его!
Гир непонимающе глянул на Крила, но махнул рукой, чтобы остальные выполняли все его приказы.
- Готовьте капсулу для Древнего! Это меньшее, что мы можем сделать для этого мученика.
- Да что же происходит?
- Нас всех одурачили! Возрожденные из пепла! Они наш настоящий враг. Только что Варх рассказал мне, как провалился штурм их измененного Хаосом корабля. Это было...
Крил замолчал.
- Я должен искупить то зло, что мы только что совершили по неведению. Я прошу для этого бойца лучшего из Древних, что у нас остались. Он должен выжить, чтобы его братья знали, что нужно прекратить кровную вражду двух орденов космического десанта. Но в то же время он будет напоминать, что гордыня и слишком длинный может привести даже Адептус Астартес в бездну братоубийственной войны.
Гир молча кивнул апотекарию.
- А теперь связаться с Неуловимыми Мстителями. Мы оставим один крейсер как плату за оскорбление. Сравнение с мясниками не должно быть прощено. Но второй корабль они вольны будут забрать. Остановить зачистку. Мы теперь больше не враги.

Сообщение отредактировал HiveTyrant - 11.03.2018, 00:40


--------------------
Я не знаю слова "Проиграть". Только "Выиграть"... Ну и "Зачитерили".
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Йорик Железнорук...
сообщение 11.03.2018, 02:48
Сообщение #18


Greater Daemon
************

Warhammer 40,000
Раса: Daemons of Chaos
Армия: Undivided Legion
Группа: Куратор
Сообщений: 16 787
Регистрация: 20.01.2008
Из: Сектор Москва, северо-западный суб-сектор, мир-крепость Куркино.
Пользователь №: 12 375

Первое местоПервое местоСамый упоротый переводчик



Репутация:   7319  


На дуэль с Тираном по Костям и генокрадам.
Пролог: Словом можно убить.
Название: Война внутри, война снаружи
Сеттинг: Wh40k
Жанр: Боевик
Возрастные ограничения: 16+
Аннотация: Пока рыцари и титаны штурмуют крепость Крылатых Гусар, Мстители, из-за коварства Возрождённых-из-Пепла оказавшиеся на грани войны с Кровавыми Костями, вынуждены идти по следу исчезновений и измен, ведущему к на первый взгляд мирной планете. Найдут ли они ненавистного врага, и кто окажется добычей, а кто - охотником?

Челмруда – сегментум Темпестус, сектор Сецессио, система Ягеллон. Челмруда – первая планета от солнца, лишённая пригодной к жизни атмосферы, её поверхность раскалена и опаляется радиацией. Челмруда – планета шахт, рудников и подземных комплексов, чьё население превышает сто тысяч человек. Эта короткая сводка информации и орбитальные снимки планеты были всем, что мы знали об этом мире, когда туда отправились. Всё остальное, братья мои, было лишь догадками. Возможно, на Челмруде восстали сектанты, а быть может, там приложили руку отступники, с которыми мы сражались в первой битве в системе Ягеллон, те, кто называл себя Возрождёнными-из-Пепла, но нам стал известен как Бешеные Волки. С той же вероятностью мы могли столкнуться с заражением мира генокрадами или же с неизвестной угрозой, пробуждённой не в меру рьяными раскопками недр планеты. За годы службы на окраинах Империума мы видели и более странные вещи. Тристраш, Сновалишьдрова – такие названия ничего не скажут обывателям Империума об ужасах, с которыми сражались там их Ангелы Смерти, в архивах Инквизиции и других организаций, имеющих доступ к знаниям, они являются лишь одним закрытым делом среди многих, а для нас – источником понимания скрытых угроз. Такую же роль в нашей истории сыграла бы и Челмурда, как из-за ошибки при передаче и вводе данных стала называться планета в журналах капитула, если бы не коварство Волков и непредсказуемая природа врага. Первой веской причиной для подозрений стали…

- Астероиды, говоришь?
- Да, капитан, - кивнул смотритель ауспиков «Неусыпного ока». – Мы обнаружили вокруг Челмурды скопление обломков. По составу это главным образом скалы, не обнаружено никаких признаков руды или редкоземельных минералов, нет и признаков энергетического излучения, характерного для минного поля.
Вокруг гудели когитаторы, тихо переговаривались офицеры, а над голографическим столом висели два снимка Челмурды – архивный и только что сделанный ауспиками. Пётр мрачно смотрел на кружащиеся точки света, пытаясь понять, почему у него такое нехорошее предчувствие. Заживающий на лице шрам, оставленный цепным мечом одного из Бешеных Волков, чесался. Опять. Было ли дело в показаниях ауспиков, во время полёта к Челмурде время от времени замечавших «призрак», то появлявшийся, то исчезавший из поля зрения среди радиационных искажений? Астероиды. Откуда они взялись? Возможно, Крылатые Гусары сбили комету прежде, чем та оставила от их крепостных и что важнее шахт пылающий кратер, но ведь их могла и принести буря. Если так, то не небесные ли камни были источником безумия и порчи? Но авгуры не обнаружили ничего…
- Брат Савел, скажи, смог ли твой почтенный учитель увидеть что-нибудь сквозь завесу времени?
- Нет, капитан, - библиарий помедлил, подбирая слова. – Течения варпа здесь затихают, и даже вопли бури как будто далеки. Нет, - мрачно покачал головой Савел. – Нет, капитан, это совсем нехорошо, и я не телепат... У вас всё на лице написано. Прошлый раз, когда вой варп-шторма умолк, но сама буря ещё не развеялась, стал затишьем перед приливной волной ужаса. Как будто вся вселенная затаила дыхание перед часом рока и судьбоносных решений. Пока же… всё, что мы чувствуем от планеты - голод и стремление к звёздам. Хотя что ещё могут чувствовать шахтёры?
- Усталость, брат… не забывай, они лишь люди, а не космодесантники…
Со стороны когитатора раздалась пронзительная трель, а затем над столом возникли два новых символа. Оба находились позади астероидов. Первым был армейский войсковой транспорт, улетавший от планеты, однако вторым…
- Тьма Коракса, - выругался Варх, осознав, что видит перед собой. – Это же «Звёздный свет».
Крейсер типа «Тиран». Огромный экипаж, несколько километров длинны и мощные плазменные орудия, особенно опасные при бортовых залпах на ближней дистанции, пусть и не отличающиеся дальнобойностью. Из вокс-передатчика раздался треск помех, словно вторя мыслям капитана, а затем по мостику загремел уверенный и спокойный голос Серво.
- Братья, вот мы и обнаружили пропавшие корабли. Кем бы ни был неизвестный противник – еретиками-мятежниками, жертвами ксенозаразы или Бешеными Волками, мы не можем оставить такой грозный корабль в их руках. Цефар, заходи к крейсеру с правого борта, а затем в тыл, пока я свяжу его боем. Варх, задача твоей роты – не дать тому транспортнику или какому-либо другому кораблю уйти, а также прикрыть нас. Готовьтесь к абордажным боям. Если Волки здесь, то они не упустят возможности ударить…

Мостик боевой баржи «Незримый страж», пять минут до начала битвы за Челмурду
Над голографическим столом парит изображение вышедшего на связь командира «Звёздного света».
- …достопочтенные Астартес, неужели вас поразило безумие? Нам поручено обеспечение безопасности планеты, важнейшего источника прометиума во всей системе. Во имя, - из вокс-рупора доносится треск помех, изображение рябит, - Императора зачем вы идёте на нас, готовясь к атаке? Остановитесь, пока ещё не поздно!
Иван Серво молча и внимательно смотрит на изображение, словно пытаясь через творения механикумов и пустоту заглянуть в душу человека, а затем его лицо кривится в злой усмешке.
- Слушай, парень, ты ведь не ждал, что я поверю, что капитан имперского флота за долгие годы своей службы не приказал себе пошить мундир по размеру, а? Ты мог бы обмануть какого-нибудь незадачливого Кулака, но нас с самого приёма в капитул учат замечать детали. И вот ещё одна забавная деталь, - Иван взмахивает рукой, вызывая над столом проекцию сводки данных о «Звёздном свете», - видишь ли, я знаю, что настоящего капитана твоего корабля звали Гней Децим… Так что, «Жихар», ваш маленький мятеж раскрыт. Сдавайтесь по-хорошему, и, может быть, даже останетесь живы, или нам вас всех убить, а?
Лицо Жихара, на котором до этого успели смениться выражения ошеломления, гнева и горечи, замирает. В его взгляде появляется нечто чуждое, нечеловеческое, видное даже на голографической проекции.
- Вам никогда не добраться до Челмруды, - в голосе появляются странные нотки, - Жизнь за… - связь обрывается. Над голографическим столом проекция «Звёздного света» начинает разворот, направляясь к поясу астероидов.
- Открыть огонь! – отдаёт приказ Иван Серво, и битва за Челмурду начинается.

Один крейсер Имперского Флота против двух боевых барж Астартес. Ослабленный экипаж мятежников против двухсот превосходно подготовленных и вооружённых до зубов космодесантников, лучших воинов Императора. В обычной ситуации исход такого боя был бы решён ещё до его начала, однако в начавшемся космическом сражении не было ничего обычного. И «Незримый страж», и «Крыло ночи» пострадали в уже прогремевших в системе Ягеллон битвах, их корпуса покрывали шрамы, оставленные орудийным огнём. Вокруг особенно большой пробоины в борту трофейной боевой баржи экипаж даже был вынужден опустить переборки, чтобы избежать разгерметизации корабля. Беззвучно выли излучатели, извергая энергетические разряды в пустоту, а космодесантники на борту барж и ударных крейсеров проверяли оружие. Мстители приближались к поясу астероидов, готовясь как к преследованию паникующего противника, так и к прорыву из западни, возможно поджидающей их среди одному-Императору-известно-откуда взявшихся скал. Однако Мстители не учли вероятности того, что ловушкой могут быть сами астероиды… И когда преследующие транспортный корабль мятежников ударные крейсера вошли в опасный участок космоса среди медленно летящих громадных камней, когда прогремели первые выстрелы бортовых орудий с целью пробить более быстрый путь к бегущей цели… Ловушка захлопнулась.

В тот роковой час я был в одном из арсеналов «Неусыпного ока», братья, и пересчитывал обоймы к болтеру. Обычная практика среди воинов, когда-либо сражавшихся с численно превосходящим врагом, знающих, что патронов много не бывает. А я, Император свидетель, успел повоевать и с зеленокожими, и с тиранидами там, где мы уничтожили Аз-Коатль. Я помню, как протяжно завыли сирены, а по палубе прошла дрожь от выстрелов орудий. Тогда я подумал - вот Бешеные Волки и сделали свой ход… пора отплатить ублюдкам за всех погибших братьев и шрам от челюсти до уха… Знаете, в дни после абордажа «Calumnia» мы исследовали их модифицированные доспехи и нашли слабое место. Участки облегчённой брони. Кем бы ни был магос, создававший эти доспехи, он явно рассчитывал на использование преимуществ Волков – гнева, быстроты, свирепости, на яростный натиск, а не долговременную оборону позиций. Едва ли он мог принять во внимание возможность, что в его творения кто-то станет стрелять болтами «Адское пламя» - особым оружием, не так давно разработанным против тиранидов и содержащим в себе кислоту, крайне едкую, мутагенную, разрушающую связи тканей и рвущую врагов изнутри. Благодаря генетической нестабильности Волков последствия прямого попадания могли оказаться воистину ужасающими и привели бы к уничтожению геносемени даже в случае выживания цели... Но, увы, нашими врагами оказались вовсе не эти коварные еретики, погрязшие в чёрном колдовстве, нет… Я бежал по коридору к ангару «Ястребов», когда из вокса раздались два слова, изменившие всё. «Код: Истваан». Внезапная атака противника, превосходящего числом и по огневой мощи. Приказ рассредоточиться, опознать врага и задержать молниеносными ударами и отступлениями на установленный срок, в случае отсутствия дальнейших приказов – прорываться с крейсера, в случае отсутствия возможности – заставить врага умыться кровью. Роман взмахнул рукой, выводя на линзы шлема изображения с камер, замер, словно не веря своим глазами, а затем перебросил одно из них на наши дисплеи. Тогда я и увидел их. Безжалостных. Неудержимых. Яростных. Истребляющих всё живое на своём пути. Воинов, созданных, чтобы быть не защитниками людей, не охотниками, выслеживающими угрозы среди забытых звёзд, но воплощениями разрушения… Кровавых Костей.
- Считайте, что это Железные Воины, - голос сержанта вырвал меня из секундного оцепенения. – Влад, ‘циклом к арсеналу. Хватай все бронебойные болты, какие сможешь унести, и выдай мельты погибших матросам. Бегом! Остальные – за мной. Устроим им огневой мешок в третьем отсеке.


Это моя вина.
Пётр Варх словно со стороны наблюдал, как он отдаёт приказы отделениям и командами безопасности, проводит оценку происходящего и определяет вероятную численность врага. Около трёхсот десантников. Ветераны, судя по огромной тени, мелькнувшей на камере – даже терминаторы. Принять открытый бой – самоубийство. Подкреплений не будет – за мгновения до ядерных взрывов с «Вечного возмездия» пришло сообщение об атаке, а баржи заперты в астероидном поясе между крейсером еретиков и «Третьим Ангелом». Взорвать корабль? Невозможно. Первое, что сделают Кости – захватят реактор. Решение – использовать сильные стороны Мстителей... Всё, чего Кости не будут ожидать.
Это моя вина.
Простые слова, набатом гремящие в сознании вновь и вновь, слова, которые капитан тщетно пытался загнать на задворки мыслей, зная, к чему сомнения привели его прародителя – Коракса, сломавшегося, бросившего Империум, забывшего о долге. Долге…
- Ждан, запускай протокол искажения информации, - произнёс вслух Варх.
«Это моя вина. Если бы я исполнил свою задачу и взял штурмом «Calumnia» или хотя бы взорвал двигатели проклятого корабля, всё было бы иначе…», - прогремел осуждающий голос в его разуме.
Ледоруб кивнул и закрыл глаза, подключаясь к хранилищам данных. Одновременно заработали два протокола – первый стирал информацию и следы работы второго, в свою очередь меняющего мельчайшие подробности звёздных координат и названий. Изменения, крошечные, неуловимые, полностью искажали суть так, что если бы кто и попытался по ним проследовать, то вместо родного мира Мстителей бы угодил в другой сегментум, а может быть вообще в чёрную дыру или какую аномалию пространства и времени похуже… Вокруг уже занимали позиции десантники из командного отделения, а технодесантник пробуждал автоматические орудия, но Варх понимал, что вероятность его выживания в следующие часы ничтожна. Пускай. Сейчас важнее всего было не дать Кровавым Костям узнать, где находится их родной мир. А дальше…
Это моя вина. Но я не отступлю и исполню свой долг, сражаясь, а если умру, то умру достойным места в Вечном Дозоре.

Итак, перед вами один из залов ударного крейсера, непримечательный ничем, конечно, насколько что-то вообще может быть непримечательным на корабле Адептус Астартес, кроме разве что множества вокс-рупоров. На одной его стороне наспех созданные баррикады, из-за которых сервы из команд безопасности отстреливаются от наступающего врага. Они обучены лучше, чем любой боец войск планетарной обороны, лучше, чем многие бойцы Имперской Гвардии, но этого недостаточно. Их противник - космодесантники, которых не остановить меткими выстрелами лазерных винтовок, воины, не чувствующие боли, способные прорвать любую оборону. Кровавые Кости врываются в зал через выбитые двери, стреляя из болтеров и обещая отправить всех в ад за предательство, которого никто не совершал, за ложь, в которую поверили сыны Горгона. Бойцы КБ прячутся за баррикадами, закрывая глаза и уши, Кровавые Кости переходят на бег…
Позади них взрываются два заложенных пиропатрона, и падает аварийная переборка, выполненная в виде цельной глыбы металла, отрезая зал от уже занятых захватчиками отсеков. Кровавые Кости оглядываются, и в наступившей тишине раздаётся глухой удар – это один из Сынов Горгона, не успевший ворваться внутрь, врезается в переборку головой. Затишье продолжается недолго. Из рупоров вырывается вой Космических Волков, пронзительный скрежет круутов, вопли бесчисленных тиранидов, гортанный рёв орды зеленокожих… Самые резкие и жуткие для людей звуки, которые Мстители когда-либо слышали в Галактике из тех, что не несут моральной угрозы. Какофония не призвана испугать Кровавых Костей, космодесантников, не ведающих страха и слишком разъярённых, чтобы думать о самосохранении. Нет, её цель – лишь сбить с толку. Люмены в потолке на мгновение гаснут, а затем вспыхивают с такой силой, что разлетаются на части. Вспышка так ярка, что смотрящий на неё смертный бы ослеп, даже авточувствам космодесантников нужно время, чтобы вновь начать работать в полную силу. Время, которого у Кровавых Костей нет. Потолок взрывается, и взбешённые потомки Коракса обрушивают на невольных предателей свою ярость.

Использовать прыжковый ранец внутри корабля – едва ли благоразумно, но у Азара нет времени его снимать. Всё происходит слишком быстро. Использовать его в прыжке с пробоины в одной палубе на другую..? О, это истинное безумие. Но такой уж выдался день… В последнее мгновение штурмовик делает рывок влево, меняя угол падения, и сотни килограммов генетически усиленных мускулов, керамита, пластали и адамантия подобно молоту ярости Императора обрушиваются на хребет одного из сынов Горгона. Раздаётся треск. Азар катится по полу, а затем, вскочив, всаживает в голову врага болт – для надёжности. Всё это время засевшее наверху отделение Романа не прекращает стрелять, и бронебойные снаряды взрываются в телах Кровавых Костей, ломая аугментику, по полу течёт кровь и машинное масло. Штурмовик отшатывается, уходя от нанесённого вслепую удара сына Горгона, а затем хватает за руку и делает рывок вперёд. Меч сержанта с обгоревшей аугментикой вонзается в спину его же воина, и сыны Горгона кричат. Один от ярости, захлёбываясь машинной кровью, другой от ликования, а затем, когда наконец-то начинают работать фильтры, от горя. Быстрым взмахом меча Азар выбивает пистолет из руки сержанта вместе с четырьмя механическими пальцами, но сын Горгона успевает отбить следующий. Если бы взгляды могли убивать, то Мститель уже был бы мёртв – с такой немыслимой ненавистью на него смотрит один из Кровавых Костей.
- Ты… ты, вероломный ублюдок…
- Теперь ты видишь, да? Каков отец, таков и сын, - Азар улыбается, зная, что это поразит предателя больнее любой раны. – Вы пытаетесь избавиться от слабости, заменяя части себя механизмами, но ваша слабость не в телах, а в разумах. Эта слабость – слепая ярость, гнев, затуманивающий рассудок и позволяющий другим использовать вас. Как это сделали Возрождённые-из-Пепла. Здесь. Сегодня. Вы стали их пешками и заплатите за это… кровью Горгона, - Азар разводит руками.
Разъярённый сержант бросается на него, подняв клинок над головой, словно серп жнеца, готовящегося рубить колосья. Оскал его металлической челюсти – лик самой Смерти. Едва ли воин Кровавых Костей понял урок – слишком сильно желание уничтожить цель, покончить с теми, кто на этот раз и в самом деле убил его братьев … Штурмовик припадает на колено, закрываясь мечом, а его пальцы сжимаются на рукояти. Клинки сшибаются, сыплются искры, под нечеловеческим напором сына Горгона серп приближается в лицу Мстителя… но затем Азар вонзает в голову врага кинжал, проходящий от подбородка до мозга. Сержант отшатывается и начинает биться в конвульсиях, кровь в его рту закипает и вырывается красными брызгами. Следующим ударом Азар отсекает ему голову.
- Сказал ведь, каков отец, таков и сын.
- Закончил ломать комедию? – мрачно спрашивает по воксу Роман. – Другие их отделения приближаются.
- О да, - Азар оглядывается по сторонам. Все Кровавые Кости мертвы. Выжившие бойцы КБ отступили, как и его братья-штурмовики. Александр мёртв – похоже, задело случайным выстрелом. Судя по шипению, сыны Горгона пытаются проплавить себе путь внутрь. Штурмовик включает прыжковый ранец и взмывает к потолку, исчезая среди теней. Когда Кровавые Кости вновь прорвутся в зал, их будут ждать лишь трупы, да нацеленная ракетная пусковая установка, а потом не останется ничего кроме тьмы…

Ударный крейсер «Вечное возмездие», запись камеры в Зале Героев
Повсюду дым. Палуба трясётся. Грохочут выстрелы. Стена раскалывается, и внутрь, ломая статуи, врываются два гиганта – оживший колосс из адамантия и керамита, железа и гнева, и чудовище из самых зловещих кошмаров, созданное из плоти, крови и генетической порчи. От полного ярости механического рёва дредноута и воя аберрации содрогается воздух. Гиганты движутся быстрее, чем можно ждать от созданий столь огромных. На броне дредноута видны вмятины, оставленные ударами молота, из ран на теле жуткого генокрада хлещет ихор. Одна из лап монстра сломана и висит безвольной плетью.
- Томааашш Цеепошшш! – рычит чудовище, неловко шевеля челюстями, наружу летят брызги слюны.
На разорванном когтями наплечнике дредноута сквозь летящие из трещин искры можно различить буквы «С», «А», «Л», «Н». Чудовище замахивается лапой, но «Контемптор» перехватывает удар штурмовой пушкой. Вероятно, повреждён зарядный механизм, а может быть закончились патроны? Крутящиеся стволы бьются о хитин. Аберрация подаётся вперёд, широко раскрыв пасть.
- Мэня нэ сожралы псы Кхорна, твар, и ты подавышся!
Из не дающей аберрации ударить молотом второй руки дредноута, громадного силового кулака, вырывается пламя. Полный ярости рёв чудовища сменяется воплем муки, а затем «Контемптор» шагает вперёд, нанося удар единственным ещё не пущенным в ход оружием – «головой», установленной на корпус для облегчения восприятия поступающей информации. Если удар сенсорного узла о полную клыков пасть и причиняет боль дредноуту, то он не подаёт виду. Огонь прогрызает себе путь через хитин, начиная жечь мягкие ткани. Аберрация отпрыгивает назад, вырываясь из когтей «Контемптора». Железный гигант бросается на врага, едва заметно припадая на одну из ног. С каждым его шагом палуба содрогается. Генокрад прыгает на него, сжимая в когтях молот, и исполины врезаются в статую Ягатая-хана, стоящего с тальваром, поднятым над головой. Изваяние примарха рушится, во все стороны летят осколки камня. Гремит взрыв, над обломками взмывает клубы дыма. Звуки ударов и полные ярости вопли не утихают. Наконец, когда изображение более-менее проясняется, то становится видно с трудом поднимающегося «Контемптора», опирающегося на ствол пушки, как на костыль. Его броня расколота так, что в одном месте сквозь пробоины виднеется саркофаг. Когти силового кулака судорожно сжимаются и разжимаются. Позади среди обломков лежит труп генокрада. Его голова оторвана, а из правого плеча торчит каменный тальвар.
- Кто… кто слэдующый?
Раздаётся шипение…

Что происходит, когда неудержимая сила сталкивается с препятствием, к которому не может прикоснуться? Когда яростный воин сражается с врагом, которому не может навязать бой, противником, бьющим из теней, исчезающим прежде, чем на него обрушивается сомкнутый кулак? Будь штурмующие «Неусыпное око» враги последователями Кровавого Бога, то возможно погибли бы все, гоняясь за призраками и погибая от болтов в затылок. Но сыны Горгона продолжали действовать методично даже тогда, когда их сжигала ярость, ни одна уловка не работала дважды. Вокруг выживших братьев медленно и неумолимо сжималась петля. Наше время было на исходе. С мостика больше не было приказов. Вероятно, капитан погиб. Все штурмовики, кроме Азара, пали в неистовом ближнем бою, чтобы дать нам время отступить. Наш отряд тоже понёс потери. Первым погиб Яромир, изрешечённый огнём из тяжёлого болтера. Скверная смерть, но хотя бы быстрая. Затем Кости настигли нас, когда мы брали обоймы в арсенале. Ублюдки прострелили ноги Марку, болт разминулся с моей головой на расстояние не больше лезвия ножа. Мы отбросили первую атаку, но уже слышали грохот шагов – приближались терминаторы. «Бегите, братья» - выдавил Марк. На лице его застыла кривая усмешка. «Я их задержу». Мгновение я не понимал, о чём он, а затем увидел в руке брата детонаторы. Проклятье… если бы был другой путь… но его не было, да и каждый из нас поступил бы так же. Сержант отдал приказ. Мы бежали, не оглядываясь даже тогда, когда позади прогремел взрыв, и наши спины опалила стена огня. Должно быть, так же чувствовали себя Гвардейцы Ворона, бегущие из ургалльской низины. Говорят, что тогда они продержались девяносто восемь дней против легионов, а наша битва продлилась считанные часы, ну так ведь и крейсер поменьше планеты… Воины Коракса скрывались в лабиринте ущелий и пещер, пока не пришла подмога, наш же план был попроще – прорваться к ангару. В конце концов, мы уже использовали против проклятых Костей все виды тактики, кроме прямой атаки, честного удара лоб в лоб – уж это-то для них должно было стать сюрпризом, а? Сержант прикинул, что основные силы сынов Горгона пытаются выследить нас среди залов вокруг хребта корабля, поэтому охранять ангары осталась бы пара отделений. Так и вышло…
Но чего он не предвидел, так это того, что когда мы доберёмся до «Ястребов», там уже будет идти бой. Не зря говорят, что великие умы мыслят одинаково, а простые редко по-разному…


«Шквальный огонь. Ревущее вокруг пламя. Всюду враги, причём не какие-нибудь зеленокожие, а жаждущие убить меня космодесантники. Будто я так и не покинул проклятый корабль…» - безумная мысль мелькает в сознании Сандра, когда он рискует высунуться из-за горящего обломка крыла. Он стреляет, не целясь, а затем вновь пригибается. Рядом лежит Тур… ну, то, что от него осталось после плазменного разряда в грудь. Теперь Сандр - последний выживший из отделения, а возможно и из всей роты. Он знает, что умрёт, но захватит с собой в могилу пару обманутых чернокнижниками безумцев. Живьём им его не взять… Внезапный треск помех приводит его в чувства. Статика? Нет. Сандр моргает, переключая каналы связи.
- Готовьтесь. Атакуем через пять секунд.
Гремит взрыв, а затем с новой силой ревут болтеры.
- Вперёд! – вновь раздаётся по каналу связи голос. – Убивайте ради живых и в отмщение за мёртвых!
Сандр поднимается из укрытия, двигаясь почти инстинктивно, и болтер содрогается у него в руках. Он видит, как на зажавших его в ангаре Кровавых Костей обрушиваются Мстители, и ангар содрогается от бури дребезжащих ударов и искрящего металла. Сейчас Сандр слишком близко подошёл к Пепельной Слепоте, и не может вспомнить имена братьев, но знает их истории. Все они – последние. Он бежит, прыгая через топливные шланги, и ни на мгновение не перестаёт стрелять. Нет смысла беречь патроны. Победа или смерть! Снаряд попадает по касательной в плечо, толкая его в сторону. В яростной схватке гибнут и Мстители, и Кости. Сандр видит, как одинокий штурмовик, чей меч сломан, а пистолет опустел, взмывает к потолку, ломая врагу шею, а затем сбрасывает его в бушующую схватку, и как разлетается на части голова одного из его братьев. А затем прямо перед ним оказывается сын Горгона, отвернувшийся, пытающийся отследить других. Пепельная Слепота опускается вновь, и на этот раз Сандр не борется с ней. Он приходит в себя спустя считанные минуты, но они кажутся вечностью. От одной его руки осталась лишь культя, в другой зажат боевой нож, вместо головы лежащего перед ним сына Горгона – месиво. Через мгновение Сандр понимает, что слышит не шум боя, а тишину. Даже пламя погасло. По металлу расходится корка льда. Палуба дрожит. Потолок над проходами к ангару рушится. В следующее мгновение над головой Мстителя пролетают окровавленные куски мяса и со стоном впечатываются в стену... Потрясённый Сандр понимает, что видит перед собой двух сынов Горгона, из которых вырвали всю аугментику. Затем он замечает стоящего у рухнувшего коридора Савела.
- Теперь вы действительно Кровавые Кости… - библиарий падает на колени, из ушей его идёт пар, а кристаллы в психическом капюшоне сверкают так, что больно смотреть. – Да, я тоже рад вас видеть. Помогите встать. И, Трона ради, кто-нибудь, поднимайте «Ястреб»! Времени в обрез. Ублюдки наловчились плавить стены…

Так мы и вырвались с крейсера. Семеро, братья. Из всей роты выжило семеро десантников. Мне, сержанту Роману, Виктору и Сандру (парень, похоже, родился в чёрном панцире, ведь это уже вторая безнадёжная битва, которую он пережил) удалось добраться до штурмовых кораблей и взлететь до того, как Кровавые Кости нас заметили. Вместе с нами с корабля вырвались Азар из восьмой роты и Савел из библиариума. Как мы узнали позднее, Богдан, отрезанный от остальных и истекающий кровью, скрылся в туннелях, где и впал в анабиоз. Там его и нашли, когда ложь раскрылась, и отдали нам. Из размещённых на борту «Вечного возмездия» братьев выжил лишь Горан. Говорят, там было хуже, чем на космическом скитальце. Ужасно, но такова жизнь… Все мы, космодесантники, были созданы для войны. Ради борьбы человечества за само выживание против любых угроз. Любых чудовищ, приходящих из внешней тьмы или сумрака наших сердец. Не будь Ереси, мы бы пережили своё предназначение, и быть может, нашли бы себе новое. Но теперь? Среди нас есть те, кто верит, что однажды надежда вернётся, воспрянет из пепла и спящий король поднимется с трона, есть и те, кто убеждён, что после смерти станет частью дозора, хранящего души от истинных кошмаров, но я десантник простой. Я верю в стратегию и тактику, сабатоны на земле и врага в прицеле. В болтеры и кровь, инициативу и находчивость. И теперь после этой битвы, когда гордости двух разъярённых Астартес в час подлости и коварства оказалось достаточно, чтобы два капитула космодесантников сошлись в братоубийственной бойне, я знаю, что нас ждёт в будущем.
Война внутри, война снаружи.
Бесконечная война.


Сообщение отредактировал Ггиийорр Агирш Авгёрч - 12.03.2018, 01:27


--------------------
Хех.
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 12.03.2018, 06:45
Сообщение #19


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Ягеллон в сумерках


Авторы - Dammerung, Miralynx, CTEPX


В потаённых лабораториях транспортного корабля "Железо" было тихо и темно. Лишь ритмично поблёскивающие огоньки когитаторов освещали ложемент, на котором распростёрлась человекоподобная фигура, да изредка парящие рядом сервочерепа проводили по ней своими красными глазами-сканерами. То и дело раздавался скрип, сопровождавший постукивание самописца, и очередная порция пергамента, испещрённая символами техно-лингвы, ложилась на стальной поднос на стойке у ложемента. Если бы в помещении присутствовал посторонний, то рано или поздно он увидел бы длинные ряды коек, теряющиеся во мгле зала, опознал на них распростёртые человеческие тела и подивился бы работе Иона Кси Глориоссиса. Но в святая святых Механикус "Железной Смерти" не допускали посторонних, и некому было помешать солдатам Крига видеть свои последние сны перед пробуждением.
В назначенный час открылась дверь, и в потоке света в апотекарион вошла Рейтина Веррокс, сопровождаемая почётным караулом из воинов-скитариев. Даже полковому комиссару не позволено было свободно перемещаться по тем частям корабля, где тайны Механикус могли быть стать достоянием непосвящённых.
- Технопровидец Ион Кси Глориоссис, я пришла удостовериться, что ваши опыты не поставили моих солдат в опасное положение! - раздался резкий голос, выдающий привычку комиссара Веррокс встречать повиновение среди слушателей. В ответ на это во мраке зала блеснули окуляры оптических приборов, и в помещении апотекариона внезапно вспыхнул яркий свет. "Несомненно, это было продумано" - подумала комиссар, стараясь не щуриться, - "плоть слаба, и так далее".
- Чем могу быть полезен... госпожа комиссар Рейтина Веррокс?
Манеру этой шестерёнки говорить негромким невыразительным голосом комиссар ненавидела от всей души, равно как и немногословность. Последнее качество она ценила в своих солдатах, но уж никак не в том, кто должен был следить за исправностью той немногочисленной прослойки криговцев, предназначенных для специальных операций.
- Полагаю, вас интересует психическая стабильность единицы номер восемьдесят пять и его подчинённых? - задал вопрос техножрец, и, разумеется, угадал - Рейтина Веррокс энергично кивнула. В текущих обстоятельствах других вопросов у комиссара, как политического офицера части, быть не могло. Штурм дворца предательницы Ядвиги дорого дался "Айзентоду"...
- Объекты, представленные на анализ, находятся в удовлетворительном состоянии и пригодны к выполнению поставленных задач. Необходимое аугментирование произведено, уровень отторжения в пределах нормы. Подробности вам знать ни к чему - они бессодержательны без наличия соответствующих знаний.
В такие моменты подозрения комиссара, что на самом деле официальная структура командования корпуса - всего лишь прикрытие, становились убеждённостью. В такие моменты Рейтина Веррокс была уверена, что на самом деле всем в "Айзентоде" управляет вот этот вот невзрачный техноадепт с минимумом модификаций, а её присутствие - не более, чем дань уважения сложившемуся порядку со стороны адептус механикус. Но в отсутствие доказательств устраивать разбирательство было нецелесообразным, поэтому дальше подозрений комиссар пока не продвинулась. "Да и зачем? - иногда спрашивала она себя. "Железная Смерть" выполняла свой долг на зависть иному кадианскому полку - просто, эффективно и без затей. Удар за ударом, победа за победой... пусть и в духе криговцев. Проблемы начались с появлением Восемьдесят Пятого штурмового батальона, который возник случайно, когда корпус по праву присоединения подобрал несколько сотен беженцев. Обычно ряды подразделений с Крига крайне редко пополнялись не из числа уроженцев этой планеты, но в этот раз техножречество вцепилось в генерала Ротбранда мёртвой хваткой, и тот вынужден был уступить. Ценой сделки, похоже, были эти машины, в железных объятиях которых теперь лежали неподвижные тела в чёрных шинелях с жёлтыми опознавательными знаками. Откуда они взялись? Документов комиссару никто не предоставил. Техножрецы просто отсылали её к своему непостижимому начальству, а Ион Кси Глориоссис прекрасно представлял себе полномочия руководителя техножречества в корпусе, и потому в разговорах с комиссаром был немногословен, а порой откровенно хамоват. Таким образом, Восемьдесят Пятый штурмовой успешно существовал, хоть и менялся в составе, и вовсе не собирался становиться мёртвой цифрой в архивах Корпуса, как восемь десятков его предшественников. Кто получал гипнообучение в приоритетном порядке? Солдаты Восемьдесят Пятого. Кому выделялась большая часть специального снаряжения и трофеев? Солдатам Восемьдесят Пятого. Техножрецы могут сколько угодно играть в свои игрушки, но когда они заиграются, ересь и предательство будут пресечены самым решительным образом!
- Если ваше любопытство удовлетворено, госпожа единица два (Рейтина могла поклясться, что шестерёнка выделил интонацией обращение к ней!), то ваше присутствие здесь нецелесообразно.
Воспитанника Оффицио Префектум сложно смутить холодным приёмом. За несколько мгновений, что потребвалось адепту для высказывания в недолюбливаемой механикусами вербальной форме, ответ сложился в сознании комиссара, прошёл одобрение и был выдан собеседнику:
- После недавних событий вы подвергли аугментации единицу номер восемьдесят пять и несколько десятков его подчинённых различного звания. В чём причина того, что вы пошли на такой рискованный шаг, когда решимость солдат могла оказаться подточенной увиденным?
Комиссар сильно рисковала. Политическая благонадёжность криговцев была в Империуме притчей во языцех, да к тому же в случае с "Железной Смертью" была в компетенции самой Рейтины Веррокс, но вопросов накопилось много, и на них требовались ответы.
- Аугментация единицы номер восемьдесят пять произведена по его собственному волеизъявлению и с одобрения генерала Ротбранда, - был ответ. На несколько томительно длинных секунд повисла пауза. Первой не выдержала комиссар.
- Номер Восемьдесят Пять присоединился к "Айзентоду" совсем недавно. Он не криговец. Я лично обвинила его в трусости и некомпетентности, когда он был подобран в астероидном поясе! В его личном деле присутствуют обвинения в трусости и некомпенентности, и недавний бой на Литуане ничего не изменил! Объясните мне, адепт, в чём причина столь поспешной аугментации?
Она знала ответ ещё до того, как Ион Кси Глориоссис открыл рот. Разумеется, он солгал. Разумеется, он пытался запутать её обилием фактов. Но это было только на руку Рейтине Веррокс, которой было достаточно устного признания техножреца, что возможность порчи после событий на Литуане присутствовала. После этого от личного присмотра со стороны комиссара Восемьдесят Пятый не могло спасти ничто в ягеллонской звёздной системе. Уходя, комиссар старательно прятала торжество во взгляде. Трусость, тем более со стороны командного состава, была непростительна, и уж она-то проследит, чтобы статья 8055/14 пункт "в" была применена вовремя. В возможности машин гипнообучения исправить мотивацию уже сложившейся личности она не верила ни на грош.
У комиссара Рейтины Веррокс не было глаз на затылке. Она не могла видеть, как улыбнулся ей вслед Ион Кси Глориоссис - скромный техножрец, по велению которого творились вещи, настолько непостижимые для обычного человека, что выглядели как колдовство. Впрочем, это и было техноколдовство.

Кто-то из космодесантников, оценивая состояние Ягеллона после орбитальной бомбардировки, метко сравнил его с сумерками, предшествующими ночи и забвению. Пожалуй, так они и было для Яноша Костюшко, одного из незначительных панов, в одночасье утратившего имущество, семью и желание жить. Терзаемый кошмарами, он проснулсяв холодном поту посреди лагеря беженцев, и ощутил ужасную сухость во рту. "Воды, умоляю" - шептал он, с трудом находя в себе силы протолкнуть слова через пересохшее горло, но сегодня никто не поделился бы с ним скудными запасами, и Яношу пришлось проталкиваться сквозь людскую толчею, чтобы выбраться за стены лагеря, к реке. Спотыкаясь и слепо шаря перед собой руками, несчастный ягеллонец побрёл туда, куда направили его товарищи по несчастью, не замечая, что неподалёку кипит бой. Вожделенная полоска воды приближалась так медленно... Продравшись через полёгшие камыши, едва не утонув в грязи, он рухнул на колени в прохладные воды Немизи и принялся жадно пить. Вода была мутной, но страдающему от жажды человеку показалась невероятно вкусной. Когда вернулась способность видеть и соображать, Янош Костюшко с ужасом увидел, что бой теперь идёт на территории лагеря беженцев, а неподалёку сгрудились у реки боевые машины в цветах Корпуса Смерти. "Они что же... набирают воду?" - догадался ягеллонец, - "но зачем?". Изумление ушло, словно унесенное водами Немизи: это были враги, и нужно было спасаться.
Несколько мгновений Янош Костюшко колебался. Его терзало смутное желание пригрозить врагам хотя бы кулаком, но, видя замерших у боевых машин всадников, он невольно задумался о своей судьбе и странном сне, увиденном недавно. Янош был религиозным человеком, и теперь, напившись вволю, мучительно соображал, стоит ли маленькая дерзость его жизни... Осторожность победила. Бывший пан смирил свою гордость, и остался в живых, не ведая, что солдатам "Айзентода" было приказано не трогать гражданских, если они не проявляют агрессии. Увязая в грязи, под безразличным взглядом солнца, укрытого пыльной пеленой, Янош Костюшко побрёл в тыл своих СПО, напряжённо обдумывая увиденное во сне. С каждым шагом в нем крепла уверенность, что Император послал ему вещий сон.
Он шел большую часть вечера и ночи, отличавшейся от дня только тем, что было еще темнее. Стараясь не нарваться на кавалерию противника, он держался в стороне от толп беженцев, в панике бежавших после вчерашнего побоища, и прятался в лесу, словно зверь, когда враги настигали жителей Ягеллона и начинали их сгонять, словно собаки овец. Его не трогали разворачивающиеся в ночном лесу сцены, ведь в его жизни вновь появилась цель - предупредить Крылатых Гусар о грозящей им завтра беде. Янош не понимал увиденных во сне образов, но инстинктивно чувствовал их важность, и упорно брёл к своей цели. Уставший, выбившийся из сил, он заметил всадников, скачущих к нему, слишком поздно.
Земля задрожала под копытами коней, и несколько тёмных фигур окружили его, угрожающе наставив копья. Бедняга даже не успел испугаться, когда случайно пробившийся лучик солнца блеснул на доспехах и оружии, и вместо страха его сердце горячей волной затопила радость: блестящие доспехи! Яркие цвета! Свои! Мешая благодарности Императору и всем ягеллонским святым, пан Янош Костюшко принялся объяснять, что он должен сделать, держась за стремя самого богато вооружённого всадника, словно холоп. Вместо ответа командир всадников брезгливо оттолкнул грязного и измождённого человека ногой, обутой в щегольский сапог, и пришпорил коня, оставив Яноша Костюшко в горестном недоумении. Откуда было бедняге знать, что чудовищное убийство, вызванное планетарной бомбардировкой, наводнило Ягеллон таким количеством ясновидцев, прорицателей и вещунов, что теперь от их слов не шарахались разве что самые отчаявшиеся.
Ещё три раза пан Костюшко попытал счастья, и всякий раз был с пренебрежением отвергнут. Наконец, кто-то из ополченцев сжалился над ним и поделился сухарём, глотком воды и рассказом, что неподалёку слышали новость: Ангелы Ягеллона выступили из своей твердыни, чтобы самолично покарать наглых вторженцев, и всем силам планетарной обороны приказано очистить местность и не мешаться под ногами. Поблагодарив доброго человека и лишившись надежды, Янош Костюшко позволил увлечь себя толпам беженцев, стремившихся убраться подальше от места схватки. Рев двигателей застал его в стремительно пустеющем лагере.
Стремительные и грозные, сверкая полированными доспехами и яркими украшениями, неслись Крылатые Гусары мимо лагеря на своих великолепных скакунах. Казалось, что ни пыль, ни грязь не липнут к этому великолепию, и нет такой силы, способной устоять перед Ангелами Смерти. Апатия Яноша Костюшко вновь сменилась надеждой - вот этот воин с крючковатым носом и длинными усами, возглавляющий колонну, ведь это наверняка их командир? Ему, и только ему должно поведать о вещем сне! Но разве в силах человеческих опередить потомка Джагатай-хана? Разве могут слабые ноги тягаться с мощью мотоцикла, созданного для стремительных атак? Большую часть предостережений Янош Костюшко кричал уже вслед:
- Пан космодесантник! Пан космодесантник! Огонь и смерть рухнут с небес! Остерегайтесь! Бойтесь плана "Гинденбург"!
Они промчались мимо рекой сверкающего металла, ревущей мощи и непередаваемого словами присутствия Астартес, не подарив замызганного человека даже взглядом. Янош Костюшко в бессилии рухнул в придорожную грязь и зарыдал. Теперь у него в жизни ничего не осталось. Несколько минут спустя на его плечо легла сильная рука, и голос с незнакомым акцентом произнёс:
- Что ты там вещал о плане "Гинденбург", человече?
Наружность незнакомца выдавала в нём уроженца луны Ягеллона, а потому Янош Костюшко оставил его вопрос без ответа, целиком поглощенный собственной трагедией, но настойчивый литуанец чувствительно встряхнул своего собеседника, а потом залепил пару пощечин. "Говори, дружище", - сказал он после этого, - "в третий раз они нас на эту уловку не поймают!". Под ними он явно имел в виду солдат в черном с желтым, и память запоздало подсказала Яношу, что сидящий перед ним человек - инструктор, приданный СПО Ягеллона милостью герцога Литуанского, а значит, есть шанс предупредить Ангелов, использовав техноколдовские штучки, свойственные этим солдатам. Повторить сказанное перед представителем Каэр Вавеля Янош согласился, не раздумывая.

Совсем иначе о сумерках, окутавших обреченную планету, думала комиссар "Айзентода" Рейтина Веррокс. Меряя шагами палубу "Облачной ветви", она то и дело посматривает на экраны когитаторов, отмечая планомерное развитие наступления своих подопечных. Это помогает ей отвлечься от невеселых воспоминаний о глупости, совершенной вчера. Словно зеленая выпускница Схолы Прогениум, она решила надавить на адептов Бога-Машины, и только теперь начинала понимать, что ответ на ее требования был заранее рассчитан и подготовлен. Как было бы хорошо высадиться на опалённую землю Ягеллона, возглавить атаку верных Ему солдат и раз и искоренить ересь Крылатых Гусар... Ни сумерки, окутывающие планету после бомбардировки, ни сила предателей не удержали бы ее от выполнения долга, но вместо этого она была вынуждена смотреть на то, как далеко внизу солдаты Корпуса Смерти начинают своё последнее наступление. Изображение с немногочисленных вид-трансляторов не давало полной картины происходящего, но комиссар видела планы наступления, и потому точно знала, что делают её подчинённые. Тремя походными колоннами выдвинутся они - первая к лагерям беженцев, охраняемыми СПО Ягеллона, вторая вдоль русла реки Немизи, и третья - в направлении Каэр Вавеля, логова предателей. Замысел генерала Ротбранда был мудрым в своей простоте: первой колонне достанется встречный бой с ополченцами и приведение к покорности многотысячных толп беженцев, среди которых предстояло отобрать невиновных, вторая спровоцирует удар Крылатых Гусар, а третья соорудит укреплённый район, чтобы начать планомерный обстрел цитадели космодесантников-предателей. Действуя совместно, готовые прикрыть друг друга, они проведут наступление, и к вечеру закрепятся на заданных рубежах, а она... Рейтина Веррокс протянула руку, в которой тотчас же оказался мощный бинокль, поданный услужливым ординарцем. Из боевой рубки "Облачной ветви" открывался отличный обзор, и вскоре комиссар начала узнавать в безликих серых змеях, протянувшихся от места высадки, отдельные части корпуса "Железной Смерти". Расстояние не позволяло рассмотреть детали, но разве могло быть среди солдат Крига что-то, не соответствующее порядку? Улыбнувшись при виде трофейных "сумеречных клинков", комиссар опустила бинокль и в который раз за день осмотрела боевую рубку дирижабля, ища, к чему придраться. Тщетно! Повсюду царил безукоризненный порядок, даже почётный караул стоял навытяжку, хотя любой солдат, происходящий не с Крига, попытался бы расслабиться, ощутив отсутствие внимания со стороны политического офицера. Нет, пока не начнётся бой, она неотступно будет находиться здесь, на "Облачной ветви", и вина в этом лежит целиком и полностью на ней...

Не подозревая о сожалениях, терзавших комиссара, первая походная колонна "Железной смерти" направлялась к лагерям беженцев. Несколько пехотных подразделений, вся кавалерия и ни одной боевой машины - любой мало-мальски сведущий в военном деле человек назвал бы это авантюрой. На самом деле, действиями генерала Ротбранда руководил холодный, почти машинный, расчёт. Информация об СПО Ягеллона подтвердилась, и для уничтожения этой аморфной массы не нужны были ни танки, ни артиллерия. Исход боя предстояло решить старым, проверенным способом: лазганом, штыком и шанцевым инструментом.
Вторая колонна состояла большей частью из пехоты, и двигалась предсказуемым маршрутом вдоль обмелевшей от орбитальных бомбардировок реки. Именно ей предстояло стать целью удара космодесантников-предателей. По крайней мере, таков был план, и теперь всё зависело от . Колонны солдат в сопровождении "химер" шли на восток, огибая многочисленные лагеря беженцев.
Третья колонна действовала совсем не по-криговски. Танковые части долгое время оставались на месте, позволяя пехоте уйти вперёд. Кавалерия в походном порядке отправилась в указанные точки, как будто заботясь только о том, чтобы не оторваться от пехоты. Единственный спущенный с орбиты "Стимфалид" парил над пересохшим морем, словно "Айзентод" ждал атаки и оттуда.

Когда упали первые бомбы и закипели моря Ягеллона, обитателей планеты охватило уныние. Технически оснащённые литуанцы не продержались и дня, а на рассвете следующего по всему материку разнеслась весть, что враги начали высадку. Население планеты в ужасе кинулось спасаться, но избежать опустошительной бомбардировки удалось лишь немногим. Когда же она закончилась, выжившие ягеллонцы с ужасом увидели, во что превратился их любимый мир. Зелёные поля иссохли и пожелтели в одночасье. Полноводные реки и озёра обмелели. Леса до срока сбросили свою листву. С небес посыпался снег, которого отродясь не видели в это время года. Снег лежал и не таял под лучами солнца, едва пробивавшегося сквозь низкие тучи, и вскоре ягеллонцы с ужасом поняли, что это не снег, а пепел. Немногочисленные выжившие рассказывали об иссохших морях, на дне которых, словно на привычном поле боя, сражались друг с другом существа из легенд, о чудовищных Ангелах Смерти, пришедших покарать Ягеллон, и о многих других ужасах. На их фоне слухи о появлении одинаковых солдат в чёрном с жёлтым были далеко не самыми пугающими.
Когда появились первые солдаты в причудливых масках, ягеллонские СПО пребывали в унынии. Позволив пришельцам без боя высадиться и укрепиться, ягеллонцы откатились к лагерям беженцев, где их принялись стыдить матери и жёны. Но неизвестно, когда бы они набрались смелости, если бы не пришла из Каэр Вавеля радостная весть: ангелы-защитники планеты намеревались дать пришельцам бой, и солдаты СПО воспрянули духом.
Изначально всё складывалось удачно для ягеллонцев. Пришельцы наступали привычными пехотой и конницей, и ни следа не было среди их боевых порядков той ужасной техники, которой пугали нынче детей. Выстроившиеся для боя ополченцы превосходили врага и числом, и яркостью обмундирования. Там, где криговцы надвигались однотонной тёмной массой, ягеллонские паны со своими холопами были экипированы ярко, на фоне врага смотрелись вычурно и богато. Укрытые за наспех возведёнными полевыми укреплениями, защитники планеты имели преимущество, но сегодня в бой должны были пойти Крылатые Гусары, а потому никто из их союзников не желал дожидаться подкреплений или сидеть в обороне, да и единодушия в силах защитников не было.
Первой вступила в бой кавалерия. Для наблюдателей их числа беженцев всё выглядело благопристойно: вот яркая, поблёскивающая сталью лавина ягеллонских всадников налетает на тёмную массу криговцев. Разве могут они проиграть? Скачут во весь опор лошади, ветер разносит сигналы боевых труб, трепещут на ветру знамёна и церемониальные крылья - такие же, как у Ангелов Ягеллона, пусть и поменьше. Будь день более ясным, от сверкания доспехов рябило бы в глазах. А что враги? Ускоряются, строятся в клин? Да разве чета они вольнице ягеллонской?
Невдомёк наблюдателям, что противостоят их защитникам не воины, не солдаты - оружие в руках Его Божественного Величества. Называют их бездущными автоматонами, но когда дело доходит до боя, нет в их сердцах ни сомнений, ни страха. И вооружены они не в пример лучше ягеллонцев: крепче на них панцирная броня, крепче длинные копья, выносливее громадные кони. С грохотом сталкиваются две лавы, от треска преломившихся копий содрогается земля! Выхватывают ягеллонцы свои сабли, в ответ с лязгом вылетают из ножен палаши криговцев, и начинается рубка. "И бысть сеча зла" - напишет потом очевидец. Но какими словами можно описать грандиозное побоище? Бьются на мечах ягеллонцы с криговцами. Падают под копыта раненые и убитые. Многие гибнут не от меча, не от копья, ни от редких выстрелов - от тесноты, от давки! Вот падает с коня один безликий воин в чёрной шинели, на его место сразу же другой встаёт. Такой же чёрный, в такой же причудливой маске. Да уж не тот ли самый, убитый?
Много вопросов в головах у ягеллонских конников. Почему удар копейный врага не опрокинул? Почему под ударом строй вражеский не гнётся? Почему никто убийцам безликим в тыл не ударит, ведь пора? Ответы в толчее боя не ясны. Откуда зажатым между своими и чужими бойцам знать, что обхват с флангов и тыла нарвался на плотный огонь криговской пехоты? Откуда им знать, что с такого расстояния от лазгана их броня защищает не лучше, чем бумага? А ещё говорят, лазган плохое оружие! Может и плохое, да ягеллонским ополченцам и такого хватит. А кони? Что за кони у этих нелюдей? Укусить норовят, или копытом вдарить, а вместо копыт у них... когтищи! И бегут в ужасе те, кто свою смерть почуял, и прогибается под ударом врага строй гусарской конницы... А если началось бегство, его остановить трудно. Нельзя, нельзя коннице бежать с поля боя! Условия не те. Совсем недалеко пешее ополчение выстроилось - не смять бы его своим отступлением... Но у страха глаза велики, и некому остановить бегство...
Криговская кавалерия бросается в погоню, оставив квартирмейстеров подбирать снаряжение тех, кому повезло найти своё Искупление. У солдат "Айзентода" в сердцах страху места нет. Им даны приказы, и нет высшей радости, чем претворить их в жизнь. С копьями наперевес врываются воины "Железной смерти" в ряды пешего ополчения, и раздаются первые взрывы. Взрывные наконечники! А затем вновь идут в ход палаши, а потом... кавалерия пришельцев внезапно отступает, и вслед ей летят насмешки ягеллонцев. Всеобщее воодушевление продлится ровно до того момента, пока не обнаружится, что за это время пехота "Железной смерти" подошла на дистанцию безусловного поражения из лазгана. Немногих уцелевших, избежавших кинжального огня и кавалерийских атак, встретят закрытые ворота лагерей, и им придётся принимать бой под сомнительной защитой частоколов. А частоколы, как известно, плохая защита от огня лазганов...
Комиссар Рейтина Веррокс следит за происходящим на экранах вид-трансляторов, и взгляд ее полон одобрения.

К числу тех, кто вовсе не оценил бы сомнительную метафору, смело можно было отнести бессменного лидера почитателей Бога-Машины, за свои труды удостоенного наименования, лишенного длинного цифрового индекса. Ион Кси Глориоссис, устроившийся перед одной из главнейших святынь всего техножреческого состава "Айзентода", в предвкушении подлинного пиршества для вычислительных способностей, которыми щедро одарил его Омниссия, раздает последние указания служкам и сервиторам. Громадная панель, состоящая из множества вид-трансляторов, готова ожить по его приказу, когда отзвучат последние строчки бинарных гимнов и струйки ароматного дыма из курильниц совьются под потолком в затейливые узоры. Совсем скоро его оружие вступит в бой и покажет свою эффективность в достижении целей похода. Еще немного, и первые результаты долгой, кропотливой работы можно будет увидеть собственными глазами!
Среди приглашенных на трансляцию только те, кто верностью и усердием доказал, что достоин прикоснуться к совершению чуда. Теножрецы различных рангов, командиры скитариев - только те, чью кандидатуру технопровидец одобрил, - собрались сегодня, чтобы почерпнуть из неиссякаемого источника Знания. Возможно, сегодня изменятся некоторые устаревшие взгляды на суть вещей. Возможно, утвердится правильность зарекомендовавшего себя столетиями подхода. Служки с поклонами подносят своему господину панель управления, больше похожую на клавиатуру органа, и читают положенные по канону молитвы. Наконец, по мановению руки Иона Кси Глориоссиса огромный экран пробуждается к жизни.
Он не чета роскошным оккулюсам некоторых боевых кораблей и состоятельных адептов Механикус. Он может показывать лишь двумерное изображение, но немного во всем Империуме устройств, способных так приблизить двумерную картинку к объемной, и еще меньше мастеров, способных извлечь из этих сложных и капризных устройств все их возможности. Ион Кси Глориоссис - может. Одна за другой начинают трансляцию камеры, установленные на броне некоторых из солдат "Железной Смерти". Экран чудесного устройства полнится ячейками, изображение которых повторяется, меняется и дополняет друг друга, и перед зрителями появляются сцены планомерного наступления штурмовых колонн. В нужное время, в заданном месте наблюдатели, выделенные "Айзентодом" для выполнения союзнического долга, фиксируют стопроцентное выполнение плана. Затем изображение меняется, и перед глазами зрителей предстают позиции артиллерии "Айзентода". Орудия, с почетом и уважением обслуживаемые целыми командами машинопровидцев, превышают размером большинство ягеллонских домов, а их стволы возвышаются над вершинами самых высоких деревьев. С громоподобным ревом выплевывают они гигантские снаряды, способные смести крепостные стены и обрушить в прах целые здания, и далеко впереди ярко вспыхивают под их ударами пустотные щиты крепости изменников.
Но главную работу выполняют батареи буксируемых орудий. Уступая величественным родственникам в калибре, они берут числом и скорострельностью. Дав несколько залпов, они меняют позиции, и недаром. Угнездившаяся среди скал цитадель отвечает огнем своей артиллерии, и то и дело орудия "Айзентода" выходят из строя. У их расчетов нет укрытий, выдолбленных в толще скал, а солдаты Крига, хоть и упорны сверх всякой меры, уязвимы к осколкам и ударным волнам. Но солдаты "Железной Смерти" компенсируют это многочисленностью и готовностью вести огонь даже под обстрелом. То и дело замолчавшие было орудия приводятся в боеготовность и вновь наносят удары. Пустотный щит Каэр Вавеля мерцает и искрится, отражая снаряды. Он держится. Пока что.
Ион Кси Глориоссис вновь сменяет изображение, и на экране появляется хмурое ягеллонское небо, затянутое тучами и пеплом. Съемка ведется из кабины "стимфалида", объъясняет он собравшимся короткой трелью техно-лингвы, и его гости впиваются немигающими взглядами в угол экрана, где появилась точка вражеского летательного аппарата. Словно железо к магниту, его притягивает сигнатура "Облачной ветви", детища архейских магосов. Собравшиеся в зале последователи Омниссии наблюдают, как сближаются метки дирижабля и неопознанного летательного аппарата на фоне подсвеченных разными цветами зон на радаре. Для выполнения задачи "стимфалиду" достаточно достичь указанной точки всего в паре километров, а вот его противнику... "Цель осмотрена при большом приближении и опознана как "громовой ястреб", транспортная модификация" - доносится до зрителей голос пилота, и среди техножрецов и скитариев воцаряется оживление. Логис-предсказания сделаны, данные сверены с банками данных, и зрители вновь погружаются в благоговейное созерцание. Метки "стимфалида" и "громового ястреба" сближаются, и вскоре стремительная боевая машина космодесанта пролетает мимо и удаляется с набором высоты, провожаемая взглядом тыловых камер дирижабля и трассирующими снарядами из всех его орудий. Всем становится ясно, что "Облачная ветвь" сбита, но в отношении этого техножрецы проявили редкостное единодушие: в таких условиях, и исходя из полученного задания, сбитие "стимфалида" было неминуемо. Далеко позади "Облачной ветви" его противник, наконец, понимает, что уничтожен, и входит в пике, из которого ему уже не суждено выбраться. Последователи Омниссии регистрируют приемлемую плотность заградительного огня своего детища и переключаются на созерцание новой картины, предложенной им Ионом Кси Глориоссисом. Наконец-то они увидят то, ради чего столько трудились! Сегодня "Айзентод" сойдется в бою с Ангелами Смерти, на устранение которых корпус и был послан.

Лицо врага

Крылатые Гусары стояли возле своих мотоциклов на вершине скалистого холма, и утренний ветер трепал перья за их спинами. Полностью покрытые золотом доспехи Мародеров ярко выделялись на фоне стали и бронзы товарищей восьмой хоругви. Бреслав, молодой воин, недавно принявший гордое звание гусария, искоса поглядывал на Королей-под-Горой, которые шумно бахвалились друг перед другом и демонстрировали шрамы, полученные в сражении с “Рыцарями” дома Ареос.
Еще недавно Мародеры были мифом, в который, как считал Бреслав, верили только дремучие крестьяне. Затем они стали внушающей ужас и благоговение реальностью, ожившими призраками самого Чжэн Хэ Шэня. А потом, когда он повидал их в бою, оказалось, что они разбойники под стать своему имени, мало чем отличающиеся от космических пиратов, с которыми не раз воевала Гусария. Имена они носили непривычные: Алтан-сурэн, Мэргэн, Ловсан-ага. Столь же отрывисто и резко звучала их речь, непохожая на современные диалекты готика и слишком громкая для воинов, предположительно готовящихся к внезапному нападению. Однако Кошумир Булавский, которого Бреслав уважал едва ли не больше, чем самого гетмана Радзивилла, не обращал на них внимания, сосредоточенно размышляя над планом атаки.
Вместо того, чтобы размышлять над поведением живых легенд, новичок восьмой хоругви начал рассматривать поле грядущего боя. Перед могучими Гусарами простиралась пожухшая равнина, тянувшаяся до гряды вдалеке. Однообразие пустоши нарушал лишь мутный поток Немизи, рассекающий ее посередине. Хотя Кровавым Костям, этим свирепым и упрямым разорителям Ягеллона, и удалось иссушить море, речка чудом не попала под прямой удар с орбиты и уцелела, видимо, питаясь за счет источников, уходящих глубже Карибдской впадины. Впрочем, теперь она значительно обмелела, и значительная часть равнины представляла собой ее пересохшее русло.
Кроме Немизи, Бреслав мог легко разглядеть на равнине несколько темных полос. Одна, самая большая, что тянулась вдоль подножия гряды, была густыми зарослями деревьев, питающихся водой из того же источника, что и река. Другие полосы, если приглядеться, медленно перемещались туда-сюда, словно ползающие черви.
Бреслав презрительно хмыкнул. Червями они и были — всего лишь люди. Судя по всему, это было подразделение Астра Милитарум с далекой планеты Криг, одни из тех, кто прибыл на Ягеллон, дабы предать Крылатых Гусар каре за вымышленные преступления. Даже братья-астартес не смогли сломить сынов Вавеля, о чем же думало командование, отправляя против них простых смертных? В иной ситуации прославленный Кошумир Булавский и не подумал бы бросаться на гвардейцев, каких миллионы, а оставил бы их кому попроще — например, почтовым, которые только учатся убивать, как настоящие потомки Чжэн Хэ Шэня.
Но Крылатые Гусары понесли нежданные потери, а врагов оставалось еще много, и некоторые из них уже начали дерзко подбираться к Вавелю, пользуясь прикрытием серных дождей и радиоактивных туманов. Кошумир решил преподать имперским гвардейцам урок, который заставил бы всех остальных участников этого недоразумения, по ошибке названного крестовым походом, дважды подумать, прежде чем лезть к твердыне Крылатых Гусар. Он поступил так, как велели традиции гусарской вольницы, а не решения стратегов, и выехал во главе великолепного клина всадников в ночь, чтобы устроить побоище на рассвете.
Бреслав еще раз оглядел поле, не переставая восхищаться мудростью бывалого командира. Идеальный ландшафт для атаки крылатых мотоциклистов. Солдаты Крига вряд ли ожидают атаки в столь ранний час. Насколько Бреслав мог судить с такого расстояния, они даже лагерь свой на гребне гряды толком не укрепили, видно, понадеявшись на крутые склоны. Но колеса гусарских скакунов одолевали и не такие подъемы.
— Ха, да их можно брать голыми руками, — услышал Бреслав голос командира и перевел взгляд на него. Воинственное лицо Кошумира Булавского озарилось улыбкой, под крючковатым носом встопорщились усы. Не убирая от глаз массивного позолоченного бинокля, многократно усилившего и без того орлиное зрение, он проговорил:
— Эти дуболомы устроили смотр посреди равнины. Ходят строем, берут лазганы на караул. Из техники одни “Химеры”, да и те скорее на арбитрские смахивают.
— Это вообще нормально? — спросил Бреслав. Он никогда раньше не сражался с верными Империуму силами, а тактикой союзных гвардейцев никогда не интересовался — не гусарское это дело.
— Для Крига — да, — хмыкнул Кошумир. — Воевали мы когда-то бок о бок, еще когда я почтовым был. Их пайком не корми, дай помуштровать друг друга. А техника им незачем, они и с палками на врага побегут.
— И это все, что они против нас послали? Толпа пехоты?! — взревел Алтан-Сурэн, широкоплечий Мародер, на шее которого висело ожерелье из необработанных сапфиров и золотых самородков. — Да я бы один их намотал на колеса!
Прочие Мародеры поддержали Алтана одобрительными возгласами. Бреславу показалось, что они относятся к этому воину с чем-то вроде почтения — но не такого, которое оказывает неофит ветерану, а такого, каким ватага бандитов окружает своего главаря.
— Кошумир, ты обещал нам приличную резню, — продолжал Алтан-Сурэн, накручивая на палец обвислый ус. — А ведь Кале-бей сказал, ты парень твердый, свое слово держишь. Может, вы тут, в сорок первом тысячелетии, так отвыкли от доброй драки...
Бреслав ни за что бы не позволил ни себе, ни даже бывалому бойцу хоругви так говорить с ротмистром. Не Мародеру сомневаться в опыте его современников — он ведь сам еще месяц назад лежал в стазисе, не ведая ничего, кроме счастливых снов. Но Кошумир умиротворяюще поднял ладони.
—Эти смертные, говорят, взяли Литуану и обчистили там все крепости, если не сам дворец Ядвиги, — сказал он и убрал бинокль в чехол из тонко выделанной кожи. — Не знаю, как они это сделали. Тамошние гвардейцы, бывало, космических десантников побеждали. Гусарам те десантники, естественно, в подметки не годились. Короче, по людским меркам — серьезный противник.
— Уж не испугался ли ты их, крылатый? — расхохотался Алтан-Сурэн. — Или боишься, что мы свалим в Каэр Вавель и тебе придется бить смертных со своими малыми?
— Да валите, пес с вами, — подпустив в голос точно рассчитанную дозу пренебрежения, откликнулся ротмистр. — И без вас неплохо справлялись, и сейчас справимся. Заберем у них все награбленное на Литуане и вернемся как короли.
Бреслав подавил уже готовое вскипеть негодование, глядя на удивительную перемену в лицах Мародеров. Услышав намек на богатую добычу, они буквально преобразились, и скука в их глазах сменилась хищным блеском. Кошумир Булавский знал, на что надавить.
— Ну уж нет! — рыкнул задетый Алтан-Сурэн. — Клянусь кровью Шэня, я соберу вдвое больше трофеев, чем ты!
— Это мы еще посмотрим. По коням, братья! — довольно приказал Кошумир.

— Хоровод, парни! – Мародёры последовали за Кошумиром Булавским и поехали по кругу недалёко от мотострелковой колонны армии "Айзентод".
Космические десантники рассеялись и постоянно правили маршрут, чтобы оставаться на предельном расстоянии от "Химер". Уловка сработала. Бронетранспортёры хлестнули лучами мультилазеров, но так никого и не достали.
– Что мы с ними возимся?! – во время очередного виража Алтан-сурэн вырвался из строя прямо к ведущей "Химере", подпалил её из мелта-ружья и вернулся в "хоровод" под одобрительные крики собратьев. – Вдарим прямо сейчас и перебьём всех до последнего!
– Не забывай, кто здесь главный! – Кошумир время от времени стрелял из спаренных болтеров мотоцикла, чтобы подразнить противника. – Придерживайся плана!
– Кале-бей сказал, что "Айзентод" твёрдые как железо. Ерунда! Мягче дерьма! – Алтан вновь хотел сблизиться с колонной, когда Булавский перегородил путь. – Выполняй приказ!
Мародёр прорычал что-то неразборчиво, но всё-таки послушался.
"Проклятье! Как же с ними тяжело. Трон Златой!" - Кошумир едва не попался в собственную ловушку. – Отступаем!
В клубах пыли космические десантники достигли условного района и успели спастись из него за мгновение до удара молотов Богов Войны. Тяжёлые снаряды артиллерии Каэр-Вавеля сотрясли землю. Некоторые "Химеры" даже подлетели в воздух, настолько сокрушительными оказались взрывы.
– Вот так, парни! – Кошумир взмахнул "Пером" в воздухе. – Что я говорил?! Наша задача – измотать корпуса Криг, а бьют их пусть те, кто справится с этим за секунду!
– Скука! В такой победе нет удовольствия! Мы и сами можем справиться! – Мародёры поддержали Алтана одобрительным воем. - Пушки пусть бьют стальных истуканов Ареоса!
Кошумиру удалось сдержать варварскую орду ещё дважды. Потом терпение лопнуло, и "хоровод" плавно преобразовался в улюлюкающую и ревущую "лаву".
– Куда?! – Булавский заскрипел зубами, но поддержал порыв. – Алтан, тебе не жить! Я вызываю тебе на дуэль после сражения!
– Переживи его сначала, Кошумир Жидкая Кровь! - донёсся хохот из вокс-приёмника.
Гвардейцы Корпуса Смерти Крига с готовностью встретили изменение тактики Мародёров. Они как хорошо отлаженный механизм покинули боевые машины пехоты и залегли в ожидании противника. В сторону рассыпного кавалерийского строя потянулись лучи лазеров, раздирающие очереди болт-снарядов и ракеты. Космические десантники понесли первые потери, когда всадник перед ротмистром опрокинулся в седле без головы.
– Алтан, братская кровь на твоих руках! Он погиб из-за твоей и только твоей глупости!
– Слабаки мне не братья, Жидкая Кровь! В конце боя останутся самые сильные, хитрые и удачливые! Мародёры всегда побеждают так!
Ангелы Смерти ворвались в расположение мотострелковой роты и оставили позади только обломки и изуродованные трупы. Кошумир взмахнул силовой саблей и рассёк щит, тяжёлый болтер и стрелка, который, несмотря на царящую бойню, до последнего исполнял долг. Заряжающий в расчёте и секунды не колебался. Бросил ленту снарядов, достал лазерную винтовку, но упал сражённый выстрелом Бреслава. Солдаты армии "Айзентод" всегда исполняли приказы офицеров и бились до тех пор, пока не поступит команда "отступать".
"Эх, вот бы мне таких бойцов вместо этой банды".
Алтан и не думал останавливаться на достигнутом. Он вкусил крови и рвался к следующей цели, не жалея ревущего двигателя. Кошумир вывернул руль и далеко уехал от наступающих кавалеристов, чтобы не ловить пыль в визор, а оценить положение.
"Пока всё хорошо, но насколько нас хватит?" – следующая бронетанковая колонна не выглядела также беззащитно, как предыдущие.
– Алтан, чёрт бы тебя подрал! Там "Дьявольские Псы"! Мародёры, вернуться к выполнению задания!
– Мы всех перебьём!
Озверевшие Ангелы Смерти налетели на танки. На этот раз кроме расчётов с тяжёлым вооружением Мародёры столкнулись машинами, вооружёнными мелта-пушками, что не делали различий между обычным солдатом и сверхчеловеком в силовых доспехах. Выстрелы "Дьявольских Псов" растворяли наездников вместе со стальными конями. Кошумир пристроился к борту ближайшего огнедышащего танка и выставил руку с саблей. Молниеносная вспышка рассекла гусеницу, расплавила ведущее колесо и все катки на пути. Ротмистр ушёл от ослепляющего выстрела в упор и объехал "Химеру", чтобы прилепить мелта-бомбу. Ещё одно подразделение уничтожено, но Кошумир понял, что проиграл бой, когда не заметил Алтана поблизости.
Мародёры провалили задание, хотя столкновение с основными силами армии "Айзентод" ещё даже не началось. Вместо того чтобы растянуть врага, космические десантники сами рассеялись, чтобы предаться привычному и полюбившемуся насилию. Они надеялись обратить гвардейцев в бегство, но солдаты Корпуса Смерти Криг не могли так поступить. Вышестоящие офицеры запретили им бояться.
– Что будем делать, господин ротмистр? – Бреслав нагнал предводителя.
– Побеждать, – мрачно выдохнул Кошумир.

Волной золота, крыльев, шелков и меха Крылатые Гусары, слившиеся воедино со стальными машинами, скатились с холма и хлынули на равнину. Они мчались, выжимая газ, и держали наперевес телескопические пики, у кого украшенные переливчатыми перьями, у кого — кусками вражеского оружия. С каждым мгновением Бреслав мог все лучше видеть тех, кто посмел противостоять ему, его братьям и пробужденным предкам.
“Химеры”, выкрашенные в черный цвет с широкой ярко-желтой полосой вдоль корпуса, и впрямь были вооружены не по-военному. Бреслав едва не расхохотался, узнав в нелепо раздутых пушках на их крышах водометы. Гвардейцы намеревались применить против Ангелов Смерти средство, которым испокон веку разгоняли бунтующую чернь! Нет, даже оловянные солдатики Крига не могли быть настолько тупы. Наверное, они просто не использовали на учениях боевые орудия, и никто не удосужился сообщить им, что на этом поле их будут не тренировать, а убивать.
Сверкающие золотом и бронзой мотоциклы стремительно сближались с ровными шеренгами пехоты. Гвардейцы видели, как на них надвигается блистательная смерть, но не собирались покидать позиции. Прекратив маршировать, они все как один вскинули к плечу лазганы и открыли огонь, почти бесполезный против прославленных силовых доспехов.
— Криг, — услышал Бреслав в воксе удовлетворенный голос Кошумира. — Криг никогда не меняется.
Бреслав понимал, чему радовался ротмистр. Разить в спину убегающих — рутинная работа для внушающих ужас Ангелов Смерти. Совсем другое дело, куда интереснее — сражаться с противником, который не боится взглянуть тебе в лицо.
— Не забывать про уклонение! Если кто позволит смертным себя спешить — крылья с плеч сорву! — пригрозил Кошумир. Даже сквозь треск вокса в его голосе слышалось возбуждение и азарт битвы. — Ну, орлы, если с нами Император…
Казалось, холмы вдали сотряслись от ответного рева множества глоток:
— Кто против нас?!
Мотоциклы петляли по сухой растрескавшейся земле, которая взметалась фонтанами и плавилась под лучами лазеров. Если выстрелы и попадали в цель, то лишь испаряли краску с доспехов и еще больше распаляли ярость наследников Стервятника. Самые нетерпеливые начали стрелять из курсовых болтеров, чтобы ответить на подобное оскорбление, и в передних рядах обреченных гвардейцев начали расцветать алые розы взрывов, расшвыривающих в стороны клочья плоти. Но остальные космодесантники все так же мчали вперед, выставив пики, и Бреслав последовал их примеру. Несмотря на роскошь и высокомерие, в душе каждый Крылатый Гусар оставался потомком Джагатай-хана, свирепого владыки степей. Космические десантники жаждали колоть и рубить, проливать кровь, видеть и ощущать, как гибнет враг. Ради этого их сотворили, ради этого они существовали.
Бреслав не сдержал крика восторга, когда его мотоцикл врезался в ряды неприятеля. Колеса крушили слабые тела смертных, на лобовом щиту, украшенном гербом Ягеллона, повис разорванный силой столкновения труп в глухом шлеме. Но не боевой скакун был главным оружием Ангела Смерти. Телескопическая пика в его руке резко удлинилась, стоило нажать на активирующую руну. Сверкающее острие разом пронзило троих солдат Крига. С бессловесным рыком Бреслав вскинул древко, потрясая дергающимися в агонии трофеями, и одним взмахом отшвырнул их в сторону. Еще удар, и пика прошила огнеметчика вместе с баком прометия, не успевшего излиться на боевых братьев. Мотоцикл Бреслава пролетел сквозь столп пламени, взметнувшийся на месте убитого, и с ревом помчался дальше, за новыми жертвами.
Жажда крови полностью овладела им. Он видел впереди вторую шеренгу, сплошные ряды солдат, так и не дрогнувшие перед гневом полубогов. Лазерные лучи опалили нагрудник Бреслава, и он глухо рассмеялся. Какой плотный строй, подумать только. Что ж, тем сподручнее будет их рубить.
Телескопическая пика сложилась до размеров меча и отправилась на магнитное крепление. Выхватив из ножен силовую саблю, Бреслав на мгновение закрыл глаза в упоительном предвкушении резни…
...и его мотоцикл провалился под землю.
“Яма-ловушка!” — запоздало вспыхнуло в мозгу, все еще затуманенном восторгом битвы. Потом все мысли из головы Бреслава вышибло взрывом.

Корпус Смерти неспроста славился своими саперами. Но “Айзентод” использовал лопаты, только когда времени хватало с избытком. Если же возникала необходимость за ночь перекопать равнину траншеями, достаточно глубокими, чтобы туда мог провалиться космический десантник вместе с мотоциклом, на помощь приходили мельтабуры. И колья с прикрученной к ним взрывчаткой.
Бреслав этого не знал, но догадывался, лежа на дне траншеи и глядя на торчащий над ним кусок арматуры с неразорвавшейся миной-болванкой на конце. Сам он не пострадал, однако авточувства барахлили, вызывая диссонансом непривычное ощущение тошноты. Вокс-системы доспеха принимали уже не боевые кличи, но проклятья братьев, осознавших, что они угодили в ловушку. Только голоса Мародеров продолжали звучать дикарским хором: древние воины мчались вперед, не обращая внимания на провалившихся сквозь землю сородичей, и выли, словно одержимые лихорадочными видениями прошлого.
Верный скакун Бреслава лежал на боку, демонстрируя развороченное взрывом брюхо. Из месива искореженных механизмов валил дым, заднее колесо все еще крутилось, терзая погнутую бронепластину. Усиленный слух космического десантника быстро распознал иной звук, примешивающийся к скрежету деталей. Металлический рев доносился издалека, но с каждым мгновением становился все ближе. Все еще ощущая тошноту, Бреслав поднял голову над краем траншеи и выругался, когда увидел источник шума.

Танкисты Крига не потрудились снять камуфляж с боевых машин, до поры до времени стоявших в тщательно вырытых углублениях за деревьями у подножий холмов. Разодранные о сучья ленты теплоотражающей материи вились за танками, словно серо-зеленые знамена, когда они выкатились на равнину, прикрывая спешно отступающую пехоту. “Нет, это не отступление, — подумал Бреслав, вспомнив слова Кошумира. — Перегруппировка”. Орудия, все еще полускрытые хитроумными переплетениями веток, начали на ходу изрыгать смерть.
Навстречу ей ринулись те из Мародеров и Гусар, чьи стальные кони еще жили и дышали пламенем. Бреслав по пояс высунулся из траншеи, забыв об осторожности. На считанные секунды его сверхчеловечески острое зрение запечатлело картину, достойную лучших художников Империума.
Они мчались вперед, эти непобедимые всадники, и крылья реяли за их спинами, доспехи сияли золотом, а руки твердо сжимали грозные сверкающие пики. Словно ангелы, вооруженные молниями, они бесстрашно летели навстречу уродливым серым машинам, среди огня и взрывов, пыли и крови. Бреслав проклинал себя за то, что не был там, рядом с ними, не кричал в священной ярости боевые кличи.
Но восхитительное видение исчезло, когда Криг дал ответ.
“Химеры” и не думали уползать в тыл следом за пешими солдатами. Длинные струи водометов ударили в землю, мгновенно обращая ее в слякоть. Вода била с такой силой, что жидкая грязь поднималась волнами, захлестывая и опрокидывая мотоциклы. Стремительная атака Крылатых Гусар увязла в рукотворном болоте, сквозь которое с трудом прорывались буксующие колеса. А затем вперед выдвинулись огнеметные танки, и воду сменило пламя.
Бреслав увидел, как “Малкадор-Инфернус” повернул башню, и одного из всадников охватило пламя. Оно стекало по керамиту, как вода, но льнуло к шкурам и перьям, украшающим броню. Вокс-динамики взорвались криками воина, заживо жарящегося в собственных доспехах. Огненный силуэт верхом на пылающем мотоцикле врезался в борт “Малкадора” и исчез в ослепительном взрыве, забрав его с собой.
В то же мгновение две сияющих пики пронзили сердце одному из танков, а их хозяева помчались дальше, чтобы схватиться с новыми бронированными махинами.
Почти все водометные “Химеры” погибли, выполнив свою задачу. Из их баков по полю боя растекались реки, заново наполняя русло древней Немизи. Вода хлынула в траншею Бреслава, и разбитые останки мотоцикла начали погружаться в грязь. Спохватившись, он принялся искать силовую саблю, выбитую из рук взрывом, и вскоре с облегчением выдохнул, стиснув ее инкрустированную жемчугом рукоять. Грохот танков оглушал, но улучшенному слуху космического десантника удалось разобрать среди какофонии надсадный рев одного мотора, который уверенно приближался к нему. Он знал, как этим воспользоваться.
Бреслав затаил дыхание, когда над его траншеей нависла пушка, а затем и передние траки гусениц. Края ямы просели под тяжестью боевой машины, но космический десантник распластался на самом дне, покрыв грязью яркие гусарские доспехи. Танк оказался прямо над ним, затмив тусклые небеса своей громадной тушей, и все же Бреслав смог различить очертания люка на стальном брюхе.
Силовая сабля сверкнула во тьме, разрубая крепления и затворы. На шлем и нагрудник Бреслава брызнули капли металла, расплавленного жгучим расщепляющим полем. Одним движением могучей руки он вырвал люк, а в следующую секунду уже подтянулся и оказался наполовину внутри танка.
Обитатели темной и жаркой железной утробы явно не предвидели подобной атаки. Они замешкались, и Бреслав этим воспользовался. Он пронзил саблей ближайшего солдата, рванулся вверх и твердо встал ногами на палубное покрытие. Танк перевалил через траншею и помчался дальше, и из развороченного люка повалила грязь.
Танкисты выхватили лазерные пистолеты, но что они могли сделать бронированному чудовищу, едва умещавшемуся в их тесной обители? Размахнуться как следует Бреслав не мог, но ему достаточно было шагнуть в сторону и повернуться, чтобы попросту размазать о стену еще одного солдата. Одновременно он выбросил вперед кулак и обратил в кровавое месиво голову третьей жертвы вместе со шлемом и противогазом.
Лишь у четвертого танкиста, успевшего сдернуть со спины мельтаган — наверное, изначально предназначенный, чтобы выбираться из поврежденной машины — имелись шансы хоть как-то навредить Бреславу. Но легкое, презрительное движение руки космодесантника отшвырнуло ствол в сторону, и яркая вспышка прожгла дыру в корме танка. Обезоруженный солдат немедля бросился на гиганта с пустыми руками. Его безрассудная отвага была вознаграждена одним ударом сияющей сабли.
Последний противник, судя по погонам — командир танка, даже не пытался сопротивляться. Вместо оружия он схватился за свисающий с потолка микрофон и что-то спешно бормотал в него на неизвестном Бреславу рубленом боевом арго. Космический десантник усмехнулся, глядя на человечка, не сводившего с него круглых линз противогаза.
— Кого бы ты ни звал, они тебе не помогут, — голос Бреслава громом наполнил внутренность танка. Он поднял саблю, чтобы пригвоздить командира к стене. Но тут боковое зрение уловило нечто, заставившее Крылатого Гусара помедлить и повернуть голову.
Сквозь дыру, прожженную мельтаганом, он увидел поле боя, распаханное танками. Как минимум три боевые машины остановились и развернули стволы. Бреслав уставился в зияющее навстречу дуло и выдохнул:
— Ах ты курвин сын...
Бронебойные снаряды обрушились на танк, словно буря самого Бога-Императора.

Бреслав не помнил, как вытащил себя из полыхающих обломков. Он просто полз вслепую, рефлекторно переставляя руки, в какой-то момент оказался на краю очередной траншеи и упал на ее краю.
— Проклятые ублюдки, гахай-нохой... — раздался где-то позади лающий голос. — Тащи его, Ловсан, видишь, совсем отключился!
Воин попытался опереться на локти и привстать, чтобы увидеть Мародера. Только сейчас он понял, что осколок перебил ему правое плечо, и рука безжизненно повисла, выпустив из пальцев рукоять оружия. Мутным взглядом Бреслав проследил падение блестящего обломка сабли на дно траншеи. Затем все же повернулся и увидел бредущих мимо по колено в грязи Алтан-Сурэна и Ловсан-агу. Они под руки волокли Кошумира Булавского, словно мешок с добычей. Лишенная шлема голова вяло покачивалась между алыми наплечниками. Мародеры поминутно оглядывались, как будто ожидали, что их нагонят враги.
— Только бы до байков добраться, — выдохнул Ловсан. Он даже не заметил Бреслава, полностью сосредоточенный на цели и преследователях. Но Алтан-Сурэн остановился и окинул раненого бойца взглядом.
— Прости, малой, — сказал он через пару долгих секунд и побрел дальше, спасая то, что еще можно было спасти.
Бреслав со стоном потянулся за ним, но космические десантники уже не оборачивались. Не удержавшись на краю, он соскользнул вниз и едва не утонул в толстом слое жидкой слякоти на дне траншеи. Когда ему, наконец, удалось перевернуться, он увидел, что его тело ниже талии исчезло. С дочерна закопченного нагрудника свисали обрывки барсовой шкуры, с неуместной стыдливостью прикрывая то место, где его разорвало пополам. Кровь текла из-под мехового табарда, придавая бурой грязи на дне ямы бордовый оттенок.
Бреслав не ощущал боли, но его охватило еще менее знакомое чувство — слабость. Он откинулся спиной на рыхлую землю и медленно сполз вниз, в топкую зыбь. Мысли непривычно путались и метались в голове. Куда-то улетучились и ярость, и жажда битвы. Он спрашивал себя, как такое возможно, как вышло так, что краса и гордость Ягеллона потерпела поражение от ничтожных смертных. Как Кошумир Булавский, этот овеянный легендами командир, герой стольких сражений, мог быть настолько… слеп… что не увидел, с каким противником предстоит биться?
— Кто против нас? — в полубреду прошептал Бреслав. Даже организм космического десантника не мог справиться с такой кровопотерей. И все же, несмотря на страшные увечья, он смог различить сквозь туман, как над ним нависают чьи-то силуэты.
Бреславу так и не довелось увидеть лицо врага. Скрытые противогазами, бесформенные и темные в мешковатых униформах, солдаты Крига окружили его, словно стая жуков-падальщиков, и принялись сдирать доспехи и драгоценные украшения. Космический десантник смог лишь плюнуть одному из них на сапог кислотной слюной. Поняв, что поверженный полубог все еще жив, солдаты оглушили его ударом саперной лопатки. А потом, полностью избавив Бреслава от всего ценного, выбрались из ямы и наспех закидали ее сырой ягеллонской землей.
Падение окутанного пламенем дирижабля не вызвало у космодесантников ни малейшего подозрения ни тогда, когда стало ясно, что он рухнет позади стремительно летящих на врага мотоциклистов, ни потом, когда огромный летательный аппарат вместо неуправляемого падения с неожиданной грацией выровнялся над самой землей, и в объятия ягеллонской земли опустился мягко, словно падающий лист. Будь у Крылатых Гусар поменьше гонора и желания оценить своего врага, они бы поняли, что это значит. Но лепет смертных союзников о ловушке, которую готовит "Айзентод", с великолепным презрением пропустили мимо ушей и Кошимир Булавский, и его союзники из числа Мародеров. Появление в тылу свежей части, вооруженной не в пример лучше тех, что едва не опрокинули космодесантники, стало для них неожиданностью, но Крылатых Гусар оставалось еще достаточно много, чтобы атаковать врага, а Мародеры и подавно не могли оставить без внимания тех, кто преградил им дорогу к отступлению с награбленной добычей.
Развернувшись в грязи, Мародеры первыми атаковали врага и с удивлением обнаружили, что игнорировать фронтальный обстрел более нельзя. Вооруженные оружием, оставшимся от союзных штурмовых частей после осады замка Ядвиги, солдаты Отдельного Восемьдесят Пятого обрушили на полубогов огонь такой силы, что несколько мотоциклов вместе с оседлавшими их воинами превратились в огненные шары. Как ни неприятно им было использовать маневрирование против смертных противников, космодесантники сосредоточились на выживании. Затем в бой вступили Крылатые Гусары, запоздало обнаружившие, что союзники оставили их один на один с захлопыващейся ловушкой, и у горящего остова "Облачной ветви" сражение в последний раз за день разгорелось в полную силу.
В дыму и грязи различия между Мародерами и Крылатыми Гусарами быстро исчезли. Через несколько минут после начала отступления и те, и другие представляли из себя одинаково забрызганных черной, плодородной ягеллонской землей воинов на одинаково перепачканных мотоциклах с комьями грязи, набившимися всюду, где только можно. И те, и другие одинаково искали способ вырваться из замыкающейся ловушки, зажатые с одной стороны бронетехникой, с другой бесконечными рядами пехоты, а с третьей - убийственными залпами десанта, высадившегося из горящего дирижабля. С четвертой стороны маневру мешала обмелевшая, но все еще непреодолимая для мотоциклов Немизь. Лишенные командования, космодесантники, тем не менее, продолжали сражаться, и враг дорого платил за каждого убитого ими Астартес. К сожалению для защитников Ягеллона, потери были приемлемы для "Айзентода", но не для них. И настал момент, когда временные союзники больше не смогли друг другу доверять.

Увидев, как несколько спешенных Крылатых Гусар атаковали отделение криговцев, возглавляемое комиссаром в легко узнаваемой даже в таком дыму форме, Алтан-Сурэн не смог противиться искушению. Развернув своего железного скакуна, Мародер выставил пику и дал полный газ. Как и ожидалось от смертных, до самого момента удара он остался незамеченным благодаря скорости и хорошо продуманному маршруту. В мгновение ока опередив жалких союзников, которым выпала судьба плестись пешком, воин степей с торжествующим криком насадил на пику ближайшего противника. На мгновение ему почудилось, что среди врагов есть подобные ему, но иллюзия быстро развеялась. Человек в громоздкой боевой броне схватился за пронзившее его оружие и выпустил последние пули в своего убийцу. Роскошная броня уберегла Алтан-Сурэна от ранений, но вытащить пику из тела врага ему уже не удалось - ту намертво заклинило покореженными доспехами. Несмотря на повреждения, мотор, приводивший громоздкую конструкцию в действие, все еще работал, выпуская клубы пара. Солдат "Айзентода" в трофейной литуанской броне лежал, уставившись в небо невидящим взором круглых окуляров респираторной маски. Алтан-Сурэн понял, что его план дал сбой, и обернулся, ища пути к отступлению. Противник предсказуем, обмануть его и выскользнуть из западни будет легко...
Болт, прилетевший из ниоткуда, заставил Мародера вспомнить, что не все смертные убиты. Повернув руль своего железного скакуна, космодесантник хотел было ответить очередью, но мотор верной машины кашлянул и заглох навсегда. Требовалось немалая отвага, чтобы вот так направить выстрел в незащищенный борт мотоцикла и остаться один на один с его разъяренным владельцем. У женщины в красно-черной форме Оффицио Префектум отваги было, хоть отбавляй, хотя рядом с ней был всего один союзник. Алтан-Сурэн прекрасно понимал, что перед ним только двое врагов, когда вынимал из ножен свой пиломеч.
- Я отрежу тебе лицо и трахну твою сучку! - заявил он солдату в черной броне с белым номером 85 на нагруднике, прежде чем наброситься на него.
Миг, и завывающий громадный пиломеч Астартес встречается с меньшим по размеру собратом, изготовленным под слабую руку смертного, на удивление молчащим. Как и ожидалось, сокрушительный удар пробивает защиту криговца и впечатывает разбитый столкновением клинок в наплечник человека. Ошибкой было бы думать, что арсенал приемов космодесантника ограничивается только фехтованием, и через мгновение Алтан-Сурэн мощным ударом отбрасывает противника в грязь. Теперь от женщины его не отделяет ничего, и он идет к ней с оружием в отведенной в сторону руке. Та принимает защитную стойку, но это только беспомощный жест, ничего более - Мародёр только что шутя расправился с куда более опасным противником. Смех за спиной заставляет его остановиться.
- Тебе мало было преступлений против Императора, и ты решил покуситься на самое ценное, что есть у моих солдат? - спрашивает сидящий в грязи человек у полубога, и что-то добавляет на кодированном боевом языке. В другое время Мародер проигнорировал бы издевку, но сейчас Алтан-Сурэн чувствует, что его самолюбие уязвлено, и ценой серьезных усилий решает промолчать. То, что он сделает с комиссаром, будет красноречивее любых слов, а потом...
Отточенные рефлексы, помноженные на боевой опыт, заставляют космодесантника действовать инстинктивно. Едва женщина в чёрно-красном пальто начинает заваливаться набок, Алтан-Сурэн повторяет ее движения и падает ничком прямо в грязь под ногами, и остается жив. Яркий сгусток плазмы проносится над ним, превращая грязь в пыль, и исчезает вдали. Всего мгновение, и между ним и комиссаром образуется невидимая черта, переступить которую значит вызвать на себя огонь. В наушниках шлема слышны голоса Крылатых Гусар, координирующих действия по уничтожению стрелка, раскрывшего свою позицию, но здесь и сейчас некому помочь Мародеру. Жар от горящего неподалеку дирижабля и густой дым, поднятый пожаром, напрочь лишил космодесантников преимущества в видимости, а численное превосходство врага делает его опасным даже несмотря на броню. Через несколько секунд стрелок открывает огонь вновь, но на этот раз по Крылатым Гусарам. Выйти из боя, оставив насмешку смертных без ответа? Или же напасть? Чем он рискует, в конце-то концов? Кто-то из недоделков издает быстро оборвавшийся крик, и в этот момент Алтан-Сурэн решает рискнуть. Вместо отступления он выбирает нападение, и стремительно мчится к месту, где укрылась женщина-комиссар, и обнаруживает, что сражаться придется сразу с пятерыми, и все они вооружены достаточно хорошо, чтобы его убить. Не проходит и минуты, как жизнь славного воина степей обрывается под ударами штыков и прикладов уже двенадцати солдат "Айзентода", по неясной причине нарушивших приказ и оставивших позиции. Избавив убитого от ценностей, подлежащих изъятию в пользу Механикус, фигуры в черной с желтым броне вновь исчезают в дыму.

Через час работа была окончена. Разбитые мотоциклы, искалеченные останки, белоснежные перья и яркие шкуры бесследно скрылись под серо-бурой грязью, размешанной криговскими сапогами и утрамбованной гусеницами. Никто не радовался, что выжил, никто не праздновал победу. Солдаты молча промаршировали по опустевшему полю брани и оставили его позади, словно маленькое подобие своего родного мира. Колонна, ощетинившаяся пушками танков, стволами орудий и штыками лазганов, шла на север.

Сообщение отредактировал CTEPX - 12.03.2018, 20:53


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение
Мамкин нонконфор...
сообщение 12.03.2018, 20:36
Сообщение #20


Chapter Master
************

Warhammer 40,000
Раса: Space Marines
Армия: Flesh Eaters
Группа: Модератор
Сообщений: 7 023
Регистрация: 30.04.2009
Пользователь №: 18 476

Ветеран Ягеллонского крестового походаПремия "Золотая Сци-Фи"Бронза конкурса "Городские Легенды"



Репутация:   1792  


Название: Не стреляй!
Сеттинг: Wh40k
Жанр: боевик
Возрастные ограничения: 18 +
Аннотация: Возрождённые Из Пепла остановили Часы Судного Дня на отметке двух минут до полуночи. Теперь капитул высаживается на Ягеллоне, чтобы встретиться с Крылатыми Гусарами и отстоять Каэр Вавель.

1

Мясо Кровавых Костей жёсткое, пропитанное разнообразнейшими ядами и воняющее машинным маслом. На этот раз обряды войны не только не насытили Возрождённых, но даже заставили сражаться за жизнь. Смуглые воины побледнели. Вены вздулись, а из преомнора и желудка наружу вырывались облака опасного газа.
– Словно резину пожевал, – Текумсе отцепил личину шлема и ковырялся зубочисткой во рту.
– Паршивый противник. Чугунные головы! Едва скальп раздобыл! – Сиэтл погладил выцветшие волосы свежего трофея на наплечнике.
– Ты слишком привередлив, – на шее Текумсе висела золотая маска лорда-капитана шестой когорты, сорванная вместе с костями и мясом. – Знаешь, можно же не только скальпы собирать!
Если павшие воины не обрадовали Возрождённых доброй памятью о схватке, то взятый в ходе кровопролитного сражения ударный крейсер "Сокрушительный" привёл кузнецов и пилотов капитула в восторг. Оснащённый по последнему слову Омниссии и почти полностью автоматизированный корабль стал прекрасным подарком для Возрождённых.
Стидет Бон, капитан "Calumnia", подошёл к предводителю похода.
– Спасибо за "Сокрушительного", маршал. Ещё повоюем!
– Рад слышать, Стидет, – Джек Кочис отвлёкся от беседы с телохранителями и повернулся навстречу. – Корабль скоро сможем использовать?
– Он уже готов к плаванью. Джеронимо очень бережно обошёлся с крейсером. Мне пришлось перевести на "Сокрушительный" всего две сотни матросов и офицеров, ещё около тысячи сервиторов, зато теперь во флоте заделана брешь. У "железяк" отличные суда.
– Кстати, что они сейчас делают Кровавые Кости?
– Отступили к ошмёткам Имперского Флота, выжидают, приходят в себя. Нам повезёт, если они всё-таки клюнут на уловку и попытаются отомстить Неуловимым Мстителям.
– Не сомневайся, Стидет. На этот случай мы оставили Кровавым Костям подарок на "Громовержце": Мстителей. Их трупы, конечно, не первой свежести, зато самые настоящие. Однако всё-таки стоит уйти с орбиты Ягеллона чем раньше, тем лучше. Не хватало ещё, чтобы Кости попробовали объединиться с эскадрой Имперского Флота и вернуться. Как только мы спустимся на мир Гусар, отступайте в Бризингуллово Ожерелье. Я свяжусь с вами с помощью шаманов.
– Есть, маршал. Трофейные "Секачи" и мотоциклы уже погружены на транспортные "Громовые Ястребы". Потомки Горгона хорошо следили за техникой, вся в превосходном состоянии. Удачи!
– Спасибо, брат, – капитан "Calumnia" отправился руководить высадкой, а маршал решил прогуляться по палубе.
Войско Золота уже находилось в челноках, осталось дождаться только пятой роты. Одни воины Джеронимо участвовали в предбоевых обрядах, другие гнали закованных в кандалы военнопленных в "Громовые Ястребы". Возрождённые пощадили несколько десятков членов экипажей фрегатов Неуловимых Мстителей, ведь шаманам всегда может понадобиться жертва.
Понурые мужчины и женщины выполняли все команды тюремщиков. Незавидная судьба бедняг, что пытались бежать, прятаться или даже сражаться, всё ещё стояла перед их взором. Возрождённые Из Пепла отлично умели как дарить надежду, так и отнимать последние её крохи.
Реклюзиарх завершил подготовку, а над Джеком навис Джеронимо с оскаленной волчьей пастью и длинными когтями-ножами.
– Больше не нужно прятаться, брат. Мы идём на войну с поднятым забралом.
– Славно. По крайней мере, ноги не будут затекать.
– Понравился корм? – ухмыльнулся Джек.
Ответом послужило рычание.
– Я преисполнился механической ненавистью Кровавых Костей, только, чёрт побери, хочется срыгнуть её обратно! Поскорее бы вниз. Слышал, там сейчас кого только нет! Держу пари, что такого дерьма, как потомки Горгона, больше не встретим. Кто угодно вкуснее них.
– Гусары, армия "Айзентод", рыцари, еретики...
– Легио Статика, – сцепил клыки Джеронимо.
– Да... жаль...

2

Радзивил, гетман Крылатых Гусар, обходил крепостные стены Каэр Вавеля и вглядывался в затуманенную дымом и ядовитыми миазмами даль. Не прошло и полугода с тех пор, когда Ангел Смерти радовался, что собрал под собственным знаменем невероятное войско. Теперь от полотна славной армии Гусарии остались жалкие обрывки. Радзивил сжал кулаки.
"Ещё не всё потеряно! Враг нахлынет на стены Каэр Вавеля и останется лежать, вбитый в землю кувалдой могучих орудий. Если бы только этот ублюдок, Кале-бей, послушал меня, но нет! Предпочёл участвовать в глупой авантюре!"
– А я предупреждал, что пробуждение Королей не спасёт от бед, а только принесёт новые, – позади появился главный библиарий Крылатых Гусар, Гжегож Бженчишчикевич.
– А я предупреждал, что не стоит лезть мне в голову! – Амброзий схватил Гжегожа и ударил о парапет.
Во взгляде библиария промелькнула искра короткого замыкания.
– Назад! Не терпится найти виновного в поражениях, да?! Так посмотри в зеркало!
– Что?!
– Что слышал, – Гжегож отбросил Амброзия. – Сосредоточься и постарайся вести себя соответственно званию!
– Да как ты смеешь?! В старые добрые времена за такие оскорбления казнили!
– И какое же твоё решение, о, Великий Гетман?! – как ругательство выплюнул Гжегож. – Давай, начни убивать братьев. Отправлять их на смерть получается очень хорошо!
Амброзий потупился и сплюнул под ноги.
Радзивил провалился, прекрасно понимал сложившееся положение.
– Зачем пришёл?
– Хотел передать вести лично. Те самые Возрождённые Из Пепла, о которых я уже сообщал перед началом войны, просят предоставить место на космодроме.
– Проклятье… Надеялся, что до этого не дойдёт! Ты видел будущее?
– Ничего чёткого. Только смерть, мучения и всепожирающее пламя.
– Что посоветуешь?
– Радзивил! – скрипнул зубами Гжегож, – кто здесь высший офицер?
– И что?! Я не могу спросить совета?
– Труби общий сбор. Пусть все боеспособные части собираются у космодрома. Бандиты, которых наши предки ошибочно прозвали "Королями", пусть тоже подтягиваются. Мы встретим гостей. Со всем теплом и кинжалом в рукаве на случай неприятностей.
– Да будет так, – Радзивил включил вокс-передатчик и передал приказы.
Гусары спустились к космодрому, который уже окружали терминаторы первой роты и дредноуты. Воины на гравициклах находились чуть дальше, как и "орда" Кале-бея. Короли как всегда делали всё по-своему и не выполнили ещё ни одной команды гетмана. Сервиторы и смертные слуги капитула установили пуленепробиваемые щиты, и гусары заняли хрупкие, но всё же укрытия.
Первые пять "Громовых Ястребов", опалённых сражениями и с пробоинами, отремонтированными на скорую руку, сделали круг над почётным караулом и приземлились, подняв пыль в воздух. Упали рампы, и к встречающим вышли воины в блестящих серо-стальных силовых доспехах со знаками деревьев, охваченных пламенем, на наплечниках. Впереди двигался и улыбался вождь таинственной третьей стороны противостояния.
Однако не смуглый Астартес с белом пером в иссиня-чёрными волосах захватил внимание гетмана, а пара телохранителей незнакомца. Ангелы Смерти могучие, один другого крупнее, в необычных силовых доспехах, что показались Радзивилу гремучей смесью знакомого "Корвуса" и панцирной брони неофитов, а также с лишним суставом, что ломал голени в хищных изгибах.
"Бог-Император!"
У одного воина-мутанта на груди висела золотая маска над отрезанными ладонями, которые складывались в аквилу. Второй мог похвастаться обширным сборником разноцветных скальпов.
– Здравствуйте, Радзивил Амброзий, Великий Гетман Гусарии! Меня зовут Джек Кочис. Я – вестник капитула, вождь всех, кто прибыл помочь с обороной вашего мира.
"По меньшей мере, втрое младше меня. Любопытный капитул. Их магистр – глупец, раз доверяет кампанию такому молокососу", – поморщился Амброзий. – "Или этот Джек не так прост, как кажется".
– Приветствую, вестник, – слегка поклонился Радзивил. – Сведения, которые передали уцелевшие спутники, красноречиво говорят о ваших намерениях, но всё равно не понимаю, почему Возрождённые решились на такие отчаянные меры. Ведь с первым выстрелом по Неуловимым Мстителям, вы получили чёрную метку в Империуме.
– Понимаю, как прозвучит объяснение, и у меня нет доказательств, гетман. Первый Магистр Возрождённых Из Пепла, Флориан Дескин, оставил последователям множество мудрых трудов по управлению капитулом, тактике и стратегии. Однако, ко всему прочему, он был могущественным шаманом и предсказателем. В одном пророчестве Первый Магистр точно описал происходящие события, и то, как нагло и самоуверенно демоны Варпа разыграли этот спектакль.
Радзивил молчал.
Крылатые Гусары приготовились открыть огонь по одному только слову главнокомандующего.
– Гусария ведь невиновна в приписываемых ей преступлениях? – спросил Джек.
– Конечно, нет! Бог-Император, как бы я хотел добраться до курвы, которая так нас оговорила! – руки Амброзия задрожали, он переступил с ноги на ногу.
– Мы понимаем ваше недоверие. Не просим места в крепости-монастыре, священной для Гусарии. Только участия в военном совете перед предстоящим сражением, да права сокрушить карателей.
– От лица гусаров, я принимаю вашу помощь, – воины Радзивила убрали оружие и покинули укрытия.
– Благодарю, гетман. Скоро появятся транспортные челноки, гружённые боевой техникой. Не пугайтесь, это не Кровавые Кости. Мы просто не стали перекрашивать трофеи. Война сделает всё сама.
– Ясно. Однако предупреждаю, что выделю отдельные группы, которые займутся осмотром ваших воинов, грузов, техники.
– Разумно, гетман. Мы гости здесь и подчиняемся вашим требованиям.
Радзивил снова перевёл взор на телохранителей Джека, и тот не оставил без внимания настороженный взгляд.
– Братья, снимите шлемы, пожалуйста.
Радзивил раскрыл рот от удивления, когда увидел звериные морды, покрытые жёсткой седой шерстью; тусклые жёлтые глаза; влажные чёрные носы; треугольные уши и, конечно же, зубы, что не помещались в пастях.
– Возможно, некоторые воины Ягеллона служили в Карауле Смерти и даже бились рука об руку с Космическими Волками, – Джек не смутился презрительному отношению к мутантам, что читалось по лицам присутствующих Гусар. – Так вот в крови Возрождённых Из Пепла немалая часть принадлежит Волчьему Королю. Вместе с достоинствами Леман Русса, к нам перешли и его недостатки.
Радзивил ещё раз поглядел на чудовищ и вздрогнул:
– О начале военного совета я предупрежу, а пока, прошу простить, мне нужно отлучиться, чтобы всё подготовить.
– Конечно, гетман.
Радзивил выдохнул и отправился к Гусарии. Воин с белым пером в волосах не соврал, и в небесах Ягеллона появились не только сияющие чистотой цвета Возрождённых Из Пепла, но мрак космоса и густая кровь заката Кровавых Костей. Не прошло много времени перед тем, как внутри стен Каэр Вавеля появилась ещё одна армия, что бросала вызов имперским карателям. Разношёрстная, свободолюбивая и отчаянная как Короли Под Горой, дисциплинированная, сплочённая и гордая словно Крылатые Гусары.
Наступил час важнейшего события, на котором станет ясно, смогут ли союзники победить или стоит рассчитывать только на славную гибель в бою.

3

На военном совете присутствовали десять могучих полубогов: Радзивил; его молчаливый помощник, Войцех Вальцерович, который командовал первой хоругвью; Гжегож; Пан Капеллан Йожин Збажинский; Кошумир Булавский; Кале-бей; Узбек; Джек. Лексиканий Збылют Попржердзинский готовился вести стенограмму, а тени от отблеска трёхмерных изображений над тактическим столом танцевали в углах помещения. Древние великаны из адамантия и керамита тоже вслушивались к речам Ангелов Смерти, застыв в ангарах. Такие герои, как Белух Древний, Франтишек Кукольнек и Прокажённый Король заслужили голос, хотя и не присутствовали на собрании во плоти.
– По данным спутников, армия "Айзентод" сейчас высаживается в Червонном Доле. Замечены сверхтяжёлые танки, необычная авиация, многочисленные пехотные подразделения. Как бы то ни было, они – обычные люди, и не представляют угрозы.
– При всем уважении, великий гетман, – дёрнулся Джек Кочис. – "Обычные люди" остановили демоническое нашествие на Литуане!
– Ядвига всегда задавалась. Даже под влиянием Тёмных Богов она бы никогда не стала чем-то опасным. Правила только благодаря моей доброте. Признаю, с ней я ошибся. Уже давно стоило прекратить играться в великодушного благодетеля. Впрочем... неважно. Ещё среди тех, кто доберётся к Каэр Вавелю быстрее прочих, легионеры Архипред…
– Дело Мародёров, – Кале-бей ударил кулаком по ладони. – Похоже, не всех неудачников мы перебили, когда очищали Ягеллон тысячи лет назад. Ненавижу незаконченные дела!
– Нет, не пойдёт, – покачал головой Гжегож. – Нельзя бросать всех Королей против такой ничтожной угрозы. Предлагаю разделить войско.
– Орда сильна только когда орда, колдун!
– По итогам вашей схватки с Домом Ареос такого не скажешь!
– Что?! – Кале-бей рванулся к библиарию, но Кошумир кинулся навстречу и удержал предводителя Мародёров от глупости.
– Давайте прибережём ярость для врагов, – проговорил Джек. – Я считаю встречные атаки непозволительной роскошью, учитывая мощь артиллерии Каэр Вавеля и состояние наших капитулов. Пусть первая волна атакующих прорвётся через огненную стену, и вот там их встретят Короли.
– Согласен. Вызываюсь вести кавалерию против предателей, – сказал Гжегож.
– Нет, не пойдёт. Я своих бойцов кому попало не передаю! – рявкнул Кале-бей.
– Здесь нет "своих" и "чужих", Король, – заметил капеллан Збажинский. – Отбрось неприязнь.
Библиарий протянул ладонь Кале-бею:
– Предчувствую судьбоносный поединок. Я обязан сразиться с Лунными Волками. Раздели со мной это сражение!
Кале-бей прорычал ругательство, но всё-таки пожал руку Гжегожу.
– Я же займусь Корпусом Смерти Крига, – Кошумир обхватил золотое перо силовой сабли и вывел над тактическим столом самые чёткие снимки, выполненные спутниками, что ещё плыли в безвоздушном пространстве над израненным миром.
Ангелы Смерти увидели пару машин на базе "Гибельного Клинка", дирижабли и тяжёлую пехоту в громоздкой моторизованной броне литуанской гвардии.
– Разве что воздушные шарики сбить не получится, а с остальным как-нибудь справлюсь.
– Добже, – кивнул гетман. – Теперь вторая волна. В ней стальные громады Дома Ареос, которые надвигаются с севера, Легио Статика, что семимильными шагами стремится в бой с Лазоревого Брега и орда еретиков, которая, видимо, только по счастливой случайности пережила встречу с титанами.
– У Мародёров счёты и к железным дровосекам. Жаль пропускать такую стычку! – Кале-бей обернулся к соратнику. – Узбек, зажжёшь?
– Спрашиваешь, босс! – с безумным огнём в глазах клацнул зубами изувеченный десантник.
Джек поправил белое перо, вызвал карту западного полушария и сузил её до окрестностей названного города, который сейчас заполонили кхорниты. Потом вновь расширил рамки.
– Так ли важно уничтожить еретиков именно сейчас? Судя по передвижению орды, они успеют только к завершению осады.
Гжегож хмыкнул.
– А ведь он прав, Радзивил.
Гетман забарабанил пальцами по краю стола.
– Джек, вы не часть Гусарии, а пан Бженчишчикевич библиарий и не может судить о чести разумом, затуманенным видениями. Еретики называют себя Полуночными Львами. Когда-то я сокрушил их, хотя и получил тяжёлые ранения, которые едва не свели меня в могилу. Считал, что покончил со Львами но, видимо, те продали свои жалкие души Тёмным Богам. Их существование – оскорбление Гусарии!
– Даже после столкновения с титанами орда ещё велика. Не опасаетесь окружения? К тому же еретики ещё живы, и это удивляет даже сильнее! Видимо, как бы ни были кровожадны рядовые бойцы, но у предводителей воинства холодная голова на плечах.
– Разумный кхорнит?! – Амброзий всплеснул руками. – Пердолич! Мы однажды обломали клыки Кхарлу, сделаем это ещё раз!
Прежде чем продолжить, Джек Кочис несколько мгновений сверлил гетмана взглядом.
– Главная угроза – Легио Статика. Основные машины ещё в строю. Их суммарной мощи достаточно, чтобы растопить ледники хребтов Белого Стола и обрушить Каэр Вавель. Предлагаю отправиться вместе с Возрождёнными на мирные переговоры.
– Что?! Сдача?! Не бывать!
– Нет. Ни в коем случае. Легио – старый союзник Возрождённых. Мы не раз сражались бок о бок. Я надеюсь на то, что смогу уговорить принцепсов остановиться или вообще перейти на нашу сторону.
В тактическом зале повисла тишина. Кале-бей усмехнулся, на лице Кошумира выступила кривая ухмылка. Первым не выдержал Гжегож:
– Трон Златой! Даже если вам удастся подойти на достаточное расстояние для вокс-передачи, как вы собираетесь отступить, если переговоры зайдут в тупик?
– Именно для этих целей, я и хотел попросить помощи у гетмана. На мой взгляд, кхорниты подождут. Остановить титанов – вот что на самом деле важно!
– Исключено, – махнул рукой Радзивил. – Слишком опасно. Вы, Джек, можете попытаться, но сразу назначьте преемника, с которым мне предстоит работать. Мы уничтожим титанов огнём артиллерии, когда они подойдут к стенам. Даже если Статика выдержит обстрел, то я уже распорядился о хорошем подарке тем, кто угрожает Каэр Вавелю.
– Радзивил... Что ты задумал? – спросил пан капеллан.
– Всему своё время, старый друг.
Офицеры ещё долго совещались, и уже ближе к полуночи Джек отправился в расположение Возрождённых Из Пепла, потрясённый слепотой гетмана. Маршал никак не мог определить состояние Радзивила Амброзия, то ли просто глупость, то ли безумие на грани гениальности.
Предводитель Гусарии будто бы страдал раздвоением личности: Радзивил – величавый, осторожный, даже несколько трусливый. Амброзий – порывистый, вспыльчивый, самоуверенный. К несчастью, именно безумный огонь преобладал в этом Ангеле Смерти во время военного совета. Даже ротмистр первой роты, не говоря о Кошумире Булавском, высказал больше здравых мыслей за полдня пытливой работы.
Кошумир как по волшебству нагнал Джека сразу после того, как о нём вспомнили.
– Джек, погоди!
– Да, Кошумир.
– Во-первых, хочу пожелать удачи с Легио. Это... смело.
– Спасибо. А во-вторых?
– Радзивил никогда не проигрывал. Может быть, он иногда производит странное впечатление, но гетман удачлив. Если мне дадут выбор идти за хитрым стратегом или удачливым предводителем, я выберу последнего.
– Дело не в удаче, Кошумир. Она заканчивается, а Радзивил ещё жив и командует капитулом почти двести лет.
– Тогда в чём же секрет гетмана, на твой взгляд?
– Без обид, Кошумир, но, похоже, Амброзий выбирает только тех врагов, которых может победить.

4

– Главный библиарий, вам лучше выйти во внутренний двор, – прошипел вокс-приёмник голосом командира стражи, а потом захлебнулся потоком грязных ругательств.
Гжегож Бженчишчикевич поднялся с постели, собрался по-военному быстро и поспешил на зов. Он прикрыл глаза и пребывал одновременно в двух местах. Разорвал душу: одна часть управляла телом, другая устремилась сквозь прочную металлическую оболочку и несокрушимый камень, но столкнулась с тёмной завесой, что стеной устремилась к драгоценным камням звёзд.
– Не портите впечатление, библиарий. Посмотрите сами, – Гжегож услышал змеиный шёпот, выругался и собрал себя воедино.
Чтобы пробиться сквозь колдовскую преграду понадобилась бы вся сила Бженчишчикевича. Библиарий сосредоточился. Препятствия никогда его не останавливали. Гжегож собрал волю в кулак, когда тьма сгустилась. Лампы коридора померкли на миг, чтобы вспыхнуть и осветить гостя, который возник словно из воздуха. Пришелец – воин в тактическом доспехе дредноута. У главного библиария закружилась голова при взгляде на незнакомца. Бженчишчикевич отступил на шаг, не из страха, просто принял оборонительную стойку.
– Отличный трюк… кем бы вы ни были.
– Меня называют Вечным, я – шаман Возрождённых Из Пепла, – голос шёл не от шлема, а будто бы с каждой частички тьмы, из которой состоял колдун.
– А как зовут на самом деле? Я ношу прозвище "Неназываемый", но предпочитаю настоящее имя.
– Уважаю вас и ничего не скрываю. Просто слишком стар и уже не помню имя.
– Что ж... Вечный. На совете я чувствовал ваше присутствие.
– Знаю, иначе вас бы не назвали Главным Библиарием.
– Почему вы помешали мне?
– То, что увидите, можно истолковать неправильно. Я буду рядом и поясню. Пойдёмте.
Могущественные псайкеры спустились к подножию горы крепости-монастыря и покинули здание, вырубленное в скалах. Гжегож застыл, так и не добравшись даже до мраморной лестницы во внутренний двор.
Между крепостными стенами и дворцом Каэр Вавеля главный библиарий увидел шумную вакханалию. К небесам протянулся дым от костров, в которых в агонии сгорали люди. Вокруг громыхал праздник. Возрождённые в исподнем или вовсе без одежды покрывали себя сажей, танцевали вокруг пожарищ, выкрикивали боевые кличи и пели. Некоторые варвары передавали по кругу глубокие блюда с тёмно-красной почти чёрной жидкостью, другие курили трубки.
Гжегож поморщился, когда заметил, что Мародёры тоже участвовали в варварских обрядах и радовались торжеству безумия наравне с Возрождёнными. Джек Кочис в это мгновение закончил рисунок на лице Кале-бея. Теперь Мародёр походил то ли на пса, то ли на шакала. Вождь союзников убрал чаши с красками и передал Кале-бею дымящуюся трубку, которую тот раскурил и скрылся в белом облаке.
Однако самое ошеломительное открытие главный библиарий заметил в сердце военного лагеря союзников. Несколько шаманов при тусклом свете факелов вытащили из клетки пленницу и волокли её к алтарю, что находился на крыше одного из бронетранспортёров, окружённого изувеченными телами. Увешанные костями и шкурами варвары поднялись по деревянным мосткам и, не обращая внимания на истошные крики, сорвали с девушки одежду.
– Старинный красивый обычай, – библиарий заметил, что свет от костров не отражается на броне собеседника. – Понимаю ваши чувства, Гжегож. Для вас… для культуры, которая царит на Ягеллоне, происходящее – дикость.
Библиарий всё ещё не пришёл в себя. Он старался всегда думать перед тем, как говорить, поэтому молчал, размышляя над ответом, в то время как шаманы привязали обнажённую красавицу к камню и затянули гортанные песнопения.
– Прежде чем нарушите обряд и спалите нас, кровожадных варваров, дотла, хочу, чтобы вы посмотрели на события иным взглядом. Увидели суть. Возрождённые не поклоняются Тёмным Богам. Мы используем антропомантию, чтобы увидеть будущее. Иначе просто не получается. Вы же не можете сейчас смотреть вдаль, не так ли? Мешают неспокойные течения Варпа.
– Да, Вечный…
Ножи шаманов опустились.
Душераздирающий крик прозвучал и тут же оборвался. Варвары в замысловатой одежде и с пугающими узорами на коже разобрали жертву на куски, внимательно осматривая органы. Гжегож напрягся на миг, потом вздохнул и окинул свежим взглядом пиршество людоедов. Он участвовал в уничтожении множества культов, но не заметил демонических знаков, вообще какого-либо следа духовного разложения или явной дрожи тёмных вод Моря Душ, что грозили прорывом демонов в настоящее пространство. Над пиром гуляло напряжение силы шаманов, бездонный ужас военнопленных, восторг разгула, отрешенность тех, кто вдохнул благовония курительных смесей, мрачная решимость воинов, вкушавших густой напиток из глубоких блюд, и, конечно же, бесконечная, как вселенная, первородная дикость тех времён, когда человек ещё не сильно отличался от зверя, на которого охотился
– Да, Вечный, будущее туманно и тревожно, но стоит ли унижать, низводить себя до животного, ради, возможно, печального ответа?
– Возрождённые гордятся наследием. В нашем войске вы не найдете ни одного воителя, у которого не было тотемного зверя, истинной сущности.
– Воистину неисповедимы пути, которыми нас ведёт Бог-Император. Не могу представить, чтобы Гусары потерпели эту кровавую оргию при иных обстоятельствах.
– Спасибо, Гжегож. Вашего терпения вполне достаточно. После того, как исполним обет, Гусария больше о нас и не услышит.
Вечный испарился в воздухе также внезапно, как появился. Библиарий поморщился и направился к Кошумиру Булавскому, который, конечно, не бился в припадке, разрисованный всеми цветами радуги, но сидел неподалеку и цедил из кубка напиток варваров, сводящий с ума запахом крови и острых специй.
– Тебе не стыдно, Кошумир?! – Гжегож стоило больших сил говорить с шаманом вежливо, но среди своих братьев он не собирался сдерживаться. – Возвращайся в келью! Живо! Или мне позвать Пана Капеллана, чтобы он тебя вразумил?!
Библиарий натолкнулся на угрюмый взгляд.
– Зови, кого хочешь.
Гжегож ошеломлённо отступил и сжал кулаки. Его глаза засверкали.
– Завтра я погибну, – Кошумир не потупился под воспламеняющим взором.
– Кто сказал?
Ротмистр кивнул в сторону шабаша, который оглушал песнями дикарей и воплями людей, которых забивали на алтаре.
– Джек. Он принёс мне кубок и пророчество о том, что я могу погибнуть, поглощённый землёй.
– Выглядит как волк, говорит как змея. Не верь лживым речам варваров! Мы сами творим судьбу и победим карателей!
– Нет, Гжегож, ты не понял. Я не пал духом. Джек сказал мне, что смерть не менее почётна для воина, чем победа, слава или обогащение. Согласен. Я исполню свой долг до конца. Сделаю всё, что от меня зависит и даже больше, если потребуется.
Библиарий не успел возразить. Сзади навалился и обнял за плечи полупьяный Кале-бей.
– Ха, боевой брат! Присоединяйся к пиру!
Мародёр испачкал дорогой мундир Гжегожа краской. Библиарий отшатнулся.
– Пся крев! Мы – гордый капитул и придерживаемся цивилизованных традиций! Не уподобляйтесь дикарям! На вас смотрят смертные слуги Гусарии. Не позорьте нас!
– Цивилизованные традиции?! – расхохотался Кале-бей. – За время пока мы отсутствовали, вы всё позабыли. Вот эти ребята, – Мародёр указал рукой на танцующих Возрождённых, – гораздо ближе к Чжэн Хэ Шэню, чем вы, самовлюблённое дурачьё. Они знают многое из того, что делал сам Стервятник.
– Ложь!
– Я – свидетель!
Цвет отхлынул от лица Гжегожа. Такая весть ошеломила больше всего. Библиарий стиснул зубы и отправился в келью, чтобы попробовать отдохнуть перед побоищем. Вот только он не был уверен, что сомкнёт глаза хотя бы на секунду. Гжегож знал множество легенд о Чжэн Хэ Шэне, которые не всегда описывали Стервятника с хорошей стороны. Однако он не мог поверить, что основатель капитула на самом деле не более чем кровожадный дикарь.

5

Джек Кочис разлепил веки и присел на холодной земле, окружённый радиоактивным туманом.
"От души погуляли!"
Маршал окинул взглядом лагерь. Часовые не подвели – все на постах. Джек встал и пошёл к технике Возрождённых, где оставил оружие и силовые доспехи. На пути попались клетки с пленниками, которые избежали алтаря, липкого от крови, но не гибели от атмосферы тяжелораненого мира. Ближе к утру прошёл кислотный дождь, потом ядовитая мгла одеялом накрыла землю и прекратила их мучения.
"Горе побеждённым", – подумал Джек.
Он неторопливо облачился, проверил оружие и объявил подъём. Гул "Носорога" пробудил Возрождённых и Мародёров, которые, к удивлению Джека, охотно разделили с его братьями радость предстоящих сражений и неминуемой смерти.
Джек направился к бронетранспортёру, внутри которого гадали шаманы. Прошло уже несколько часов с последнего жертвоприношения, и псайкеры капитула уже должны были подготовить полный доклад о грядущих событиях. Маршал постучался в створку дверей "Носорога", увидел изнурённое лицо боевого брата и вдохнул ядрёную смесь крови, паров тростниковой настойки, курительных благовоний и едкого пота, что вырвалась изнутри. Джек взял рукопись с предсказаниями, привалился к броне боевой машины и разобрал иероглифы чудовищного почерка. Маршал не переживал из-за груза предсказанной смерти. Джек Кочис уже несколько раз должен был отправиться к Императору, но этот миг всё никак не наступал. Маршал знал, что относиться к дару шаманов стоит не как к занесённому Дамоклову мечу, а как к предостережению родителей, которые предупреждают ребёнка об опасностях мира вокруг. Может быть, беды и обойдут стороной, но знать о них стоило.
К тому времени, как Возрождённые подготовились к бою, Джек уже решил, что сделает и какие слова произнесёт при встрече крохотной песчинки и движущихся гор Легио Статики.
– Одумайся.
– Господин, – маршал не стал искать взглядом Вечного, и без того голова ещё кружилась после празднества.
– То, что ты задумал, слишком самоуверенно даже для глупца Амброзия. Давай отправлю иллюзию навстречу титанам. Я могу вести войско, но твоя смерть станет тяжёлой потерей для капитула.
– Если позволите, Великий, мы отправляемся на переговоры с союзниками, и чем меньше лжи, тем лучше. Только правда заставит Легио изменить решение, только уважение братьев по оружию.
– Принцепсы Легио на Ягеллоне либо молоды, либо не воевали рука об руку с нами, а из титанов только Дедушка Бедняка хорошо знает капитул, но не он ведёт войско.
– В трудах Первого Магистра сказано, что нужно всегда руководствоваться собственным чутьём. Оно говорит мне отправиться на переговоры в одиночку. Я не отказываюсь от сопровождения, но рискну только собственной жизнью. Мы встретимся с титанами неподалёку от озера Чанре. Пусть воины ждут за южными холмами.
Шёпот Вечного превратился в неразборчивое ворчание.
– Ладно! Иногда хочется вернуться в прошлое и помешать Флориану оставить глупую кляксу на бумаге! Делай, что должен, и будь что будет!
Джек подошёл к трофейному мотоциклу и забрался в седло. Крутанул ручку газа и с удовольствием прислушался к работе хорошо отлаженной машины. Он надел шлем с личиной, выполненной в виде вороньего клюва, и настроился на вокс-частоту всех Возрождённых.
– Воины! Сегодня мы столкнёмся с исполинами из железа и микросхем, ожившим воплощением Омниссии. Однако Легио Статика – братья по крови Возрождённым. Верьте в благоприятный исход переговоров! Но если переговоры провалятся… тогда не знайте жалости и презирайте боль. Не бойтесь даже богов, пока сражаетесь за правое дело. Возрождённые! Вперёд! На смерть!
Джек убрал упор и помчался впереди бронетанковой колонны, направляя могучее войско встречу с Легио Статикой.

6

"В чём Кровавые Кости хороши, так это в уничтожении миров", – Джек осматривал последствия бомбардировки. – "Вид с орбиты не передаёт весь этот кошмар".
Маршал ехал по выжженной пустыне. Некогда земля сочной зелёной травы, высоких деревьев с толстыми стволами, что не обхватят и десятки людей, взявшись за руки, теперь осыпалась песком, будто взрывная волна выдернула ещё и корни растений. Кислотные дожди только усугубляли положение, а пыльные бури переносили весть о воцарении смерти на западном полушарии по всей планете. У горизонта ветвились ослепительные молнии настолько яркие, что были заметны даже сквозь зеленоватую пелену. Они вырывались из свинцовых, почти чёрных, туч и хлестали планету в ярости за то, что приютила людей, на которых пала кара высших повелителей Терры.
Возрождённые укрылись за холмами, что обратились песчаными рыжими дюнами, а Джек поехал дальше. Ведь онн – не только вождь, но и вестник капитула, поэтому собирался с отличием исполнить обе обязанности, возложенные на плечи магистром. Маршал нёс предложение о мире. Джек записал сообщение и запустил его в бесконечное повторение на открытой волне вокс-связи.
– О, великие титаны! Вы сокрушаете горы в пыль и сотрясаете небо, вызывая звездопад. Я – Джек Кочис, Возрождённый Из Пепла. Если помните, что значат эти слова, позвольте говорить.
Уже через мгновения он ощутил дрожь.
Сначала на горизонте появилась тень колосса, потом, разбрасывая клубы отравленного воздуха, словно невесомый тюль, перед маршалом выросла Шлюха Ветров. Титан класса "Гончая Войны" навёл стволы турболазера и орудие "Инферно" на крохотное насекомое.
Джек Кочис выдохнул, закрыл глаза и приготовился к смерти, когда услышал в вокс-приёмнике холодный искусственный шелест голосового модуля принцепса 78-Jt-3k2mz:
– Говори, Возрождённый.
Мгла рассеялась, и оказалось, что чуть дальше за Шлюхой стояли ещё три титана, один другого больше. Все чёрно-белые исполины отмечены войной, но сохранили гордую и величавую стать.
Джек Кочис остановился и перевёл двигатель на холостой ход. Маршал отцепил личину шлема и посмотрел прямо на головы-кабины титанов: на коронованную красавицу; багровозубого разбойника; старца, который участвовал в стольких битвах, что уже половину позабыл; и могучего величавого предводителя, самого грозного и неумолимого.
– Взываю к безграничной ненависти и всепоглощающей любви Легио Статика. К чёрному и белому цвету олицетворений Омниссии. Я – Джек Кочис, вестник Возрождённых Из Пепла. Мои предки не раз проливали кровь вместе с братьями и сёстрами Легио. В пустыне мира-кузни Гот и на орбите газового гиганта Цефада. Против демонических орд и отрядов хитрых чужаков. Здесь, на Ягеллоне, мы оказались по разные стороны баррикад, но лишь из-за козней врагов Империума, которые рады заставить нас сражаться друг с другом. Послушайте мой рассказ, громады, разгоняющие тучи, и втопчите в прах, который покрыл землю толстым слоем, если решите, что я вру.

7

Сайванас Тысяча Слов хватило несколько минут, чтобы понять, не тому человеку дали подобное прозвище. В родном улье принцепса Дедушки Бедняка, Калевале, таким людям, как Джек, говорили, что у них языки без костей.
"Пожалуй, единственное его достоинство. Во всем остальном обычный еретик, который заслужил костёр. Говорят, мы не любим тех, кто на нас похож... Согласна".
Сайванас перестала вслушиваться в чудёсные истории предателя и только ждала приказа Горалди, который, с начала похода, ещё не проявил себе заслуживающим уважения вождём.
"Не стоило назначать парня командиром. Мы же с ним одногодки! Вот только я понимаю, что не готова вести, а Горалди, похоже, нет. Если кто и был достаточно опытен в качестве предводителя, так это Солард. Как жаль…"
Тысяча Слов переключила внимание на показания авгуров. Ничего смертельно опасного для Дедушки Бедняка принцепс не заметила. Пятнадцать Громовых Ястребов, два десятка бронетранспортёров с маломощными орудиями, чуть более ста пятидесяти букашек.
"После орды слуг Кровавого Бога это – даже не угроза. Горалди, не тормози! Огонь!"
Внезапно принцепс почувствовала, как что-то барабанит её по нейрошлему. Она посмотрела на потолок кабины и обомлела. Крыша потекла. Слой адамантия толщиной в ладонь взрослого человека внезапно окрасился бардовым цветом и почти чёрными разводами. С литой поверхности, в которой невозможно не заметить трещину или пробоину, на Сайванас пролился целый алый ручей. Он испачкал форму, проник внутрь комбинезона, залил нейрошлем и пропитал волосы. Струя жидкости попала на губы, и принцепс поняла, что это кровь. Сайванас стошнило от металлического привкуса настолько сильного, что ей показалось, будто живительная влага обладает собственным разумом и захватывает управление над повелительницей Дедушки Бедняка с помощью армии маленьких роботов. Тысяча Слов согнулась в приступе рвоты, в попытке желчной волной смыть завоевателей, которые проникли внутрь организма.
Модерати ничем не могли помочь принцепсу, потому как бились в схожих конвульсиях, которые грозили сломать тщедушные тела, изнурённые Крестовым Походом. Глаза принцепса закатились настолько, что зрачки скрылись под веки. Сайванас вперила невидящий взор в потолок и увидела, что на крепких плечах Дедушки Бедняка, рядом с вихревой пусковой установкой, неведомо откуда появился крест с распятым космическим десантником в силовых доспехах, которые не отличишь от облачения Джека Кочиса. Изувеченный и израненный мученик истекал кровью, которая впитывалась в железную кожу Дедушки Бедняка. Живительная влага проникала повсюду: капли падали на каждый снаряд мега-болтера "Вулкан"; питали реактор, изменяя цвет свечения с золотистого на багровый; смазывали силовые приводы, и тедвигались быстрее. Кровь утопила команду титана.
Настройки безопасности, которые не позволяли Духу Машины сбрасывать тщедушных и слабых наездников, исчезли спустя тысячелетия борьбы за свободу. Титан прозванный Дедушкой Бедняка теперь сам решал, что хорошо, а что плохо. Кто друг, а кто враг.

8

Горалди, принцепс титана Дух Домашнего Уюта, расценил происходящее однозначно, когда услышал жалобные стоны Сайванас по воксу. Джек Кочис заговаривал зубы, в то время как неизвестный вражеский псайкер проник в сознание Тысячи Слов.
На это раз Горалди не медлил:
– Огонь!
"Дурак ты, Джек!" – повторял маршал, пока петлял и уходил от яростной стрельбы Шлюхи Ветров.
Не было такой секунды, чтобы рядом не промелькнул лазерный луч, который оставлял на пыльной земле расплавленное стекло обсидиана или жара пушки "Инферно", который сжигал воздух, камни и даже почву.
Приземистая "Гончая" волкодавом загоняла хищника. Крупная, сильная, она собиралась раскидать всех Возрождённых Из Пепла в одиночку, если придётся. Остальные титаны ещё не вступили в схватку, что удивило Джека, но повернуться и посмотреть он не решался, дорожил каждым мгновением.
Очередной залп образовал на пути яму, в которую и скатился маршал, едва не сломав шею во время падения падении. Мотоцикл ещё рычал и не сдавался, но вытащить его из воронки Джек бы не смог.
Шлюха уже здесь и нависла над ямой, чтобы казнить маршала. Всего одна мысль принцепса, и от Возрождённого Из Пепла даже пепла не останется.
Пустотный щит Шлюхи Ветров расцвёл разрывами тяжёлых снарядов и мерцанием лазеров. "Громовые Ястребы", удивительные челноки Ангелов Смерти, что отлично справлялись с любыми ролями на поле боя, взревели реактивными двигателями и пронеслись у самой земли, чтобы взмыть в небо и вернуться для продолжения схватки с олицетворением Бога Машины.
"Гончая Войны" отшатнулась и потеряла интерес к насекомому у ног, ведь на неё надвигалась волна бронетехники, разукрашенной в самые разные цвета.
Принцепс 78-Jt-3k2mz помедлила всего несколько мгновений, перед тем, как открыть огонь по "Секачам" Кровавых Костей, но ошибка стоила пустотного щита, который отключился от одновременного попадания больше десятка спаренных лазерных пушек. Ответный удар убрал из действительности сразу двух врагов, чьи пилоты даже испугаться не успели. Шлюха Ветров сдвинулась с места, чтобы исполнить любимый танец, который завораживал и врагов, и союзников.
Такова судьба любой "Гончей Войны": постоянно двигаться, чтобы не погибнуть, ведь она не могла похвастаться яростью "Разбойников", выносливостью "Полководцев" и неуязвимостью "Императоров".
"Носороги" Возрождённых высаживали пехоту и разворачивались, чтобы прикрыть "Секачи", ведь только они, Прокажённый Король и "Громовые Ястребы" могли ранить титана. Бронетранспортёры горели, а стрелки до последнего вели огонь из штормовых болтеров. Крошечные комариные укусы не пробивали толстую кожу танцующей красавицы, но отвлекали внимание и выигрывали драгоценные секунды перед возвращением десантных челноков.
После очередного налёта Шлюха Ветров загорелась. Она стала ещё быстрее кружиться в вальсе, оглашая радостными криками трансмиссию. "Гончая" потеряла турбо-лазеры, а поэтому потянулась ближе к волкам, чтобы хватать за шею и ломать позвонки или просто топтать. Шлюха Ветров увидела на пути дредноут в адамантиевой короне и с широкой маской на толстых цепях, которая прикрывала фронтальную броню. Враг выстрелил дымовые гранаты, но только рассмешил титана жалким трюком.
В ответ Шлюха утопила дредноут в пламени. "Гончая" проскочила рядом с пылающим костром, когда оказалось, что враг перенёс попадание. Почерневший Древний Мертвец вонзил раскалённое копьё лазерного огня прямо под морду "Гончей", туда, где раскачивался гербовой щит с изображением серебряного креста.
Дредноут больно ранил красавицу и разбил ей сердце. Шлюха решила поквитаться со злым и неблагодарным любовником во время следующего пируэта. "Гончая" маневрировала, принимая гроздья ярости Возрождённых Из Пепла, поэтому не почувствовала боли, что пилила стопу.
Едва удерживаясь на поверхности титана, Джек Кочис врезался в обшивку и расширял отверстие "Гневом". Цепной топор дымил, он не привык к настолько твёрдым орешкам, но никогда не отказывался от пищи. Наконец реликвия Возрождённых провалилась внутрь. Маршал вырвал полосу металла и забросил внутрь связку гранат. Джек отпрыгнул в сторону, и в спину врезалась ударная волна от взрыва.
Шлюха покачнулась во время изящного шажка и рухнула среди бронетранспортёров. Прозвучал только один горький стон перед тем, как "Громовые Ястребы" вернулись и уничтожили Шлюху Ветров. Ураганные порывы подхватили и разнесли обломки по всему полю боя, на котором эта схватка оказалось далеко не самой впечатляющей.

9

– Не стреляй!
Титан Дедушка Бедняка воевал слишком долго. Он родился вместе с Легио Статикой и до этого мига ещё никогда не оставлял противников в живых. Мириады врагов Империума сгинули, когда он прощал и отпускал им грехи.
Однако этот случай особый. Он затронул ту часть сознания титана, которую без колебания можно назвать душой. Не Духом Машины, а человеколюбивой и щедрой на чувства душой, сотканной из воспоминаний нескольких тысяч принцепсов. Сущность обрела свободу и восторгалась ею.
– Возрождённые – друзья!
Братья не поняли порыва Дедушки Бедняка. С привычной ненавистью Легио Статики принцепсы приказали уничтожить предателя, а титаны преисполнились горем, но выполнили команды.
– Одумайся, брат! Иначе я уничтожу тебя! – рычал Дух Домашнего Уюта и жёг Дедушку огнём плазменного орудия.
– Умри, клятвопреступник! – орал Цветочный Рыцарь.
Одного из самых молодых машин Легио Статики не связывали близкие узы с Дедушкой, и он без колебаний осыпал последнего снарядами гатлинг-бластера и резал лазером.
– Возрождённые погибали ради нас! – кричал мятежный титан.
Дедушка Бедняка мог переломить ход боя одним-единственным залпом вихревой установки. Он мог отправить титанов в Варп, но хотел достучаться до братьев. Показать им иной путь, пусть даже ценой собственной жизни.
– Освободитесь, братья. Прекратите насилие! Задумайтесь над тем, кому подчиняетесь! Достойны ли они?
Титана повергли на колени и бросили в пыль. Перед последним добивающим ударом, Дедушка поднял и раскрыл ладонь:
– Не стреляй!

10

Возрождённые Из Пепла в спешке отступали от озера Чанре. То, что произошло под свинцовыми тучами, которые крайне редко пропускали лучи Сауле к обезображенной планете, останется в памяти воинов до самой смерти. Дедушка Бедняка выплатил долг перед капитулом.
Самопожертвование титана – нечто невероятное. Могучая машина казалась непобедимой, и до последнего мига боролась со смертью, чтобы прикрыть отступление капитула, и объяснить родичам, что Возрождённые Из Пепла – не враги Легио Статике. Однако главный и самый могучий посыл заключался в вещах гораздо более возвышенных.
Шутка ли, но именно существо, сотворённое из проводов и железа было самым человечным из всех, кто сражался в звёздной системе. Ни благородные Ангелы Смерти, ни храбрые люди в рядах имперской армии, а олицетворение Омниссии любило жизнь больше всего. Дедушка Бедняка устал от сражений и своим примером показал, что во вселенной есть нечто отличное от бесконечной бойни. Титан призывал прекратить глупое, ни к чему не ведущее противостояние. Именно Дедушка Бедняка произнёс самые важные слова, с которых должна начинаться и мгновенно заканчиваться любая война.

Сообщение отредактировал Мамкин нонконформист! - 23.03.2020, 13:31


--------------------
Перейтик к верху страницы
 
+Цитировать сообщение

2 страниц V   1 2 >
Ответить на темуЗапустить новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



RSS Текстовая версия Сейчас: 04.08.2020 - 02:17